Форум историка-любителя

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Форум историка-любителя » Основной форум » «Нахи», Г.Дж.Гумба. Четвертая часть Пятой главы (гугары)


«Нахи», Г.Дж.Гумба. Четвертая часть Пятой главы (гугары)

Сообщений 1 страница 30 из 47

1

4. Гугарк и гугары. Страна Гугарк занимала обширную территорию от правобережья Чороха на западе до Куры на востоке и состояла из девяти областей: Дзоропор, Цобопор, Колбопор, Ташир, Трелы, Кангары, Артаган, Джавах и Клардж. [Ашхарацуйц. С. 35.] Первые упоминания о Гугарке содержатся в трудах греко-латинских авторов. Согласно Страбону, после поражения селевкидского царя Антиоха III Великого в битве с римлянами при Магнезии в 190 г. до н.э. Великая и Малая Армения стали независимыми и расширили свои владения, включив в них ряд соседних областей. Среди областей, присоединенных к Армении в то время (около 170 г. до н.э.), Страбон называет и страну Гогарена. [По сообщению Страбона «Армению, в прежние времена бывшую маленькой страной, увеличили воины Артаксия и Зариадрия. Они были первоначально полководцами Антиоха Великого, а впоследствии, после его поражения, стали царями – один в Софене, Акисене, Одомантиде и некоторых других (областях), а другой – царем страны вокруг Артаксаты; они расширили совместно свои владения, отрезав часть земель у окружающих народностей, а именно: у мидян они отняли Каспиану, Фавнитиду и Басоропеду; у иберов – предгорье Париадра, Хорзену и Гогарену, которая находится на другой стороне реки Кира; у халибов и мосинеков – Каренитиду и Ксерксену, которая граничит с Малой Арменией или является ее частью; у катаонов – Акилисену и область вокруг Антитавра; наконец, у сирийцев – Таронитиду. Поэтому все эти народности теперь говорят на одном языке» (Str. XI, XIV, 5).] При царе Тигране II (95–55 гг. до н.э.), прозванном Великим и принявшем титул «царь царей», Армения становится могущественной державой Передней Азии, а ее границы распространяются от Каспийского моря на востоке до Средиземного моря на западе и от реки Куры на севере до реки Иордан на юге. В вассальной зависимости от Армении оказались Картли и Албания. Гугарк вошел в состав Армянского царства, составив в нем отдельный округ, именуемый в армянских источниках бдешхство Гугарк. Бдешхи по сути были полновластными правителями, вице-королями (-царями), и по своим привилегиям лишь незначительно уступали царю Армении. Они имели свой двор, армию, взимали налоги и пошлины и даже имели право чеканить монету. На бдешха (правителя) Гугарка были возложены охрана северных рубежей Армении и контроль над кавказскими проходами. К Гугарку относилась и территория на левобережье Куры – Эрети, в связи с чем, древнегрузинские источники именуют бдешха Гугарка также эриставом Рани. [Меликишвили Г.А. К истории древней Грузии... С. 461.] Резиденция бдешха находилась в городе Цуртав на берегу р. Храми. Нет точной информации о том, как далеко распространялась власть бдешха Гургарка к северу от Эрети, в верховьях Алазани и Иори. По данным Страбона, в состав Армении входила Комбисена – местность к северу от устья Алазани, притока реки Куры. [Str. ХI, ХIV, 4.] Однако нет никаких сомнений в том, что при Тигране II Великом Армения взяла на себя функции охраны кавказских проходов, в том числе и Цилканских (Сарматских) ворот. Иное трудно и представить, ибо армянский царь Тигран II Великий, проводя на юге широкомасштабные завоевательные войны против Парфии и расширяя юго-западные пределы своей империи до берегов Средиземного моря, должен был обезопасить северные границы и надежно закрыть кавказские проходы. По всей видимости, охрана центральнокавказских перевалов была отдана под непосредственный контроль бдешху Гугарка, и у Цилканских ворот около Жинвали, где пересекались дороги, шедшие из Дарьяльского, Хевсурского перевалов, Тушинской дороги и т.д., находились подконтрольные бдешху отряды. В этот период бдешх Гугарка выполнял также функции наместника Армении в Иберии, находившейся в вассальной зависимости от Армении, в связи с чем, бдешха Гугарка Мовсес Хоренаци именует также и бдешхом Иберии (Грузии). [Мовсес Хоренаци. II, 11. Грузинская историческая традиция этот период в истории Картли рассматривает как более чем столетнее царствование армянского царевича Аршака, что, по мнению ученых, является отражением господства Армении над Картли на протяжении всего этого времени (см. Меликишвили Г.А. Указ. соч. С. 52).] Такая ситуация имела место, видимо, при власти Тиграна II Великого, в период наивысшего могущества Армении. Согласно античной традиции, начиная с рубежа новой эры северная граница Армении с Албанией и Иберией (Картли) проходила по реке Куре (Страбон, Асиний Квадратт, Солин, Птолемей и др.). [См.: Новосельцев А.П. К вопросу о политической границе Армении и Кавказской Албании в античный период // «К освещению проблем истории и культуры Кавказской Албании и восточных провинций Армении». Т. I. Ереван, 1991. С. 35 и далее; Свазян Г.С. История страны Алуанк (с древнейших времен по VIII век). Ереван, 2009. С. 65.] Плиний также проводит границу между Арменией и Иберией по реке Кура: «…река Кура составляет границу Армении и Иберии». [Plin. VI, 39.] Однако в приведенном выше фрагменте текста Плиния сакасены и макероны, проживавшие на территории к востоку от Албании до Пархарских и до Мосхийских гор на западе, т.е. на землях Гогарена (Гугарка), выступают как жители пограничных с Арменией областей и находятся вне пределов Армении. При этом Плиний четко отделяет данную территорию также и от Иберии, расположенной к северу от Куры. [Plin. VI, 29. См. также выше.] Таким образом, по Плинию, земли Гугарка (Гогарена) не относились ни к Армении, ни к Иберии, а представляли самостоятельную территориальную единицу. Противоречивость сведений Плиния обусловлена, по-видимому, использованием различных источников, отражающих разные периоды истории данного региона, поэтому в одном случае речь идет о времени, когда Гугарк являлся частью Армении, а в другом – о периоде, когда Гугарк был независимым. Установить, какие именно временные отрезки отражены в процитированных отрывках, позволяет информация, содержащаяся в античных, армянских и грузинских источниках. В войне против Рима Армения потерпела поражение. После известных военных походов римских полководцев Лукулла и Помпея в I в. до н.э. территория Армянского царства была значительно урезана. На протяжении столетия – с середины I в. до н.э. до 60-х гг. I в. н.э. – Армения переживала смутное время: ее государственная власть была ослаблена, а за влияние над ней шла борьба между Римской империей и Парфянским царством. Видимо, в это время наследственные владетели (бдешхи) Гугарка и обрели полную независимость, именно этот период, судя по всему, отразил Плиний, разместив Гугарк, названный им Макеронией, за пределами Армении. Вместе с тем Плиний проводит границу между Иберией и Албанией уже по реке Алазани, что говорит о том, что Гугарк, вероятно, потерял земли на левобережье Куры, между реками Арагви и Алазани и эта территория вошла в состав Иберийского царства. Очевидно, это было следствием политики «разделяй и властвуй», которую Рим начал проводить в данном регионе, натравливая друг на друга соседние народы. Так, ведя борьбу с Парфянским царством, Рим спровоцировал нападение на Парфию своих вассалов, в числе которых была и Иберия. Кроме того, на правителей Иберии были возложены функции контроля над Дарьяльским проходом: иберийский (грузинский) царь со своим войском должен был охранять Дарьяльский проход, за что он получал жалованье от римлян. [Со временем стало ясно, что Иберия не справляется с задачей обеспечения безопасности Дарьяльского прохода. Более того, иберийские цари сами стали участвовать вместе с кочевниками северокавказских степей в грабительских нашествиях на Армению и Малую Азию. В связи с этим для охраны кавказских перевалов в Иберию был введен римский легион, который укрепил Цилканские (Сарматские) ворота у Жинвали и охранял их (см.: Меликишвили Г.А. К истории древней Грузии... С. 348).] Опираясь на поддержку Рима, картлийские цари расширяют сферу своего влияния и границы своих владений, захватив, в частности, территорию левобережья Куры до устья Алазани. [Свазян Г.С. История страны Алуанк... С. 65.] С воцарением в 66−м г. новой эры на армянском престоле аршакидской династии в лице брата парфянского царя Трдата I в Армении начинается процесс восстановления государственного контроля над всей территорией, в том числе и над провинциями, в которых всегда были сильны сепаратистские тенденции. Во второй половине II в. н.э., в период ослабления Парфии и усиления позиций Рима, положение Армении становится еще более прочным. На армянский престол вступает Валаршак II (186–198), получивший титул Великого царя Армении. Согласно договору, заключенному между римским императором Септимия Севером (193–211) и армянским царем Валаршаком II, Армении поручается охрана главных кавказских проходов (Дарьяльского и Дербентского). [Еремян С.Т. Политические отношения Валарша II с Римом и парфянами // «Историко-филологический журнал». Ереван, 1976. № 4. С. 42.] Контроль над основными перевалами Центрального Кавказа Валаршак II вновь возлагает на бдешха Гугарка, как это было ранее, еще во времена Тиграна II Великого. [Мовсес Хоренаци. II, 8.] Такое положение существовало до 387 г., когда произошел раздел Великой Армении и всего Южного Кавказа между двумя империями – Римской и Сасанидской. После этого, согласно новому административному делению Сасанидской империи, Гугарк, Картлийское царство и Цанария (Кахети) были объединены в один административный округ Персидской империи, получивший название шахр Варджана (Картли). [Согласно новому административному делению, Сасанидское государство было разделено на четыре края, или кустака. Страны Южного Кавказа были объединены в Северный, или Кавказский кустак (Капкох). Кустак включал в себя более мелкие административные единицы – шахры, во главе которых стояли марзпаны (правители области), подчинявшиеся в свою очередь правителям кустаков − спаспетам.] Функция наместника (марзпана) округа (шахра) Варджан была возложена Сасанидами на бдешха Гугарка, в связи с чем последний перевел свою военную резиденцию из Цуртави на берегу реки Храми в Бостан-калак – Рустави. Бдешх Гугарка как марзпан сасанидской административной единицы Варджан был наделен большими правами в военной, административной и судебной сфере. Все вышесказанное, несомненно, свидетельствует о той большой роли, которую играли гугары в исторических судьбах народов Южного Кавказа на протяжении многих столетий. Например, Мовсес Хоренаци именует гугаров не иначе как великим и могучим народом. [Мовсес Хоренаци, II, 8.] Следует отметить, что древние авторы, несмотря на то что Гугарк вошел в состав Армении, вероятно, еще в 170-е гг. до н.э., изображают владетелей Гугарка достаточно самостоятельными – своего рода маленькими царьками, со своим царством и народом, в котором преобладает воинственное население (отсюда, соответственно, и мощные вооруженные силы), но признающими тем не менее верховный суверенитет армянских царей со времен Тиграна II Великого. Н.Г. Адонц в связи с этим пишет: «…Бдешхи действительно охраняли пределы Армении, но не по назначению армянского царя, а по своему положению, как властелины окраин, признававшие притом власть армянского царя». [Адонц Н.Г. Армения в эпоху Юстиниана... С. 416.] Наличием сильной армии и первенством среди окружающих народов и объясняется, вероятно, тот факт, что на протяжении столетий именно бдешхам Гугарка доверялось возглавлять охрану кавказских перевалов и обеспечивать безопасность стран Южного Кавказа, защищая их от вторжений полчищ кочевых племен северокавказских степей. Воинственность жителей данного региона и самоотверженная борьба за свою независимость хорошо известны еще ассирийским и урартским царям. В урартский период население Гугарка составляло часть объединений Диаухи и Этиухи. Племенные названия, сохранившиеся в ассирийских и урартских надписях, указывают на хуррито-урартский состав населения, но в то же время многие из них, как показано выше, находят прямые параллели в нахской и дагестанской этногеографической номенклатуре. Как сообщает Страбон (см. выше), после присоединения к Армении соседних областей, в том числе и Гугарка, население начало говорить на одном языке, т.е. на армянском. Конечно, из сообщения Страбона вовсе не следует, что жители присоединенных областей перешли на армянский язык сразу же: речь идет о превращении армянского языка в язык межплеменного общения, т.е. государственный. За неимением соответствующей информации сегодня трудно судить о том, насколько глубоко зашел процесс ассимиляции населения Гугарка в античный период. Но при этом наука располагает свидетельством позднеантичного периода касающиися Джавахка (Джавахети): в 326 г. по пути из Армении в Картли св. Нино в Джавахке изьяснялась с местными жителями на армянском языке. [Мелконян А.А. Джавахк в XIX – первой четверти XX вв. Ереван, 2003. С. 12.] Однако, кончено же не следует думать, что основное население Гугарка ассимилировалось легко и быстро. Жители окраинных областей Армении, каковой являлся и Гугарк, непосредственно соприкасавшиеся с соседними народностями, были менее подвержены ассимиляции. Причина тому – смешанный состав населения, к тому же постоянно обновляемый в результате притока переселенцев из близлежащих областей, с частью которых жители Гугарка находились в близком этническом родстве. [Адонц Н.Г. Указ. соч. С. 416.] Письменные источники свидетельствуют, что вследствие этого на окраинах всегда были сильны сепаратистские тенденции и восстания против центральной власти вспыхивали довольно часто. По свидетельствам древних источников, прежде всего армянских, не только в античный, но и раннесредневековый период основное население Гугарка, судя по всему, все еще сохраняло свой язык и этническое лицо. Подтверждается это также и рядом других свидетельств, речь о которых пойдет ниже. Но прежде чем перейти к ним, необходимо остановиться на анализе существующих в специальной литературе мнений по вопросу этнической принадлежности гугаров. Относительно сведении о гугарах, изложенных Мовсесом Хоренаци, Д.М. Мусхелишвили пишет: «Очевидно, что это великое, могучее племя не армянского происхождения, а раз оно живет севернее Армении, насупротив горы Кавказа, то самое логичное (тем более что о происхождении алванов Мовсес Хоренаци вел разговор до этого) – предположить, что историк здесь подразумевает грузин; а так как родоначальник этого племени назван бдешхом гугаров, то следует признать, что гугары и есть грузины». Далее исследователь продолжает: «То, что под великим, могучим племенем гугаров Мовсес Хоренаци подразумевает именно грузин, в частности – восточных грузин, подтверждается текстом, который следует непосредственно за вышеуказанным: Управление северной страною, лежащею насупротив горы Кавказа, возлагает на великое, могучее племя; родоначальнику же его жалует титул бдешха гугаров, который происходил от потомка Михрдата, сатрапа Дареха, которого привел Александр и поставил правителем над пленными иверийцами». [Мусхелишвили Д.Л. Из политических взаимоотношений средневековой Армении и Грузии // «Некоторые вопросы истории Грузии в армянской историографии». Тбилиси, 2009. С. 130–131.] Отсюда грузинский историк заключает, что если потомок правителя иверийцев является «родоначальником великого, могучего племени гугаров», то гугары армянских источников идентичны иверийцам (грузинам), а Гугарк – Иберии (Грузии). [Там же. С. 131.] Однако вынужден обратить внимание на то, что эти выводы исследователя основаны на неверном понимании текста армянского историка, вернее, на некорректном его переводе и использовании. Сообщения Мовсеса Хоренаци и других древнеармянских авторов о Гугарке и гугарах, как, впрочем, и сведения о Гогарене, изложенные античными авторами, не дают абсолютно никаких оснований для отождествления гугаров с грузинами, если, конечно, не исходить из логики, что все находящееся к северу от Армении apriori должно быть грузинским во все времена. Как в ранних, так и в поздних армянских источниках Гугарк и гугары не идентифицируются с Иверией (Грузией) и иверами (грузинами). Для обозначения Иберии (Картли) и картвелов (грузин) как древние, так и более поздние армянские авторы используют термины Вирк, Верия, Вркан, Варджан, Врастан, враци, которые они не путают и тем более не отождествляют с Гугарком и гугарами. [Впрочем, наша задача существенно упрощается, поскольку подробный анализ всех армянских терминов, применявшихся ранее и ныне использующихся для обозначения грузин и Грузии, проведен в двух статьях Е. Цагарейшвили, опубликованных, кстати, в том же сборнике, что и цитируемая работа Д.Л. Мусхелишвили (см. Цагарейшвили Е. К вопросу о значении термина «враци азгав» в армянских письменных памятниках // «Некоторые вопросы истории Грузии в армянской историографии». Тбилиси, 2009. С. 389–430; Ее же. К вопросу о значении терминов «Вериа» и «вериаци» в армянских письменных источниках // «Некоторые вопросы истории Грузии в армянской историографии». Тбилиси, 2009. С. 431–444). В полном перечне терминов, приведенных и проанализированных в указанных работах Е. Цагарейшвили и обозначавших в армянских источниках Грузию и грузин, нет названий Гугарк и гугары. Странно, что Д.Л. Мусхелишвили не обратил на это внимание.] Для того чтобы в этом убедиться, достаточно внимательно прочитать текст Мовсеса Хоренаци. Но прежде чем привести текст полностью, следует уточнить, что в разделе, где идет речь о Гугарке и гугарах, Мовсес Хоренаци говорит вовсе не о соседних с Арменией странах Албании и Грузии (Иберии), как это ошибочно понимает Д.Л. Мусхелишвили, а об Армянском царстве и деятельности царя Валаршака II (186–198) по упорядочению системы государственного управления, что подтверждается и заглавием: «Об устройстве государства и о том, откуда он (Валаршак II – Г.Г.) образовал нахарарства и какие предписал правила жизни». [Мовсес Хоренаци. II, 7.] Предваряя свой рассказ о Гугарке, Мовсес Хоренаци действительно говорит об Албании, но не о той, которая была расположена на левобережье реки Куры, т.е. о собственно исторической Албании, а о провинции Армении, находившейся на правом берегу Куры и после 461 г. включенной Сасанидами в состав Албанского марзпанства, получившей при этом название Албания (или Ран), которое и отражено в тексте. Вслед за Албанией (Раном) Мовсес Хоренаци переходит к описанию северной провинции Армении Гугарка, затем – западной, Ангеха (Ангел-тун) и т.д.; он объясняет происхождение названий этих областей, каждое из которых со свойственной ему склонностью к персонификации возводит к тому или иному эпониму, рассказывает о местных правителях и т.д. [Мовсес Хоренаци. II, 7-9.] Описывая части Армянского царства, Мовсес Хоренаци особо выделяет среди них приграничные провинции – в силу их высокой значимости и важной роли в государстве. Приведем теперь интересующий нас текст Мовсеса Хоренаци: «Гушар же, потомок сыновей Шара, унаследовал гору Мтин, то есть Кангарк, половину Джавахка, Колб, Цоб, Дзор вплоть до крепости Хунаракерт. Но Валаршак утвердил за отпрысками Гушара Хайкида также княжество Ашоцк и владение Таширк. Наместничество северного края, расположенного против горы Кавказа, он поручает великому и могучему народу и присваивает его владыке (буквально: начальник народа, племени – Г.Г.) титул бдеашха Гугаркского. Этот род происходит от Михрдата, нахарара Дареха; Александр, приведя его, назначил начальником над пленными из верийских племен, переселенных Навуходоносором, о чем повествует Абиден [Абиден – греческий историк, написавший сочинения о древних Ассирии и Вавилонии и упоминаемый в «Церковной истории» Евсевия Кесарийского.] в следующих словах: «Великомощный Навуходоносор, который был сильнее Геракла, собрав войска, достиг страны ливийцев и верийцев [Верия, верийцы. Речь идет об Иберии-Испании.] и, победив и ниспровергнув их, подчинил своей власти. Часть их он переселил на правобережье Понтийского моря. Верия же является западной окраиной земли». [Мовсес Хоренаци. II, 8.] В процитированном отрывке объединены и в сжатом виде переданы события различных исторических эпох: первое – переселение вавилонским царем Навохудоносором ливийцев и иберов на восточный берег Понтийского моря (конец VII – начало VI вв. до н.э.); второе – назначение Александром Македонским Михрдата (Митридата), нахарара Дареха, начальником над пленными иверийцами (конец IV – начало III вв. до н.э.); третье – назначение армянским царем Валаршаком II одного из потомков Михрдата правителем (бдешхом) гугаров (II век н.э.). Таким образом, текст Мовсеса Хоренаци содержит описание совершенно разных событий, отделенных друг от друга многими веками. Согласно античным представлениям, иберы (грузины) переселились на Кавказ из Испании, с Иберийского полуострова, а некоторые авторы, например, Мегасфен, Абиден и другие, следуя установившейся традиции связывать те или иные значимые события I тыс. до н.э. с вавилонским царем Навуходоносором II (605–562), переселение иберов приписывают также ему. Мовсес Хоренаци, ссылаясь на Абидена, передает как раз ту версию, по которой, Навуходоносор II якобы переселил иберов из Испании на восточный берег Понта. Армянский историк не только не отождествляет гугаров и иверийцев (грузин), но и четко противопоставляет их: гугары – это коренные жители, потомки Шаро Хайкида, а иверийцы – это пришлые племена, переселенные Навуходоносором из «западной окраины земли» (Испании), причем поселены были иверийцы отнюдь не в Гугарке, а «на правобережье Понтийского моря». Мовсес Хоренаци упоминает иверийцев (грузин) в связи с Гугарком лишь потому, что наместником Гугарка c присуждением титула бдешха Гугаркского Валаршак назначил потомка рода Михрдата, которого в свое время Александр Македонский поставил начальником над иверийцами, взятыми в плен. Упомянутый Михрдат, нахарар Дареха, это действительно современник Александра Македонского, основатель Понтийского царства Митридат I Ктист (302–266) из рода наследственных нахараров (сатрапов) припонтийских земель последнего царя Персии из династии Ахеменидов Дария (Дареха) III Кодомана (336–331). Также хорошо известно, что грузинские (иверийские) племена Юго-Восточного Причерноморья входили в состав Понтийского царства и, естественно, подчинялись понтийским Митридатам, что послужило для античных авторов основанием для утверждения о якобы назначении Александром Македонским понтийского Митридата «правителем над пленными иверийцами». Согласно античной традиции понтийские Митридаты происходят от царского рода Ахеменидов, и это подтверждают современные исследования. [См.: Соприкин С.Ю. Понтийское царство. М., 1996. С. 20–33.] И именно потомка понтийских Митридатов Валаршак назначает бдешхом Гугарка. Валаршак – это армянский царь Валаршак II (186–198), во времена которого на бдешха Гугарка, согласно договору с Римом, возлагались функции обеспечения безопасности главных центральнокавказских перевалов (см. выше). Таким образом, Мовсес Хоренаци передает реальные события, действительно имевшие место. Экскурс в историю для выявления корней понтийских Митридатов нужен Мовсесу Хоренаци, во-первых, для обоснования законности назначения представителя этого рода правителем Гугарка, поскольку потомок понтийских Митридатов по своему этническому происхождению не принадлежал к гугарам; во-вторых, для того, чтобы указать на царское происхождение этого рода и тем самым подчеркнуть, что правителем «великого и могучего народа» гугаров мог быть лишь потомок известной царской династии Ахеменидов. Этим отмечалась высокая значимость гугаров и одновременно обосновывалось право потомков понтийских Митридатов на правление Гугарком. Разумеется, данное обстоятельство никоим образом, даже косвенно, не может указывать на какое-либо этническое родство между иберами (грузинами) и гугарами. Сообщения Корюна, ученика Месропа Маштоца, [ 158 Месроп Маштоц (361/362–440) – великий армянский просветитель, создатель армянской, грузинской и албанской письменности (Корюн. Житие Маштоца. История жизни и смерти блаженного мужа, святого вардапета Маштоца, нашего переводчика, (написанная) учеником его вардапетом Корюном. Ереван, 1962).] и Мовсеса Хоренаци о просветительской деятельности Месропа Маштоца в Албании и Иберии вообще снимают вопрос об этнической связи иберов (грузин) с гугарами и показывают, что армянские авторы четко отличают Гугарк от Иберии (Картли) и, соответственно, иберов от гугаров. По свидетельству Корюна, Месроп Маштоц из Албании отправляется в Иберию (Картли), где в то время царствовал Арчил, которого Корюн называет Ардзюлом. Проинспектировав деятельность своих учеников по обучению грамотности, Месроп Маштоц из Картли едет в Гугарк по приглашению князя Ашуша и останавливается у него в Ташире. [Ташир (Таширк) – один из гаваров (районов) Гугарка (современный Лори), в котором находилась ставка бдешха Гугарка князя Ашуша.] Из Гугарка затем Месроп Маштоц возвращается в Великую Армению. [Месроп Маштоц «отбыл из краев Алуанка, чтобы прибыть в страну Иверию ... В то время царствовал над Иверией (царь) по имени Ардзюл … и он (Маштоц), объехав всех своих учеников, наказал идти по праведному пути. В то время князь таширцев, муж почтенный и боголюбивый, которого звали Ашуша, предоставил в его распоряжение себя и весь гавар свой. Он же [Маштоц] распространяемое повсюду учение развернул (и здесь) не менее усердно, чем в других гаварах. И поручив их святому еписколу Самуэлу, тому, которого мы упомянули выше, сам он возвратился в Великую Армению» (Корюн. Житие Маштоца... С. 18). ] Мовсес Хоренаци по тому же поводу пишет, что, находясь в Вирке (Грузия, Картли), где «в то время царствовал некий Ардзил» Месроп Маштоц получает приглашение от Ашуши, бдешха Гугарского, прибыть в страну Гугарк. [Мовсес Хоренаци. III, 60.] Отсюда становится очевидным, что бдешх Гугарка не идентичен царю Картли (Грузия) и армянские историки не отождествляют Гугарк с Иберией (Картли), а гугаров с иберами (картвелами). Также армянские авторы не отождествляют Гугарк и с Арменией, что подтверждают, например, слова Корюна о том, что после пребывания в Гугарке Месроп Маштоц возвращается в Великую Армению. [Корюн. Житие Маштоца... С. 18.] Д.Л. Мусхелишвили (Из политических взаимоотношений… С. 133) ссылается на сообщение Корюна о возвращении Месропа Маштоца из Гугарка в Армению как на одно из важных доказательств того, что Гугарк не являлся частью Армении. Но при этом он почему-то оставляет без внимания слова того же Корюна о прибытии Месропа Маштоца из Грузии в Гугарк к князю Ашуша, содержащиеся в том же отрывке и являющиеся не менее важным доказательством того, что Гугарк и Грузия – это также разные страны и их нельзя отождествлять. Бдешх Гугарка князь Ашуша одновременно являлся также и марзпаном, т.е. наместником Варджана – Сасанидской административной единицы шахр, в которую входили Гугарк, Картлийское (Грузинское) царство и Цанария. Поэтому в армянских источниках бдешх Гугарка иногда называется также и бдешхом Варджана, т.е. речь идет о Картлийском марзпанстве, а не о собственно Картлийском царстве. Помимо бдешхов Гугарка функции наместника (бдешха) Варджана в те или иные периоды Сасаниды возлагали в силу различных причин также на князей Сюника, царей Картли или же присылали для их исполнения чиновников из Персии. [Административное деление завоеванных стран без учета существовавших раннее этнических и политических границ характерно для всех империй во все времена. Так, пришедший на смену Сасанидской империи Арабский халифат создает административную единицу под названием Армения, в которую включаются все страны Восточного Закавказья. Поэтому в источниках того периода вся территория региона, включая Армению, Грузию (Иберию), Цанарию, Албанию, часто называется Арменией, а все ее население армянами. Отсюда, если следовать логике некоторых современых историков, то всю территорию Восточного Закавказья, включая Грузию, Цанарию и Албанию, следует причислить к исторической Армении, а все ее средневековое население считать армянским.

0

2

Административное деление завоеванных стран без учета существовавших раннее этнических и политических границ характерно для всех империй во все времена. Так, пришедший на смену Сасанидской империи Арабский халифат создает административную единицу под названием Армения, в которую включаются все страны Восточного Закавказья. Поэтому в источниках того периода вся территория региона, включая Армению, Грузию (Иберию), Цанарию, Албанию, часто называется Арменией, а все ее население армянами. Отсюда, если следовать логике некоторых современых историков, то всю территорию Восточного Закавказья, включая Грузию, Цанарию и Албанию, следует причислить к исторической Армении, а все ее средневековое население считать армянским.


Тезис. Подобно тому, как Халифат образовал из покоренных стран Восточного Закавказья единый субъект под названием Армения, или эмират Арминийа, где, при том, собственно Армения представляла собой лишь часть эмирата, Сасаниды еще раньше провели этот эксперимент по отношению к Гугарку, Цанарии и Иверии. Объединили эти три разные страны в единый субъект, марзпанство, и дали ему имя Иверии.

Поскольку это произошло в конце IV века, то вся история Иверии V-VI веков, это история не только собственно Иверии, но и двух нахских народов, гугар и цанар, злой волей судьбы прикованных кандалами к иверам, целых два века паразитировавших на этих вайнахах. Потому что все общие нахо-картвельские достижения Иверийского марзпанства были записаны на счет Иверийского царства, хотя это царство составляло лишь его треть.

Несправедливость усугубляется еще и тем, что в общей копилке достижений марзпанства, львиная доля была добыта гугарами и цанарами, тогда как собственно иверы были тут на второстепенных ролях. Так, центральные перевалы Кавказа контролировали воины-вайнахи; а еще, царь иверов был вассалом бдешха вайнахов. Короче говоря, это было в основе своей нахское марзпанство, по какому-то роковому недоразумению получившее картвельское имя.

Славный народ вайнахов, всю историю получавший подлые удары от шустрых картвел, очередной раз обкраден. Справедливость должна быть восстановлена. Согласен, правда всегда должна торжествовать, и потому, я просто обязан подключиться к процессу. Попробуем поразмыслить, насколько верным было это сопоставление марзпанства Варджан с эмиратом Арминия. То, что никакого марзпанства Варджан ни в IV, ни в V веках не было, да и в VI веке оно просуществовало половину от всего столетия, это я сейчас оставлю в стороне. Пусть пока будет так, как угодно автору, пусть в 387 году из Гугарка, Цанарии и Иверии было образовано марзпанство Иверия. Теперь обратимся к фактам и логике.

Факты. Об эмирате Арминийа из собственно арабских источников, известно достаточно много, и все это давно и детально изучено. В частности, от жившего в IX веке арабского географа иранского происхождения, ибн Хордадбеха, сперва представившего в своей "Книге путей и стран" изначальное деление эмирата, мы узнаем на какие субъекты он делился на втором и третьем уровнях, и видим, что среди единиц третьего уровня, числился и Джурзан, Грузия. Это и убеждает нас "не считать все ее [эмирата Армении] население армянами".

Относительно следующего уровня административно-территориального деления кустака Капкох в 387 году, у нас сведений нет. Мы лишь в курсе о том, из каких единиц второго уровня он состоял, и что среди этих 13 субъектов, нет ни Гугарка, ни Цанарии, но зато есть Иверия, Вирожан, или как любит говорить автор, Варджан. При том, по статусу оно не марзпанство, оно царство.

Столкнувшись с таким досадным для себя обстоятельством, автор сподвигнул себя на изобретение этой липы о том, что Иверия в составе кустака, это не просто один из его субъектов в статусе царства, но более сложное образование, этакое конфедеративное марзпанство, где наряду с царством Иверия, есть еще царство Цанария и бдешхство Гугарк. Значит, Гугарк и Цанария в кустаке все же присутствуют, просто они якобы скрыты под именем Варджана, марзпанства Иверии, где скрывается еще и собственно Варджан, царство Иверия.

Чтобы убедиться в этом, нам необходимо достать более детальную информацию по административно-территориальным делениям субъектов Капкохского кустака, и в первую очередь Варджана. И только в таком случае мы выясним насколько прав автор. Но в отличии от деления Арминийского эмирата, зафиксированного в арабских источниках, про деление Варджана в 387 году нам мало что известно.

Из грузинских мало, из армянских еще меньше, а сасанидские источники и вовсе об этом молчат. В целом, известно что Гугарк был включен в состав Иверии, и в таком же статусе автономии, в каком он был в Великой Армении накануне, и это никак не конфедерация, это приблизительно как автономная республика. О Цанарии в это время ничего неизвестно в принципе. Вообщем, для своей теории автор не раздобыл доказательной базы.

Логика. Наделяя эмират именем Армении, арабы руководствовались обычным в таких случаях подходом. Раз для удобства нужно какое-то одно название, и раз армяне самый многочисленный и передовой народ региона, а армяне в VII-VIII веках по многим показателям превосходили все остальные народы Закавказья, то субъект следует назвать в честь их страны, тем паче, что их страна в этом субъекте еще и самая крупная.

По этой логике, даже принимая концепцию о Варджане в кустаке Капкох, как о конфедеративном марзпанстве вайнахов и картвел, по этой логике, марзпанство получило имя Иверии по той простой причине, что иверов в нем было больше числом, чем вайнахов, что иверы представляли собой передовой элемент, что Иверийское царство было наиболее крупной и развитой единицей марзпанства, и что, наконец, во главе самого субъекта стоял царь Иверии.

Вот по всем эти причинам, Сасаниды и назвали данное марзпанство по имени Иверии. Следовательно, утверждение о верховенстве гугарского бдешха в иверийском марзпанстве не отвечает логике. Вариант, что Армения в Закавказье располагалась к арабам ближе всего, и потому было выбрано ее имя, не проходной, поскольку Нижняя Иверия, или Гугарк по армянски, и Восточная Иверия, или Цанария в концепции автора, ближе к Сасанидам, нежели остальные части Иверии, и при таком подходе, марзпанство бы все равно получило имя или Гугарка, или Цанарии, но оно его не получило, и значит подход был иной.

И наконец остановлюсь на одной интересной и немаловажной детали. Автор утверждает, что "в источниках того периода вся территория региона, включая Армению, Иберию, Цанарию, Албанию, часто называется Арменией", потому что "Арабский халифат создал административную единицу под названием Армения, в которую включил все страны Восточного Закавказья".

Однако, обратившись к этим источникам, мы не обнаружим там Цанарии. Цанария, под именем Санарии, появляется в арабских хрониках по событиям второй половины VIII века, именно в то время она охватывает Горную и Восточную Иверию. Но Армянский эмират был образован в начале века, и если Цанария существовала накануне его образования, как это пытается представить автор, называя ее в числе стран Восточного Закавказья, из которых этот эмират был образован, то ее ввели бы в эмират как отдельный субъект, хотя бы на третий уровень, подобно например Джурзану, Сисаджану/Сюнику, Бусфурраджану/Васпуракану, и т.д. Тем не менее, Цанария в административно-территориальном структуре эмирата не присутствует, а те земли, что станут Санарией век спустя, пока пребывают в составе Джурзана.

По видимому, немного позже после образования эмирата, цанарские хорепископы, уже независимые от Халифата, а значит и подконтрольной Халифату Иверии, и видимо политически больше ориентированные на Каганат, распространили свою власть за пределы Хеви, и поэтапно взяли под контроль хорепископства Горную и Восточную Иверии. Это и есть Санария.

Ибн Хордадбех, к примеру, в той же книге добавляет, что "Санарийа также входит в состав Арминийи". Но это отображение дел на вторую половину VIII и первую половину IX веков. Ведь когда он перечисляет деление единиц второго уровня эмирата, это первая, вторая, третья и четвертая Арминийи, в их структуре Санарии нет. Значит территория, впоследствии ставшая Санарией, там первоначально была, но не в ранге отдельной административной единицы.

Теперь, географ вынужден признать существование Санарии, возникшей в пределах эмирата, но он не знает к какому субъекту второго уровня ее причислить, по той причине, что в документах начала VIII века, когда эмират образовался, имя Санарии отсутствует. Следовательно, до середины VIII века, никакой Цанарии, с охватом всей Восточной и все Горной Иверии, не существовало. Она в это время пока оставалась в своих исконных границах у истоков Терека, что и есть Цанарское Хеви.

0

3

Такое положение существовало до 387 года, когда произошел раздел Великой Армении и всего Южного Кавказа между двумя империями – Римской и Сасанидской. После этого, согласно новому административному делению Сасанидской империи, Гугарк, Картлийское царство и Цанария (Кахети) были объединены в один административный округ Персидской империи, получивший название шахр Варджана (Картли). [Согласно новому административному делению, Сасанидское государство было разделено на четыре края, или кустака. Страны Южного Кавказа были объединены в Северный, или Кавказский кустак (Капкох). Кустак включал в себя более мелкие административные единицы – шахры, во главе которых стояли марзпаны (правители области), подчинявшиеся в свою очередь правителям кустаков − спаспетам.] Функция наместника (марзпана) округа (шахра) Варджан была возложена Сасанидами на бдешха Гугарка, в связи с чем последний перевел свою военную резиденцию из Цуртави на берегу реки Храми в Бостан-калак – Рустави. Бдешх Гугарка как марзпан сасанидской административной единицы Варджан был наделен большими правами в военной, административной и судебной сфере. Наличием сильной армии и первенством среди окружающих народов и объясняется, вероятно, тот факт, что на протяжении столетий именно бдешхам Гугарка доверялось возглавлять охрану кавказских перевалов и обеспечивать безопасность стран Южного Кавказа, защищая их от вторжений полчищ кочевых племен северокавказских степей. В связи с тем, что Картлийское царство и персидское марзпанство, куда входили Картлийское царство, Гугарк и Цанария, персы называют одним именем Варджан, многие современные историки, к сожалению, нередко путают административную единицу Персидской империи марзпанство Варджан с собственно Картлийским царством, тоже именуемой Варджан.


Разберем тезис. Накануне 387 года на Южном Кавказе сложилась следующая картина. Гугарк и Цанария, при чем, под Цанарией тут понимается горная и восточная части Иверии, находились вне Иверии, а иверийские цари представляли из себя вассалов гугарских бдешхов. Отсюда вывод, что цари Иверии еще и являлись посредственными и второсортными вассалами армянских царей, которым по иерархии, как мы знаем, в свою очередь подчинялись бдешхи Гугарка.

В 387 году картина несколько меняется. Разделив с римлянами Южный Кавказ, Сасаниды учредили на своей половине административный край, кустак Капкох, то есть Кавказский край, и он же Северный край. Каждый кустак, во главе которого стоял носитель звания спаспет, включал в себя не-то округи, то-ли области, называемые шахрами, где главными были марзпаны, подвластные спаспетам. Гугарк из состава Армении был выведен и объединен с Иверией и Цанарией в отдельный шахр кустака Капкох.

В этом трио на последней ступени по положению стояла Иверия, так как, если Цанария, до своего попадания в шахр, была самостоятельной, а она была, ведь автор отмечает ее как отдельный субъект шахра, что значит, что и входила она в шахр отдельно от Иверии, то Иверия, хоть и также представлена в качестве отдельного субъекта шахра, в действительности, как отмечено выше, находилась в вассальной зависимости от бдешхов Гугарка.

Такая иерархия была перенесена и в новую структуру, где должность марзпана, то есть главы шахра, была отдана гугарскому бдешху. Необъяснимая странность заключается в том, что сам шахр, или марзпанство, был почему-то назван по имени самого ущербного из трех его субъектов, Иверии. Ведь Варджан, хотя правильная транскрипция Вирожан, это явно производное от Иверии, а не Гугарка, что признает и сам автор, сетуя, что современные историки не различают марзпанство Варджан и царство Иверия, в силу идентичности названий обоих субъектов, тогда как автор предлагает уделить внимание и их приставкам, то есть царству и марзпанству, которые не идентичны. Мало того, продолжает он, историки еще и игнорируют ведущее положение бдешхства уже внутри марзпанства.

Оставим без комментариев отсутствие аргументации для всего рассмотренного тезиса. Автор аргументы со ссылками не привел, но будем считать, что это сугубо его теория. Теперь приступим к опровержению этой теории.

Уже в первой главе данная теория однажды промелькнула, где изобретенное марзпанство Варджан было представлено как союз трех равных и отдельных субъектов, Гугарка, Цанарии и Иверии. Тогда я, помнится, обратился за помощью к римскому историку, Аммиану Марцеллину, чье единственное произведение "Римская история" считается основным ресурсом по IV веку нашей эры. Аммиан Марцеллин жил во второй половине века, служил солдатом, участвовал в войнах, в том числе и тех, что империя вела на Востоке, против Сасанидов, и как и полагается, принадлежал к греческой нации, подарившей человечеству самых видных историков и географов античности. Его сведения, в отличии от сведений многих авторов, описывавших события IV века не будучи их современниками и участниками, тут наиболее компетентны.

Сейчас я снова обращусь к "Римской истории" Аммиана Марцеллина, только нужное мне рассмотрю немного подробнее, нежели в прошлый раз. Не считая его экскурсов в далекое прошлое, по интересующему нас IV веку на русский язык переведены его известия до конца 70-х годов. Это как раз то, что нам надо, ведь нам нужна ситуация по Южному Кавказу до 387 года.

Итак, в соответствии со сведениями из "Римской истории", нам предстает следующая картина по Южному Кавказу IV века, исключая конечно его последнюю четверть. Здесь расположены четыре страны. Лазика, "отделенная от римских пределов крутыми горами". Несмотря на ее условную независимость от империи, относительно наличия в Лазике царской власти автор ничего не сообщает. Албания, чей "царь равный с первым [сановником?] по месту и почету" в свите грозного Шапура. Армения, о которой информации больше всего, и в частности, о ее царях, Арсаке и Паре, то есть, Аршаке и его сыне Папе, из династии Аршакидов. Наконец, Иверия, окруженная теми тремя.

Об Иверии историк сообщает гораздо больше Лазики и Албании, но значительно меньше Армении. Уже можно сделать первый вывод, что из квартета южнокавказских стран, если судить по степени потенциала и размера площади, то на первом месте Армения, на втором Иверия, на третьем Албания, из-за наличия царя, и на последнем Лазика, упомянутая вскользь.

При том, это не их взаимная иерархия, ибо согласно Аммиану Марцеллину, никакой иерархии между ними не наблюдается, и никто из последних трех не рассматривается им как вассал армянского царя. В частности, иверийский царь Мерибон, в котором легко опознается Мириан, независим от Аршака, и равен ему. Именно такое впечатление создается по "Римской истории".

Они вдвоем сами скорее разрываются между зависимостью от обеих держав, от Рима и Ирана. При чем, в случае с Иверией, этот глагол еще и следует понимать буквально, потому что, пускаясь в описание дальнейшего периода, Аммиан Марцеллин повествует о фактическом расчленении Иверии между про-сасанидским царем Аспакуром и его двоюродным братом, про-римским Савромаком.

Оба имени, в форме Аспагур и Саурмаг, в грузинской исторической традиции достаточно известны. Аспагуров в III-IV веках было кажется двое, один представлял старые царские династии, другой из новой, основанной Мирианом. А впрочем, был еще царь с именем Вараз-Бакур, правнук Мириана, и возможно это другая форма имени Аспагур. Такое предположение высказывал еще Меликишвили. Ни один Саурмаг в этот период грузинам неизвестен, но учитывая, что по Аммиану Марцеллину, он доводился Аспагуру кузеном, можно сделать вывод, что он представлял одну из побочных ветвей Хосровидов, не попавших в грузинские хроники.

Главный вывод, какой мы делаем из "Римской истории", это отсутствие какого-либо первенства гугарских бдешхов перед иверийскими царями. Никаких бдешхов историк не упоминает в принципе, по той простой причине, что Гугарк тогда входил в состав Армении. Зато он упоминает царей Армении и Иверии, и не получается сделать вывод, будто вторые подчинены первым. А учитывая, что бдешхи подчинялись армянским царям, а иверийские цари армянским царям не подчинены, то и не может быть никакой речи о зависимом положении царей Иверии в отношении бдешхов Гугарка.

В противном случае, историк не рассказывал бы нам о не обладавших самостоятельностью и мало что решавших иверийских царях. Тут, в таком случае, достаточно было бы говорить о царях армянских, как вышестоящих над бдешхами, и потому стоящих еще выше над царями Иверии. Или, на худой конец, ввести в повествование бдешхов Гугарка, вместо иверийских царей. Но, повторю, ничего подобного нет у Аммиана Марцеллина. Значит кое-кто здесь занимается сочинением сказки.

Такой же сказкой является и включение горной и восточной Иверии, которые автор называет Цанарией, в марзпанство Варджан. Чтобы войти в марзпанство, в шахр, этой Псевдо-Цанарии полагалось хотя-бы существовать накануне образования того Иверийского марзпанства, существовать отдельно от Иверии, если конечно согласимся с автором, что данное марзпанство было образовано в 387 году, а не два столетия спустя, как и было на самом деле.

Но Псевдо-Цанарии нет в "Римской истории", как и нет ничего между Иверией и Албанией, смотрите 17-й абзац 12-й главы 27-й книги, а значит, она не существовала самостоятельно, а значит, ее и не было в виде отдельного субъекта в гипотетическом марзпанстве Варджан. Гипотетическом на IV век. Потому что в действительности, это Иверийское марзпанство возникло и исчезло со второй по третью четверти VI века.

Предположительно, как раз в то время Горная Иверия, включая и Хеви Цанарское, могли выйти из состава потерявшей суверенитет Иверии, из-за нежелания горцев подчиняться иранским марзпанам, которые, к слову, являлись персами, и по статусу заменили собой иверийских царей, о чем свидетельствуют факты из агиографического документа той поры. И не забудем, что сперва эта Горная Иверия не носила собирательного имени цанар, так как до установления тут власти хорепископа, было еще далеко.

Вот почему в той же армянской Географии VII века, гудамакары и другие арагвинские горцы, упомянуты отдельно от цанар. Наконец, потомки царской династии, осели по краям страны, на юго-западе, и в Восточной Иверии. И они не пытались вывести Восточную Иверию из состава Иверии и вроде признавали власть марзпанов.

Абсурд в том, что автор отделяет цанар от Иверии в то время, когда их область напротив, прочно находилась в составе Иверийского царства, и наоборот, затаскивает их в Иверию тогда, когда они скорей всего отказались признавать власть иверийских марзпанов, назначаемых Сасанидами. Кроме того, под Цанарией он понимает всю Горную и всю Восточную Иверию, что на положение по IV-VII векам, выглядит нелепостью. Эти земли будут называться Цанарией только со второй половины VIII по первую половину IX веков.

Таким образом, накануне 387 года, то, что автор называет Цанарией, являлось неотъемлемой частью Иверийского царства, которое, в свою очередь, не было вассалом ни Великой Армении, ни тем более ее тогдашнего субъекта, бдешхства Гугарк.

Далее. Что же произошло после 387 года, о чем известно уже не из книги Аммиана Марцеллина, а из, в основном армянских, а также грузинских летописей. Да, на своей половине разделенного Кавказа, Сасаниды в самом деле сформировали кустак Капкох, Кавказский округ, или край, кому как удобно, еще и подключив сюда Атропатену. Да, состоял он из 13 субъектов, шахров там, или останов, короче, марзпанств, опять же, кому как угодно, а то я не очень хорошо в этом разбираюсь.

В числе этих 13 марзпанств, фигурируют Армения, Албания и Иверия, и эти три христианские страны по прежнему управляются местными царскими династиями, Аршакидами в Армении и в Албании, и Хосровидами в Иверии. Да, их статус в глазах иранских царей был близок, если не равен, статусу обычных марзпанов, хотя в этом я не уверен, но тем не менее, это все еще те же цари, а не марзпаны.

Значит здесь автор уже соврал со своим марзпанством Варджан на 387 год. Но вот где он прав, так это по передаче Гугарка от Армении к Иверии. Сасаниды, при включении Армении, Албании и Иверии в состав новообразованного кустака, изменили границы Армении, и без того расчлененной между Римом и Ираном. При чем изменили не в пользу армян, так как перевели ряд ее областей в состав Албании и Иверии.

Так, в составе Иверийского царства появилось Гугарское бдешхство. Повторим, даже если согласиться, что при иранском дворе Иверийское царство именовали марзпанством Варджан, это все равно являлось условностью, и Иверийское царство после 387 все равно продолжало оставаться царством, равно как продолжали оставаться царствами Армения и Албания, чьи статусы будут упразднены лишь в следующем веке. В противном случае, в Иверии теперь появился бы марзпан, сменивший бы царя, но этого не случилось, и мы не обладаем такими фактами. Это, повторю, случится только два столетия спустя, то есть в Иверии царская власть продержится еще на век дольше, чем в Албании и Армении. Потому что в указанном отрезке времени, мы знаем ее царей и не знаем ее марзпанов.

Да, после 387 года границы Ивериии изменились, ведь к ней вернулась большая часть ее давным давно потерянных земель, только в виде бдешхства Гугарк. Мысль, будто Иверия и Гугарк тогда составили некую конфедерацию, под именем Иверии, но под главенством Гугарка, не отвечает историческим фактам.

Но в таком случае откуда автор взял это подчинение иверийского царя гугарскому бдешху, высосал из пальца? То что автор, помимо выдумывания сказок из несуществующих фактов, еще и недобросовестно перевирает факты существующие, это несомненно, и это его обычный метод, но однако тут все не так просто, и я попробую объяснить в чем дело.

Термин бдеашх у армян, или питиахш у грузин, являлся по происхождению термином парфянским, попавшим в языки обоих народов в период могущества парфянских Аршакидов. Насколько я могу судить, конкретно у грузин этот термин означал областного наместника, или губернатора провинции, и был равнозначен коренному грузинскому эристави. Возможно он еще мог означать фигуру, равную визирю, короче говоря, крупного сановника.

И все же, данный термин у грузин не был столь популярным, как у армян, и "питиахш"-у грузины чаще предпочитали "эристав"-а. При вхождении Гугарского бдешхства в состав Иверии, термин однако стал более частым в употреблении, чем прежде, да к тому же получил двойственное значение. Теперь питиахш, это в основном конкретный наместник Нижней Иверии, и он же эристав Сомхити, то есть, тот самый бдешх Гугарка. Но также питиахш, это как и прежде, означает губернатора вообще, без конкретики, а еще сановника.

Так вот, где-то в каком-то историческом грузинском документе, я правда не могу определить в каком и где, описывающем ситуацию в связи с образованием кустака Капкох, автор вероятно обнаружил фразу о подчинении Армении, Албании и Иверии питиахшу Персии. С ловкостью бывалого напёрсточника вырвав из контекста Иверию и ее подчинение питиахшу, автор и выстроил свою очередную дутую концепцию, где питиахш Капкоха был превращен в гугарского бдешха.

Персы парфянский термин бдеашх/питиахш игнорировали, и сасанидский наместник кустака не мог носить такой титул. Об этом однако, не ведал грузинский летописец, да его это и не заботило. Он лишь стремился передать свою мысль, что армянский, албанский и иверийский цари оказались тогда под администрацией сасанидского наместника, и подобрал для его характеристики подобающий, как ему казалось, термин, питиахш. Мог бы назвать эриставом, но на радость кое-кому, назвал питиахшем. В других грузинских документах, этот сановник, управляющий кустаком, назван эриставом.

Вот что на мой взгляд послужило источником для фальсификации. Этим объясняется и отсутствие прямой ссылки, чтобы не было видно, что речь шла не об одной Иверии, но обо всем регионе, ведь так любой бы догадался, что этот питиахш не может быть тем бдешхом Гугарка.

0

4

Все же я крепко ошибся насчет игнорирования Сасанидами Аршакидских титулов, и должен признать свою ошибку. Хорошую информацию на сей счет выдает Википедия.

Наряду с описанным выше, существовало другое разделение, унаследованное с парфянских времён и отражавшее становление феодальных отношений. Первым известным упоминанием о нём является двуязычная надпись Шапура I в Аджи-абаде, в которой он пишет о некотором примечательном пуске стрелы во время своей охотничьей прогулки и перечисляет категории лиц, в чьём присутствии произошло это событие. Из этой надписи можно заключить, что существовали такие категории, как пехл. shahrdārān — принцы, пехл. vāspuhrān — главы или, возможно, все члены знатнейших семей, пехл. vuzurgān — «знатные» и пехл. āzādhān — «свободные» или «благородные». Как это деление, охватывающее только привилегированные классы, соотносилось с сословиями, не известно. С течением времени оно менялось и было, в целом, очень сложным. Представители высшего класса Ирана носили титул «царь», что приводило к именованию шаха как «царя царей». В начале этот класс формировался за счёт вассальных правителей, правивших на окраинах империи, царьков, которые решали перейти под защиту правителя Ирана и которым гарантировалось управление своей территорией в замен на предоставление определённого количества войск или, возможно, выплаты дани. Среди таких вассалов были и арабские царьки Хиры. Аммиан Марцеллин упоминает в свите Шапура II царей хионитов и албанцев. Термин shahrdārān происходит от sātra — страна и dar — держать и соответствует термину сатрап. Оно также упоминается в надписи Пайкули применительно к правителям саков. Тот факт, что shahrdārān сопровождают шаха на охоте, свидетельствует о том, что это не просто правители областей, а более широкое понятие. В начальный период власти Сасанидов Армения, управляемая царями из рода Аршакидов, являлась вассальным государством Ирана и её правители, вместе с правителями Иберии, носили титул пехл. bidhakhsh. В 428 году Армения стала персидской провинцией, управляемой пехл. marzbān'ом. Государство Сасанидов сохраняло древнее разделение на четыре топархии, во главе которых начиная с V века стояли марзбанами. По своему положению эти четыре марзбана были равны членам упомянутых выше царских семей и, как и они, носили титул shāh. К этой же категории относились и члены правящей в Иране династии. Согласно древней традиции, сыновья шаха, по крайней мере те, которые могли рассчитывать в будущем занять престол, получали в управление одну из важных провинций. Так, братья Шапура I, Ардашир и Пероз получили в управление Керман и Кушан, соответственно. Будучи наследниками престола, Шапур I, Ормизд I, Бахрам I и Бахрам II были правителями Хорасана и царями кушан, Бахрам III и Ормизд III управляли Систаном с титулом пехл. Saghānshāh, Ардашир II получил Адиабену, Бахрам IV — Керман с титулом пехл. Kermānshāh.

Значит, царей Иверии Сасанидская номенклатура обозначала как бидахшей (груз. питиахш, арм. бдешх), и в этом она унаследовала традицию парфянских Аршакидов. Так все встает на свои места. Вот откуда эта путаница с совмещениями титулов гугарского и иверийского бдешхов. На самом деле, речь о разных бдешхах, и дело в двойственном, а то и тройственном понимании данного термина в самой Иверии. Гугарский бдешх, это губернатор Гугарка. Иверийский бдешх, это царь Иверии.

0

5

Хатты. По данным довольно многочисленных источников, халибы населяли северо-восток Малой Азии и принадлежали скорее к западнокавказскому (хатто-абхазо-адыгскому) кругу племен. [Иванов Вяч. Вс. История славянских и балканских названий металлов. М., 1983. С 94-105.] Они первооткрыватели металлургии железа, и само их название – халибы (железоделатели), происходит от hapalki – названия железа в хаттском (хатто-абхазо-адыгском) языке. [См.: Laroche E. Etudes de vocabulaire VI. - RHA. T.15. 1957, fasc. 60; Иванов Вяч. Вс. Указ. соч. С. 98; Его же: Проблемы истории металлов на Древнем Востоке в свете данных лингвистики. ИФЖ. № 4. Ереван. 1976. С. 79 – 85; Ардзинба В.Г. К истории культа железа и кузнечного ремесла (почитание кузницы у абхазов) // Древний Восток: этнокультурные связи. М. 1988. С. 283. Из области культуры хаттов в Переднюю Азию, а оттуда и по всей Евразии металлургия железа распространяется вместе с хаттским (западнокавказским) названием железа halib (← hapalki), которое впоследствии стало употребляться для обозначения племен Юго-Восточного Причерноморья, занимавшихся изготовлением железа (и стали) – халиб (halib) – железоделатели (см. Berein D. Pour une voie cimerienn de diffusion de la metallurgie du fer // Archeologicke Rozhledy, XVI, Praha, 1964, 264–279; Иванов Вяч. Вс История славянских и балканских названий металлов... С. 94–105).]


Нет, и еще раз нет, слово "халиб" не происходит из хаттского языка, не происходит потому, что не может происходить. Иванов несомненно крупный лингвист, но и крупные специалисты бывает что допускают ошибки, и порой нелепые.

В свое время, на эту нелепую ошибку Иванова обратил внимание еще академик Трубачев в своей работе «Этногенез и культура древнейших славян»: Если верно, что индоевропейцы были носителями металлургии бронзы и бронза была единственным металлом древних индоевропейцев, то маловероятно постулировать неиндоевропейское заимствованное происхождение названия железа для времени, по сути предшествующего даже бронзовому веку, каким было III тысячелетие до н.э. В эпоху, когда не было еще хозяйственного использования металлов вообще, не было необходимости в заимствовании названия железа, с добычей и применением которого познакомились едва только в I тыс. до н.э.

Только он пощадил уважаемого коллегу, и не стал указывать на его заблуждение прямо. Он лишь намекнул, что древнейшие славяне не могли перенять от хаттов термины, связанные с железом, так как в то время не нуждались в таких терминах, потому что не занимались добычей и обработкой железа.

Не будем ходить вокруг да около, и скажем прямо, что никто не занимался, в смысле, в то время никто. Никто, потому что на дворе стоял бронзовый век. У нас ведь хатты, не так ли, а хатты народ бронзового века, до века железного не дотянувший шесть или семь веков. Их земли отобрали пришлые индоевропейцы-лувийцы, ставшие впоследствии известны как хетты.

Что интересно, хетты по видимому также не имеют отношения к открытию железа, поскольку их уход с исторической сцены едва соседствует со вступлением в нее железного века.

Итак, хатты и хетты появились и исчезли в рамках бронзового века. Железа они не знали, и потому, термина, обозначающего железо, в их языке быть не могло, и потому, они не могли никого научить термину, который им самим был неведом.

Предположительно, возникновение очагов металлургии железа на северо-востоке Малой Азии и юго-востоке Причерноморья, связано с так называемыми народами моря, появившимися здесь в это время.

Они видимо и распространили термин "халибы", "кузнецы", термин, не имеющий четкой этнической привязки, что-то вроде "горцев", "степняков", "поморов". Само слово "халиб" скорей всего индоевропейское, из группы палеобалканских языков.

0

6

Приведу некоторые выдержки из книги Владимира Луконина "Культура Сасанидского Ирана".

В 1936 г. американская археологическая экспедиция вела исследования на юге Ирана в местности Накш-и Рустам, недалеко от Истахра. Этот район Ирана — своеобразный музей славного прошлого страны. В черных базальтовых скалах, со всех сторон обступающих безжизненную сейчас долину, высечены гробницы ахеменидских царей и внизу, под ними, рельефы, изображающие победы сасанидских шаханшахов, надписи на древнеперсидском, парфянском, среднеперсидском и греческом языках. В X в. Адуд ад-Доуле, посетивший эту местность, назвал ее «местом надписей». Здесь по соседству с усыпальницами ахеменидских царей высится так называемая «Кааба Зороастра». Это здание в древности было особо почитаемым храмом. Оно изображалось на монетах местной династии Парса (III в. до н. э. — III в. н. э.), и иногда над его изображением помещался символ верховного бога добра и света Ахура Мазды. Быть может, это здание было храмом огня или храмом богини плодородия Анахиты, чей культ также издавна был связан с огнем. На цоколе «Каабы Зороастра» и была открыта надпись Шапура I (SKZ) — важнейший исторический источник по истории Ирана III в. Эта надпись занимала три стороны основания «Каабы». Под вариантом МР была высечена еще одна надпись, составленная от имени Картира, верховного жреца государства, которая позволяет выяснить роль «Каабы Зороастра» в раннесасанидское время. «И об этих многих огнях (т. е. храмах огня. — В. Л.) и делах, которые [упомянуты] в надписи этой моей, — пишет Картир, — таким образом мне Шапур, царь царей, в особенности (т. е. выделив эти дела из всех других) такой отдал приказ: мол, да будет все это (все эти записи) — в «доме основ», и знай ты, что деяния твои будут приятны богам и нам» [W ZNH 'ndy 'twry W krtk'n MH PWN npsty ZKm KN gwnk LY Shpwhry MLK'n MLK' PWN w'spwtlkn PKDWN 'BYDWN 'Kt bwny BYT1 ZNH'Y]. «Домом основ», т. е. хранилищем официальных хроник, документов и религиозных постановлений, а быть может, и списка священной «Авесты», названа «Кааба Зороастра» в этой надписи [Интересно отметить, что та же фраза встречается также и в надписи Картира в Накш-и Рустам (KNRu), высеченной напротив «Каабы Зороастра», но отсутствует в его надписях в Сар-и Мешхед (KSM) и Накш-и Раджаб (KNRj), расположенных в других местах. Этот факт, по-моему, также указывает на то, что «домом основ» (bwny BYT') называлась именно «Кааба Зороастра»]. Мы знаем, что еще в XII в., согласно сообщению одного из персидских исторических сочинений («Фарс-наме»), местность, где была воздвигнута Кааба, носила название «Гора надписей», потому якобы, что, по преданию, где-то там хранились списки «Авесты». Быть может, именно с Каабой связывается и термин diz i nipist — «крепость надписей», — встречающийся в пехлевийской литературе. Надпись Шапура I была составлена на трех языках — парфянском (Prth), среднеперсидском (МР) и греческом. Сразу же после публикации ее текста (1939 г.) надпись привлекла к себе пристальное внимание ученых. Увлечение этим открытием не прошло и до сих пор, и научная литература, исследующая, привлекающая или упоминающая надпись SKZ, давно перевалила за сотню названий [Полный текст надписи SKZ (фотографии Чикагского института и прорисовки) издан М. Шпренглингом. Транслитерация и перевод надписи кроме указанного издания содержатся также у Марика]. В начале надписи, после обычной титулатуры шаханшаха Шапура, описываются границы Ираншахра — «страны иранской», которые доходили на севере до Кавказского хребта и «Аланских ворот», на северо-западе и западе включали в себя всю Армению, Иберию, Каппадокию, Киликию, области по р. Евфрату, Месену, а на востоке простирались вплоть до Пешавара [Prth, стк. 1—2].

Но приказу царя царей на родине династии, в Парсе, были высечены два рельефа, прославлявших его победы (№ 9, 10). Один из них особенно грандиозен. На нем изображено более ста фигур. Второй рельеф идентичен по композиции центральной сцены, но боковые сцены разделены на два регистра (на предыдущем рельефе — четыре регистра с каждой стороны). Так же как и на предыдущем рельефе, в левой части изображена гвардия шаханшаха, а в правой — в отдельных «секциях» — вероятно, «союзники» персидской армии в национальных нарядах. Оба рельефа соединяют результаты всех трех войн. Их содержание — то же, что и содержание победной надписи Шапура I на «Каабе Зороастра». Завоеванные во время этих кампаний области входили в царский дастакерт. Трудно судить о том, как налаживалось управление в этих областях, насколько прочно держалась в них власть царя царей. Из надписи SKZ ясно, что такие города, как Антиохия, Никополь, Кайсария Каппадокийская, Александрия, брались войсками Шапура дважды (в 253 — 256 и 258 — 260 гг.). В завоеванных областях утверждался культ огня. Об этом сообщает надпись жреца Картира (KKZ): зороастрийские храмы, согласно этой надписи, основывались там, где «Шапур, царь царей, со своими людьми и своими конями сам разрушения и пожары ... учинил». Шапур I умер в апреле 273 г. Престарелому царю в год своей смерти пришлось пережить позорный разгром персидского корпуса, посланного на помощь царице Пальмиры Зенобии. Император Рима Аврелиан, сокрушивший пальмирское царство, остановил продвижение персидской конницы у границ Пальмиры и получил за это титул Parthicus Maximus, и все же этот несомненный успех Рима не нарушил устойчивости западных границ Ирана. В победной надписи Шапура I описаны те области и провинции (s'hr; p'tkws), которые входили в состав Ираншахра: Парс, Партав, Хузистан, Мешан, Асурестан, Адиабена, Арабистан, Атурпатакан, Армения, Грузия, Махелония, Албания, Баласакан, Мидия, Гурган, Мерв, Герат, Апаргаахр, Керман, Сакастан, Турестан, Мекран, Пардан, Индия, Кушаншахр «и дальше, вплоть до Пешавара, и вверх до Kania, Согда и пределов Чача». Шапур I сообщает, что «все эти царства (шахры) и [их] владетели (шахрдары) и владетели провинций (ptykwspn) стали приносящими нам дань или подчинились» (lirw LN pty b'z W 'BDkpy HQ'YMWt HWHyn). Вероятно, Иран того времени состоял из различных областей, находившихся в разной степени подчинения центральному правительству (обязанных данью или подчиненных силой оружия). Как выясняется из той же надписи, некоторые из упомянутых шахров управлялись скорее всего царями местных династий (при Арташире I — Мерв, Апар-шахр, Керман, Сакастан; при Шапуре I — Адиабена, Иберия), в других после их окончательного завоевания власть перешла к сыновьям царя царей.

При сравнительном анализе списков придворных Арташира I и Шапура I, отраженных в 3KZ, наиболее важными мне представляются две перемены: изменение состава царей полузависимых царств и резкое увеличение числа «шахрабов» царских городов. Как говорилось выше, четыре царя, чьи владения входили в государство на правах конфедерации, открывали список придворных Арташира I. Списки придворных Шапура I также открывают четыре царя, но лишь один из них — Арташир, царь Кермана, в этот период сохраняет свои владения и свое положение. На первом месте при Шапуре I упомянут царь Адиабены (Prlh: ntwsrkn). Далее следует царь Кермана и царица Месены Денак (МР: dynky ZY mys 'n MLKT' dslkrt shpwhry), жена сына шаханшаxa Шапура, которого тоже звали Шапур — он упомянут в списке рода Сасанидов с титулом «царь Мешана»; к 262 г., когда составлялась надпись SKZ, он, вероятно, уже умер и его уделом правила его супруга Денак. Последним из царей упомянут царь Иберии (Prlh: wyrsn; МР wlvvc'n), по имени Хамазасп. Из списка рода Сасанидов выясняется, что Сакастан, Мерв и Абаршахр — царства, при Арташире I управляющиеся царями из местных династий, были объединены в область, которая теперь стала называться «Сакастан, Турестан и Индия до побережья моря» (МР: l.mdy skstn W twrstn 'D YM'dnby). Эта громадная область, включавшая не только три перечисленных выше царства, но также и завоеванные на востоке области Гедросии и Арахосии, была передана в управление сыну шаханшаха Шапура I Нарсе. Сын шаханшаха Варахран управлял Гиляном (с титулом ML К'), а «великим царем Армении» стал сын шаханшаха Хормизд-Арташир. Вероятно, в конце царствования Шапура I (или при кратковременном правлении его сына Хормизда- Арташира) было покончено и с самостоятельностью Кермана: об этом, быть может, говорит гемма Британского музея с портретом Варахрана, царя Кермана (надпись: wrhr'nZYkrm'nMLK' HBH shpwhry MLK'n МЬК'). По духу надписи и стилю портрета гемма должна датироваться III в. Судя по надписи Картира (NRu — SM), к 80-м годам Керман уже входил в дастакерт царя царей, т. е. его правителем должен был быть один из представителей династии. По данным списка рода Сасанидов (SKZ), после 262 г. титулом krin'n ML К' мог обладать лишь Варахран — сын Шапура I, будущий шаханшах, владевший до 262 г. Гиляном. Возможно, что на гемме Британского музея представлен портрет именно этого Варахрана. В таком случае Керман мог быть включен в царский «домен» между 262 (дата SKZ — в ней Варахран — еще царь Гиляна) и 273 г. (время воцарения Варахрана).

Государство кушан (Prth: kwsnhstr) в III в. упоминается единственный раз— в начальных строках надписи SKZ, где Шапур I описывает границы своего государства: «...ягосподин Ираншахра и владею следующими шахрами: Парс, Парфия, Хузистан, Месена, Асурестан, Адиабена, Аравия, Атурпатакан, Армения, Грузия (греч. Иберия), Махелония, Албания, Баласакан, и дальше, вплоть до (Prth: HNprhs) гор Кап (Кавказ) и «Албанских ворот» и все горы Парешахвара (Эльбурса), Мидия, Гиркания, Мерв, Герат, и весь Апаршахр, Керман, Сакастан, Турестан, Мекран, Параден, Индия, Кушаншахр (греч. «страна кушан») вплоть до Пашкибура (греч. Паскибура), и дальше — до Каша (Кашгар?), Согда и (гор) Шаша (Prth: kwsnhstr IINprhs C L pskbwr W HN C L k's swgd Ws's), и с другой стороны моря — Оман. И все эти многие царства (hstr) (их) владетели (hstrdr, греч. Aeapotag тои ебгюо) и управители (провинций) (Prth: ptykwspn) — все [они] стали (приносящими) нам дань и подчиняющимися (Prth: hrw LN pty b'z W c BDkpy HQ'YMWt HWHyn)». Итак, Шапур I в своей надписи утверждает, что к 262 г. (дата SKZ) Кушаншахр (причем — все государство, «вплоть до Пешавера») или подчинялся Ирану (c BDkpy), или был обязан ему данью (b'z). Поскольку в этот период наверняка не существовало титула «царь кушан», то Кушаншахр не входил в «уделы» сасанидских принцев, а отсутствие здесь «царских городов» говорит о том, что он не входил и в «домен» царя царей; таким образом, серьезно можно рассматривать только претензию Шапура на то, что государство кушан было обязано сасанидскому Ирану «данью». Следует учесть также, что перечисление областей на Востоке, входящих в состав Ирана, быстро превратилось в стандартную формулу: так же как и в надписи SKZ, описаны восточные границы в надписи жреца Картира (в пространном варианте KSM, дата надписи — 280-е годы) и даже у Аммиана Марцеллина. Общий победный характер надписи SKZ также дает возможность считать, что включение «Кушаншахра» в состав Иранской империи могло обозначать лишь претензию на господство. Надо учесть, наконец, что царства и области, перечисленные в SKZ как входящие в Ираншахр (помимо областей, в которых один раз побывали, а то и вообще не были «кони и люди царя царей Шапура» во время его трех войн на Западе), как явствует из данных той же надписи, находились в разной степени зависимости от Ирана. К моменту составления надписи дастакертом («доменом») царя царей явились кроме Парса, Парфии, Хузистана и Асурестана Мешан (Месена — ею управлял сын Шапура I Шапур с титулом mys'n MLK', а после его смерти — его супруга Денак), Армения (ею управлял сын Шапура I Хормизд-Арташир с титулом RB'MLK' 'rmn'n); Керман, Адиабена, Иберия имели собственных царей из древних местных династий, которые входили в состав Ираншахра на правах конфедерации. Что же касается восточных провинций, то они были окончательно присоединены к Ирану в середине 50-х годов и объединены в царство «Сакастан, Турестан и Индия до побережья моря». В это царство вошли упомянутые в SKZ «Мерв, Герат, Абаршахр. Мекран, Партан» и области Гедросии и Арахосии.

Выводы. В третьей четверти III века, Иберия, в статусе шахра, то есть царства, находилась в составе Сасанидской державы, или Ираншахра. Северные границы Иберии пролегали по Кавказскому хребту, соответствуя внешним границам Ираншахра. Правила в Иберии местная царская династия, чей статус в придворной сасанидской иерархии был довольно высок. Иберийский царь Амазасп входил в круг из четырех правителей, носивших титул царя, шахрдара, приближенных к царю-царей, шаханшаху Шапуру I, и это при том, что общее количество провинций превышало два с половиной десятка.

Что интересно, Амазасп II, правнук Фарсмана II, фигурирует в хронике Леонтия Мровели, что дает лишний бонус грузинскому летописцу. Ковалевская высказывала мнение, что среди прочих источников, на которые опирался Мровели, он еще и собрал устные предания грузин о деяниях собственных царей, и изложил их в форме летописи. В самом деле, откуда еще мог взять Леонтий эти сведения, если ничего подобного не удается обнаружить среди всех известных древних и средневековых литературных произведений, где так или иначе имеется информация о Грузии. Без сомнений, имена и деяния царей Картли, Отец грузинской истории почерпнул из народной памяти.

А ведь когда-то бессовестный Сенковский объявил грузинские летописи баснями, не имеющими ничего общего с настоящей историей, а самим картвелам отказал в праве причислять себя к древним иберам. Деградировавший потомок шляхтичей, прятавшийся под погремухой барона Брамбеуса, не мог представить, что через сто лет после него, будет найден сасанидский текст, где обнаружится то же имя иберийского царя, что присутствует и в списке картлийских царей Леонтия Мровели.

Можно подвергнуть сомнению достоверность грузинской летописи, чей рукописный оригинал XI века давно канул в Лету, а сама летопись с тех пор многократно переходила от редакции к редакции. Можно подвергнуть сомнению даже сам оригинал, раз его автор описывал события, от которых его отделяли многие века. И можно попробовать засомневаться в тождестве картвел и ибер.

Но высеченному на камне, редакция не грозит. Такой текст можно только уничтожить, но никак не переделать. И потому, открытие надписи Шапура, где присутствует имя Амазаспа, бесценна для грузин. И как, хочется спросить мне у всяких сомневающихся недоброжелателей, сумел Леонтий Мровели узнать о Каабе Зороастра, добраться до этого, или какого иного сасанидского памятника, и главное, расшифровать тамошние тексты, и расшифровав их, додуматься записать царя Иберии Амазаспа на счет будто бы выдуманных им царей Картли, да еще и с таким расчетом, что никакой другой народ в будущем не сумеет доказать принадлежность тех древних ибер себе.

Нет, ничего подобного Леонтий Мровели сделать не мог и ни о чем таком он не мог подумать. Он первый кто собрал сохранившиеся древние предания своего народа. А текст Шапура только доказал, что эти предания не были баснями, хотя безусловно, в них полно преувеличений и неточностей, что и неудивительно, если учесть, что они передавались из века в век в устной форме, а затем в письменных редакциях.

Все это создает сложности историкам. К примеру, надоедливый Кирилл Туманов, того же Амазаспа, по каким-то своим соображениям, затащил во II век, и многие его версию приняли. Но есть противоположная версия, в которой время его правления приходится на середину III века.

Между прочим, летопись рисует образ Амазаспа как "могучего человека, подобного Фарсману Доблестному". Его воинственность особенно проявилась при отражении аланского набега, когда он лично поразил множество аланских витязей, а позже, задействовав армян, тогда еще ему союзных, сам вторгся в Аланию. После этих успехов, его правление над собственным народом стало деспотичным ("возгордился и стал мстительным").

Грузинская хроника перекликается с иранской надписью даже в том, что изображает Амазаспа иранофилом ("возлюбил персов и персидскую религию"). Короче говоря, храбрый и сильный, властный и надменный, так что, ничего удивительного, что будучи обладателем столь пробивных качеств, в купе с про-иранской ориентацией, Амазасп настолько возвысился, оказавшись в итоге в ближайшем окружении могущественного повелителя Сасанидов.

0

7

Воинственность жителей данного региона и самоотверженная борьба за свою независимость хорошо известны еще ассирийским и урартским царям. В урартский период население Гугарка составляло часть объединений Диаухи и Этиухи. Племенные названия, сохранившиеся в ассирийских и урартских надписях, указывают на хуррито-урартский состав населения, но в то же время многие из них, как показано выше, находят прямые параллели в нахской и дагестанской этногеографической номенклатуре. Последнее, в свою очередь, восходит к имени хурритского божества Шаро, широко распространенному в топонимике обширной территории от Гугарка до центральных областей Кавказа и сохранившемуся в современной нахской этнонимике. В работе приведены ряд названий племен, известных в этих местах в урартский период, которые с уверенностью можно отнести к хуррито-урартским, однако часть из них имеют надежные параллели в нахской этнонимике. В этой связи нельзя обойти вниманием город Макалтуни, располагавшийся около Чалдырского озера и являвшийся центральным населенным пунктом племени игани (иани). Кажется вполне вероятной связь названия столицы иганиев (иганиехи) Макалтуни (Макал-туни) с именем нахского божества солнца Малх//Матх – Махал – Магал: вполне допустимо, что Макал(туни) являлся не только административным, но и религиозным центром иганиехов. Если принять во внимание достаточно широкую распространенность топонимов, производных от имени Малх (см. выше), на всей территории расселения родственных нахских и хуррито-урартских племен – от Северной Месопотамии до центральных районов Северного Кавказа, вероятность того, что в названии Макалтуни отражен именно культ божества солнца, становится довольно высокой. Таким образом, при анализе древнего ономастического материала на территории Гугарка (Гогарены) и близлежащих областей выявляются не просто отдельные, единичные этнонимы и топонимы, которые с определенной долей вероятности можно бы было отнести к нахским, а достаточно высокая концентрация древней этногеографической номенклатуры, принадлежность которой к нахскому этносу представляется достаточно очевидной. Необходимо отметить, что ныне выявлена лишь незначительная часть сохранившихся в урартских и ассирийских надписях свидетельств, в том числе и этнонимических, о проживании в древности нахских племен на обширной территории Южного Кавказа. Халды долины Аракса – это, безусловно, последователи урартского верховного бога Халда, т.е. собственно урарты. [См.: Ананикян М. Мифы Армении. М., 2010. С. 175.] Несомненно, восприниматься как грубый и жесткий мог именно богатый гортанными звуками язык восточно-кавказской группы исконнокавказской языковой семьи, к которой и принадлежит урартский язык. Все эти данные в совокупности позволяют с достаточной уверенностью говорить о том, что в I тыс. до н.э. ареал расселения нахских племен охватывал не только Центральный Кавказ, но и центральные области Южного Кавказа, достаточно далеко распространяясь на юг. Пока еще трудно поддаются более или менее точному определению южные пределы зоны проживания нахских племен, где нахи соприкасались с хурритскими и урартскими племенами. Сегодня проводить сколько-нибудь четкие этнические границы между этими племенами можно лишь условно, так как они, по всей вероятности, были расселены вперемешку. Возможно также, что между ними проживали еще какие-то родственные им промежуточные племена. Однако несомненно то, что южнонахские племена составляли значительную часть населения объединений Диаухи и Этиуни (Этиухи), а в периоды могущества Урарту те или иные их группы входили непосредственно в состав Урартского царства. Позднее, уже после падения Урарту, происходит перемещение племен и постепенное сужение ареала расселения нахских племен. Однако следует отметить, что, согласно исследованиям лингвистов, нахско-дагестанские языки отчленились от общего нахско-дагестанского и хуррито-урартского, вероятно, не позднее III тыс. до н.э. Следовательно, несмотря на выявляемую большую близость именно нахских и хуррито-урартских языков, в I тыс. до н.э. дифференциация между ними была уже значительной и хуррито-урартские племена, хотя и являлись родственными, но уже отличались от нахских.  Возможно, тот факт, что урартский клинописный язык проявляет близость (иногда вплоть до полного совпадения слов) более с нахскими, чем с дагестанскими языками, объясняется тем, что в центральные районы Кавказа пришли выходцы именно из Мусасира (Муср). Как известно, урартские надписи сделаны мусасирскими жрецами, и в них четко проявляется влияние мусасирского диалекта урартского языка (см. Меликишвили Г.А. УКН. Введение // ВДИ, 1953. № 1. С. 198). Это обстоятельство, конечно, требует специального лингвистического исследования.  В литературе существует мнение, которое отрицает какие-либо связи между нахскими и хуррито-урартскими племенами и ставит под сомнение факт переселения жителей урартских областей на Кавказ. В качестве доказательства приводится то, что на всей территории Северного Кавказа не найдено ни одной клинописной строчки, ни одного знака урартского письма. Однако этот аргумент весьма уязвим и не может служить доказательством того, что переселения племен из урартских областей на Кавказ не было. После падения Урартского царства не только за его пределами, но на территории собственно Урарту не было найдено ни одной клинописи. Территория Урарту подверглась варваризации, была разрушена не только структура государства, но и культура, и у населения не было нужды пользоваться урартской письменностью. Для того чтобы снова достигнуть уровня социально-экономического, политического и культурного развития, необходимого для создания собственого письма, населению данной территории понадобилось более тысячелетия, и только в 405 г. н. э. была создан армянский алфавит.


Несколько моментов, нуждающихся в комментариях. Весьма и весьма сомнительно, что во времена Урарту существовал народ гугаров, и тем паче, что данный народ населял страны Этиуни, или Диаухи. Среди их царств, городов и племен, никто похожий на гугар идентификации не поддается. Единственно что, это "страна Гурку" из хроники Аргишти I, расположенная по соседству со "страной Туарацини", и в чьем названии опознается что-то похожее на Гугарк. Однако эти царства помещают далеко на юго-восток отсюда, в страну Манна. Я тоже здесь на форуме писал о древних гогарах, чей ареал будто бы охватывал восток современной Грузии, и входил в конфедерацию Этиухи. Должен признать, что эта гипотеза не имеет под собой никакой почвы. Это не подтверждается трудом ни одного востоковеда и специалиста по Урарту. В данной теме о гугарах еще поговорим, но уже сейчас можно сказать, что тех древних гогарах не существовало и я глубоко заблуждался.

Далее. Не хочу утверждать, что это намеренный подлог у нашего автора, потому что, возможно это просто ошибка, но по части мифологии здесь целая серия нестыковок. Дело в том, что, во-первых, у хурритов не было божка по имени Малх, или Малк, или Макал/Махал, короче, ничего подобного. Во-вторых, божок солнца у хурритов носил имя Шимиге. И в третьих, что до божка плодородия Шара (не Шаро), то такой божок действительно существовал, в глубокой древности, да только он не из хурритской мифологии. Этот божок был аккадо-шумерским, и ни на Арартском нагорье, ни в соседних хурритских странах, не знали его культа.

Еще. Желательно уточнить, откуда взял автор довод об обилии гортанных звуков в урарто-хурритских языках. Какой-нибудь ученый специалист написал это?

Наконец, один аргумент, который хотелось бы прокомментировать, про урартийскую письменность. Автор считает уязвимым аргумент об отсутствии связи между Араратским нагорьем и Северным Кавказом на основании отсутствия там следов урартийской письменности. Взамен он приводит собственный аргумент, что само нагорье, после падения царства Урарту, подверглось варваризации, а его уцелевшее коренное население, покинувшее родину и переселившееся в горы Большого Кавказа, грубо говоря, одичало, спустившись по своему социально-экономическому и культурному развитию на несколько ступеней вниз. И потому, следующие поколения уже не интересовались письменностью, вдобавок потеряв клинописные традиции своих предков.

Чтож, аргумент интересный, но однако он гораздо более уязвим, нежели аргумент, против которого выступил автор. И я приведу несколько примеров, чтобы это показать. После падения великого Рима, его население одичало невероятно. Не помню, в какой книге говорилось, что на месте, где заседали сенаторы, теперь стояли ограждения для домашнего скота. Однако латынь потеряна не была и письменность Древнего Рима сохранилась. Другой пример, евреи. Они дважды теряли свою государственность и попадали в так называемое рассеяние. И однако, несмотря на ассимиляцию большинства их народа ("потерянные колена"), остаток сохранился, не растворился, что означает, что не была утеряна связь с прошлым; не была потеряна культура и вера, и зато сохранена письменность. Поэтому, и в самом деле это странно, что урарты, если они и правда ушли на Северный Кавказ, не перенесли туда ни одного письменного свидетельства о себе. Хотя-бы банальное "здесь был Аргишти", на какой-нибудь скале где-нибудь в Шалях.

0

8

Хотя-бы банальное "здесь был Аргишти", на какой-нибудь скале где-нибудь в Шалях.

Как я понял, по "теории" Гумба, сперва эти урарты жили на юж.Кавказе, до того как перешли на севере. в том числе и на равнине юга. Так почему хотя бы на равнине юга не оставили писменность?

0

9

Shalva, якобы они отказались от письменности, потому что жизнь упростилась, в следствии потери ими государственности, и потому необходимость в письменности отпала. То есть, когда они ушли из нагорья на север, на равнины Южного Кавказа (а позже - в горы Северного Кавказа), они к тому времени уже деградировали и потому больше не оставляли своих клинописей, так как эти клинописи были прерогативой их царей и жрецов, а к тому времени ни тех, ни других у них больше не было. Я так его понял.

0

10

Дато
Я вот что не могу понять в "теории" Гумба, во времени и пространстве, до переселения урартов в Грузии и потом на севере, до того кто жили на этих территориях?

0

11

Shalva, на севере у него жили кобанцы, которых он тоже считает вайнахами. Получаем две группы вайнахов - южных, урарто-хурритских, и северных, кобанских.

0

12

Первые упоминания о Гугарке содержатся в трудах греко-латинских авторов.


Не авторов, но автора. Кроме Географии Страбона, больше ни в одном античном источнике не имеется даже упоминания о Гогарене.

Согласно Страбону, после поражения селевкидского царя Антиоха III Великого в битве с римлянами при Магнезии в 190 г. до н.э. Великая и Малая Армения стали независимыми и расширили свои владения, включив в них ряд соседних областей. Среди областей, присоединенных к Армении в то время (около 170 г. до н.э.), Страбон называет и страну Гогарена.


Страбон не называет Гогарену страной. Гогарена у Страбона в статусе области.

Противоречивость сведений Плиния обусловлена, по-видимому, использованием различных источников, отражающих разные периоды истории данного региона, поэтому в одном случае речь идет о времени, когда Гугарк являлся частью Армении, а в другом – о периоде, когда Гугарк был независимым. Установить, какие именно временные отрезки отражены в процитированных отрывках, позволяет информация, содержащаяся в античных, армянских и грузинских источниках.


Вообще-то, армянские источники не только не подтверждают наличие в истории "периода когда Гугарк был независимым", но скорее свидетельствуют о том, что независимым он не был никогда. В принципе, этого нет и у Плиния. Согласен, что Плиний сшил сведения разных времен и разных авторов. Только не вижу тут повода для оптимизма, нам ведь от этого не легче. Те же макроны в труде Плиния присутствуют в трех экземплярах, как макрокефалы, как махороны, и вот эти макероны, и все по различным местностям.

Так, Флавий Арриан, в частности, говорит о цанах-макеронах как о самых непримиримых врагах трапезунтцев, [Арриан. 15.]


Во-первых, у Арриана нет ни цанов, ни макеронов, у него санны и макроны. Но повторим, что со всеми этими путанными терминами у античных авторов, в их описании Восточного Причерносморья, с их цанами, тзанами, санами, саннами, саниками и макронами, макеронами, махеронами, махоронами, махелонами, макрокефалами, марами, как говорится, сам черт ногу сломает. Во-вторых, непримиримыми врагами трапезунтцев, Арриан называет только саннов. И этих саннов он отождествляет с дрилами. Тогда как макронов он отделяет от саннов, говоря о них уже следом, и объединяя их с гениохами. Так что, никаких цанов-макеронов нет у Арриана.

0

13

По данным Страбона, в состав Армении входила Комбисена – местность к северу от устья Алазани, притока реки Куры. [Str. ХI, ХIV, 4.]


Если бы в состав Армении входила "местность к северу от устья Алазани", то Иберия и Албания не могли бы граничить друг с другом. Однако, согласно Страбону, у этих стран имеется участок общей границы, так как географ подробно рассказывает о проходе из одной страны в другую, и обратно.

Проход из Албании в Иберию "сначала идет по тропе, высеченной в скале, а затем через пойму (разлив) реки Алазоний" (XI III.5). Проход из Иберии в Албанию "идет через безводную и каменистую область Камбисену к реке Алазонию" (XI IV.5). А в первом абзаце той же главы, Страбон замечает, что в "Камбисене армяне одновременно граничат с албанами и иберами", и там же сказано, что "страна албан на западе граничит с иберами".

Суммируя все приведенные отрывки, а также помня те отрывки, где Камбисена указана как провинция Армении, получаем следующую картину. Камбисена у Страбона "безводная и каменистая область", и потому, ее нельзя помещать "к северу от устья Алазани", как считает автор, потому что к северу от устья Алазани располагается плодородная Алазанская долина, чья артерия, река Алазань, принимает в себя множество притоков, текущих с Кавказского хребта. Воды там предостаточно и почва мягкая. К тому же, чтобы попасть к Алазонию, надо "пройти через Камбисену", что значит, что Алазанская долина не относится к Камбисене.

В действительности, Камбисена (Камбечани/Камбечовани/Камбеджан) охватывала местность, сегодня известную как Иорское плоскогорье. А вот это как раз каменистая сухая степь, где единственным водным ресурсом является собственно река Иори. У нескольких античных географов имеются упоминания реки Камбиз/Камбис, как раз обнаруживаемой в этой краях. Очевидно, что это и есть Иори, как одно из ее названий. Между прочим, в армянской географии, Иори так и называется, Камбедж. Грузины, помимо собственно Иори, употребляли также термин "Малая Алазань" (Мцире Алазани).

И раз так, то местность Камбечани должно быть получила свое наименование в честь реки Камбедж, которую она охватывает по обеим ее берегам. Впрочем, земли Камбечани, никогда не представлявшей из себя какой-либо административный субъект, делят между собой две исторические области, Кахетия и Кухети, и делят по реке Иори, и она же Камбедж.

Вообщем, со II или I века до нашей эры, где-то посередине, поперек Иори, пролегала граница Иберии с Арменией, а посередине, поперек Алазани, пролегала граница с Албанией. И наконец, где-то между Алазанской долиной и Иорским плоскогорьем лежала албано-армянская граница. Только такой расклад отвечает сумме информации, предоставленной Страбоном.

Вообще, я считаю что все Иорское плоскогорье и вся Алазанская долина были исконно иберийскими, частично потерянными Иберией лишь в момент ее бессилия. Страбон не отмечает Камбисену в числе областей, отнятых у ибер Артаксием и Зариадрием, по той причине, что отняты (частично) они были несколько позже. По видимому, к этому делу тогда подключились и албаны, так как в результате получили свою долю.

Та половина Иорского плоскогорья, что удерживалась армянами, видимо вскоре также перешла в руки албан, потому в Армянской Географии, Камбеджан не указан в составе Армении, но зато числится за Албанией. Значит, местность находилась в границах Армении непродолжительный период.

Когда точно иберы вернули ту половину Иора-Алазанского междуречья, удерживаемую албанами, мне пока сказать сложно, но я предполагаю, что это произошло при Фарсмане I, воевавшем, по словам Тацита (XII 45.2) с албанским царем, что можно датировать концом 40-х годов I века нашей эры. Значит к середине первого века, иберы полностью освободили свои исконные земли в бассейне Иор-Алазанского междуречья.

0

14

Плиний также проводит границу между Арменией и Иберией по реке Кура: «…река Кура составляет границу Армении и Иберии». [Plin. VI, 39.]


Это так, но только это все равно не поможет, так как по этой цитате, приведенной автором лишь отрывочно, получается, что пространство между Курою и Кавказом в Иберии, занимали аланы, "племя расселившееся по Кавказским горам, и доходящее до реки Кира". Вайнахов там нет у Плиния.

Что до границы по Куре, то на это сообщение обычно дают свидетельство Страбона, о "равнине в центре Иберии, по которой протекают реки, самая большая из которых Кир" (XI III.3). Значит, у Страбона, граница южнее Куры видимо идет по Триалетским горам. Да и у Плиния в принципе тоже. Ведь Плиний в другом месте то-ли причисляет "Тасийскую и Триарскую области" (Ташири и Триалети) к Иберии, что маловероятно, учитывая его время (первая половина I в.н.э.), то-ли обозначат их смежность с Иберией, что более вероятно.

А раз так, то Иберия на юге никак не могла быть ограничена Курой. Есть еще такой римский историк, Дион Кассий. Он прямо говорит, что иберы "живут по обеим сторонам Кирна". Но тогда откуда у Плиния это "Кура служит границей Иберии и Армении", зададут справедливый вопрос. У меня есть догадка на сей счет.

Как раз во времена Плиния, был случай, что иберы и аланы предприняли совместный набег на Армению, и успев ее немного разорить, стали отступать, преследуемые армянами. В итоге, оба войска, армянское и алано-иберийское, остановились на Куре, где-то по ее течению в центре Иберии; армяне на южном берегу, аланы и иберы на северном.

Видимо, дальше стычек с неудачными форсированием вражеского берега, дело не пошло. И как бы долго они там не простояли, в итоге разошлись с миром. Описания этой войны имеются и в армянских и в грузинских летописях.

Каким образом и в какой трактовке эта история попала к Плинию, неизвестно, но я предполагаю, что его иберо-армянская граница по Куре и населяющие пространство до Куры аланы, напрямую растут из той истории армяно-алано-иберийского стояния на Куре. В данном случае, Кура не стала новой иберо-армянской границей, но лишь эпизодически послужила линией фронта.

0

15

Однако в приведенном выше фрагменте текста Плиния сакасены и макероны, проживавшие на территории к востоку от Албании до Пархарских и до Мосхийских гор на западе, т.е. на землях Гогарена (Гугарка), выступают как жители пограничных с Арменией областей и находятся вне пределов Армении. При этом Плиний четко отделяет данную территорию также и от Иберии, расположенной к северу от Куры. [Plin. VI, 29. См. также выше.] Таким образом, по Плинию, земли Гугарка (Гогарена) не относились ни к Армении, ни к Иберии, а представляли самостоятельную территориальную единицу.


У Плиния нет какой-то третьей страны между Арменией и Иберией. Смотрим 27-й абзац X главы, где рассматривается площадь Армении "в длину от Даскусы до Каспийского моря, в ширину между Тигранакертой и Иберией". Северным ориентиром выбрана Иберия, как страна, граничащая с Арменией с севера.

Или вот 216-й абзац XXXIX главы, где идет перечисление "стран пятого пояса, начиная с устья Каспийского моря: бактры, Иберия, Армения, Мизия, Фригия" и т.д. Бактры конечно сюда попали по ошибке случайно, и здесь следует видеть Албанию, так как нет Албании. Это также ясно из других глав труда Плиния, указывающих здесь албан, а Бактрию помещающих там, где она и была в действительности, далеко на восток отсюда. Для нас главное, что между Арменией и Иберией нет никакой страны, иначе она была бы указана в перечне.

Далее, по макеронам и сакасенам. Их земли расположены "ниже земли мосхов". Значит они не охватывают пространство от Албании до Чороха, но размещены где-то либо где Артаани, либо Басиани. Тут спекуляция нашего автора базируется на ошибке Плиния с сакасенах, которым самое место на восток отсюда, на албанский участок Куры, где и располагалась Сакасена, а макеронов западнее, за Чорох, в Причерноморье, где располагалась Махелония. Но Плиний сдвинув и приблизив их, свел где-то у истока Куры. Поэтому наш автор позволяет себе чертить страну макеронов такой обширной, от Албании до Чороха, и подальше от побережья.

Что интересно, используя сакасенов для увеличения площади страны макеронов, он самих сакасенов напрочь забывает. Раз уж принимать данные заблуждения Плиния за чистую монету, то будем честными до конца. У него ведь сакасены и макероны, а не одни макероны. Значит, даже принимая, хотя это невообразимая чушь, даже принимая тезис об ареале плиниевских макеронов от Чороха до албанского участка Куры, придется поделить этот ареал с сакасенами, то есть саками, в данном случае албанским народом скифского происхождения.

0

16

В войне против Рима Армения потерпела поражение. После известных военных походов римских полководцев Лукулла и Помпея в I в. до н.э. территория Армянского царства была значительно урезана.


Здесь следует кое-что уточнить. С VI века по I век до нашей эры, армянская государственность прошла несколько стадий своего расширения, от нескольких мелких царств в долине Евфрата, до единого и большого царства Великой Армении Арташеса I. Это было ее предпоследнее расширение, тогда как последнее произошло в связи с экспансионистской политикой Тиграна II. Но территориальные приобретения от последнего расширения, армяне удержали совсем недолго, так и не успев освоить их, и затем оформить в своей номенклатуре, как это было сделано при предпоследнем расширении.

Таким образом, под "значительным урезыванием территории армянского царства" времен Лукулла и Помпея, надо понимать лишь потерю армянами тиграновских завоеваний. То есть, сейчас произошло урезывание не территории собственно Великой Армении (арташесовские завоевания), но отпадение от нее новых завоеваний, Каппадокии и Киликии, а также Сирии, и видимо еще каких-то областей Передней Азии.

А вот урезывание территорий уже собственно Великой Армении, относится ко времени правления императора Нерона, то есть век спустя. В связи с этим, чрезвычайную важность для нас приобретает одна цитата из XIV книги (26.3) Анналов Тацита: "определенным частям Армении, смотря по тому, к чьим землям они примыкали, было велено повиноваться Фарасману, Полемону, Аристобулу и Антиоху".

Это приблизительно конец 50-х годов I века нашей эры. Похоже, Фарсману I Диди (не путать с Фарсманом II Квели) удалось вернуть Кларджети и Артаани, Джавахетию и Алгетскую долину, а за армянами пока осталась большая половина Нижней Иберии, а также Тао и Спери. Значит, со второй половины первого века, Гугарское бдешхство представляло собой лишь половину от своей прежней территории, и теперь ограничивалось одной Нижней Иберией, и при том, без ее северной половины, отданной Нероном Фарсману.

Отныне, самым крупным гаваром бдешхства стал Ташир, отчего изредка и сам субъект (Гугарское бдешхство) называли Таширом. Эта половина как раз и вернется в Иберию в 387 году.

0

17

На протяжении столетия – с середины I в. до н.э. до 60-х гг. I в. н.э. – Армения переживала смутное время: ее государственная власть была ослаблена, а за влияние над ней шла борьба между Римской империей и Парфянским царством. Видимо, в это время наследственные владетели (бдешхи) Гугарка и обрели полную независимость, именно этот период, судя по всему, отразил Плиний, разместив Гугарк, названный им Макеронией, за пределами Армении.


Земли будущего бдешхства Гугарк вошли в состав Великой Армении при предпоследнем расширении, то есть при образовании собственно Великой Армении. Следовательно, при отпадении от армянского государства завоеваний последнего расширения, в их числе не мог быть Гугарк, и его и не было.

Согласно армянским источникам по этому и последующим периодам, севернее Армении по прежнему находится страна Вирк, и нет страны Гугарк. Так что, даже если Гугарк отпал от Великой Армении во времена войн с Лукуллом и Помпеем, хотя это не так, то отпав, он тут же попал в состав Вирка.

Наконец, никакой Макеронии у Плиния нет, не надо выдумывать. Есть народ, макероны, но местность, где этот  народ локализован, кажется поделена между Арменией и Иберией. "В 140000 шагов от Трапезунта река Абсарр с соименной крепостью при устье. В этой местности за горами лежит Иберия" (IV 12). Абсарр здесь это Чорох. И Иберия начинается за горами откуда вытекает Абсарр.

А в предыдущем, 11-м абзаце той же главы, макрокефалы и махороны помещены поблизости от Керасунта, в Причерноморье. Даже если мы договоримся, что макрокефалы и махороны это макроны времен их обитания в Причерноморье, а макероны между Чорохом и Курой, южнее мосхов (XI 29), это макроны другого времени, времени их обитания в этом месте, нам всего лишь придется признать, что макроны тогда являлись одним из народов Иберии, заодно с сакасенами. Хотя разумеется это все не соответствует исторических фактам. Потому повторим, что у Плиния нет никакой страны между Иберией и Арменией, никакой Гогарены, никакой Макеронии.

0

18

Вместе с тем Плиний проводит границу между Иберией и Албанией уже по реке Алазани, что говорит о том, что Гугарк, вероятно, потерял земли на левобережье Куры, между реками Арагви и Алазани и эта территория вошла в состав Иберийского царства. Очевидно, это было следствием политики «разделяй и властвуй», которую Рим начал проводить в данном регионе, натравливая друг на друга соседние народы.


Можно подумать, территория "между реками Арагви и Алазани" не входила "в состав Иберийского царства" до Плиния, и это отражено у кого-то из предшественников Плиния. Но это не так, и выше я доказал, что у того же Страбона, северная половина Иор-Алазанского междуречья оставалась за иберами.

В частности, иберо-албанская граница пролегала по середине (поперек) Алазани. Плиний, фиксируя иберо-албанскую границу там же ("албаны и иберы разделены рекой Оказаном"), всего лишь подтверждает сохранность этого положения, а никак не изменение границы, когда римляне якобы подарили Иберии пространство между Арагвой и Алазанью.

Повторю, как и раннее, что если это пространство прежде принадлежало бы Гогарене, входившей в состав Армении, то Страбон не говорил бы о проходе из Иберии в Албанию и обратно, и молчал бы об участке иберо-албано-армянского пограничья в Камбисене, ведь в таком случае, между Иберией и Албанией располагалась бы Армения "в лице" Гогарены.

Но поскольку он об этом пишет, это означает, что пространство между Арагвою и Алазанью не имело никакого отношения к Гогарене, и к тому же принадлежало Иберии. И потому, римляне сейчас не могли передавать иберам то, что итак всегда оставалось в границах Иберии.

0

19

Так, ведя борьбу с Парфянским царством, Рим спровоцировал нападение на Парфию своих вассалов, в числе которых была и Иберия. Кроме того, на правителей Иберии были возложены функции контроля над Дарьяльским проходом: иберийский (грузинский) царь со своим войском должен был охранять Дарьяльский проход, за что он получал жалованье от римлян.


В первом случае, вероятно имеется ввиду двадцатилетняя борьба ибер и парфян за обладание армянским престолом, окончившаяся победой парфян и воцарением в Великой Армении Аршакидов, и подробно описанная в Анналах Тацита. Как это можно выдать за "нападение на Парфию вассалов Рима ибер" уму не постижимо.

Даже при всем желании, иберы не способны были напасть на Парфию, от которой их отделяло огромное пространство Великой Армении. Повторю, войны ибер (и их союзников алан) и парфян (и их союзников албан) шли на нейтральной, армянской территории, за овладение которой их и вели.

Возможно тут имелись ввиду аланские набеги на Парфию, провоцируемые иберами. Но это другое время (II в.), и это набеги алан, полукочевого степного народа, запросто способных, когда их пропускали через кавказский проход, достигнуть Парфии.

Во втором случае, даже ума не приложу, откуда это взято автором. Что еще за "возложенные функции" и "получение жалованья", у какого античного историка такое написано, интересно. Не то чтобы я категорически отрицаю, но ведь и правда интересно, а то нигде такое не нахожу.

0

20

Как сообщает Страбон (см. выше), после присоединения к Армении соседних областей, в том числе и Гугарка, население начало говорить на одном языке, т.е. на армянском. Конечно, из сообщения Страбона вовсе не следует, что жители присоединенных областей перешли на армянский язык сразу же: речь идет о превращении армянского языка в язык межплеменного общения, т.е. государственный. За неимением соответствующей информации сегодня трудно судить о том, насколько глубоко зашел процесс ассимиляции населения Гугарка в античный период.  Например, Страбон не говорит о каких-либо переменах в составе населения присоединенных к Армении областей, в том числе и Гугарка, а сообщает лишь о том, что проживавшие здесь народности начали говорить на одном языке, т.е. произошел переход населения на армянский язык. Процесс распространения армянского языка по всей территории бывшего Урартского царства, вне всякого сомнения, был растянут во времени. После падения Урартского царства народ урартов, конечно, не исчез с лица земли, и письменные источники неопровержимо свидетельствуют о том, что урартские племена сохраняли свой язык и этническую индивидуальность не только в античный, но и в раннесредневековый период.


Целиком и полностью согласен. Это как русский язык в Российской империи и Советском Союзе. Он стал средством межнационального общения, которым овладело подавляющее большинство нерусского сегмента страны. Это однако их не обрусило, по крайней мере не всех и не целиком. При распаде империи и союза, избежавшее русификации нерусское население оба раза проявляло свою национальную самоидентификацию, в том числе и в форме так называемого парада суверенитетов.

Все тоже самое должно было иметь место и в многонациональной Великой Армении. В частности, я уверен, что если половина картвел-ибер, оказавшихся в границах державы Арташесидов, в дальнейшем несомненно безвозвратно растворилась в армянском этносе, то другая половина, сохранила сквозь века этническую самоидентификацию, при сильной арменизации.

По видимому, они были билингвами (говор. на арм. и груз. яз.), имели грузинское самосознание, но культурно не отличались от армян. Эти полу-арменизированные грузины, получили у остальных грузин название сомхитаров, или арменийцев (не путать с армянами-сомехами).

Я считаю, что те, кого армяне называли гугарами, соответствовали сомхитарам у грузин, так как в грузинских источниках не найти народа гугар. По этой причине гугар-сомхитаров локализуют в Нижней Картли, особенно в Ташири, так как эта территория дольше всего оставалась в руках армян, и вернулась в Иверию только в конце IV века. Здешние грузины, в отличии от кларджей и джавахов, чьи области вернулись уже в середине I века, находились в составе армянской нации почти пять с половиной веков.

Избежать их полной ассимиляции удалось еще и потому, что такой мощный инструмент для ассимиляции (и наоборот, защиты от ассимиляции), как церковное богослужение и письменность на национальном языке, возникли у армян и грузин уже после того, как Гугарское бдешхство перешло в состав Иверии. Доказательством моему тезису, служит участь грузин Тао и Спери.

Тао и Спери и в 387 году по прежнему оставались вне пределов Иверии. Спери оказалось в числе тех провинций Великой Армении, что отошли Римской империи, а Тао осталась с основной частью Великой Армении, что ушла под протекторат Сасанидов. Армянская церковь, тем не менее, сохраняла свое единство и распространение своей духовной власти в пределах армянского ареала (включая и армяноязычных неармян).

Я думаю, что с момента перехода бдешхства Гугарк в состав Иверийского царства, Церковь армян здесь сменила Грузинская церковь. Это произошло в конце IV века. А уже в течении первой четверти V века, обе Церкви, что называется, вооружились тем самым инструментом в виде письменности, богослужебных книг и литургии на национальных языках. Грузинская церковь сумела развить грузинский сегмент, заодно подавляя армянский, в сознании полуарменизированных грузин Нижней Картли, чьи земли теперь полностью находились в составе грузинской государственности.

Но этого Грузинская церковь не могла осуществить в отношении тех полуарменизированных грузин, что населяли Тао и Спери, поскольку, как я только что объяснил, эти области не отошли к Иверии по ирано-римскому договору 387 года. Очевидно, там свой инструмент применила уже Армянская церковь, подавившая у тамошних грузин их грузинский сегмент, и развившая сегмент армянский.

Поэтому, для населения Спери и Тао второй половины первого тысячелетия, термин арменийцы-сомхитары не применялся, ибо там ничего грузинского в сознании не осталось, и они мало чем отличались от обыкновенных армян-сомехов.

0

21

С другой стороны, у Плиния население Гугарка на правобережье реки Куры названо махеронами – этноним, который позднее всплывает в надписи Кааба-И-Зардушт (III век н. э.) для обозначения располагавшегося в III в. н.э. на территории Цанарии (стране гугаров) царства Махелония.


Напоминаю, что в одной из предыдущих глав, сам автор совершенно справедливо разместил это царство на черноморском побережье. Это так называемое Царство макронов [махелонов] и гениохов, упомянутое в перипле Арриана. Мы даже обсуждали имя ее царя, Анхиала, якобы перекликающегося с именем царя Шубрии Анхитте.

Перипл Арриана написан в первой половине II века нашей эры. И вот, век спустя, это Царство зафиксировано в сасанидской надписи. Его локализация там не дана, и потому, ничего не указывает о его локализации где-либо, кроме как в том месте, которое служит ему обиталищем в перипле Арриана. Как так получилось, что за век, оно переместилось с черноморского побережья, вглубь Закавказья? Никак, это невероятно.

Итак, карликовое царство макронов и гениохов, или Махелония, возникло и просуществовало в II-III веках в Причерноморье. В IV веке упоминания о нем исчезают, и поскольку единственным царством, что фигурирует с этого времени и в последующие 2-3 века в Восточном Причерноморье, является Лазика, можно думать, что Махелонию завоевала Лазика, как завоевала и другие местные мелкие образования из аппиановского перипла.

0

22

Перечисляя области, присоединенные к Армении, Страбон пишет, что у иберов отняли «предгорье Париадра, Хорзену и Гогарену, которая находится на другой стороне реки Кура» (выделено мной – Г.Г.). [Str. XI, 14, 5.] Здесь, конечно же речь идет о той части территории Гогарены, которая была расположена на левобережье Куры. Из этого сообщения следует, что, во-первых, территория Гогарены (Гугарка) на правобережье Куры к началу II в. до н.э. уже входила в состав Армении, а присоединена была та ее часть, которая находилась «на другой стороне реки Кура», т.е. на левобережье; а во-вторых, что название Гогарена распространялось на территорию левобережья Куры еще до присоединения ее к Армении (или к правобережной Гогарене). Следовательно, появление термина Гагарена при обозначении территории от устья Алазани до равнин близ Дарьяльских ворот, как и употребление его в качестве синонима названия цанары (или масаха-хоны) не связано с распространением на эти земли политической власти бдешха Гогарены, в результате которой они оказались в составе единой государственной (или административной) единицы. Данное обстоятельство указывает на то, что термин гугар выступал в качестве этнического названия населения не только правобережья, но и на левобережья реки Куры – Ширакского плоскогорья, долины Алазани и Иори до объединения их в одну политико-административную единицу.


Необходимо кое-что сразу уточнить. Мне кажется, в тексте Страбона допущена ошибка, и вместо Хорзены, следует читать Холарзена. Хорзена, это область, расположенная гораздо южнее от Иберии, кажется в самых верховьях Евфрата, недалеко от города Базан, известного также как Леонтополь.

А Холарзену помещает в этих краях (долина Чороха) птолемеевская география. Холарзена соответствует грузинской Кларджети. Так что, Страбон имел ввиду именно ее, а не Хорзену. Здесь же и предгорье Париадра (груз. Пархали).

Перейдем теперь к Гогарене. Здесь автор совершает две серьезные ошибки, прямо проистекающие из ошибки Страбона. Как и в случае с Хорзеной-Холарзеной, размещение Гогарены на левом берегу Куры было страбоновской ошибкой того же свойства. И эту свою ошибку Страбон выявляет сам, когда рассказывает о Камбисене. Рассмотрев всю информацию о Камбисене, мы убеждаемся, что для Гогарены на левобережье Куры банально не остается места, так как оно занято Камбисеной. Так что, это Камбисена лежит "на другой стороне", а на этом берегу уже начинается Гогарена.

Вернемся к ошибкам автора. Во-первых, никаким образом невозможно такое, чтобы "территория Гогарены (Гугарка) на правобережье Куры к началу II в. до н.э. уже входила в состав Армении". Это невозможно из-за Артаксия и Зариадрия, которые, согласно Страбону, именно в это время должны "отнять у ибер Гогарену". Положим, речь о левобережной Гогарене, как утверждает автор, и отнимали они левобережную. Но тогда кто и когда отнял правобережную? Это должно было произойти до Артаксия и Зариадрия, ведь они присоединяют к Армении левобережную при условии, что правобережная уже была в Армении, была до них.

Но Страбон пишет, что до них Армения была "маленькой страной" и что ее "расширили завоевания Артаксия и Зариадрия". У моего оппонента получается, что правобережная Гогарена не была ни у кого отобрана, но являлась исконно армянской, так как с армянскими завоеваниями связано освоение Гогарены левобережной. Значит выходит, что половина этой области исконно армянская, а другая половина, нет. Нонсенс. Да и не получится у нас "маленькой Армении" с Гогареной в составе. С Гогареной она перестает быть таковой.

Итак, нет Гогарены на левом берегу, это оплошность Страбона. Она лежала по правый берег Куры и была захвачена армянами в начале II века до нашей эры, как один из эпизодов процесса расширения армянской государственности, или образования Великой Армении.

Следующая ошибка, это игнорирование автором того расклада по административно-территориального делению Великой Армении, что предоставлено в Армянской Географии. Оно фиксирует период от предпоследнего, арташесовского расширения Армении, до последнего, тиграновского, вслед за которым могущество Великой Армении стало угасать и новых территориальных приобретений кажется не совершалось.

Есть в Армянской Географии, среди субъектов Великой Армении, и Гугарское бдешхство, с его 13 гаварами, о чем мой оппонент, выпускник ереванского университета, свободно читающий оригинал того документа, знает лучше меня. И зная, зная что среди гаваров Гугарка не имеется ни одного, который бы находился восточнее Куры, он все равно включает "долины Иори и Алазани в одну политико-административную единицу" вместе правобережьем Куры "в составе единой государственности", в данном случае армянской. Какие гавары располагались по левый берег Куры, раз они попали в пределы Армении? Таких нет.

Мы знаем из Географии Страбона, что армянам кратковременно принадлежала большая часть Камбисены. Может быть тут и кроется источник ошибки Страбона, указавшего Гогарену на левом берегу, там где Камбисена. Армяне, овладев Камбисеной (Камбеджан), ввели ее в статусе гавара в состав Гогарены (Гугарк). Но это в любом случае не поможет концепции нашего автора, ведь там, в долине Иори, все равно не исконная Гогарена, но другая область, Камбисена, лишь административно включенная в Гогарену, и при том, на столь непродолжительный период, что это даже не укоренилось в армянской исторической номенклатуре.

0

23

Разумеется, данное обстоятельство никоим образом, даже косвенно, не может указывать на какое-либо этническое родство между иберами (грузинами) и гугарами.


По хорошему, современных грузин вообще не должна заботить гугарская тема, потому что не заботила она и древних грузин, которые не считали данный термин своим. Это всего навсего прозвище, каким армяне обозначали грузин из Нижней Картли.

Также хорошо известно, что грузинские (иверийские) племена Юго-Восточного Причерноморья входили в состав Понтийского царства и, естественно, подчинялись понтийским Митридатам, что послужило для античных авторов основанием для утверждения о якобы назначении Александром Македонским понтийского Митридата «правителем над пленными иверийцами».


Вот как бывает при фальсификациях. Значит, в юго-восточном Причерноморье все-же обитали картвельские племена. Непонятно только под какими именами их следует здесь искать. Все известные уже розданы автором другим этносам, абхазам (колхи, гениохи, халибы) и вайнахам (цаны, макроны, халды). Хотя нет, остались еще тибарены и моссиники.

Опираясь на поддержку Рима, картлийские цари расширяют сферу своего влияния и границы своих владений, захватив, в частности, территорию левобережья Куры до устья Алазани. [Свазян Г.С. История страны Алуанк... С. 65.]


Земли от Арагви до Эрети было второй провинцией (Эриставство Кухети и Кахетии) в царстве Фарнаваза. Иберия впоследствии утеряла половину из них, и потому, их воссоединение с Иберией еще немного позже, никак не назвать захватом. Захватом было попадание этих земель в пределы Албанского царства. Их возвращение в пределы царства Иберийского, следует называть освобождением.

На бдешха (правителя) Гугарка были возложены охрана северных рубежей Армении и контроль над кавказскими проходами. Однако нет никаких сомнений в том, что при Тигране II Великом Армения взяла на себя функции охраны кавказских проходов, в том числе и Цилканских (Сарматских) ворот. Иное трудно и представить, ибо армянский царь Тигран II Великий, проводя на юге широкомасштабные завоевательные войны против Парфии и расширяя юго-западные пределы своей империи до берегов Средиземного моря, должен был обезопасить северные границы и надежно закрыть кавказские проходы. По всей видимости, охрана центральнокавказских перевалов была отдана под непосредственный контроль бдешху Гугарка, и у Цилканских ворот около Жинвали, где пересекались дороги, шедшие из Дарьяльского, Хевсурского перевалов, Тушинской дороги и т.д., находились подконтрольные бдешху отряды.


Стоит ли говорить, что все это выдумки, не имеющие никакого подтверждения в армянских летописях.

0

24

С воцарением в 66−м г. новой эры на армянском престоле аршакидской династии в лице брата парфянского царя Трдата I в Армении начинается процесс восстановления государственного контроля над всей территорией, в том числе и над провинциями, в которых всегда были сильны сепаратистские тенденции. Во второй половине II в. н.э., в период ослабления Парфии и усиления позиций Рима, положение Армении становится еще более прочным. На армянский престол вступает Валаршак II (186–198), получивший титул Великого царя Армении. Согласно договору, заключенному между римским императором Септимия Севером (193–211) и армянским царем Валаршаком II, Армении поручается охрана главных кавказских проходов (Дарьяльского и Дербентского). [Еремян С.Т. Политические отношения Валарша II с Римом и парфянами // «Историко-филологический журнал». Ереван, 1976. № 4. С. 42.]


Очередной подлог. И чтобы наглядно его продемонстрировать, вывести, так сказать, на чистую воду, я опубликую указанный отрывок из работы Сурена Еремяна целиком.

Политические отношения Валарша II с Римом и парфянами
Академик АН Армянской ССР С. Т. Еремян
(Резюме )
Ослабление парфян на рубеже II—III вв. приводит к усилению римской агрессии и утверждению римлян в средней и северной Месопотамии. В этот период снова усиливается и стабилизируется положение царства Великой Армении. Царствовавший здесь ставленник римлян Сойем («Тигран Последний», 144—161 и 164—186 гг.) умер, и снова на армянский престол вступил представитель армянских Аршакидов—Валарш II (186—198), вероятно, внук армянского царя Валарша I (117—144). Валарш II носил титул «великий царь Великой Армении». Его политическая и внутригосударственная деятельность оправдывает мнение, что это—царь Валаршак Мовсеса Хоренаци, ошибочно отождествляемый исследователями с основоположником армянской ветви династии Аршакидов царем Тиридатом I (52—88), братом парфянского царя Вологеса—Валарша I (51—79). После убийства императора Коммода (в 492 г.) и последовавшей затем борьбы за власть в Риме римские оккупационные войска покинули столицу Великой Армении город Валаршапат , известный у античных авторов под названием Азара. Борьба за власть между претендентами на императорский престол в Риме кончилась провозглашением императором Септимия Севера (193—211), который за короткое время устранил своих соперников и сделался единодерокавным правителем Римской империи. Однако Северу эта единодержавная власть далас ь нелегко. На Востоке провозгласил себя императором наместник Сирии Нигер, которого признали парфянский царь и цари Осроены и Хатры; лишь Валарш II придерживался нейтральной позиции. Когда Нигер через своих послов просил военной помощи от царей этих стран, армянский царь ответил, что он никому не окаже т такой помощи, но если Север нападет на него, то он готов защищат ь свою страну. Прибывший на Восток Север стоял перед большими трудностями. Прежде всего ему надо было заручиться поддержкой армянского царя, страна которого находилась в тылу наступавших римлян. Вероятно, в Рандее могла произойти встреча Септимия Севера с Валаршем II, во время которой должны были быть решены очень важные вопросы, касающиеся царства Великой Армении и военной организации для обеспечения защиты интересов Римской империи на Востоке. Император признал воцарение Валарша II; были выработаны мероприятия по укреплению кавказских проходов, особенно в районе нын. Шемахи. В этот период Валарш II был занят укреплением северо-восточных границ своего царства по Куре и образовал наместничества—княжества Утийское, Гардманское, Цавдейское и Гаргарейское. Армянская конница во главе со спарапетом с этого времени получала от римлян денежную субсидию и находилась под верховным наблюдением легата Каппадокии. Таким образом, в этот период политические взаимоотношения между Арменией и Римом приобретают характер вассалитета. Около 198 г. армянский царь Валарш II совершил очередной поход против вторгавшихся с севера горцев и кочевников, во время которого и погиб, завлеченный ими в глубь горных теснин в районе современного Конах-кенда, недалеко от Шемахи. Валаршу II наследовал его сын и преемник Хосров I (198—216), который через год предпринял поход в те же места и воздвиг в горном проходе стелу в память этого события. Военные действия между римлянами и парфянами закончились в 199 г. мирным договором, в силу которого парфяне были вынуждены признать большую часть Месопотамии за римлянами. Город Ннзибин сделался укрепленным центром новой римской провинции Мезоропиа. Наступивший мирный период длился до смерти Севера в 211 г. Гонения на иудеев и христиан, предпринятые римскими властями в Сирии и Палестине, затронули также Армению, о чем свидетельствует дошедший до нас агиографический материал. Христианство тогда принимало форму различных гностических учений. В Армении такую проповедь вел гностик Бардацан Эдесский (164—222), написавший на сирийском языке «Храмовую историю». Он вел борьбу с ересью маркионитов. Наступивший период общего ослабления парфян привел к усилению персидской династии Сасанидов, представители которой в 226—227 гг. уничтожили власть парфянских Аршакидов и утвердили свою власть во всем Иране. Армянские Аршакиды впредь до 428 г. Были наследственными обладателями армянской короны.

Как видим, у Еремяна речь в первую очередь о Дербентском проходе. Прямых указаний о контроле армянским царем Дарьяльского прохода, у него нет. Здесь между прочим выявляются "уши" и "ноги" и других фальшивок, про иберо-армянскую границу по Куре и про римское жалованье. По Куре пролегала не северная граница с Иберией, но северо-восточная, которая с Албанией. И римские деньги получала армянская конница, а не "иберийский царь, как плату за охрану прохода". Надо же так переврать! У нашего автора очевидны попытки перенести ряд исторических реалий вокруг Дербентского прохода на проход Дарьяльский.

0

25

Страна Гугарк занимала обширную территорию от правобережья Чороха на западе до Куры на востоке и состояла из девяти областей: Дзоропор, Цобопор, Колбопор, Ташир, Трелы, Кангары, Артаган, Джавах и Клардж. [Ашхарацуйц. С. 35.]


Не страна, но бдешхство. В принципе, я понимаю к чему клонит автор. Была де страна, Гугарк, с девятью областями. Потом она вошла в состав Армении, получив там статус бдешхства.

Нет, все совсем не так. Согласно Страбону, как мы помним, армяне отняли у ибер земли в Чорохской долине и в верховье Куры, а также по ее среднему течению. Уже видим, что страны Гугарк не было. Были иберийские земли, отобранные армянами, и собранные в Армении в два субъекта, бдешхство Гугарк и ашхар Тайк (гавар Спер был включен в состав Верхней Армении).

Пока эти земли находились в Иберии, они не именовались Гугарком и среди них не было местности с таким названием. По крайней мере по грузинской классификации. Гугарк, это армянское название, это то, как они собирательно называли местности Гугарского бдешхства, соответствовавшими гаварам Дзор, Кохб и Цоб, трем маленьким гаварам на юго-востоке бдешхства.

Такое название появилось в связи с горным хребтом Гугарац, находящимся тут же. Итак, по армянскому названию местности (Гугарк), назван был и весь административный субъект, бдешхство Гугарк.

0

26

При царе Тигране II (95–55 гг. до н.э.), прозванном Великим и принявшем титул «царь царей», Армения становится могущественной державой Передней Азии, а ее границы распространяются от Каспийского моря на востоке до Средиземного моря на западе и от реки Куры на севере до реки Иордан на юге. В вассальной зависимости от Армении оказались Картли и Албания. Гугарк вошел в состав Армянского царства, составив в нем отдельный округ, именуемый в армянских источниках бдешхство Гугарк.


А ведь только что договорились, что Гугарк был образован при Арташесе, а не при Тигране.

Далее, утверждать, что "границы Армении на севере распространились до реки Куры", может только тот, кто не знаком с топографией региона, или знаком, но считает, что с ней не знакомы его потенциальные читатели. На юг от Куры постепенно поднимается пространство, оканчивающееся почти непроходимым Триалетским хребтом. Данный хребет и послужил с той поры основным участком новой иберо-армянской границы, что продлилось два с половиной века.

Это пространство между Курой и Триалети, называется Гагмамхари (Заречье). Есть кахетинская Гагмамхари, есть картлийская. Эта, картлийская.

Если бы у армян хватило бы сил присоединить Картлийскую Гагмамхари, они бы присоединили бы и пространство севернее Куры, до вершин Кавказского хребта (но в таком случае ничего не осталось бы от Иберии).

В чем смысл удерживать полу-изолированный участок, отгороженный непроходимыми горами, с юга практически недоступный, если не обходить эти горы с востока (Мцхета), или с запада (Сурами), что каждый раз было бы тягомотным и проблемным предприятием, ведь пришлось бы проходить по участкам, оставшимся под контролем Иберии.

0

27

Бдешхи по сути были полновластными правителями, вице-королями (-царями), и по своим привилегиям лишь незначительно уступали царю Армении. Они имели свой двор, армию, взимали налоги и пошлины и даже имели право чеканить монету.


Явное стремление к подмене парфянского термина бидахш с армянским термином бдешх и грузинским питиахш. Несмотря на происхождение последних двух от первого, значение у них было несколько разное. Известно, что в периоды своего усиления, федеративная Парфянская держава подчиняла многие окрестные страны, одни из которых входили в ее состав, другие сохраняли определенную самостоятельность на зависимом положении. Правители таких стран в парфянской терминологии носили титул бидахш. Все перечисленное моим оппонентом относится как раз к бидахшам.

Но в армянской и грузинской терминологии, бдешхи и питиахши соответственно, обрели иной ранг. В армянском случае, это губернатор пограничной автономной области. В грузинском (иберийскоском), это по сути визирь, или канцлер, второй после царя человек, зачастую младший представитель царской семьи. Позднее, при переходе Гугарка в состав Иверии, питиахш у грузин приобрел двойное значение, и теперь, наряду с прежним грузинским, появилось новое армянское.

Безусловно, все перечисленное автором нельзя проецировать на бдешха и питиахша. Это скорее можно перенести на армянских, албанских и иберийских царей, в периоды их зависимости от царей парфянских, когда с точки зрения последних, они становились бидахшами.

В данном случае, армянский и грузинский цари, вводя у себя аналогичный термин, лишь воспроизводили известный им парфянский оригинал, хотя по сути, никакой аналогии тут не было. Потому что бидахши в Парфянской державе обладали сравнительно неизмеримо большим могуществом и самостоятельностью, нежели бдешхи и питиахши в Армении и Иберии.

0

28

Сообщения Мовсеса Хоренаци и других древнеармянских авторов о Гугарке и гугарах, как, впрочем, и сведения о Гогарене, изложенные античными авторами, не дают абсолютно никаких оснований для отождествления гугаров с грузинами, если, конечно, не исходить из логики, что все находящееся к северу от Армении apriori должно быть грузинским во все времена.


Хочу еще раз напомнить, что "сведениями о Гогарене, изложенными античными авторами" на самом деле являются два коротких сообщения из 11-й книги Географии Страбона, где в одном поясняется, что Гогарена соседствует с Сакасеной, а в другом, что Гогарена была отобрана у ибер армянами. То есть, даже в той мизерной информации о Гогарене у античных авторов (вернее автора), что имеется у нас в распоряжении, даже там утверждается, что Гогарена исконно грузинская земля.

Так почему же наш автор заявляет, будто нет оснований для отождествления населения Гогарены с грузинами? А с кем тогда, спрашивается, может быть с вайнахами? А почему не с ацтеками в таком случае?

Как в ранних, так и в поздних армянских источниках Гугарк и гугары не идентифицируются с Иверией (Грузией) и иверами (грузинами). Для обозначения Иберии (Картли) и картвелов (грузин) как древние, так и более поздние армянские авторы используют термины Вирк, Верия, Вркан, Варджан, Врастан, враци, которые они не путают и тем более не отождествляют с Гугарком и гугарами.


Александр Ерицян еще в позапрошлом веке совершенно справедливо вывел термин гугар из армянского "обитатель пещер", "пещерник", или, говоря научным языком, троглодит. Вот отрывок из "Археологических разысканий в Тифлисском уезде":

Название Гугарк на армянском языке "страна обитателей пещер". Быть может, дано такое название потому, что древние аборигены страны обитали в пещерах, коих так много в данной местности. И действительно, две трети поверхности этой провинции состоят из гор, достигающих местами до 10000 футов, и из глубоких ущелий. Пещер и гротов в них множество. Кому только приходилось ехать по течению рек - Куры, Храма, Дебеды, и их притоков, тот, вероятно, обратил внимание на существующие большие пещеры в местах, доступных ныне лишь орлам, но у коих входы и ныне еще ограждены правильно выведенными каменными стенами. Археология и геология пока до них не касались, и не определено, с какого периода эти пещеры стали доступны человеку.

Так что, Гугарк это в любом случае сугубо армянский термин, и при том, не этнический, потому что это прозвище, на манер тех же халибов-металлургов. Гугарами армяне называли жителей пространства Джавахетских и Триалетских гор на западе и севере, до реки Кура и озера Севан на востоке и юге. Либо так, либо они называли гугарами только часть населения указанной территории, там где впоследствии они создадут три упомянутых гавара.

В этом возможно и кроется скудность информации о гугарах в античных источниках, так как термин являлся сугубо армянским, и из неармян, он был употреблен одним лишь Страбоном, очевидно наученным этому термину армянами. Или теми неармянскими информаторами Страбона, которых научили армяне.

0

29

Так, например, Д.Л. Мусхелишвили непонятно почему армянские авторы, в том числе и Мовсес Хоренаци, рассматривают Гугарк как исконно армянскую область, в то время как, согласно «Ашхарацуйцу», эта область принадлежит Иберии (Варджан). [Мусхелишвили Д.Л. Указ. соч. С. 123–124.] Однако здесь все предельно ясно: в «Ашхарацуйце» речь идет о персидской административной единице Варджан, а значит, область Гугарк относится не к Иберийскому (Картлийскому) царству, как это ошибочно полагает Д.Л. Мусхелишвили, а к персидскому марзпанству Варджан. (Картли, Грузия). Термины Гугарк и Вирк (Иберия, Грузия, Картли) армянских источников сопоставимы лишь в политическом, собирательном смысле и в том случае, когда используются для обозначения Сасанидской административной единицы – марзпанства Варджан (Иберия, Картли), в которое, как уже отмечено, помимо собственно Картлийского царства входили Гугарк и Цанария.


Если бы это было так, то в Ашхарацуйц это нашло бы отражение в виде наличия в Иверии, раз она марзпанство, таких единиц как Цанария и Гугарк. Но по Ашхарацуйц, в составе Иверии нет ни той, ни другой единицы. Цанарк указан в составе Сарматии, а Гугарк в составе Армении.

Другое дело, что те же гавары, что указаны внутри Гугарка в армянском разделе, мы видим и в перечне провинций Иверии, в разделе грузинском. Только они смешаны с провинциями остальной Иверии, и никак не отделены от них внутри страны. Раз это марзпанство с тремя единицами, в свою очередь делящимися на более мелкие единицы, то где его внутренние границы, где эти три субъекта, что вообще указывает на их существование?

В принципе, о том, что в Иверии находятся гавары Гугарка, мы узнаем лишь из армянского раздела, где написано что "девятью гаварами Гугарка владеют грузины". В грузинском разделе, эти провинции, которые мы видим и которые можем сопоставить с гаварами Гугарка в армянском разделе, никак не выделяются на фоне остальных, и потому невозможно сделать вывода, будто они представляют собой некий обособленный субъект. Так на чем основано утверждение о том, что Иверия Ашхарацуйц, это не страна Иверия, но три отдельные страны, соединенные друг с другом в границах одной из провинций Персии?

Наконец, сама фраза "владеют грузины" уже все ставит на свои места. Нам тут втюхивают, что всем заправлял гугарский бдешх, со своими гугарами, которые, к слову, были этническими вайнахами; положение держали они не только в Гугарке, но и во всем марзпанстве. А тут, Анания Ширакаци оказывается считал иначе. У него всем в Иверии владеют грузины.

0

30

Бдешх Гугарка князь Ашуша одновременно являлся также и марзпаном, т.е. наместником Варджана – Сасанидской административной единицы шахр, в которую входили Гугарк, Картлийское (Грузинское) царство и Цанария. Поэтому в армянских источниках бдешх Гугарка иногда называется также и бдешхом Варджана, т.е. речь идет о Картлийском марзпанстве, а не о собственно Картлийском царстве.


Достаточно одного "Страсти Святого Евстафия Мцхетского", чтобы убедится как глубоко заблуждается автор. Там, иранский марзпан Картли, в данном случае Арванд Гушнасп, и пришедший его провожать питиахш Нижней Картли Аршуша, непомню какой по счету, определенно разные лица.

В данной теме, раннее, я уже приводил доказательство перехода аршакидского термина бидахш в сасанидскую терминологию (впрочем, у них был и собственный, альтернативный термин, шахрдар). А немного позднее, я говорил о недопустимости спекуляций по поводу этимологического родства титула иберийских бидахшей (в глазах парфян) и титула гугарских бдешхов (в глазах армян).

Знаете ли, некоторые татарские ханы Закавказья имели вассалов, носивших титул султана. Даже у грузинского царя затем появился собственный борчалинский султан. По логике моего оппонента, оттоманскому султану, только на основании этимологического родства его титула с титулом этих султанов, следует передать от них и их статус, и потому записать его в вассалы какого-нибудь татарского хана, или грузинского царя.

Абсурд? Абсурд. В точно такой абсурд предлагает поверить наш автор, когда ставит знак равенства между бдешхом Гугарка и бдешхом Вирка.

0


Вы здесь » Форум историка-любителя » Основной форум » «Нахи», Г.Дж.Гумба. Четвертая часть Пятой главы (гугары)