Форум историка-любителя

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Форум историка-любителя » Основной форум » «Нахи», Г.Дж.Гумба. Вторая часть Первой главы (кавкасиани)


«Нахи», Г.Дж.Гумба. Вторая часть Первой главы (кавкасиани)

Сообщений 1 страница 17 из 17

1

2. Кавкасиани Леонти Мровели Важные сведения о нахских племенах содержатся в сочинении древнегрузинского историка ХI в. Леонти Мровели «Жизнь картлийских царей и первоначальных отцов и предков», c которого начинаются все известные списки раннего цикла грузинского летописного свода «Картлис цховреба»109. Отношение 109 В работе использованы издания «Картлис цховреба» на грузинском (Картлис цхов- реба (История Грузии). Грузинский текст, установленный по всем основным рукописям С.Г. Каухчишвили. Тбилиси, 1955; «Мокцевай Картлисай» // Памятники древнегрузин- ской агиографической литературы. Кн. I. Тбилиси, 1963 г. – далее «Мокцевай Картлисай») и русском (Мровели Леонти. Жизнь картлийских царей. Извлечение сведений об абха- зах, народах Северного Кавказа и Дагестана. Перевод с древнегрузинского, предисловие и комментарии Г.В. Цулая. М., 1979; Обращение Грузии. Перевод с древнегрузинского Е.С. Такайшвили. Редакционная обработка, исследование и комментарии М.С. Чхартиш- вили. Тбилиси, 1989 г. – далее Обращение Грузии) языках, а также древнеармянским тек- стом, переведенным с древнегрузинского во второй половине ХII в. (Древнеармянский перевод грузинских исторических хроник // Картлис цховреба. Грузинский оригинал и древнеармянский перевод с исследованием и вокабулярием издал И.В. Абуладзе. Тбилиси, 1953 – далее Древнеармянский перевод грузинских исторических хроник). Древнейший список армянского текста «Картлис цховреба» датируется 1279–1311 гг. (рукопись хранит- ся в Матенадаране им. Маштоца, № 1902), он древнее сохранившихся грузинских текстов и более близок к оригиналу (см.: Какабадзе С.Н. Некоторые вопросы хронологии древ- 46 Глава I. Нахские племена Центрального Кавказа (I тыс. до н.э.) к информации, представленной Леонти Мровели, в научной литературе неоднозначно и варьируется от абсолютного отрицания ее ценности до полного ее приятия.Однако благодаря источниковедческим исследованиям, проведенным Г.К. Каухчишвили, К.С. Кекелидзе, Г.А. Меликишвили, М.К. Андроникашвили, З.В. Анчабадзе, В.Б. Ковалевской; З.Ш. Дидебулидзе, В.Б. Виноградовым, Г.В. Цулая и др., убедительно доказана научная ценность приведенных в труде Леонти Мровели фактов, касающихся древней истории грузинского народа и ряда других народов Кавказа110. Безусловно, «Жизнь картлийских царей» представляет собой типичный историко-литературный памятник раннего средневековья и имеет все характерные признаки времени: в нем наряду с письменными материалами приводятся устные предания и мифологические легенды, часто встречаются анахронизмы, случайные высказывания и т.д.111 Именно поэтому данные, содержащиеся как в сочинении Леонти Мровели, так и в других раннесредневековых источниках, могут быть использованы лишь в том случае, если имеются альтернативные данные, контролирующие и подтверждающие их. В этой связи следует подчеркнуть интересный факт, отмеченный многими исследователями: чем больше углубляются и расширяются наши знания о древней истории народов Кавказа (особенно Центрального и Восточного), тем более высокой становится значимость и достоверность данных, приведенных Леонти Мровели. Благодаря источниковедческому анализу очевидно следующее: грузинский автор имел доступ к не дошедшим до нас древнейшим письменным историческим источникам и народным преданиям, и это позволило ему создать целостную картину древней истории Кавказа112. Это очень важно, поскольку, как справедливо замечает В.Б. Ковалевская, теперь «может быть отброшен упрек Мровели в легендарности его сведений относительно древней истории народов Картли (и Кавказа), и мы должны отнестись к нему со всем заслуженным им доверием и вниманием113». Согласно исторической концепции Леонти Мровели, народы Кавказа происходят от одного общего предка – Таргамоса, потомка Ноя. Из потомства Таргамоса, в свою очередь, особо выделяются восемь его сыновей – Гаос (hAос), Картлос, Бардос, Мовакан, Эрос, Лекос, Кавкасос и Эгрос: каждому из них отцом была выделена земля, и каждый стал родоначальником одной из кавказских народностей. ней Картли по грузинским источникам // Палестинский сборник. 1965. Вып.13/76. С. 75). 110 Критический анализ существующих в научной литературе точек зрения по данному вопросу, а также сводку литературы см.: Цулая Г.В. Историческая концепция грузинского историка XI в. Леонтия Мровели. (Этнокультурный аспект). История СССР. 1982. № 4. 111 Цулая Г.В. Грузинское летописное предание о «нашествии хазар» и его параллели в фольклоре народов Кавказа // Кавказ и Византия. Ереван, 1978. Вып. 5. С 23; Дидебулидзе З.Ш. Хроника Леонти Мровели как источник для изучения некоторых вопросов этноге- неза северокавказских народов // Источниковедческие разыскания. Тбилиси, 1984. С. 88. 112 Андроникашвили М.К. Очерки по иранско-грузинским языковым взаимоотноше- ниям. Тбилиси, 1966, на груз. яз. С. 543; Мровели Леонти. С. 7 и далее; Ковалевская В.Б. Кавказ – скифы, сарматы, аланы. I тыс. до н. э. – I тыс. н. э. М., 2005. С. 51. 113 Ковалевская В.Б. Кавказ – скифы, сарматы… С. 51. Кавкасиани Леонти Мровели 47 К подробному анализу исторической концепции, отраженной в замечательном памятнике древнегрузинской исторической литературы, мы вернемся ниже. В данном случае интерес представляет составленная историком древняя этническая карта Северного Кавказа, относящаяся к периоду до вторжение кочевых племен хазар, к периоду, в течение которого автохтонные народы Кавказа таргамосианы, по выражению Леонти Мровели, «пребывали во взаимном мире и любви114». Ученые кавказоведы не раз отмечали, что описание этого периода, сделанное Леонти Мровели, следует древней исторической традиции и отражает реальную этническую и политическую карту древнего Кавказа115. В кавказоведческой науке общепризнано и то, что у Леонти Мровели все эпонимы обозначают не мифические, а реальные, исторически существовавшие этносы, и среди них эпоним Кавкасос, а также этнонимы кавкасиани и дурдзукни обозначают нахские племена. При этом кавкасиани является более широким понятием, обозначающим целое, а дурдзукни обозначает наиболее значительную часть этого целого116. Отличаются от общепризнанного и стоят особняком мнения Ю.С. Гаглойти (Гаглоева) и А.А. Туаллагова. В своих работах они пытаются отрицать, что в древнегрузинских источниках термин кавкасиани (Кавкасос) употребляется в значении нахские племена117. Следует отметить, что указаные исследователи выдвигают одновременно три взаимоисключающих положения, согласно которым термин кавкасиани в древнегрузинских источниках употребляется: 1) лишь в 114 Мровели Леонти. С. 25. 115 См. Меликишвили Г.А. К истории древней Грузии. С. 34; Виноградов В.Б. Сарматы Северо-восточного Кавказа. Труды ЧИНИИ. Грозный, 1963. Т. VI. С. 137; Дидебулидзе З.Ш. Хроника Леонти Мровели… С.88–89; Цулая Г.В. Историческая концепция грузин- ского историка… С. 175. 116 См. Меликишвили Г.А. К истории древней Грузии. С. 294–295; Гамрекели В.Н. Два- лы и Двалетия… С. 23–28; Харадзе Р.Л., Робакидзе А.И. К вопросу о нахской этнонимике. КЭС. Тбилиси, 1968. Т. 2. С. 21–30; Крупнов Е.И. Древняя история Северного Кавказа. С. 28–41; Шавхелишвили И.А. Из истории взаимоотношений между грузинским и чече- но-ингушским народами. Грозный, 1963. С. 45–47; Виноградов В.Б. Сарматы Северо-вос- точного Кавказа. С. 130–132, 136–137; Тогошвили Г.Д. Леонтий Мровели и происхожде- ние осетинского народа. // Происхождение осетинского народа. Орджоникидзе, 1967. С. 245; Мровели Леонти // Комментарии Г.В. Цулая. Комм. 8, 57; Ковалевская В.Б. Скифия, Мидия, Иран во взаимоотношениях с Закавказьем по данным Леонти Мровели. Известия АН Груз.ССР., № 3. Тбилиси. С. 35–40; Ее же: Кавказ и аланы... С. 15–16; Дидебулидзе З.Ш. Хроника Леонти Мровели… С. 89–91; Анчабадзе Г.З. Вайнахи. С. 34 и др. 117 Ввиду отсутствия научных аргументов в пользу данного мнения, а также имея в виду тот факт, что это мнение не принято в кавказоведческой науке и уже было обосно- ванно подвергнуто критике, не будем подробно останавливаться на его анализе. Можно было бы и не акцентировать на нем внимание, если бы оно не тиражировалось в много- численных работах, выходящих под грифом научных институтов, что вводит в заблужде- ние неискушенного читателя. К тому же, к сожалению, в этих работах, вопреки научной этике, не указывается и фактически игнорируется существующее в научной литературе консолидированное и аргументированное мнение ученых по этому вопросу. 48 Глава I. Нахские племена Центрального Кавказа (I тыс. до н.э.) географическом смысле и обозначает жителей Центрального Кавказа, независимо от их этнической принадлежности; 2) для обозначения преимущественно скифов, сарматов и алан – по мнению авторов, предков современных осетин; 3) для названия ираноязычных племен, осевших на территории Центрального Кавказа, от реки Терек до западных отрогов Главного Кавказского хребта, после вторжения туда хазар (скифов) и якобы полного вытеснения ими автохтонных племен кавкасианов118. Каждая из этих гипотез сама по себе вызывает серьезные сомнения, но парадокс состоит еще и в том, что все три исключают друг друга, ибо принятие одной ведет к отрицанию остальных. Так, А.А. Туаллагов пишет: «Имя Кавкасоса Леонтия Мровели связано с названием Кавказа и не несет в себе сколь-нибудь явной этнической нагрузки119». Как ни странно, в доказательство тому, что в грузинских источниках термин Кавкасос (кавкасиани) носит сугубо географический характер и используется для обозначения только Центрального Кавказа, приводятся сведения, взятые из античных источников, главным образом из текстов Страбона. Ссылаясь на известное сообщение Страбона о представителях многочисленных народов (от 70 до 300), ведущих торговлю в Диоскуриаде («большинство из них – сарматы, но все они кавказцы»), Ю.С. Гаглойти утверждает, что Страбон «различает этнический термин сармат и географический кавказцы, называя последним жителей данного региона независимо от их этнической (языковой) принадлеж- ности. Такой характер носит термин кавкасианы у Леонтия Мровели и других средневековых грузинских авторов120». Однако, складывается впечатление, что перед нами попытка неверно представленными данными, взятыми из сочинения Страбона, подменить данные, представленные в труде Леонти Мровели. Прежде всего, следует заметить, что тверждение о том, будто в своем сообщении Страбон использует термин сармат для этнического обозначения ираноязычных племен, является, по сути, стремлением выдать желаемое за действительное. Если не выхватывать цитату из контекста, а привести текст источника полностью, то становится совершено очевидным, что Страбон употребляет термины сармат и кавказцы в собирательном географическом смысле. Так, Страбон пишет: «…в этот город (Диоскуриада – Г.Г.) собираются 70 народностей (согласно другим, которые вовсе не заботятся о действительности, даже 300). Все они говорят на разных языках, так как живут врозь и замкнуто в силу своей гордости и дикости. Большинство из них – сарматы, но все они кавказцы121». Из данного сообщения вовсе не следует, что Страбон говорит о каком-то сарматском народе (из чего можно бы было сделать вывод об употреблении термина сармат в этническом смысле). Напротив, 118 См. Гаглойти Ю.С. Сведения Страбона о горцах эллинистической Иберии // Из- вестия ЮОНИИ им. З.Н. Ванеева. Вып. ХХХV. 1998; Его же. Сведения грузинских пись- менных источников об Осетии и осетинах. Владикавказ, 2007; Туаллагов А.А. Скифы Северного Кавказа… 119 Туаллагов А.А. Скифы Северного Кавказа… С. 23. 120 Там же. С. 117. 121 Str. ХI, II, 16. Кавкасиани Леонти Мровели 49 греческий географ достаточно ясно указывает на существование 70 (или 300) народов, говорящих на разных языках и имеющих различные этнические имена, и большинство из них он называет собирательным именем сармат. Это под- тверждается и тем, что в своем сочинении Страбон неоднократно обстоятельно перечисляет народы, населяющие Южный и Северный Кавказ, и среди них нет народа, называемого сармат (см. ниже122). В рассматриваемом фрагменте собирательным термином сармат Страбон называет, скорее, племена и народы, проживавшие в той части Кавказа, которая, по представлению античных авторов, входила в пределы Азиатской (Кавказской) Сарматии. Как отмечено выше, Азиатская (Кавказская) Сарматия, пролегая на юге по линии Черноморское побережье – река Кодор – Эгрисский и Рачинский хребты − Жинвали – Квел-Даба – гора Гутон – Каспийское море и включала в себя большую часть Кавказа. На территории, называемой Сарматией (или Азиатской Сарматией), проживало большинство племен и народов Кавказа. Именно поэтому, рассказывая о народах, приходивших в Диоскуриду со всего Кавказа, Страбон уточняет, что большинство из них сарматы (то есть жители Азиатской Сарматии), но все они кавказцы (то есть, все они являются народами Кавказа). Такая трактовка сообщения Страбона согласуется и с тем, что в его работе южные пределы Сарматии ограничиваются той же линией, что позднее мы видим и у Птолемея123. И именно по южной границе Азиатской Сарматии Страбон делит население Иберии на равнинных и горцев, пытаясь объяснить различие этих групп тем, что равнинные больше сходны с армянами и мидийцами, а горцы – со скифами и сарматами124. В то же время в другом месте своего труда Страбон проводит южные границы Первой части Азии (Азиатская Сарматия Птолемея) по реке Кура, т.е. Иберию и Албанию включает уже в пределы Сарматии: «Те, кто переходит в географическом описании от Европы к Азии, при разделении на две части встречаются сначала с северными областями. … С южной стороны эти области (Первая часть Азии, Азиатская Сарматия Птолемея – Г.Г.) ограничены пространством от устья Кира 122 Еще на заре научного кавказоведения одни из его основоположников И.А. Джава- хишвили и Н.Я. Марр высказали мнение о кавказском происхождении сармат. В своих работах известные ученые отмечали, что название сармат употреблялся в древних источ- никах для обозначения преимущественно исконно кавказских племен: «…имя саурмат, сармат, сюрмат могло быть собирательным именем только адыгейско-чеченских и лез- гинских племен…» (Джавахишвили И.А. Основные историко-этнологические проблемы Грузии… С. 42). Эта идея не нашла широкой поддержки в советской историографии, од- нако до сих привлекает внимание ученых, а в последнее время получила дальнейшее раз- витие в работах Р. Арсанукаева. Кстати, одним из основных аргументов в пользу версии о применении античными авторами термина сармат для обозначения лишь автохтонного адыго-нахско-дагестанского этнического массива, по мнению Р. Арсанукаева, являются именно сообщения Страбона о сарматах (Арсанукаев Р. Вайнахи и аланы... С. 44 и далее). 123 См.: Скрипкин А.С. Об определении территории ранней Сарматии // Пятая кубан- ская археологическая конференция. Краснодар, 2009. С 356. 124 Str. ХI, III, 3. 50 Глава I. Нахские племена Центрального Кавказа (I тыс. до н.э.) до Колхиды на расстоянии около 3000 стадий от моря до моря через Албанию и Иберию, так что они имеют вид перешейка125». Таким образом, Страбон, говоря о южных границах Первой части Азии (Азиатской Сарматии), следует двум античным традициям, по одной из которых, граница Первой части Азии на юге проходила по реке Кура и включала в себя Иберию и Албанию, а согласно другой, шла по линии северных границ Колхиды, Иберии и Албании (см. выше). Термином Кавказ Страбон называет всю одноименную географическую область, включая и ту ее часть, которая, как считали античные авторы, входила в пределы Азиатской Сарматии, а также Колхиду, Иберию и Албанию. На юге же границу Кавказа Страбон проводит по реке Кура, отделявшей в то время Армению от Албании и Иберии, поэтому албанцев и иберийцев, как и колхов географ относит к кавказцам («албанские и иберийские племена … можно, пожалуй, также назвать кавказскими племенами126»). Многие античные авторы применяют имя Кавказ для обозначения не только собственно Кавказа, но также и горных хребтов, расположенных на территории Индии. Полемизируя с ними, Страбон пишет, что «наиболее высокими частями настоящего Кавказа являются самые южные его части – у Албании, Иберии, страны колхов и гениохов127». Эти цитаты приводятся, чтобы вновь подчеркнуть: имя Кавказ используется Страбоном как географический термин для обозначения всей горной цепи Кавказа, тянущейся от Черноморского побережья гениохов до Каспийского моря, и все высказывания о том, что данным термином он обозначает лишь центральную часть Кавказа, безосновательны. Таким образом, у Страбона, как и у других античных географов, понятия Кавказ и Сарматия являются взаимодополняющими и употребляются в географическом собирательном значении. Однако автоматически переносить географическое значение термина Кавказ Страбона и прочих античных авторов на древнегрузинские источники, несомненно, ошибочно и методологически неверно. Нет сомнения в том, что и древнегрузинские авторы используют имя Кавказ как географический термин, обозначая им всю Кавказскую горную цепь – от Каспийского моря до Черного, однако было бы ошибочным смешивать географический термин Кавказ античных географов с этническим термином кавкасиани (Кавкасос) Леонти Мровели, внося тем самым путаницу в термино- логию древних авторов. Этноним кавкасиани, возможно, является, как это полагает В. М. Гамре- кели, производным от географического термина Кавказ, которым обознача- лась центральная часть Большого Кавказа, между Эльбрусом и рекой Аргун128, или, может быть, географический термин Кавказ происходит от этнического кавкас(иани). Сегодня мы не можем на этот вопрос ответить. Но с уверенностью можно утверждать, что Леонти Мровели четко различает географический термин 125 Str. ХI, I, 5. 126 Str. ХI, II, 18. 127 Str. ХI, V, 6. 128 Гамрекели В.Н. Двалы и Двалетия…С. 22. Кавкасиани Леонти Мровели 51 Кавказ и этнический – Кавкас (кавкасиани). При этом географическим терми- ном Кавказ он называет Кавказ в целом, а не только его центральную часть. Так, он сообщает, что «в первый же свой поход хазарский царь перевалил горы Кав- каза и полонил народы». Далее уточняется, что хазары, «перевалив через горы Кавказа», вторглись на Южный Кавказ – сначала через Дербентский проход («прошли Морские ворота, которые ныне именуются Дарубанди»), а затем и через «ворота Арагвские, которые суть Дариала129». Ясно, что в данном случае имя Кавказ Леонти Мровели использует как географический термин и обозначает им не только центральную часть Кавказа (владения Кавкаса), но и всю Кавказскую горную цепь до Каспийского моря («ворота Дарубанди»), включая весь Дагестан, т.е. владения Лекана. Там же, где речь идет о выделении хазарским царем своим родственникам земель на Кавказе, сообщается: «Был у него (хазарский царь – Г.Г.) сын по имени Уобос. …Дал ему часть страны Кавкаса к западу от реки Ломеки, до западных пределов гор. И поселился Уобос. Потомками его являются овсы. Это и есть Овсети, что была частью [удела] Кавкаса …Тогда же отдал хазарский царь своему двоюродному брату удел Лекана от моря Дарубандского на востоке до реки Ломеки» (выделено мной. – Г.Г.130) Совершенно очевидно, что в приведенном отрывке термины Кавкас и Лекан (Лекос) Леонти Мровели употребляет в каче- стве этнонимов и обозначает ими коренные кавказские народы – нахов и даге- станцев, а территорию их проживания называет Кавказом. Как видно, Леонти Мровели использует два термина – Кавкас (кавкасиани) и Кавказ: первый явля- ется этническим и используется для обозначения автохтонных нахских племен Центрального Кавказа, а второй – географический (Кавказ), обозначает Кавказ в целом. Не учитывать этого значит исказить суть информации, представленной древнегрузинским историком. То, что Леонти Мровели употребляет термин Кавкас (кавкасиани) в этническом значении, признает, кстати, и Ю.С. Гаглойти, но, как он считает, для обозначения скифов, сарматов, алан, являющихся, по его мнению, предками современных осетин: «…согласно Мровели, после вторжения скифов (= хазар) в Закавказье Уобосу была дана в удел «часть Кавказа, от р. Ломеки (Терека) на востоке до западных отрогов гор», где он поселился со своими соплеменниками, потомками «которых являются овсы». Другими словами, с момента поселения здесь осетин термин кавкасианы как обозначение жителей горной зоны Центрального Кавказа … относится к той части осетинского этноса, которая обосновалась в указанном регионе131». Таким образом, согласно Ю.С. Гаглойти, до появления скифов на Кавказе тер- мин кавкасиани в древнегрузинских источниках применялся в географическом смысле, а после – в этническом, для обозначения скифов, сарматов, алан. Перед нами не совсем верная интерпретация информации, представленной в 129 Мровели Леонти. С. 25. 130 Там же. 131 Гаглойти Ю.С. Сведения грузинских письменных источников… С. 118. 52 Глава I. Нахские племена Центрального Кавказа (I тыс. до н.э.) источнике132. Кроме того, приведенное выше утверждение разрушает фундамент теории генетической преемственности скифов, сарматов, аланов и осетин, построенной не без помощи именно данных Леонти Мровели, причем одним из авторов данной теории является и сам Ю.С. Гаглойти. Так, по концепции Леонти Мровели, Уобос (эпоним племени овсов) является потомком Хазара, и его генеалогия происходит от пришлых кочевых племен, к которым, как было отмечено выше, Ю.С. Гаглойти относит скифов, сарматов и алан. С появлением Уобоса (овсов) и связывается начало истории ираноязычных племен на Кавказе. Кавкасос – один из сыновей Таргамоса, и его генеалогия вы- водится из автохтонных кавказских племен. Кавкасиани жили на Кавказе до при- хода хазар (скифов) и вместе с кавказскими братьями – торгомосианами, вели войну против пришельцев (хазар) и Уобоса (овсы), захвативших часть их терри- тории. Если же допустить, что кавкасиани Леонти Мровели – это овсы (осетины), как это предполагает Ю.С. Гаглойти, то мы придем к отрицанию какой-либо связи осетин со скифами, сарматами и аланами, скрывающимися в тексте источника под именами хазар и Уобоса. Возникает также вопрос, кого в таком случае называет Леонти Мровели хазарами и овсами (Уобосом), однако Ю.С. Гаглойти решает с легкостью и его. По мнению Ю.С. Гаглойти, Леонти Мровели термины кавкасиани, хазары, овсы (Уобос) использует для обозначения ираноязычных скифов, сарматов, алан и осе- тин. При этом его не смущает, что, по утверждению Леонти Мровели, автохтоны кавкасиани на протяжении длительного времени находились в противостоянии и вели войны с пришлыми хазарами и их потомками, захватившими часть их земель. Конечно, приписывать такой, мягко говоря, странный взгляд одному из выдающихся мыслителей и историков раннего средневековья, каковым является Леонти Мровели, было бы не только абсолютно неправомерно, но и несправедливо, ведь это не только противоречит всей концепции и характеру труда грузинского историка, но и практически обесценивает его научную ценность и значимость. И здесь совершенно неуместна ссылка на то, что многие племена и народы Кавказа были известны под различными именами. Действительно, мы хорошо знаем, что один и тот же народ, и не только на Кавказе, мог иметь столько названий, сколько соседствовало с ним народов, но в данном случае речь идет о совершенно конкретном древнегрузинском наименовании автохтонных нахских племен – кавкасиани. В научной литературе высказано также точка зрения о возможном изначальном многоэтничном содержании термина кавкасиани Леонти Мровели. Для 132 Достаточно отметить, что в вышеприведенной цитате Ю.С. Гаглойти фрагмент тек- ста Леонти Мровели представлен в искаженном виде: «…Уобосу была дана в удел «часть Кавказа, от р. Ломеки (Терека) на востоке до западных отрогов гор» (см. выше). Получа- ется, что удел Уобоса в грузинском источнике представлен частью собственно Кавказа, в его географическом понимании. В действительности же, как это уже давно отмечено Г.В. Цулая, имеем нечто совершенно другое. Леонти Мровели пишет, что «удел Уобоса» (Ов- сети) – это часть владений Кавкаса, одного из отпрысков Таргамоса» (Мровели Леонти // Комментарии Г.В. Цулая. С. 63. Комм. 99). Кавкасиани Леонти Мровели 53 обоснования этого мнения А.А. Туаллагов ссылается на Г.В. Цулая, который, анализируя основу генеалогического древа народов Кавказа, сконструированного автором грузинской хроники, пишет, что «в древнеписьменных источниках перечисление этнонимов по группам свидетельствовало либо о политической общности их носителей, либо об их генетическом родстве. В древнегрузинском оригинале этот принцип соблюден: сначала выступают политические мотивы (армяне и картлийцы), а затем – генетические … В древнеармянской версии КЦ («Картлис цховреба» – Г.Г.) нарушена «парность» перечисленных этнонимов133».

0

2

Из этого А.А. Туаллагов делает неожиданный вывод о том, что «кавкасиане объединяются в пару с мегрелами, признаваемыми всеми исследователями особой группой картвельских племен. Следовательно, под именем кавкасиан могли скрываться не только древненахские племена134». Но вряд ли правомерно подводить труд Леонти Мровели под общие стандарты и автоматически переносить на него принципы перечисления этнонимов по группам, характерные для других древних авторов, как это предлагает Г.В. Цулая. Для того чтобы показать генетическое родство и политическое единство перечисляемых народов, Леонти Мровели не нужно было заимствовать и использовать существовавшие в его время схемы и шаблоны. Древнегрузинский историк не объединяет и не группирует кавказские народы по каким-либо признакам, тем более по парам, а говорит прямо и ясно об общем происхождении и политическом единстве всех перечисляемых народов: у них один отец Таргамос, и все они являются родными братьями и подчиняются своему старшему брату царю hАосу (Гаосу). Напомним текст Леонти Мровели: «Прежде всего, упомянем, что у армян и картлийцев и ранов и моваканов и эров и леков и мегрелов и кавкасианов – у всех [этих народов] был единый отец по имени Таргамос135». В армянском переводе это звучит так: «Прежде всего, упомянем, что у армян и картлийцев и ранов и мовканов и эров и леков и кавкасианов и егеров был один отец по имени Таргамос136». Как видно, в армянском переводе, как и в оригинале, этнонимы не сгруппированы по парам, а потому их парность никак не может быть нарушена. Нельзя же, в самом деле, считать нарушением парности то, что мегрелы и кавкасиани оригинала в армянском переводе поменялись местами и стали кавкасианами и мегрелами (егерами). Ведь в обоих вариантах сама пара осталась неизменной, а перестановка слов могла произойти вследствие механи- ческой ошибки переписчика или переводчика. Упоминание вслед за кавкасианами (нахами) мегрелов (егров), относящихся к картвельской языковой группе, как раз более всего свидетельствует в пользу того, что Леонти Мровели все перечисленные народы считал родными братьями, не выделял никого из них и не объединял в пары, ведь иначе терялся бы весь смысл его труда. Впрочем, даже если гипотетически допустить деление перечисленных 133 Мровели Леонти // Комментарии Г.В. Цулая. С. 40. Комм.1. 134 Туаллагов А.А. Скифы Северного Кавказа… С. 23. 135 Мровели Леонти. С. 25. 136 Древнеармянский перевод грузинских исторических хроник... С. 5. 54 Глава I. Нахские племена Центрального Кавказа (I тыс. до н.э.) народов по парам, то и в этом случае упоминание мегрелов и кавкасиан в паре само по себе никоим образом не может указывать на многоэтничное содержание термина кавкасиан. Одним из доводов, приводимых в пользу применения термина кавкасиани для обозначении пришлых кочевых племен, является, как уже было отмечено выше, утверждение, будто после нашествия хазар (скифов) коренные жители Центрального Кавказа кавкасиани были изгнаны к востоку от Терека, а занявшие их земли ираноязычные племена стали называться кавкасианами. Как пишет А.А. Туаллагов, «у Леонти Мровели Дурдзук, являясь потомком Кавкасоса, владевшего землями к западу от Терека, уйдя в горы, занимает территорию к востоку от реки, т.к. Дурдзукетия, основанная им, всегда помещалась именно там. Вахушти еще более конкретен, указывая на поселение Дзурдзукоса к востоку от Терека до границ Лекана. Таким образом, древненахский этнический элемент, несмотря на свою предполагаемую первоначальную локализацию, оказывается отделен от массива кавкасиан137». Однако у Леонти Мровели нет даже косвенного намека на уход потомка Кавкасоса Дурдзука со своими людьми на восток, за реку Терек. Чтобы убедиться в этом, достаточно взглянуть на текст документа: «Был у него (хазарский царь – Г.Г.) сын по имени Уобос… Дал ему часть страны Кавкаса, к западу от реки Ломеки до западных пределов гор. И поселился Уобос. Потомками его являются овсы. Это и есть Овсети, что была частью [удела] Кавкаса. Дурдзук же, что был самым знаменитым среди сынов Кавкаса, ушел и расположился в горной теснине, которой и дал имя свое – Дурдзукети138». В данном сообщении при всем желании нельзя найти хоть какое-то указание на факт переселения Дурдзука на восток от Терека. Более того, возможность такого переселения противоречит данным первоисточника, ибо если даже и отождествлять Ломеки с рекой Терек, то земли к востоку от Ломеки, согласно Леонти Мровели, были отданы двоюродному брату хазарского царя: «…тогда же отдал хазарский царь своему двоюродному брату удел Лекана от моря Дарубандского на востоке до реки Ломеки139». В источнике вообще не говорится о каких-либо перемещениях населения на восток, а речь идет о том, что Дурдзук, самый знаменитый среди сынов Кавкаса, «ушел и расположился в горной теснине, которой и дал имя свое – Дурдзукети», то есть речь идет об отходе части нахского населения (кавкасиани) из равнинной зоны Предкавказья на юг, к горным ущельям Центрального Кавказа. При этом, по данным Леонти Мровели, в предгорные и горные зоны ушел только один из сынов Кавкаса – Дурдзук, а о перемещении его братьев не сообщается ничего, и это свидетельствует о том, что они со своими людьми, т.е. большая часть кавкасиани, по-прежнему оставались в области своего проживания – равнинной зоне Центрального Кавказа. Поэтому говорить о каком бы то ни было отрыве 137 Туаллагов А.А. Скифы Северного Кавказа… С. 24; См. также: Гаглойти Ю.С. Све- дения грузинских письменных источников... С. 117–118. 138 Мровели Леонти. С. 28. 139 Там же. Кавкасиани Леонти Мровели 55 нахского этноса от массива кавкасиан (т.е., по сути, нахов от самих же нахов!) не приходится, ибо это не имеет никакого отношения к историческим реалиям. Также совершенно неправомерно и весьма упрощенно было бы трактовать сведения Леонти Мровели о нашествии хазар (скифов), уходе части кавкасиан во главе с Дурдзуком к горным теснинам и расположении в равнинной зоне Уобоса (овсов) буквально, как единовременный акт, произошедший в середине I тысячелетия до н. э., как это иногда представляется в научной литературе140. Сведения о событиях, происходивших на протяжении более чем тысячелетия – с VII в. до н. э., когда на Северном Кавказе появились скифы, и до раннего средне- вековья включительно, Леонти Мровели – в свойственной ему манере – передает в сжатом виде141. Рассказ Леонти Мровели о появлении на Северном Кавказе сына царя хазар (скифов) Уобоса – этнарха осетин-овсов, и об уходе Дурдзука, т.е. части кавкасиан, на юг, в «горные теснины» Центрального Кавказа, отражает события, имевшие место в середине I тысячелетия н. э., в период великого переселения народов, когда под натиском тюркоязычных гуннов пришли в движение народы, населявшие Азию и Европу (в частности, некоторые ираноязычные племена степей начали отходить к предгорьям Кавказа, а ряд нахских племен – кавкасиани, из Предкавказских равнин в предгорные и горные зоны). Сообщения же Леонти Мровели о том, что самые знаменитые сыновья Кавкаса и Лекана – Дурдзук и Хозоних, отойдя в горные теснины, основали там, соответственно, Дурдзукетию и Хозонихетию, просто фиксирует итог сложных этнических и политических процессов, происходивших на протяжении многих столетий, и отражает этнополитическую ситуацию, сложившуюся в районах Центрального и Восточного Кавказа в раннем средневековье. Поэтому попытки обнаружить в труде Леонти Мровели какие-либо указания – хотя бы косвенные, на то, что после вторжения скифов в VII в. до н. э. нахское население (кавкасиани) Центрального Кавказа якобы частично было истреблено, оставшиеся в живых были высланы на восток, за Терек, а на землях кавкасиани поселились кочевые ираноязычные племена142, абсолютно беспочвенны и вряд ли имеют какие-либо научные перспективы. При этом ссылки на автора ХVIII в. Вахушти (см. выше) и попытки спроецировать нарисованную им этнополитическую карту Кавказа периода позднего средневековья на I тысячелетие до н. э., период нашествия хазар (скифов), и делать на этой основе какие-либо выводы, представляются совершенно некорректными143. 140 Гаглойти Ю.С. Сведения грузинских письменных источников… С. 228; Туаллагов А.А. Скифы Северного Кавказа… С. 24–25. 141 См.: Дидебулидзе З.Ш. Хроника Леонти Мровели… С. 89–90. 142 Туаллагов А.А. Скифы Северного Кавказа… С. 24–25. 143 Следует, однако, отметить, что между указанными авторами существуют некоторые разночтения данных Леонти Мровели. Так, согласно Ю.С. Гаглойти, вторжение скифов (хазар) привело к уничтожению части коренного населения Центрального Кавказа и вы- селению оставшейся части на восток. С этого времени (середина I тысячелетия до н. э.) вплоть до позднего средневековья северо-западные и центральные районы Кавказа, южные отроги Центрального Кавказа, а также большая часть Абхазии вместе с ее древ- 56 Глава I. Нахские племена Центрального Кавказа (I тыс. до н.э.) Нет сомнения в том, что термин кавкасиани Леонти Мровели употребляет в этническом смысле и обозначает им нахские племена, проживавшие в районах Центрального Кавказа как до вторжения сюда кочевых племен хазар (скифов, сарматов и др.), так и в последующие периоды. Однако сказанное вовсе не означает, что этноним кавкасиани в древнегрузинских источниках не использовался также и в политическом собирательном значении. В периоды, когда под эгидой кавкасиани (нахов), среди которых были не только нахские, но и другие иноязычные племена, в том числе и ираноязычные, образовывались политические союзы, термин кавкасиани употреблялся, несомненно, уже не только в этническом, но и в политическом собирательном значении. В этом случае название кавкасиани применялось для обозначения не только собственно нахских племен, но и всего населения данного политического объединения. Однако это совершенно не означает, что этноним кавкасиани и эпоним нахов – Кавкасос древнегрузинских источников, следует отождествлять с географическим термином Кавказ тех же древнегрузинских, и тем более античных источников. Впрочем, не исключено, что греко-латинские авторы тоже употребляли термин кавказцы в этническом значении, на что в свое время обратил внимание еще Л.А. Ельницкий144. В одном из фрагментов латинской версии греческой повести Псевдо-Коллисфена об Александре Македонском дается список народов, восставших против египетского фараона Нектанеба II (около 360–341 гг. до н.э.): «…индийцы, арабы и финикийцы, парфяне и ассирийцы, а также скифы, ней столицей Анакуап (Новый Афон) являлись этнической территорией племен скифо- сарматского происхождения, поздних алан-осетин (Гаглойти Ю.С. Проблемы этнической истории южных осетин... С 26, 30–38). А согласно А.А. Туаллагову, не только Северо- Западный и Центральный Кавказ, но и Дагестан, т.е. весь Северный Кавказ – от Ана- пы, расположенной у Черного моря, на западе до берегов Каспийского моря на востоке, с древнейших времен до позднего средневековья являлся зоной обитания ираноязыяч- ных племен, предков осетин. Что касается кавкасиани и лекани Леонти Мровели, то по А.А. Туаллагову, они вовсе не торгомосианы и должны быть причислены к ираноязыч- ным племенам (Туаллагов А.А. Скифы Северного Кавказа… С. 23–30). С другой стороны, согласно мнению грузинского филолога П. Ингороква и его после- дователей, на всей территории Южного Кавказа, от Анапы до Каспийского моря, непре- рывно, во все времена проживали одни грузинские племена, а другие народы пришли с Северного Кавказа («спустились с гор»?!) лишь в позднем средневековье. Таким образом, получается, что весь Северный Кавказа – от Анапы до Каспийского моря, сплошь зани- мали ираноязычные племена − скифы, сарматы, аланы и осетины, а весь Южный Кавказ – грузинские племена. Что же касается собственно коренных кавказских народов – аб- хазов, адыгов (черкесов), нахов, дагестанцев, не говоря уже о тюркоязычных кавказских народах – кумыках, карачаевцев, балкарах, то им вообще отказано в праве на существо- вание на древнем Кавказе, поскольку эти народы, оказывается, пришли на Кавказ лишь в позднем средневековье (правда, не уточняется откуда именно они пришли и как за столь короткий промежуток времени сумели занять весь Кавказ). Разумеется, подобные рас- суждения не выдерживают никакой критики, не имеют отношения к науке и выходят за рамки научной этики. 144 Ельницкий Л.А. Скифия евразийских степей… С. 56–57. Кавкасиани Леонти Мровели 57 аланы, оксидраки, серы и кавконы, иберы, агриофаги, эвномиты и все варварские народы Востока145». И вполне может оказаться справедливым предложенное Л.А. Ельницким сопоставление народа кавконы, упомянутого в процитированном отрывке, с кавкасианами древнегрузинских источников146. Кавконы названы рядом со скифами, аланами, иберами, что исключает какое-либо отождествление с ними, и не исключено, что термин кавконы (Caucones) восходит к грузинскому кавкасиани, применявшемуся для обозначения нахов, и в античную этнономен- клатуру попал в эпоху эллинизма именно через грузинскую среду. Вернемся к сообщению Леонти Мровели о распределении Таргамосом земель между его восемью сыновьями. Каждому из сыновей Таргамос выделил удел земли, в том числе «…дал Лекану [земли] от моря Дарубандского (Каспийского – Г.Г.) до реки Ломеки, к северу – до Великой реки Хазарети (Волга – Г.Г.), Кав- касу – от реки Ломеки до рубежей Кавказа на западе147». В научной литературе не раз отмечалось, что очерченные в хронике Леонти Мровели границы земель дагестанских (Лекан) и нахских (Кавкас) племен «основаны на каких-то более древних представлениях», уходящих еще в доскифское время, и эти «свидетель- ства «Картлис цховреба» о населении Северного Кавказа, при всей их неясности и мифической окраске, уже несут в себе явный элемент реальности148». На западе граница проживания кавкасиани доходила «до рубежей Кавказа». В данном сообщении Леонти Мровели, как справедливо заметил Г.А. Меликишвили, речь, безусловно, идет о западных областях Центрального Кавказа, т.е. о районе Приэльбрусья149. Это подтверждается и припиской средневекового комментатора, который «гору Кавказ» называет Эльбрусом. Так, разъясняя слова Леонти Мровели о том, что северной границей территории Таргамоса является «гора Кавказ», он пишет, что под словами «гора Кавказ» следует понимать Эльбрус («Кавказ − это Албуз150»). Это примечание уточняет, что в словосочетании «до рубежей Кавказа» под Кавказом подразумевается горная цепь, тянущаяся не до Черного моря, как это иногда ошибочно понимают некоторые современные исследователи, а лишь до горы Эльбрус. Далее, к западу от горы Эльбрус, на территории до Азовского и Черного морей проживали древнеадыгские племена. Восточная граница, отделявшая кавкасиан (нахов) от лекан (дагестанцев), проходила по реке Ломеки (на нахских языках – горная река), обычно отождест- 145 Алемань Агусти. Аланы в древних и средневековых письменных источниках. М., 2003. С. 196. 146 Ельницкий Л.А. Скифия евразийских степей… С. 56–57. 147 Мровели Леонти. С. 22. 148 Виноградов В.Б. Сарматы Северо-восточного Кавказа... С. 136–137; См. также: Ме- ликишвили Г.А. К истории древней Грузии... С. 53; Дидебулидзе З.Ш. Хроника Леонти Мровели… С. 90; Ковалевская В.Б. Кавказ – скифы, сарматы… С. 53. 149 Меликишвили Г.А. К истории древней Грузии... С. 97. 150 Картлис цховреба. Т. I. С. 4; см.: Ачугба Т.А. К интерпретации одного сообщения Леонти Мровели о расселении эгрисцев // Проблемы древней и средневековой археоло- гии Кавказа. III абхазская международная археологическая конференция. Сухум. 2013. С. 299. 58 Глава I. Нахские племена Центрального Кавказа (I тыс. до н.э.) вляемой с рекой Терек. По мнению В.Б. Виноградова, граница между леканами и кавкасианами, проведенная Леонти Мровели по реке Ломеки (Терек), почти совпадает с линией разграничения между «кобанской и каякентско-хорочоевской археологическими культурами по территории Чечни, т.е. в непосредственной близости от р. Терек151». Вместе с тем, поскольку мы не располагаем какими-либо материалами, хотя бы косвенными, которые могли бы свидетельствовать о проживании дагестанских племен (лекан) на правобережье верховья Терека – как в древности, так в более поздние эпохи, нет полной уверенности в том, что реку Ломеки Леонти Мровели следует отождествлять с рекой Терек. Под именем Ломеки (Горная река) могла быть известна любая горная река, отделявшая нахов от дагестанцев. По мнению Р. Арсанукаева, название Ломеки у Леонти Мровели «относится не к Тереку, а к Аргуну, истоки которого находятся на относительно небольшом расстоянии от истоков Терека152», что, кажется, выглядит более предпочтительно, тем более что граница между кобанской и каякентско-хорочоевской археологическими культурами проходила как раз несколько восточнее реки Аргун. Во всяком случае, если и идентифицировать Ломеки с Тереком, то следует, видимо, полагать, что у Леонти Мровели речь идет о границе между нахскими и дагестанскими племенами (кавкасианами и леканами), проходившей не в верховьях, а в срединном течении Терека, от места впадения в него Сунжи и разворота на север. Если принять во внимание предложение В.Б. Виноградова о проведении границы между кавкасианами и леканами по линии, разграничивающей кобанскую и каякентско-хорочоевскую археологические культуры, то такое предположение подтверждается тем, что северо-восточные границы распространения кобанской культуры отодвигаются «в полупустынные ныне степные районы междуречья Кумы и Терека153». К сожалению, Леонти Мровели дает сведения лишь о западных и восточных границах расселения кавкасиани. Вместе с тем, основываясь на его данных о северной границе Картли, можно попытаться установить линию раздела территории Кавкаса и Картлоса. Одному из сынов Таргамоса Картлосу были определены такие границы: «…с севера рубежи Гадо, Малая Гора, что отходит ветвью от Кавказа и примыкает к окончанию Гадо, которую ныне именуют Лихи154». Гадо, или Лихи, – это Суромский хребет, делящий Южный Кавказ на восточную и западную части и окаймляющий Картли с запада и северо-запада. Поэтому говорить о Лихском хребте как о северной границе Картли, как это иногда случается в литературе, было бы не совсем верно. У Леонти Мровели речь 151 Виноградов В.Б. Сарматы Северо-восточного Кавказа... С. 137. 152 Арсанукаев Р. Вайнахи и аланы... С. 44. 153 Виноградов В.Б. Сарматы Северо-восточного Кавказа... С. 135. Вместе с тем, учитывая определенное влияние на Хронику Леонти Мровели греческой литературы, отмеченное исследователями, нельзя, видимо, исключать также и влияние античной традиции, согласно которой, река Терек протекала параллельно Кавказскому хребту и впадала в Каспийское море (см. выше). 154 Картлис цховреба. С. 10; Мровели Леонти. С. 30. Кавкасиани Леонти Мровели 59 идет о двух горах – Гадо и Малой горе, «что отходит от Кавказа и примыкает к окончанию Гадо» (Лихи). По Малой горе и окончанию Гадо и проходят северные рубежи Картлоса. Какая гора имеется в виду под Малой в сообщении Мровели, уточняет «Мокцевай Картлисай», где северные границы Картли проводятся по горе Цроль: «И держал при себе царь Александр сына царя Ариан-Картли Азо, и дал ему в резиденцию Мцхета, назначив границами Эрети, Эгрисцкали, Армению и Црольскую гору, и ушел155». Црольская гора «Мокцевай Картлисай» – то же, что и Малая гора Леонти Мровели. Это, по всей видимости, горный хребет, пролегающий от северо-восточного отрога Лихского (Суромского) хребта, т.е. «окончания Гадо», на юго-восток, параллельно Главному Кавказскому хребту, и служащий водоразделом между реками Большая Лиахви и Проне. Местность под названием Цроль по сей день существует в Джавском районе современной Южной Осетии. Все вышесказанное подтверждается и тем, что в армянской версии «Картлис цховреба» граница удела Картлоса проведена от Кларджети до реки Лех (Леаухи, Лиахви) на севере156, т.е. до подножья Црольской (или Малой) горы. Далее, рассказывая о событиях начала II в. до н. э., Леонти Мровели сообщает, что на границе Дурдзукети и Картли были построены врата Дарубал, которые, как отмечено выше, соответствуют Сарматским (Цилканским) воротам у Жинвали. Следовательно, можно предположить, что, по древнегрузинской традиции, граница между уделами земель Картлоса и Кавкаса шла от северных отрогов Лихского (Гадо) хребта по Црольской горе до ворот Дарубал (Сарматские ворота античных авторов, Дурдзукские – арабских, Цилканские − «Ашхарацуйца»), расположенных около Жинвали (Жинвани). Как видно, пограничная линия между землями Картлоса и Кавкаса практически полностью совпадает с южными рубежами нахаматеан «Ашхарацуйца», проходившими, как указано выше, по границе Азиатской Сарматии с Картли. Факт пролегания границы между картвелами (грузинами) и кавкасианами (нахами) по вышеуказанной линии фиксируется в древнегрузинских письменных источниках, по крайней мере, начиная со II в. до н. э. Грузинская историческая традиция донесла свидетельства о проживании древних нахских племен также и на севере Колхиды, на территории между Главным Кавказом и горной цепью Эгрисского и Рачинского хребтов. Как пишет Леонти Мровели, Картлийский царь Саурмаг (вторая половина III в. до н. э.) «привел с собой всех – половину рода кавкасианов. Некоторых из них сделал родовитыми, остальных посадил в Мтиулети, от Дидоети до Эгриси, которая есть Суанети157». Конечно, данное сообщение нельзя воспринимать в 155 «Мокцевай Картлисай». С. 82; Обращение Грузии. С. 22. 156 Древнеармянский перевод грузинских исторических хроник. С. 7. 157 Древнеармянскую версию данного отрывка Г.В. Цулая переводит как «…привел по- ловину размножившихся ковказских племен и поселил [их] в Мтиулети, которая есть Сва- нети…», что существенно искажает смысл текста. Получается, что речь идет о каких-то кавказских племенах неопределенной этнической принадлежности. В действительности 60 Глава I. Нахские племена Центрального Кавказа (I тыс. до н.э.) буквальном смысле, утверждая, что царь Саурмаг мог осуществить в то время столь грандиозное переселение нахских племен – так, чтобы те за короткий период времени заняли территорию от Дидоети (Дагестан) до Сванети (верховья Ингура). Как отмечает в связи с этим Г.А. Меликишвили, «ясно, что здесь имеется попытка объяснить, откуда появились кавкасиани …на южных склонах Кавказа158». Таким образом, на нарисованной в древнегрузинском источнике этнической карте древнего Кавказа нахские племена – кавкасиани, занимают северные и южные части всего Центрального Кавказа. При этом границы страны нахов – кавкасиани грузинского историка и нахаматеан армянского географа, полностью совпадают: на западе – Приэльбрусье и верховье Ингури, на юге – Эгриссский и Рачинский хребты, северные отроги Лихского хребта, Цилканские (Дурдзукские, Сарматские) ворота у Жинвали. К сожалению, ни армянский, ни грузинский источники не дают никакой информации о северных рубежах древней страны нахов. Можно лишь предположить, что на севере территория расселения нахов доходила до степных районов, где нахи граничили с кочевыми племенами.

0

3

На территории, называемой Сарматией (или Азиатской Сарматией), проживало большинство племен и народов Кавказа. Именно поэтому, рассказывая о народах, приходивших в Диоскуриду со всего Кавказа, Страбон уточняет, что большинство из них сарматы (то есть жители Азиатской Сарматии), но все они кавказцы (то есть, все они являются народами Кавказа). Такая трактовка сообщения Страбона согласуется и с тем, что в его работе южные пределы Сарматии ограничиваются той же линией, что позднее мы видим и у Птолемея. И именно по южной границе Азиатской Сарматии Страбон делит население Иберии на равнинных и горцев, пытаясь объяснить различие этих групп тем, что равнинные больше сходны с армянами и мидийцами, а горцы – со скифами и сарматами.


Вообще-то южные границы Сарматии у Страбона оканчиваются Главным Кавказским хребтом (в дальнейшем – Кавказский хребет), за которым уже начинаются Иберия и Албания.

Все побережье ахейцев и остальных народностей вплоть до Диоскуриады и местностей, расположенных на прямой линии к югу от нее в глубине страны, лежит у подошвы Кавказа. Эта гора возвышается над обоими морями — Понтийским и Каспийским, перегораживая как бы стеной разделяющий их перешеек. Гора отделяет с юга Албанию и Иберию, а с севера — сарматские равнины. (Страбон, «География», Книга XI, Глава II)

Гора, то есть Кавказский хребет, отделяет, то есть разграничивает, Иберию от равнин Сарматии. О чем еще может быть речь, кроме как о прямом обозначении Кавказского хребта в качестве границы Иберии и Сарматии?

Что касается равнинного и горского населения Иберии, где последних Гумба стремится представить как субъект Сарматии, и через это очередной раз пытается сдвинуть северную границу Иберии на юг. Как объяснит Гумба, почему этих горцев Иберии, если они входили в состав Сарматии, Страбон описывает в главе, специально посвященной Иберии (3-я глава)? Я могу объяснить это с легкостью. Они у Страбона и есть самые настоящие иберы, и ни в какую Сарматию они не входят.

Конечно, он свидетельствует, что они живут «по обычаям скифов и сарматов», но тут же добавляет, что это по той причине, что они являются их «соседями и родственниками». Быть соседями сармат, не означает быть сарматами. Породниться с сарматами путем браков, не означает стать сарматами.

В следующем же предложении, географ продолжает об иберийских горцах, что «в случае каких-нибудь тревожных обстоятельств они выставляют много десятков тысяч воинов как из своей среды, так и из числа скифов и сарматов», и этим прямо дает понять, что среда скифов и сармат и среда иберийских горцев – независимы одна от другой. В противном случае, горское население Иберии фигурировало бы под именем сармат, как фигурирует у Страбона горское население Северного Кавказа.

Бесспорно, Сарматия, на стыке тысячелетий, оказывала серьезное культурное воздействие на горское население обоих склонов Хребта. В политическом же значении, северный склон вообще находился в ее составе. Но никак не южный. По крайней мере Страбон ни о чем таком не заявляет. Он лишь замечает, что горское население Иберии находится под культурным влиянием соседней Сарматии.

0

4

В то же время в другом месте своего труда Страбон проводит южные границы Первой части Азии (Азиатская Сарматия Птолемея) по реке Кура, то есть Иберию и Албанию включает уже в пределы Сарматии: «Те, кто переходит в географическом описании от Европы к Азии, при разделении на две части встречаются сначала с северными областями. … С южной стороны эти области (Первая часть Азии, Азиатская Сарматия Птолемея – Гурам Гумба) ограничены пространством от устья Кира.


Страбон действительно, в описании Азии (Книга XI, Глава I), делит ее на несколько частей, и в ту часть, куда входит в том числе и Сарматия, кажется включает также и Иберию с Албанией. Однако автор никак, никаким именем не обозначает эту часть. Можно согласиться с Гумба и обозначить ее как «Первая часть Азии». Повторюсь, напрямую Страбон так ее не называет, однако в силу того, что следующая часть Азии обозначена им как «вторая часть», можно, эту, где Сарматия, Иберия, Албания и остальные, назвать Первой.

Но вот со вторым термином Гумба – Азиатская Сарматия – как условным именем для Первой части Азии Страбона, никак нельзя согласиться.

Во-первых, сам географ избегает подобного подхода. Еще раз повторю, что Страбон нигде не называет Первую часть Азии Сарматией. Следовательно, он никому не дает повода считать это Первую часть Азии – Азиатской Сарматией.

Во-вторых, у Гумба это носит геополитический оттенок. У него получается, что Страбон, через объединение Сарматии, Иберии и Албании в единый субрегион Азии, включает Иберию и Албанию в политические границы Сарматии. Однако у Страбона тут чистая география. Он так и говорит, что «далее следует приступить к описанию этой части света [Азии - Дато], разделив ее ради ясности известными естественными границами». Ключевое словосочетание тут – естественные границы. Это не политические границы государств, нет, это границы физической карты.

И потом, что за непоследовательность! Сперва писать, что у Страбона Горная Иберия якобы входит в состав Азиатской Сарматии, после чего приписывать Страбону включение всей Иберии в состав Сарматии.

0

5

Еще на заре научного кавказоведения одни из его основоположников И.А. Джавахишвили и Н.Я. Марр высказали мнение о кавказском происхождении сармат. В своих работах известные ученые отмечали, что название сармат употреблялся в древних источниках для обозначения преимущественно исконно кавказских племен: «…имя саурмат, сармат, сюрмат могло быть собирательным именем только адыгейско-чеченских и лезгинских племен…» (Джавахишвили И.А. Основные историко-этнологические проблемы Грузии). Эта идея не нашла широкой поддержки в советской историографии, однако до сих привлекает внимание ученых, а в последнее время получила дальнейшее развитие в работах Р. Арсанукаева. Кстати, одним из основных аргументов в пользу версии о применении античными авторами термина сармат для обозначения лишь автохтонного адыго-нахско-дагестанского этнического массива, по мнению Р. Арсанукаева, являются именно сообщения Страбона о сарматах (Арсанукаев Р. Вайнахи и аланы).


При таком географическом положении первую часть — от северных стран и океана — населяют некоторые скифы-кочевники, живущие в кибитках, а еще далее от них в глубь страны — сарматы (также скифы), аорсы и сираки, простирающиеся на юг до Кавказских гор; они частью кочевники, частью живут в шатрах и занимаются земледелием. (Страбон, «География», Книга XI, Глава II)

Если войти в Каспийское море, то справа живут скифы или сарматы, пограничные с европейскими странами, между Танаисом и этим морем, большей частью кочевники (о них я уже упоминал). Слева живут восточные скифы, также номады, область которых простирается до Восточного моря и Индии. (Страбон, «География», Книга XI, Глава VI)

Как видно из двух приведенных цитат, Страбон считал сармат кочевниками, такими же как скифы, а значит иранцами. Так что, у Страбона они отнюдь не выглядят «лишь автохтонами» Кавказа. Другое дело, что слова «на юг до Кавказских гор» и «частью живут в шатрах и занимаются земледелием», может намекать на нахождение в составе сармат (восточно-иранских кочевников) оседлых кавказских автохтонов (северо-кавказских горцев), также носящих имя сармат, как народы, подвластные сарматам.

0

6

Таким образом, Страбон, говоря о южных границах Первой части Азии (Азиатской Сарматии), следует двум античным традициям, по одной из которых, граница Первой части Азии на юге проходила по реке Кура и включала в себя Иберию и Албанию, а согласно другой, шла по линии северных границ Колхиды, Иберии и Албании. Термином Кавказ Страбон называет всю одноименную географическую область, включая и ту ее часть, которая, как считали античные авторы, входила в пределы Азиатской Сарматии, а также Колхиду, Иберию и Албанию. На юге же границу Кавказа Страбон проводит по реке Кура, отделявшей в то время Армению от Албании и Иберии, поэтому албанцев и иберийцев, как и колхов географ относит к кавказцам («албанские и иберийские племена … можно, пожалуй, также назвать кавказскими племенами»).


Никаким двум античным традициям Страбон не следует, ничего подобного у него нет. Тогда бы он так и обозначил, что в одной традиции Иберия входит в состав одного с Сарматией субрегиона, а в другом – туда входит лишь горная часть Иберии. У Страбона не так, у него вся Иберия находится в субрегионе Первая Азия.

Далее, «термином Кавказ Страбон» не «называет всю одноименную географическую область». Кавказ у Страбона, это исключительно Кавказский хребет, это горы. А то, что Гумба подразумевает Кавказом у Страбона, является у того Первой Азией.

Удивительно, но Гумба только что признал это – то, что Страбон называет Северный и Южный Кавказ субрегионом Первая часть Азии, или Первая Азия. А ниже (т.е. тут), Гумба сам же себя попытался опровергнуть, выдумав регион Кавказ в «Географии» Страбона.

0

7

Многие античные авторы применяют имя Кавказ для обозначения не только собственно Кавказа, но также и горных хребтов, расположенных на территории Индии. Полемизируя с ними, Страбон пишет, что «наиболее высокими частями настоящего Кавказа являются самые южные его части – у Албании, Иберии, страны колхов и гениохов». Эти цитаты приводятся, чтобы вновь подчеркнуть: имя Кавказ используется Страбоном как географический термин для обозначения всей горной цепи Кавказа, тянущейся от Черноморского побережья гениохов до Каспийского моря, и все высказывания о том, что данным термином он обозначает лишь центральную часть Кавказа, безосновательны. Таким образом, у Страбона, как и у других античных географов, понятия Кавказ и Сарматия являются взаимодополняющими и употребляются в географическом собирательном значении.


Более чем сомнительное утверждение. Сарматия (азиатская) у Страбона и остальных античных авторов, это вполне конкретная страна. Зато Кавказ у них исключительно горный хребет, как раз служащий южной границей Сарматии. Таким образом, Кавказ, как субъект географии, наполовину является частью Сарматии, субъекта политического.
Почему Гумба так настойчиво стремится отождествить Кавказ с Сарматией, понятно. С помощью Сарматии, он думает «перевести» античный Кавказ из сферы географии в политическую сферу.

Это ясно и по его ссылке на И. Джавахишвили и Н. Марра, будто бы проповедовавших версию об этнической принадлежности сармат к кавказским автохтонам, в которой Гумба узрел чуть ли не полную тождественность сармат и кавказцев.

Итак, у Страбона и других авторов, Северный Кавказ входит в состав Азиатской Сарматии, а местное автохтонное население фигурирует в античных источниках под именем сармат, заодно с сарматами исконными, населяющими равнины севернее.

А что же делает Гумба? Он действует поэтапно. Первое. Объявляет весь Кавказский хребет, то есть оба его склона, а не только северный, частью Сарматии. Второе. Делает Кавказский хребет и его предгорья полноценным регионом Сарматии, и нарекает его именем Кавказ. Третье. Поднимает статус региона Кавказ до уровня основного региона Сарматии, а его население, соответственно, государствообразующим, и на этом основании наделяет себя правом называть страну Сарматия – кавказской страной. Четвертое. Он ссылается на мровелианских кавкасиан, как на нахский народ (тут, правда, я с ним целиком согласен), и этим доказывает, что все северо-кавказские автохтоны, если не исключительно нахи, то они нахи в основном и в первую очередь, и этим фактически ставит знак равенства между кавказцами и кавкасианами Мровели. Пятое. Остается лишь сложить готовый материал. Поскольку кавказские автохтоны у Гумба, есть главный, ведущий народ Сарматии, и поскольку они же являются нахами, то Сарматию смело можно записать в страну нахов.

0

8

Также совершенно неправомерно и весьма упрощенно было бы трактовать сведения Леонти Мровели о нашествии хазар (скифов), уходе части кавкасиан во главе с Дурдзуком к горным теснинам и расположении в равнинной зоне Уобоса (овсов) буквально, как единовременный акт, произошедший в середине I тысячелетия до нашей эры, как это иногда представляется в научной литературе. Сведения о событиях, происходивших на протяжении более чем тысячелетия – с VII века до нашей эры, когда на Северном Кавказе появились скифы, и до раннего средневековья включительно, Леонти Мровели – в свойственной ему манере – передает в сжатом виде. Рассказ Леонти Мровели о появлении на Северном Кавказе сына царя хазар (скифов) Уобоса – этнарха осетин-овсов, и об уходе Дурдзука, то есть части кавкасиан, на юг, в «горные теснины» Центрального Кавказа, отражает события, имевшие место в середине I тысячелетия нашей эры, в период великого переселения народов, когда под натиском тюркоязычных гуннов пришли в движение народы, населявшие Азию и Европу (в частности, некоторые ираноязычные племена степей начали отходить к предгорьям Кавказа, а ряд нахских племен – кавкасиани, из Предкавказских равнин в предгорные и горные зоны).


Это почему же это неправомерно? Наоборот, неправомерно было бы считать, будто эпизод с Уобом и появлении мровелианских овсов на Кавказе, относится к событиям середины I тысячелетия нашей эры, а не до нашей эры. Гумба это прекрасно знает, хотя бы в силу того, что он внимательно читал Мровели, и все равно представляет данный эпизод в искаженным виде, ради чего, даже идет на искажение образа самого Мровели, приписывая тому «свойство передавать все в сжатом виде».

Делает это Гумба с целью обезопасить свою концепцию о большом и сильном нахском государстве, будто бы существовавшем с середины I тысячелетия до нашей эры, по середину I тысячелетия нашей эры. И только после того, как гунны потеснили сармат, от сармат отделились аланы, или овсы у Мровели, и в поисках новой родины, отступили в предгорья Северного Кавказа, откуда вытеснили нахов и дагов, в свою очередь поднявшихся выше в горы, заверяет Гумба.

Сперва, правда, Гумба соглашается, что сам процесс наступления иранских кочевников на нахов и дагов начался давно, еще в VII веке до нашей эры. Но уточняет, что он растянулся на дюжину веков. А Мровели просто передал этот длительный процесс в «сжатом виде», как «единовременный акт».

На самом деле, как я думаю, данная фраза у Гумба служит лишь прикрытием, пылью пущенной в глаза, поскольку совсем отрицать древнее присутствие скифов в регионе он не может, настолько это неоспоримый исторический факт. В конце концов, он даже знает и называет дату - VII век до нашей эны, и дата эта верна. Однако, повторяю, это пыль в глаза, чтобы таким маневром тихонько протолкнуть свой сомнительный аргумент, что Гумба делает буквально в следующем предложении.

Оказывается «рассказ Леонти Мровели о появлении на Северном Кавказе сына царя хазар (скифов) Уобоса – этнарха осетин-овсов, и об уходе Дурдзука, то есть части кавкасиан, на юг, в «горные теснины» Центрального Кавказа, отражает события, имевшие место в середине I тысячелетия нашей эры, в период великого переселения народов». Эти «события в середине I тысячелетия нашей эры» - это ведь можно расценивать как «единовременный акт»? Гумба очень хочет так расценивать. Зато он очень не (!) хочет так расценивать по ситуации на середину I тысячелетия до (!) нашей эры, его это не устраивает. Поэтому для тех, кто думает о VII веке до нашей эры, припасен аргумент о Мровели, как любителе сжимать растянутые события и превращать их в единовременный акт. Ход, бесспорно, ловкий.

Получается, Гумба как бы и не отрицает неопровержимый исторический факт нашествия скифов на Кавказ, тогда как в действительности, он растягивает его до нужной ему эпохи, и этим выкраивает для его вымышленной древненахской державы, необходимое время. Скифы, де, с VII века до нашей эры стали подумывать о нашествии на Кавказ, и пока раздумывали и планировали, да пока начали собираться, смотришь, и целое тысячелетие пролетело. Историки-то античные, думали что скифы на Кавказе уже с VII века до нашей эры, а они только в V веке нашей эры тут появились, да и то, не по собственной воле, а под натиском гуннов.

И вот это, вот этот «натиск гуннов», это Гумба предлагает «трактовать буквально и упрощенно, как единовременный акт», потому что тут уже можно, ведь приход осетин на Кавказ в V веке нашей эры, не мешает существованию гумбовской древненахской державы V века до (!) нашей эры. А там это мешало, и потому там не нужно было («неправомерно») смотреть «упрощенно и трактовать сжато».

0

9

Сообщения же Леонти Мровели о том, что самые знаменитые сыновья Кавкаса и Лекана – Дурдзук и Хозоних, отойдя в горные теснины, основали там, соответственно, Дурдзукетию и Хозонихетию, просто фиксирует итог сложных этнических и политических процессов, происходивших на протяжении многих столетий, и отражает этнополитическую ситуацию, сложившуюся в районах Центрального и Восточного Кавказа в раннем средневековье. Поэтому попытки обнаружить в труде Леонти Мровели какие-либо указания – хотя бы косвенные, на то, что после вторжения скифов в VII веке до нашей эры нахское население (кавкасиани) Центрального Кавказа якобы частично было истреблено, оставшиеся в живых были высланы на восток, за Терек, а на землях кавкасиани поселились кочевые ираноязычные племена, абсолютно беспочвенны и вряд ли имеют какие-либо научные перспективы.


И это пишет ученый-историк. Неужели Гумба не изучал материалов по истории скифов, написано которых великое множество. В VIII-VII веках до нашей эры, этот воинственный и жестокий народ, как сорвавшийся с цепи зверь набросился на страны Закавказья.

Правда сперва скифы ударили по киммерийцам, крупному индоиранскому народу, занимавшему Северное Причерноморье, Приазовье, равнины Дона и Кубани, Предкавказье. Киммерийцы тоже были воинственным народом, но сил дать отпор скифам не нашли, и целым скопом бежали на юг, до самой Малой Азии, по пути опустошив Колхиду. Скифы же, тем временем, орудовали по всему Восточному Кавказу, и южнее, в Мидии, а также на Араратском нагорье. Перечисленные регионы ими долго и жестоко разорялись.

Все эти события подробно описаны Геродотом. Что там Мровели, когда сам Отец Истории, между прочим, в отличии от Мровели, живший в этой самой середине I тысячелетия до нашей эры, описывает бегства народов и гибель стран, вызванные скифским нашествием. И раз такой крупный и солидный народ, каким были киммерийцы, бежал от скифов, то тем более относительно мелкие народы – нахи и даги – не имели никаких шансов при столкновении со скифами. Так что, «частичные истребления» и «выселения в горы» очень даже не «беспочвенны», и не просто имеют «научные перспективы», но это и есть официальная наука.

Возвращаясь к грузинскому летописцу, скажу, что по данному эпизоду ему доверять можно. Разумеется с условием, что под его хазарами (тюрками) конечно следует понимать скифов (индоевропейцев). Можно доверять хотя бы по той причине, что это ни в чем не противоречит общепринятой версии всеобщей истории. Для наглядности, чтобы убедиться насколько Мровели и Геродот близки к единому мнению на сей счет, приведу выдержки из их трудов. Сперва Мровели:

В ту пору усилились хазары и начали войну с племенами леков и кавкасов. Таргамосианы в то время пребывали во взаимном мире и любви. Над сыновьями Кавкаса был владыкой Дурдзук, сын Тирета. Решили шестеро Таргамосианов искать помощи в борьбе против хазар. И собрались все из племен Таргамосианов, преодолели горы Кавказа, покорили пределы Хазарети и, воздвигнув города на ее подступах, возвратились. Вслед за этим хазары избрали себе царя. Вся хазарщина стала повиноваться избранному царю, и возглавляемые им хазары прошли Морские ворота, которые ныне именуются Дарубанди. Не в силах оказались Таргамосианы противостоять хазарам, ибо было их бесчисленное множество. Полонили они страну Таргамосианов, сокрушили все города Арарата, Масиса и Севера. Остались за ними [Таргамосианами] города-крепости Тухариси, Самшвилде и Мтверская крепость (которая есть Хунани), Внутренняя Картли и Эгриси. Хазары освоили оба пути, как-то: Морские ворота Дарубанди и ворота Арагвские, которые суть Дариала. Стали частыми походы хазар, увод людей в плен, и никто не мог им противостоять. Отныне стали все Таргамосианы данниками хазар... В первый же свой поход хазарский царь перевалил горы Кавказа и полонил народы, о чем выше писано мною. Был у него сын по имени Уобос, которому дал пленников Сомхити и Картли. Дал ему часть страны Кавкаса, к западу от реки Ломека до западных пределов гор. И поселился Уобос. Потомками его являются овсы. Это и есть Овсети, что была частью [удела] Кавкаса. Дурдзук же, что был самым знаменитым среди сынов Кавкаса, ушел и расположился в горной теснине, которой и дал имя свое — Дурдзукети, и стал данником хазарского царя. Тогда же отдал хазарский царь своему двоюродному брату удел Лекана от моря Дарубандского на востоке до реки Ломека, к тому же дал ему пленников из Рани и Мовакани. И устроился он в уделе Лекана. Хозоних, что был самым знаменитым в роду Лекана, ушел в горную теснину, воздвиг там город и дал ему свое имя — Хозонихети. С тех пор в течение долгого времени все эти народы были данниками хазар.

Теперь выдержки из «Истории» Геродота:

Скифы вытеснили киммерийцев из Европы и преследовали их в Азии…
…Скифы во всяком случае вступили в Мидию не этим путем, но, свернув с прямой дороги, пошли верхним путем, гораздо более длинным, оставляя при этом Кавказские горы справа. Здесь то и произошла битва мидян со скифами. Мидяне потерпели поражение, и их могущество было сломлено. Скифы же распространили свое владычество по всей Азии…
…28 лет владычествовали скифы в Азии и своей наглостью и бесчинством привели все там в полное расстройство. Ведь, помимо того что они собирали с каждого народа установленную дань, скифы еще разъезжали по стране и грабили все, что попадалось.
(Книга Первая)

Известно также, что скифы в погоне за киммерийцами сбились с пути и вторглись в Мидийскую землю. Ведь киммерийцы постоянно двигались вдоль побережья Понта, скифы же во время преследования держались слева от Кавказа, пока не вторглись в землю мидян. (Книга Четвертая)

Весьма примечательным здесь для нас должен выглядеть тот маршрут скифского вторжения в Закавказье, что передается Геродотом. Это «оставляя Кавказские горы справа» и «держались слева от Кавказа», точно соответствует «хазары прошли Морские ворота, ныне именуемые Дарубанди» у Мровели, и это как раз путь по равнинной части земель нахов и дагов.

Геродот может быть и не знает о маленьких горских народах по ту сторону Кавказского хребта, и поэтому не сообщает подробностей о завоевании их земель скифами. Это за него делает Мровели, по той причине, что Геродот историк всемирный, тогда как Мровели – местечковый. Поэтому Геродот, задача которого охватить весь мир, может пропускать подробности об отдаленных мелких странах, и из числа этих отдаленных, больше уделять место крупным, в частности киммерийцам.

Тогда как Мровели ограничивает свой труд историей Грузии и ее ближайших соседей. Вот почему у Геродота нет данных о завоевании скифами той же Дурдзукети, что вовсе не означает, что этого не было.

О нашествии же скифов на Дурдзукети, пишет уже Мровели. Таким образом, оба историка – Геродот и Мровели – в описываемых ими событиях VIII-VII веков до нашей эры, не противоречат друг другу. Напротив, благодаря Геродоту мы видим, что данный эпизод в труде Мровели исторически безупречен. Могу и припомнить фразу самого Гумба: «Именно поэтому данные, содержащиеся как в сочинении Леонти Мровели, так и в других раннесредневековых источниках, могут быть использованы лишь в том случае, если имеются альтернативные данные, контролирующие и подтверждающие их».

Так что, Гумба придется прямо принять то, как и написано, без увиливаний и попыток перевернуть смысл. Никакой нашей эры и гуннов в этом эпизоде нет. Уоб, если он существовал, и его овсы, а они существовали точно, пришли в Предкавказье в VIII-VII веках до нашей эры вместе со скифской волной, и поселились на отнятой, и при том значительной и лучшей, части земель нахов-дурдзуков.

Однако, мне кажется для пущей убедительности, будет лучше оставаться в рамках, заданных Гумба. Я имею ввиду, что в том или ином комментарии, мне следует придерживаться тех историков, на которых опирается сам Гумба. Цитируя их, он негласно признает их авторитет, и, соответственно, тем весомее будут выглядеть мои контраргументы, если основывать их я буду на тех же источниках.

Еще в предыдущей теме, в комментариях на первую часть первой главы, я старался следовать данному принципу. И теперь намереваюсь продолжить это и тут, и далее впредь. Поэтому, после Геродота, которого Гумба игнорирует (по крайней мере пока), сейчас предоставлю нужную цитату из Страбона, которого Гумба как бы признает (хотя сам Страбон наверняка черпал из трудов Геродота).

Киммерийцы — это племя, которое тревожило своими набегами жителей внутренней части страны на правой стороне Понта вплоть до Ионии. Однако скифы вытеснили их из этой области. (Страбон, «География», Книга XI, Глава II)

Итак, если с незапамятных пор и вплоть до конца VIII века до нашей эры, у аборигенов Северного Кавказа, и в частности нахов, и были какие-либо независимые государственные образования, а также если они и населяли предгорные равнины Кавказского хребта, севернее которых начинались, занимаемые уже киммерийцами, равнины Предкавказья, то все это закончилось в конце VIII века до нашей эры. Закончилось как для одних (киммерийцев), так и для других (кавказцев). Если первые вообще ушли отсюда, то вторые, потеряв большую и лучшую половину своих земель, потеряли вместе с тем и половину собственной свободы, превратившись в «данников хазар», что означает, что уцелевшая горная часть их страны, оказалась зависимой от скифов.

0

10

Впрочем, не исключено, что греко-латинские авторы тоже употребляли термин кавказцы в этническом значении, на что в свое время обратил внимание еще Л.А. Ельницкий. В одном из фрагментов латинской версии греческой повести Псевдо-Коллисфена об Александре Македонском дается список народов, восставших против египетского фараона Нектанеба II (около 360–341 года до нашей эры): «…индийцы, арабы и финикийцы, парфяне и ассирийцы, а также скифы, аланы, оксидраки, серы и кавконы, иберы, агриофаги, эвномиты и все варварские народы Востока». И вполне может оказаться справедливым предложенное Л.А. Ельницким сопоставление народа кавконы, упомянутого в процитированном отрывке, с кавкасианами древнегрузинских источников. Кавконы названы рядом со скифами, аланами, иберами, что исключает какое-либо отождествление с ними, и не исключено, что термин кавконы (Caucones) восходит к грузинскому кавкасиани, применявшемуся для обозначения нахов, и в античную этнономенклатуру попал в эпоху эллинизма именно через грузинскую среду.


Нет, это мимо. Кавконы обитали на западе Малой Азии, далеко от Кавказа. Этнически были родственны пеласгам, а значит относились к Тирренской семье, а не Кавказской.

0

11

Далее, к западу от горы Эльбрус, на территории до Азовского и Черного морей проживали древнеадыгские племена.


Только вот у Мровели об этом почему-то ни слова. Не знает он никаких адыгов в рамках рассматриваемого периода. А Черноморское побережье Кавказа у него населяют мегрелы.

Эгросу же дал страну у берегов моря и наметил рубежи: на востоке — Горы Малые, ныне называемые Лихи; на западе — море; [на севере] — Малая река Хазарети, где примыкают горы Кавказские. Эгрос воздвиг город и назвал его именем своим — Эгриси. Ныне он именуется Бедиа.

Таким образом, согласно Мровели, исконно мегрельские земли охватывали пространство от Лихских гор до реки Кубань («Малая река Хазарети»), а центр их страны изначально располагался на востоке нынешней Абхазии. Так написано у Мровели, который, по словам Гумба, был «одним из выдающихся мыслителей и историков раннего средневековья».

По правде, конечно нельзя серьезно принимать точку зрения, согласно которой, северо-западная граница Эгриси (Колхиды) доходила так далеко, до самой Кубани, а заодно и что на Кавказе не было в этот период адыгов, а еще и абхазов, и сванов, ведь Мровели не знает вдобавок и этих двух, или точнее, не указывает их в генеалогии Таргамоса.

Зато присутствуют в некий Бардос и некий Мовакан, родоначальники, если это родоначальники, этносов неизвестного, по крайней мере мне, происхождения, чьи владения охватывали равнинные низовья Куры и Аракса.

Короче говоря, Колхида была большой, но не настолько. И сваны, с абхазами и адыгами, на Кавказе жили испокон веков.

Вообще, складывается впечатление, что Мровели, отлично разбираясь в истории, этнографии и географии Восточного Кавказа, сравнительно слаб по Кавказу Западному. Что неудивительно, ведь он был уроженцем и жителем Средней Картли, и поэтому лучше знал восточную половину региона, где Картли и расположена.

И тем не менее, факт есть факт: грузинский летописец в своей хронике адыгов и абхазов впервые упоминает только в связи с проповеднической миссией апостолов Симона Кананита и Андрея Первозванного, а это I век нашей эры.

По совпадению, и видимо совпадение это не случайное, на тот же век приходится и первая фиксация адыгов и абхазов в исторических документах. Это сделано римским писателем Плинием Старшим (I в.н.э.) в его «Естественной истории», где абхазы упомянуты под именем «абсилы», а адыги – «зиги». Кстати, авторитет данного источника признает и Гумба, так как он уже ссылался на него в первой части текущей главы.

Надо еще заметить, что зиги упомянуты и Страбоном, а это уже более ранняя дата. Если Плиний написал свой труд где-то в середине I века нашей эры, то Страбон, самое позднее в начале века, а еще вероятнее, что в I веке до нашей эры. Но это зиги (совр. адыги), тогда как ни абсил (совр. абхазы), ни абазгов (совр. абазины) Страбон не знает, и это может означать, что эти абазино-абхазские народности пока не выделились из состава адыгов, и под зигами Страбон обозначает адыго-абхазскую этническую общность. Зато Плиний уже застал и зафиксировал факт распада данной общности.

0

12

Вместе с тем, основываясь на его данных о северной границе Картли, можно попытаться установить линию раздела территории Кавкаса и Картлоса. Одному из сынов Таргамоса Картлосу были определены такие границы: «…с севера рубежи Гадо, Малая Гора, что отходит ветвью от Кавказа и примыкает к окончанию Гадо, которую ныне именуют Лихи». Гадо, или Лихи, – это Суромский хребет, делящий Южный Кавказ на восточную и западную части и окаймляющий Картли с запада и северо-запада. Поэтому говорить о Лихском хребте как о северной границе Картли, как это иногда случается в литературе, было бы не совсем верно. У Леонти Мровели речь идет о двух горах – Гадо и Малой горе, «что отходит от Кавказа и примыкает к окончанию Гадо» (Лихи). По Малой горе и окончанию Гадо и проходят северные рубежи Картлоса. Какая гора имеется в виду под Малой в сообщении Мровели, уточняет «Мокцевай Картлисай», где северные границы Картли проводятся по горе Цроль: «И держал при себе царь Александр сына царя Ариан-Картли Азо, и дал ему в резиденцию Мцхета, назначив границами Эрети, Эгрисцкали, Армению и Црольскую гору, и ушел». Црольская гора «Мокцевай Картлисай» – то же, что и Малая гора Леонти Мровели. Это, по всей видимости, горный хребет, пролегающий от северо-восточного отрога Лихского (Суромского) хребта, т.е. «окончания Гадо», на юго-восток, параллельно Главному Кавказскому хребту, и служащий водоразделом между реками Большая Лиахви и Проне. Местность под названием Цроль по сей день существует в Джавском районе современной Южной Осетии.


И снова мимо. Во-первых, «местности под названием Цроль» не «существует в Джавском районе». Возможно Гумба имеет ввиду селение Цру. Есть такое селение в Джавском районе, в ущелье Гудиси. Но Цру это не Цроли, пусть и есть какое-то сходство. К тому же, у Црольской горы Мровели и селения Цру в названиях разные буквы «ц». Если в случае с Цроли, это буква цани грузинского языка, то у Цру там грузинская буква цили.

Короче, это точно не Джавский район. В таком случае возникает справедливый вопрос, какой пункт имел ввиду грузинский летописец под Црольской горой (Цролис мта)?

Этот пункт, отвечаю я, следует искать не у Лихских гор и не в Лиахвском бассейне, а далеко на восток отсюда, в Хевсуретии. Там, возле перевала Анаторисгеле, соединяющего Арагвскую и Ардотскую Хевсуретии, и высится Црольская гора. Перевал этот, если кто еще не понял, как раз через Кавказский хребет, и соответственно, Црольская гора стоит на линии древней границы картвел и нахов, как раз пролегавшей по Хребту.

Поэтому все сходится. Еще и во время Мровели, а это начало II тысячелетия, границы Грузии заканчивалась на Кавказском хребте, и Црольскую гору можно было считать одним из ориентиров, что и сделал летописец. Но следом наступает период резкого политического взлета средневековой Грузии, продлившегося до середины тысячелетия. За это время грузинская нация росла числом и осваивала обширные территории, тесня соседние народы. Не стала тут исключением и граница с нахами, которую картвелы, а если быть точнее, пховелы, отодвинули на север, заняв нахские земли по другую сторону Хребта.

Так, путем земельных приростов, возникло разделение Хевсуретии на три части: Арагвскую, или собственно исконную Хевсуретию, что по эту сторону хребта, в Арагвском ущелье; Архотскую, или «ингушскую» Хевсуретию, у истоков Ассы; и Ардотскую, или «чеченскую» Хевсуретию, у истоков Аргуна. Там же хевсуры воздвигли свою столицу, башенный городок Шатили.

Один из притоков Аргуна в этой местности, речка Гуро. Ущелье Гуро также целиком занято хевсурами. Чтобы из Гуройского ущелья попасть в Арагвское, то есть, чтобы перейти из гуройской части Ардотской Хевсуретии в Хевсуретию Арагвскую, нужно подняться на перевал Анаторисгеле, перевал через Кавказский хребет.

Вообще, все части и все ущелья Хевсуретии соединены друг с другом такого рода перевалами. И вот, значит, там же и находится Цролис мта. Сейчас она фактически в глубине Хевсуретии, ведь Хевсуретия уже много веков как расширилась в своих пределах за счет нахских (чеченских и ингушских) земель. И следовательно, Црольская гора перестала быть пограничной. Однако, не так было в древности и в I тысячелетии нашей эры, когда Кавказский хребет оставался естественной границей картвел на севере. И Мровели ни о чем другом не подозревал, так как не дожил до той поры, когда усилившиеся картвелы заселят бывшие нахские земли по другую сторону Хребта. И потому, у него крайний северо-восток ограничен этим самым Хребтом, где и высится Црольская гора. У Гумба же какое-то маниакальное стремление передвинуть естественную границу картвел на юг и отдать южные склоны Кавказского хребта нахам. Вот он и ищет мровелианскую Цролис мта где-то у отрогов Лихских гор, или в среднем течении Большой Лиахвы, короче, южнее Хребта.

Чтобы владеть землями южнее Кавказского хребта, подобно тому, как картвелы во время единого царства Багратионов завладели землями севернее хребта, нахам нужно было построить подобную государственность. Но история такой государственности у нахов не знает, увы. Разумеется, настоящая история, а не выдуманная Гумба.

Во-вторых, «Малая гора» (Мта Мцире) соответствует собственно Лихским горам. Тогда как гору Гадо, Джавахишвили локализовал южнее Лихского хребта, где-то в Самцхе. Северный же отрог Лихи, примыкающий к Рачинскому хребту, и есть Мта Мцире. Называя Мта Мцире и Цролис мта, Мровели указывает не столько сугубо северные границы Картли, сколько ее северо-запад и северо-восток.

0

13

Все вышесказанное подтверждается и тем, что в армянской версии «Картлис цховреба» граница удела Картлоса проведена от Кларджети до реки Лех (Леаухи, Лиахви) на севере, то есть до подножья Црольской (или Малой) горы.


Вранье. Нет там никакой «реки Лех». Вот соответствующий отрывок из русского перевода армянской версии «Картлис Цховреба», осуществленного К. Патканяном:

Картлосу дал Торгом темную страну севера, которая заключалась в следующих границах: на востоке река Бердахоч (Бердудж, Дебеда), на западе Понтийское море, на севере горы Кавказа, и пределы областей Кларджке и Тайк до гор Лех (Сурамских).

Как видим, там «гора Лех», а не река. Значит, Лихские (и они же Сурамские) горы, это западная граница Картли, а ее северная граница указана в пределах Кавказского хребта. Все сходится, все верно.

Я уже просто сбился какой это по счету подлог в работе Гумба.

0

14

Далее, рассказывая о событиях начала II века до нашей эры, Леонти Мровели сообщает, что на границе Дурдзукети и Картли были построены врата Дарубал, которые, как отмечено выше, соответствуют Сарматским (Цилканским) воротам у Жинвали. Следовательно, можно предположить, что, по древнегрузинской традиции, граница между уделами земель Картлоса и Кавкаса шла от северных отрогов Лихского (Гадо) хребта по Црольской горе до ворот Дарубал (Сарматские ворота античных авторов, Дурдзукские – арабских, Цилканские − «Ашхарацуйца»), расположенных около Жинвали (Жинвани). Как видно, пограничная линия между землями Картлоса и Кавкаса практически полностью совпадает с южными рубежами нахаматеан «Ашхарацуйца», проходившими, как указано выше, по границе Азиатской Сарматии с Картли.


Ну, на все это я уже отвечал еще в комментариях на первую часть текущей главы. Сейчас же хочу спросить прямо и просто. Как объяснить этот термин - «Дарубал»? Как Гумба, до этого несколько раз показывавший себя спецом в сфере этимологии, особенно по части топонимики Грузии, объясняет этимологию этого «Дарубала»? Раз он упрямо настаивает, что мровелианские «врата каменные Дарубал» соответствуют Жинвалу, значит должно же быть какое-то объяснение, откуда такое название.

Почему Мровели не написал, что царь Мирван «воздвиг врата каменные» и назвал их Жинвалом, или хотя бы Цилканом, но именно Дарубалом? А главное, не странно ли, что севернее гумбовского Дарубала, на Кавказском хребте, имеются еще одни «врата», для всей историографии известные как «Дарьяльские врата»? Как Гумба объяснит такое созвучие Дарубала с Дарьялом?

Ведь на самом деле, Дарубал как раз и является грузинской транскрипцией иранского Дарьяла, или «Дар-и-Алан» - «Вратами Аланскими». У Гумба получается, что весь мир знает, что Дарьял находится вот там, и только грузины решили называть Дарьялом (Дарубалом) свои маленькие (относительно настоящего Дарьяла) местечковые Жинвальские, или Цилканские «врата». Абсурд.

А так, к слову, и оригинальное название Дарьяла - Дари-и-Алан, Мровели знакомо. Повествуя о войне ибер с армянами, и попадании в плен армянского царевича, Мровели сообщает, что армянского царевича иберы «заключили в крепость Дариалан». Тут уж даже и не грузинская форма Дарубал, но прямое соответствие оригинальному названию, приводимое Мровели, и следовательно речь несомненно идет об укреплении в Дарьяльском ущелье.

И поскольку иберы отвели туда своего ценного пленника, это значит, что они владеют этой крепостью и они хозяева окрестных земель. Здесь у Гумба уже не остается места для маневра и ему придется признать, что территория Картли в данном направлении не просто достигала Кавказского хребта, но даже «переходила» на северный склон, где, в одноименном ущелье, располагалось пограничное укрепление Дарьял, контролируемое иберами.

0

15

Факт пролегания границы между картвелами (грузинами) и кавкасианами (нахами) по вышеуказанной линии фиксируется в древнегрузинских письменных источниках, по крайней мере, начиная со II века до нашей эры. Грузинская историческая традиция донесла свидетельства о проживании древних нахских племен также и на севере Колхиды, на территории между Главным Кавказом и горной цепью Эгрисского и Рачинского хребтов. Как пишет Леонти Мровели, Картлийский царь Саурмаг (вторая половина III века до нашей эры) «привел с собой всех – половину рода кавкасианов. Некоторых из них сделал родовитыми, остальных посадил в Мтиулети, от Дидоети до Эгриси, которая есть Суанети». Конечно, данное сообщение нельзя воспринимать в буквальном смысле, утверждая, что царь Саурмаг мог осуществить в то время столь грандиозное переселение нахских племен – так, чтобы те за короткий период времени заняли территорию от Дидоети (Дагестан) до Сванети (верховья Ингура).


С чего Гумба взял, что Саурмаг поселил дурдзуков в Сванетии? Сперва Гумба пишет, что «грузинская историческая традиция донесла свидетельства о проживании древних нахских племен также и на севере Колхиды, на территории между Главным Кавказом и горной цепью Эгрисского и Рачинского хребтов». Напомню, что «территория между Главным Кавказом и горной цепью Эгрисского и Рачинского хребтов» полностью соответствует исконной, исторической Сванетии, и Мровели это подтверждает. С этим по сути согласен и Гумба, так как в качестве аргумента для своего тезиса о древних нахах на севере Колхиды (то есть в Сванетии) он приводит цитату из Мровели о царе Саурмаге, который «привел с собой всех – половину рода кавкасианов. Некоторых из них сделал родовитыми, остальных посадил в Мтиулети, от Дидоети до Эгриси, которая есть Суанети», то есть цитату, где говорится о Сванетии. Значит для Гумба, «Суанети» располагается «между Главным Кавказом и горной цепью Эгрисского и Рачинского хребтов», и там, по его мнению, во «второй половине III веке до нашей эры» стали «проживать древние нахские племена». И это якобы написано у Мровели.

Но дело в том, что у Мровели так не написано, что видно даже по той цитате, что приводит Гумба. У Мровели написано «от Дидоети до Эгриси, которая есть Суанети». «До» не значит «в».

Итак, Сванетия входит в состав Эгриси, она занимает территорию между Мегрело-Рачинской горной цепью и Кавказским хребтом, что в верховьях Ингура и Риона. Восточная граница этой древней Сванетии достигала истоков Джеджоры, после чего уже начиналась Картли, или, если подробнее, то Двалети, располагавшаяся в верховье долины Большой Лиахвы.

Когда Мровели пишет о заселении дурдзуками земель Картли, он говорит о территории между Дидо и Сванетии - «до (!) Эгриси, которая суть Суанети».

Ни Дидо, ни Сванетия, в состав Картли не входили, и Саурмаг не мог распоряжаться их землями. Распоряжался он горной территорией между (!) Дидо и Сванетией. Эту территорию Мровели обозначил как Мтиулети - «остальных посадил в Мтиулети». Мтиулети в состав Картли как раз входила (кстати, Мтиулети расположена севернее Жинвальских/Цилканских ворот), хотя она не охватывала все пространство между Дидо и Сванетией.

В этом, довольно обширном пространстве Горной Картли, были и другие области, вроде той же Двалети, но поскольку наиболее видной среди них была Мтиулети, летописец прибегает к ее имени как к собирательному для всей Горной Картли. Это справедливо еще и потому, что само слово «Мтиулети» переводится с грузинского как «страна горцев», то есть картвельских горцев, разумеется.

Итак, попытки Гумба доказать древнее присутствие нахов «на севере Колхиды» с помощью Мровели, полностью провалены. В конце концов, сам термин «Суанети» говорит за себя – «страна сванов». Сваны и есть автохтоны в верховьях Ингура и Риона, и никаких нахов и любых других этносов, там не было, и по этой причине, эта земля носит их имя, как имя ее первобытных обитателей.

0

16

Как отмечает в связи с этим Г.А. Меликишвили, «ясно, что здесь имеется попытка объяснить, откуда появились кавкасиани …на южных склонах Кавказа».


А вот что действительно написано у Меликишвили:

На наличие северокавказских племен в горной части Восточной Грузии указывает, как известно, и анализ древней топонимики этих областей. Конечно, из этого вовсе не следует, что в горной части не было также и грузинского населения. Исторически с древнейших времен засвидетельствовано постоянно происходящее проникновение северных племен на юг. И жившие в горной Иберии северокавказские родо-племенные коллективы, возможно, и оказались здесь в результате такого проникновения с севера, хотя, вероятно, это не было результатом преднамеренного переселения, предпринятого Саурмагом или каким-либо другим царем из династии Фарнавазианов, как уверяет нас «Картлис цховреба» («Очерки истории Грузии», Глава XIII).

В принципе, в том же отрывке Картлис Цховреба, можно получить ответы на вопросы откуда взялось столь много дурдзуков и почему Саурмаг решил расселить их в Картли.

В пору погромов и пленения, производимых хазарами, население Дурдзукети осталось невредимым благодаря укреплению страны. И Дурдзукети не умещала возросшего населения. (Леонти Мровели, «Жизнь грузинских царей»).

Таким образом, потеряв равнину и предгорья, и укрывшись в высокогорье, дурдзуки больше не теряли людей от набегов скифов, и все ограничивалось выплатой дани. Благодаря этому, численность дурдзуков возросла. Учитывая малоземелье и тесноту в горах, а также невозможность заново освоить свои исконные земли, где продолжали господствовать пришлые иранские кочевники, дурдзуки вполне естественно устремили свои взгляды на юг, за хребет.

0

17

Таким образом, на нарисованной в древнегрузинском источнике этнической карте древнего Кавказа нахские племена – кавкасиани, занимают северные и южные части всего Центрального Кавказа. При этом границы страны нахов – кавкасиани грузинского историка и нахаматеан армянского географа, полностью совпадают: на западе – Приэльбрусье и верховье Ингури, на юге – Эгриссский и Рачинский хребты, северные отроги Лихского хребта, Цилканские (Дурдзукские, Сарматские) ворота у Жинвали. К сожалению, ни армянский, ни грузинский источники не дают никакой информации о северных рубежах древней страны нахов. Можно лишь предположить, что на севере территория расселения нахов доходила до степных районов, где нахи граничили с кочевыми племенами.


Весело читать, честное слово. Когда это Гумба останавливало отсутствие информации? Или что мешает ему переиначить имеющиеся скудные данные и развить из этого целую концепцию? По южной границе он подобное уже делал. А тут видите ли «ни армянский, ни грузинский источники не дают никакой информации о северных рубежах древней страны нахов», и по этой причине тут «можно лишь предполагать». Ого, какая осторожность и щепетильность!

Но ведь по южным рубежам Гумба не просто предполагает, но прямо и грубо искажает факты. Почти полностью переиначив исторические данные, он построил собственную версию южной границы расселения нахов, продвинув их вглубь исторических земель картвел. В данном случае, никакой осторожности и щепетильности он и близко не соблюдал, и категорически отторгнул у картвел всю Горную Иберию и всю Горную Колхиду. И проделал это тщательно; подробно провел линию по пунктам; и повторяет ее из главы в главу, где надо и не надо, стремясь намертво вбить это в голову читателя.

Но однако на севере его последовательный и победоносный марш по обрисовке границ Великой Нахии, резко тормозит, и сменяется мягким и примирительным, нечетким и неоднозначным «предположительно где-то в степных районах, на границе с какими-то кочевыми племенами». Лишнее подтверждение, что монография Гумба нацелена не столько на изучение древней истории нахов, сколько на инвазию в грузинскую историографию. Нахи тут лишь очень удачное прикрытие.

0


Вы здесь » Форум историка-любителя » Основной форум » «Нахи», Г.Дж.Гумба. Вторая часть Первой главы (кавкасиани)