Форум историка-любителя

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Форум историка-любителя » Основной форум » «Нахи», Г.Дж.Гумба. Четвертая часть Пятой главы (гугары)


«Нахи», Г.Дж.Гумба. Четвертая часть Пятой главы (гугары)

Сообщений 31 страница 47 из 47

31

Экскурс в историю для выявления корней понтийских Митридатов нужен Мовсесу Хоренаци, во-первых, для обоснования законности назначения представителя этого рода правителем Гугарка, поскольку потомок понтийских Митридатов по своему этническому происхождению не принадлежал к гугарам; во-вторых, для того, чтобы указать на царское происхождение этого рода и тем самым подчеркнуть, что правителем «великого и могучего народа» гугаров мог быть лишь потомок известной царской династии Ахеменидов. Этим отмечалась высокая значимость гугаров и одновременно обосновывалось право потомков понтийских Митридатов на правление Гугарком.


Есть предел фальсификациям и подлогам в этой книге? У Хоренаци сказано, что "наместничество северного края поручено великому и могучему роду", и что его "родовладычеству присвоен титул бдешха Гугарского", и что "этот род происходит от Михрдата, нахарара Дария", и наконец что "Александр привел его сюда и назначил над пленными из иберийских племен, переселенных Навуходоносором".

В этой истории нет "великого и могучего народа", как и нет "народа гугар". Здесь пленные племена из Иберии, Гугарское наместничество и родовладычество Михрдата, сатрапа Дария. Так что, великим и могучим здесь назван не несуществующий для Хоренаци народ гугар (народ гугар нигде не встречается в трилогии Хоренаци), но род Михрдата.

А народ тут один, иберы. Те иберы, что населяли низовье Чороха и верховье Куры, а также левобережный бассейн ее среднего течения. По Хоренаци, на всех этих землях был образован субъект Великой Армении, Гугарк, во главе с бдешхом Михрдатом.

Что до ибер, населявших оставшиеся участки бассейна Куры, то это у Хоренаци и составило царство Вирк.

0

32

В то же время мы уже знаем, что территорией расселения цанаров является та же самая страна, которая была известна источникам как место проживания масахов и хонов, или масаха-хонов. Следовательно, и название масаха-хоны (масахи, хоны) могло быть использовано в источниках в качестве синонима термина Гугарк. Отсюда становится понятно, почему в греческой редакции «Истории Армении» Агатангелоса бдешх Гугарка назван бдешхом Масаха-хон, потому, что термин Масаха-хон для автора равнозначен термину Гугарк.


Нет в греческой редакции масаха-хонов, там массагеты, которых в армянской редакции совершенно справедливо обозначили как мазкутов, поскольку это соответствует армянской исторической терминологии, где название скифского народа массагетов приняло форму мазкут.

Далее, мы отлично знаем из труда Хоренаци, что одна из ветвей Аршакидской династии воцарилась в среде мазкутов. Вдобавок, нам уже известно как в парфянской и персидской терминологии назывались подобные цари, бидахши, или, если по армянски, бдешх.

Таким образом, здесь мы еще раз сталкиваемся со стремлением автора смешать гугарского бдешха, армянского губернатора, с другим бдешхом, мазкутским царем, подобно тому, как прежде это делалось в отношении иверийского царя, тоже бдешха, то есть бидахша.

Однако, и в греческой редакции прекрасно видно, что гугарский бдешх является отдельным лицом, фигурирующим в перечне армянской аристократии.

Alors le roi, avec hâte, avec crainte et aussi avec une grande joie, rassembla les principaux satrapes et les gouverneurs du pays. En premier lieu, le prince de la maison d’Ankegh; le second, le prince d’Aghdsnik qui était grand ptiachtchkh; le troisième, le prince chef des eunuques; le quatrième, le prince thakatir, chef de la cavalerie; le cinquième, le prince généralissime, chef des troupes arméniennes; le sixième, le prince du pays de Gortouk; le septième, le prince du pays de Dzop; le huitième, le prince du pays des Karkars, nommé le second ptiachtchkh; le neuvième, le prince du pays des Reschdouni; le dixième, le prince du pays de Mog; le onzième, le prince du pays de Siounik; le douzième, le prince du pays de Zotek; le treizième, le prince du pays d’Oudi; le quatorzième, le prince préfet du canton de Zaravant et de Her; le quinzième, le prince de la race de Malkaz; le seizième, le prince des Ardzrouni. Ce sont la les princes choisis, les préfets et les gouverneurs, les chefs de mille et de dix mille soldats d’Arménie, de la race de Thorgom. Le roi, les ayant rassemblés, les envoya en Cappadoce, dans la ville de Césarée, qui dans l’idiome arménien s’appelle Majakh. C’est là qu’ayant envoyé Grégoire, Tiridate voulait le faire nommer grand Pontife de tout son pays. (Agathange CXII)

0

33

Само название Гугар возводится к эпониму Гушар, имени легендарного потомка Шара.


Не стоит пытаться возводить название гугар к тому Гушару как их эпониму, ведь в таком случае придется признать гугар армянским народом. Шар был чистейшим армянином из древнего рода Хайказуни. И Гушар, будучи его прямым потомком, тоже принадлежал к Хайкидам. Объявляя Гушара, на основе созвучия имен, а также факта владения Гушаридами вотчин в Гугарке, родоначальником гугар, придется отказаться от какой-либо версии этнического происхождения последних, кроме как от версии их армянства.

Сам факт, что на протяжении многих столетий гугары обеспечивали безопасность основных перевалов Центрального Кавказа и именно правителю (бдешху) Гугарка неизменно доверялся контроль за этими перевалами, а также то, что правитель Гугарка был назначен Сасанидами марзпаном персидского округа (шахра) Варджан, куда, помимо Гугарка, входило и Картлийское (Иберийское) царство, можно рассматривать как показатель военно-политического превосходства гугаров среди окружавших их народов.


А поскольку ни первого ни второго факта не существует, и они являются высосанными из пальца выдумками, то и невозможно тут рассмотреть не существовавшее "превосходство гугар среди окружавших их народов".

Фавст Бузанд, например, рассматривает гугаров как одно из племен кавказских горцев и включает их в перечень горских народов, участвовавших в составе войск Маскутского царя Санесана в походе на Армению. [Фавст Бузанд. III, 7.]


Надо же! А кто-то доказывал, что мазкутский царь и гугарский бдешх являлись равнозначными фигурами. Или мне показалось? Наверно Агатангелос и Фавстос просто не договорились друг с другом, и поэтому второй так грубо противоречит первому. Нет, не наверно, но они не противоречат друг другу, они друг с другом согласны, потому что у них обоих есть и мазкуты и гугары, и это разные народы, со своими предводителями. Противоречие между ними возникает лишь при искажении их текстов, что мы и наблюдали.

0

34

Месроп Маштоц (361/362–440) – великий армянский просветитель, создатель армянской, грузинской и албанской письменности (Корюн. Житие Маштоца. История жизни и смерти блаженного мужа, святого вардапета Маштоца, нашего переводчика, (написанная) учеником его вардапетом Корюном. Ереван, 1962).


Месроп Маштоц не был создателем грузинской письменности. Это старая тема, вокруг которой сломано много копий с обеих сторон. Не буду сейчас приводить все доводы армян и грузин, предоставленные за длительный период армяно-грузинского спора вокруг данной темы. Тема настолько насыщенная, что я знаком далеко не со всеми доводами. Я заявляю об этом, так как собираюсь сейчас привести собственный довод против армянской версии, но при том не знаю, приводился ли он кем-либо до меня. Подозреваю, что приводился, поскольку он лежит на поверхности, настолько тут все просто.

Начну я вот с чего. Допустим, что армянская сторона, опирающаяся на свидетельство Корюна, в свою очередь будто бы достоверное, права, и Маштоц создал грузинам письменность. Далее, я представлю себя на месте Маштоца, когда он "принялся составлять письмена грузинского языка; начертил, расположил и наладил, как надлежало" (Житие Маштоца" 15). Как бы я это делал, как считаете? Чтобы это понять, нужно взглянуть на предысторию создания Маштоцем грузинской письменности, то есть, на историю создания письменности армянской.

"Долгие поиски и претерпевание множества трудностей" (6) указывают на невозможность (по крайней мере в то время) изобретения письменности, как говорится, из воздуха, из ничего, и в один миг. Не помог даже следующий шаг, когда добытые "письмена армянского языка, найденные сирийским епископом Даниэлом, были применены на деле, то оказались недостаточны, поскольку эти письмена были погребены под другими письменами" (6). Тогда члены комиссии, возглавляемой Маштоцем, "вновь стали хлопотать о том же и искать выхода из положения" (6).

И лишь с третьей попытки, после проведения в течении неопределенного количества времени в Сирии, Маштоц и его группа "породили новое и чудесное дитя, письмена армянского языка, где они были начертаны и расставлены по порядку и по слогам" (7). Но это еще не все, ведь еще предстояло воспользоваться помощью "каллиграфа греческой письменности, для оформления тонких и жирных, коротких и длинных, отдельных и двойных букв" (7). Как вы понимаете, я клоню к тому, что труд по созданию армянской письменности, был делом долгим и трудным.

Корюн подробно описывает, как после возвращения на родину, Маштоц сам распространял новую грамоту по всем регионам Армении, где по сути основывал школы. И вот подходим к моменту, когда Маштоц "решает позаботиться о варварских странах" (15), под которыми подразумеваются Алвания и Иверия.

Сперва, Маштоц у себя дома, в Армении, "милостью, дарованной ему богом, составил письмена грузинского языка" (15), и лишь затем, "взяв с собою кое-кого из лучших учеников своих, пустился в путь и прибыл в края грузин" (15).

Сразу обращает на себя внимание тот контраст между историей создания армянской письменности, и грузинской. В случае с армянской, предпринимались попытки, потрачено было время, затрачены силы, а главное, использовался ресурс в виде уже имевшейся письменной основы какого-то таинственного алфавита, хранящегося у некоего чужеземного епископа.

В случае с грузинской письменностью, тут происходит чудо (для чего даже упоминается бог), и в кратчайший срок, без какой-либо посторонней помощи и готовых ресурсов, из ничего создается грузинская письменность. Все это выглядит крайне неправдоподобно, если мы не поразмыслим об одном факторе. И тут я возвращаюсь к тому, с чего начал.

Я, по прежнему доверяя Корюну насчет авторства Маштоца, возвращаюсь в келью к святому монаху Месропу, и представляю себя на его месте в те дни, когда он задумал создать письменность и для соседнего, единоверного и братского народа грузин. Как я поступлю, я повторю весь тот нелегкий путь, с поездкой в Сирию, и так далее? Нет. Во-первых, методику создания письменности я уже освоил, еще когда занимался там армянской письменностью. Во-вторых, готовый ресурс у меня также имеется, это буквы только что разработанной армянской письменности. Мне лишь остается отправится к грузинам, и используя добытые навыки и готовые буквы, подогнать это под грузинскую грамматику, и все, дело сделано. Именно так всегда и поступают.

К примеру, барон Петр Услар, основоположник горско-кавказских азбук, придерживался подобного подхода. За основу он взял русские буквы, как универсальную азбуку для абхазского, чеченского и других азбук горских народов Кавказа. Для тех букв, что совпадали с их русским аналогом, он выбирал соответствующую букву из русской азбуки. Когда аналога для буквы в русском языке не было, а значит не было и соответствующей русской буквы, барон брал близкую по звучанию букву, и слегка видоизменял ее, путем добавления к ней какого-нибудь крючочка, или закорючки.

Понятное дело, что и в случае с армяно-грузинским сопоставлением, у нас не получается полного совпадения звуков в языках. Мне достоверно известно, что несколько грузинских звуков точно не находят своих аналогов в армянском языке. В таком случае, если бы я был Маштоцем, для этих звуков я бы либо действительно специально изобрел новые знаки, либо взял близкие по звучанию буквы, и слегка видоизменил бы их, либо, наконец, использовал бы оставшиеся свободные армянские буквы, ведь есть и в армянском языке звуки, не имеющих аналогов в грузинском.

Что касается одинаковых звуков, то в трех языках, в русском, армянском и грузинском, я нашел, самое меньшее, двадцать звуков, идентичных друг другу. И этого вполне достаточно для моего довода.

Итак, я снова Маштоц, и я беру звуки из грузинского языка и приспосабливаю под них имеющиеся у меня под рукой, и этой рукой созданные, буквы армянской письменности. В грузинском языке в то время имелось кажется до сорока звуков, что означает, что половина дела уже сделано, так как для двадцати звуков буквы готовы (те самые, совпадающие с армянскими).

И вот я, Маштоц, представляю в своем воображении эти двадцать грузинских звуков, идентичных армянским, и мне даже не надо с ними работать. Я их изложу уже грузинам на месте. А поработать надо с другой половиной. Гипотетически представим, что для этой половины что-то было придумано, новые там буквы, или видоизмененные варианты имеющихся. Это ведь уже неважно, и вы сейчас увидите почему.

Я предлагаю вам пока взглянуть на ту первую половину грузинских букв алфавита асомтаврули, имеющую армянские (и русские) аналоги в плане фонетики. Ей полагается полностью соответствовать своим армянским собратьям.

А - Ա ա - Ⴀ
Б - Բ բ - Ⴁ
В - Վ վ - Ⴅ
Г - Գ գ - Ⴂ
Д - Դ դ - Ⴃ
Ж - Ժ ժ - Ⴏ
З - Զ զ - Ⴆ
И - Ի ի - Ⴈ
К - Կ կ - Ⴉ
Л - Լ լ - Ⴊ
М - Մ մ - Ⴋ
Н - Ն ն - Ⴌ
О - Ո ո - Ⴍ
П - Պ պ - Ⴎ
Р - Ր ր - Ⴐ
С - Ս ս - Ⴑ
Т - Տ տ - Ⴒ
У - Խ խ - Ⴓ
Х - Խ խ - Ⴞ
Ш - Շ շ - Ⴘ

И как, соответствуют? Ни разу! Самое лучшее, это едва улавливаемое сходство лишь по букве "к", и все. Итак, перед нами два разных алфавита, с крайне низкой долей вероятности того, что они созданы одной рукой.

В целом, не просто похожие, но даже идентичные буквы в армянском и грузинском (асомтаврули) есть. Как и есть они (и у армянского, и у грузинского) с буквами других алфавитов, конкретно греческого и латинского, и даже, и это невероятно, амхарского.

Эти армяно-грузинские фигуральные совпадения, служат обычно как один из доводов на вооружении армянской стороны в споре о происхождении грузинского алфавита. Но почему-то упускается из виду тот факт, что данные буквы, совпадая по фигуре, разнятся по фонетике. Наподобие того, как буква "р" в русском и английская "р", соответствующая русской "п", совпадают визуально, но совершенно отличаются на слух.

Таких совпадений, повторюсь, и в армянском с грузинским, имеется, но это не помогает версии об авторстве Маштоца. Как сделал бы Маштоц, если это делал он, я написал. И поскольку так не сделано, значит Маштоц в этой истории не при чем.

Не знаю, ездил ли Маштоц в Грузию с определенной целью, и если да, то чем он там в действительности занимался, можно лишь гадать. Но то, что Корюн вписал в число деяний Маштоца, деяние, им не совершенное, это для меня несомненно.

0

35

Сообщения Корюна, ученика Месропа Маштоца, и Мовсеса Хоренаци о просветительской деятельности Месропа Маштоца в Албании и Иберии вообще снимают вопрос об этнической связи иберов (грузин) с гугарами и показывают, что армянские авторы четко отличают Гугарк от Иберии (Картли) и, соответственно, иберов от гугаров. По свидетельству Корюна, Месроп Маштоц из Албании отправляется в Иберию (Картли), где в то время царствовал Арчил, которого Корюн называет Ардзюлом. Проинспектировав деятельность своих учеников по обучению грамотности, Месроп Маштоц из Картли едет в Гугарк по приглашению князя Ашуша и останавливается у него в Ташире. [Ташир (Таширк) – один из гаваров (районов) Гугарка (современный Лори), в котором находилась ставка бдешха Гугарка князя Ашуша.] Из Гугарка затем Месроп Маштоц возвращается в Великую Армению. [Месроп Маштоц «отбыл из краев Алуанка, чтобы прибыть в страну Иверию ... В то время царствовал над Иверией (царь) по имени Ардзюл … и он (Маштоц), объехав всех своих учеников, наказал идти по праведному пути. В то время князь таширцев, муж почтенный и боголюбивый, которого звали Ашуша, предоставил в его распоряжение себя и весь гавар свой. Он же [Маштоц] распространяемое повсюду учение развернул (и здесь) не менее усердно, чем в других гаварах. И поручив их святому еписколу Самуэлу, тому, которого мы упомянули выше, сам он возвратился в Великую Армению» (Корюн. Житие Маштоца... С. 18). ] Мовсес Хоренаци по тому же поводу пишет, что, находясь в Вирке (Грузия, Картли), где «в то время царствовал некий Ардзил» Месроп Маштоц получает приглашение от Ашуши, бдешха Гугарского, прибыть в страну Гугарк. [Мовсес Хоренаци. III, 60.] Отсюда становится очевидным, что бдешх Гугарка не идентичен царю Картли (Грузия) и армянские историки не отождествляют Гугарк с Иберией (Картли), а гугаров с иберами (картвелами). Также армянские авторы не отождествляют Гугарк и с Арменией, что подтверждают, например, слова Корюна о том, что после пребывания в Гугарке Месроп Маштоц возвращается в Великую Армению. [Корюн. Житие Маштоца... С. 18.] Д.Л. Мусхелишвили (Из политических взаимоотношений… С. 133) ссылается на сообщение Корюна о возвращении Месропа Маштоца из Гугарка в Армению как на одно из важных доказательств того, что Гугарк не являлся частью Армении. Но при этом он почему-то оставляет без внимания слова того же Корюна о прибытии Месропа Маштоца из Грузии в Гугарк к князю Ашуша, содержащиеся в том же отрывке и являющиеся не менее важным доказательством того, что Гугарк и Грузия – это также разные страны и их нельзя отождествлять.


Не могу уловить логики автора в двух моментах. Во-первых, ни Мовсес, ни Корюн не считают Гугарк отдельной страной. Мовсес, рассказывая о приглашении Аршушой Маштоца в Таширк-Гугарк, замечает, что "в Вирке в это время царствовал некий Ардзил". Это скорее указывает на обратное, на вхождение Гугарка в состав Вирка, иначе для чего надо было вспоминать правителя Вирка, во время рассказа о Гугарке, раз Гугарк не имеет отношения к Вирку?

Корюн же, говоря, что Маштоц в Таширке-Гугарке "распространяемое повсюду учение развернул и здесь не менее усердно, чем в других гаварах", только подтверждает, что Таширк является одним из гаваров Вирка, ведь эти "другие гавары" находятся в оставшейся части Вирка, где, согласно Корюну, Маштоц миссионерствовал еще прежде этого. Таширк здесь как рядовой гавар Вирка.

Во-вторых, что за Америку открывает автор, в своем заявлении "очевидно что бдешх Гугарка не идентичен царю Картли". Доброе утро! Кто-то в этом сомневался, или не я ли здесь из комментария в комментарий доказываю отсутствие этой идентичности? Это как раз мой оппонент до сих пор время от времени пытался представить гугарского бдешха иверийским царем, на основании путаницы вокруг термина бидахш, и в итоге, как с ним уже неоднократно случалось, сам себя обманул.

А все потому, что из "царь Картли и бдешх Гугарка не одно лицо" он решил вывести "Иберия не Гугарк" и "гугары не картвелы". И вот здесь мне непонятна его логика. Да, Гугарк и его бдешх, и Иверия и ее царь, не тождественны. Там автономная губерния и ее губернатор, а тут страна, царство, и ее царь. Но как из этого логически выводится отсутствие этнического родства гугар с иверами, непонятно. По этой логике, население бдешхства Ахцник (Алдзни) также нужно считать самостоятельным этносом и отделять его от этноса армянского.

Между прочим, по тексту Корюна не создается впечатление, что в Иверии есть марзпан, как и не наблюдается верховенство гугарского бдешха над иверийским царем (скорее наоборот). Это так, к слову о концепции про федеративное марзпанство Варджан, состоящее из Гугарка, Цанарии и Иверии, и во главе с бдешхом, выдуманное автором. Все это, согласно автору, уже сейчас, при Маштоце, должно быть в Иверии.

Но свидетель эпохи Корюн, рисует нам иную картину. В начале повествования, когда Маштоц едет в Иверию впервые, там правит царь Бакур, и в конце, когда Маштоц совершает повторный визит, в Иверии правит царь Арчил (Ардзюх). В последнем случае, упоминается и гугарский бдешх Аршуша, представленный как региональный вельможа, для которого Корюном подобран термин ишхан. И никакого марзпана.

А то, что Гугарк назван Таширком, тоже объяснимо. Как я отмечал выше, по Тациту, еще в середине первого века, больше половины территории Гугарского бдешхства (Кхарджк, Джавахк, Трехк и др.) отошло "в повиновение" иберийскому царю Фарсману (т.е. вернулось в состав Иберии), и как я и сказал, в следствии этого, крупнейшим гаваром Гугарка теперь стал Таширк, из-за чего, все бдешхство с того времени бывало что называли Таширом.

0

36

В этот период бдешх Гугарка выполнял также функции наместника Армении в Иберии, находившейся в вассальной зависимости от Армении, в связи с чем, бдешха Гугарка Мовсес Хоренаци именует также и бдешхом Иберии (Грузии). [Мовсес Хоренаци. II, 11.] Контроль над основными перевалами Центрального Кавказа Валаршак II вновь возлагает на бдешха Гугарка, как это было ранее, еще во времена Тиграна II Великого. [Мовсес Хоренаци. II, 8.] Все вышесказанное, несомненно, свидетельствует о той большой роли, которую играли гугары в исторических судьбах народов Южного Кавказа на протяжении многих столетий. Например, Мовсес Хоренаци именует гугаров не иначе как великим и могучим народом. [Мовсес Хоренаци, II, 8.] Но прежде чем привести текст полностью, следует уточнить, что в разделе, где идет речь о Гугарке и гугарах, Мовсес Хоренаци говорит вовсе не о соседних с Арменией странах Албании и Грузии (Иберии), как это ошибочно понимает Д.Л. Мусхелишвили, а об Армянском царстве и деятельности царя Валаршака II (186–198) по упорядочению системы государственного управления, что подтверждается и заглавием: «Об устройстве государства и о том, откуда он (Валаршак II – Г.Г.) образовал нахарарства и какие предписал правила жизни». [Мовсес Хоренаци. II, 7.] Описывая части Армянского царства, Мовсес Хоренаци особо выделяет среди них приграничные провинции – в силу их высокой значимости и важной роли в государстве. Приведем теперь интересующий нас текст Мовсеса Хоренаци: «Гушар же, потомок сыновей Шара, унаследовал гору Мтин, то есть Кангарк, половину Джавахка, Колб, Цоб, Дзор вплоть до крепости Хунаракерт. Но Валаршак утвердил за отпрысками Гушара Хайкида также княжество Ашоцк и владение Таширк. Наместничество северного края, расположенного против горы Кавказа, он поручает великому и могучему народу и присваивает его владыке (буквально: начальник народа, племени – Г.Г.) титул бдеашха Гугаркского. Этот род происходит от Михрдата, нахарара Дареха; Александр, приведя его, назначил начальником над пленными из верийских племен, переселенных Навуходоносором, о чем повествует Абиден [Абиден – греческий историк, написавший сочинения о древних Ассирии и Вавилонии и упоминаемый в «Церковной истории» Евсевия Кесарийского.] в следующих словах: «Великомощный Навуходоносор, который был сильнее Геракла, собрав войска, достиг страны ливийцев и верийцев [Верия, верийцы. Речь идет об Иберии-Испании.] и, победив и ниспровергнув их, подчинил своей власти. Часть их он переселил на правобережье Понтийского моря. Верия же является западной окраиной земли». [Мовсес Хоренаци. II, 8.] В процитированном отрывке объединены и в сжатом виде переданы события различных исторических эпох: первое – переселение вавилонским царем Навохудоносором ливийцев и иберов на восточный берег Понтийского моря (конец VII – начало VI вв. до н.э.); второе – назначение Александром Македонским Михрдата (Митридата), нахарара Дареха, начальником над пленными иверийцами (конец IV – начало III вв. до н.э.); третье – назначение армянским царем Валаршаком II одного из потомков Михрдата правителем (бдешхом) гугаров (II век н.э.). Таким образом, текст Мовсеса Хоренаци содержит описание совершенно разных событий, отделенных друг от друга многими веками. Армянский историк не только не отождествляет гугаров и иверийцев (грузин), но и четко противопоставляет их: гугары – это коренные жители, потомки Шаро Хайкида, а иверийцы – это пришлые племена, переселенные Навуходоносором из «западной окраины земли» (Испании), причем поселены были иверийцы отнюдь не в Гугарке, а «на правобережье Понтийского моря». Мовсес Хоренаци упоминает иверийцев (грузин) в связи с Гугарком лишь потому, что наместником Гугарка c присуждением титула бдешха Гугаркского Валаршак назначил потомка рода Михрдата, которого в свое время Александр Македонский поставил начальником над иверийцами, взятыми в плен. Упомянутый Михрдат, нахарар Дареха, это действительно современник Александра Македонского, основатель Понтийского царства Митридат I Ктист (302–266) из рода наследственных нахараров (сатрапов) припонтийских земель последнего царя Персии из династии Ахеменидов Дария (Дареха) III Кодомана (336–331). Согласно античной традиции понтийские Митридаты происходят от царского рода Ахеменидов, и это подтверждают современные исследования. [См.: Соприкин С.Ю. Понтийское царство. М., 1996. С. 20–33.] И именно потомка понтийских Митридатов Валаршак назначает бдешхом Гугарка. Валаршак – это армянский царь Валаршак II (186–198), во времена которого на бдешха Гугарка, согласно договору с Римом, возлагались функции обеспечения безопасности главных центральнокавказских перевалов (см. выше). Таким образом, Мовсес Хоренаци передает реальные события, действительно имевшие место.


По порядку. Первое. Бдешх Гугарка не "выполнял функции наместника Армении в Иберии" и "Иберия не находилась в вассальной зависимости от Армении". У Иберии были собственные независимые цари, что легко доказывается даже не покидая рамок все той же 2-й книги Хоренаци. Так, в 46-й главе упоминается "иверское войско, со своим царем Фарсманом", а в 53-й главе "царь Иверии, некто Кардзам". Обоих свидетельств достаточно чтобы развеять любые сомнения относительно того, признавал ли Хоренаци правителями Иберии, именно царства Иберии, местных царей, или считал ими гугарских бдешхов.

Второе. Во всей мовсесовской трилогии нет ни одного места, где хотя-бы делался намек о возложении армянскими царями на гугарских бдешхов полномочий по контролю за кавказскими перевалами.

Третье. Во всей мовсесовской трилогии нет ни единого упоминания о народе гугар, чтобы еще он был назван великим и могучим, в то время как он не назван вообще.

Четвертое. Налицо прямой подлог перевода текста, где вместо "великому и могучему роду", как в тексте, наш автор пишет "великому и могучему народу".

Пятое. Вагаршак, по Хоренаци, предоставляет роду Михрдата "наместничество северного края, расположенного против кавказских гор" и дает ему, этому роду, титул бдешхов гугарских. Гугарский бдешх еще не означает бдешх над гугарами, гугарский бдешх означает бдешх Гугарка.

Шестое. Потомки Гушара Хайказуни должны быть армянами, потому что армянином являлся сам Гушар. Этимологической связи между "гушар" (имя собственное) и "гугар" (троглодит по арм.) не выявляется.

Седьмое. Да, для Хоренаци, иберы народ пришлый, переселенный Навуходоносором, а Александром поставленный под начальство того самого Михрдата, сатрапа Дария. Но в том краю, где иберы были расселены, никаких других народов, согласно Хоренаци, не обнаруживается, в частности, ни гугар и ни цанар. Значит, на пространстве от Понта до Кавказа, с юго-запада на северо-восток, если кто и жил до ибер, то Хоренаци об этом не в курсе, как и не в курсе он о том, живет ли там кто помимо ибер теперь.

Короче говоря, между Арменией и центральным участком Кавказского хребта, обитают одни лишь иверы (а по краям, агваны и егеры). Например, в 27-й главе 3-й книги, рассказывается, как армянский царь Аршак, спасаясь от подосланных Шапуром людей, "ушел от них в сторону Кавказа, заключив союз с иверами", а в 29-й главе, он "вернулся с иверской ратью".

Восьмое. Наконец, на том, насколько "реальные события, действительно имевшие место, передает Хоренаци", остановимся подробнее.

Из слов самого Мовсеса Хоренаци известно, что материал с 10-й главы 1-й книги по 9-ю главу 2-й книги своей трилогии "История Армении", он почерпнул из рукописей Мар Абаса Катины, в свою очередь добывшего этот материал в архивах Ниневии, оказавшихся в распоряжении парфянских Аршакидов, поделившихся этими материалами, или вернее, того в них, что касалось Армении, с Аршакидами армянскими.

Затем, по его же признанию, с 11-й главы 2-й книги он "начинает повествовать из книги летописца Африкана", добытой в виде "свитков из архивов Эдессы". По признанию Хоренаци, в "эдесском архиве хранится история всех деяний наших прежних царей вплоть до Абгара и Брванда" (Ерванда?). Материалы Африкана у Хоренаци заканчиваются на 65-й главе, после чего, с 67-й по 74-ю главы, историк опирается на своего соотечественника, Агатангюха, секретаря царя Трдата III (III в.н.э.), попутно по-прежнему ссылаясь на авторов из архива в Эдессе (Бардацан, Фермелиан). Кроме того, на протяжении первой и второй книг, Хоренаци время от времени делает отсылки к армянским народным преданиям.

Давать дальнейший обзор по источникам Хоренаци, я не намереваюсь, так как нас сейчас заботят главы, где идет повествование о древней истории. Итак, грубо говоря, с 1.10 по 2.9 это ниневийский архив, а с 2.11 по 2.65 это эдесский архив. Значит, древний период у Хоренаци состоит из двух разных источников, не говоря уже о том, что оба источника, то есть ниневийский и эдесский архивы, в свою очередь представляют собой сборники различных авторов.

Таким образом, у Хоренаци, период с древнейших времен (Хайк) и вплоть до крещения армян (Трдат), можно считать винегретом из древних, греческих и семитских, авторов, а также армянских народных преданий. Этим я и объясняю ту путаницу, что возникает у нас, при извлечении информации по древней истории Вирка и Гугарка в труде Хоренаци.

Первое что нам следует сделать, это отказаться от естественного стремления проецировать наши обстоятельства, на обстоятельства времени Хоренаци. Это мы имеем представления о веках и эрах, но во время Хоренаци, подобный порядок еще не был установлен. Нет, нечто подобное разумеется было, но оно принципиально отличалось от нашего летоисчисления.

Поэтому, в отличии от нас, Хоренаци не мог начертить перед собой некую схему с датами правления царей и мировых событий, с помощью которой, у него получилось бы регулировать свою хронику от уклонов в неверном направлении. Например, Леонтий Мровели и Джуаншер Джуаншериани, чем дальше по времени от себя описывают прошлое, тем больше совершают точно таких же уклонов в анахронизм, самый яркий из которых, это знаменитое отцовство Хосрова Сасанида в отошении жившего на три столетия раньше, грузинского царя Мириана.

Подобные факты предостерегают нас от необдуманного толкования тех мест в раннесредневековых армянских и грузинских летописях, где авторы описывают далекие от себя по времени события. Повторю, они никак не могли даже догадываться о своих анахронизмах, в силу отсутствия в их время систематизированной и общепринятой хронологии, подобно нашей.

Рассматривая описанное Хоренаци правление царя Вагаршака, в связи с которым, происходит первое упоминание Гугарка в труде отца армянской истории, мой оппонент зачем-то переносит нас во II век нашей эры, и в этом Вагаршаке видит Валарша II. Однако, достаточно взглянуть на предысторию вступления Вагаршаком на армянский трон (2.2, 2.3), как становится очевидным, что это описание событий II века до (!) нашей эры. Ведь Аршак Великий, внук Аршака Храброго, и брат Вагаршака, не мог вести "войну с македонянами" во II веке нашей эры. Отцом этих братьев, объявлен Арташес, видимо тот самый, кого Страбон считал основателем Великой Армении.

Армянские историки полагают, что Вагаршака, брата Аршака, не существовало, а приписанное ему, касалось Арташеса, который, при этом, не был ни сыном Аршака Храброго, ни отцом Аршака Великого, и вообще, не имел отношения к парфянам. Как бы там ни было, но мы уже видим, что Хоренаци по этой части не пользуется абсолютным авторитетом.

Итак, при Вагаршаке, Гугарк впервые у Мовсеса Хоренаци упоминается как часть Великой Армении. Однако, по свидетельству летописца (2.8), еще до этого, непонятно правда когда именно, Гушар Хайказуни унаследовал Джавахк и Кангарк, а также собственно Гугарк (Цоб, Кохб, Дзор). А теперь, Вагаршак добавил во владение Гушаридам еще и Таширк и Ашоцк. Логика подсказывает, что именно Гушаридам следовало дать наместничество над Гугарком и титул бдешха. Но наместничество и титул получает потомство Михридата, то есть Митридата Понтийского, за полтора века до того, назначенного Александром Македонским управлять иберами (не он ли тот самый мровелианский Азо?).

Выходит, власть над иберами потомство Митридата к этому времени давно потеряло, и теперь, после того, как половина Иберии отошла к Великой Армении, наместничество (бдешхство) над этой половиной было поручено тому роду, который здесь уже когда-то главенствовал. Гушариды же, видимо, были избраны стать опорой бдешхов в инородной (неармянской) среде региона. Я просто не знаю как иначе еще можно объяснить тот отрывок о Гугарке.

Когда гугарский бдешх упоминается в следующий раз (2.11), то это уже другой источник в труде Хоренаци. Та история, это ниневийский архив, а эта, эдесский. Еще, там заканчивается на сыне Вагаршака, Аршаке, а здесь история начинается с Арташеса. Пытаясь соединить два разнообразных источника, для придания стройности своей хронике, Хоренаци записывает Арташеса в сыновья Аршака, сына Вагаршака, сына Арташеса, из-за чего, Арташес у Хоренаци проходит перевоплощение, и, либо становится самому себе правнуком, либо внуком, если под Вагаршаком фигурировал Арташес Страбона.

У этого "эдесского" Арташеса, был сын Тигран и дочь Арташама. Дочь он выдал замуж за "Михрдата, великого бдешха Иверии, из потомков Михрдата, нахарара царя Дария, которого Александр, как мы рассказывали выше, поставил над пленными из иверийской страны, и поручает ему наместничество северных гор и Понтийского моря". Наш автор, и в этом лежит его главная здесь ошибка, воспринимает оба отрывка как взаимодополняющие куски одной истории (потому что ему надо оформить гугарского бдешха как иверийского правителя), в то время, как это разные, отчасти противоречащие одна другой, версии из двух различных источников.

Насколько тут все запутано и сомнительно, видно из дальнейшего хода событий, где говорится о войне Арташеса с лидийским царем Крезом (12.2). Несколько ниже (14.2), Михрдат уже наместник царя Тиграна, своего шурина, в Малой Азии. В это время с запада надвигается римская армия под командованием Гнея Помпея (15.2). Между Крезом и Помпеем слишком большое расстояние во времени, чтобы можно было разобраться, какой именно это Михрдат из понтийских царей. А ведь у него еще был сын, тоже Михрдат, которому "принадлежала иверийская страна" (18.2).

Не будь у нас на руках античных документов, называющих имя иберийского царя времен закавказского похода Помпея, и не будь у нас иных (грузинских) источников по древним царям Иберии, мы должны были согласиться с версией Хоренаци, или точнее ее интерпретации от моего оппонента, что царями Иберии были бдешхи Гугарка, из рода Митридата Ктиста.

Но из трудов Аппиана и Диона Кассия, мы точно знаем, что царем Иберии в это время был не Митридат, и не кто-либо из их династии, но Арток, из грузинской ветви армянской династии. В таком случае, мы оказываемся перед выбором. Либо, как отмечено выше, вслед за армянскими историками, подвергнуть сомнению авторитет "Истории Армении" Мовсеса Хоренаци, либо правильно интерпретировать данный отрывок. Я сделаю последнее.

По-моему, под иверийской страной в данном случае Хоренаци понимает ту самую, армянскую половину Иберии, отторгнутую у царей Иберии, и из которой создано было бдешхство Гугарк. Так что, это не гугарский бдешх совмещал статус иберийского царя, как ошибочно полагает мой оппонент, но Гугарское бдешхство в составе Великой Армении отождествлялось с Иберией, так как в недавнем прошлом составляло половину Иберийского царства, и было населено иберами. Нечто подобное произойдет тысячелетие спустя в Византии, где из отошедших к ромеями грузинских землях, будет образована фема Ивирия.

Следовательно, пытаясь доказать отсутствие тождества между Вирком и Гугарком у Мовсеса Хоренаци, автор подтвердил лишь отсутствие этого тождества в политическом значении (с чем мы и не спорили); но в этнографическом понимании, наш автор доказал скорее тождество между Вирком и Гугарком.

0

37

Так, Ованес Драсханакертци пишет, что Атрпатаканский эмир Афшин, преследуя армянского царя Смбата I (891–914), проходит через Ути, Гугарк и Вирк (Грузия). [Ованес Драсханакертци. ХХХV.] Далее армянский историк сообщает, что сын Смбата I Ашот Железный громя врагов, прошел Ширак, Гугарк и направился в Вирк (Грузию), затем пишет, что «сын Смбата, Ашот ...много сражался и прявил мужество и доблесть в борьбе со всеми врагами − не только с сарацинами, но также с грузинами и гугарами» [Там же. L, LIV.] Как видим, грузины и гугары в данном фрагменте текста не отождествляются, причем оба термина употреблены в узком, этническом значении. В древнеармянских источниках не только Гугарк и гугары, но и Цанария и цанары четко отделяются от Картли (Вирк) и грузин (враци). Боле того, зачастую все они выступают как три самостоятельные страны. Например, Ованес Драсханакертци сообщает, что армянский царь Смбат I захватил Гугарк и Цанарию до Аланских ворот и крепость, защищавшую врата, а оттуда направился до города Тпхиса (Тбилиси), столицы Грузии. [Там же. ХХIХ.] Вместе с тем, если понятия Варджан (Грузия, Иберия) и Гугарк не отождествляются, за исключением лишь случая, когда они обозначают Сасанидскую административную единицу шахр (марзпанство), и картвелы (грузины) этнически отличаются от гугаров, то в отношении терминов Гугарк и Цанарк (соотв. гугары и цанары) в армянских источниках просматривается совершенно иная картина. Дело в том, что армянские авторы не делают четкого этнического различия между гугарами и цанарами, напротив, они нередко их отождествляют, а названия Гугарк и Цанарк выступают как синонимы и часто заменяют друг друга. Так, Ованес Драсханакертци сообщает, что абхазский царь Константин «собрал войско и двинулся, пустился в путь, пошел в северные края, что находятся в долинах Кавказских гор, чтобы подчинить себе и страну гугаров, обитающих близ Аланских ворот» (выделено мной. − Г.Г.). [Там же. ХLI.] Речь идет о царе Абхазии Константине III (893–929), который неоднократно совершал военные походы против Иберии и Цанарии с целью захватить главные центральнокавказские перевалы и установить над ними контроль. Но интересы абхазского царства сталкивались с противодействием со стороны армянского царства Багратидов, и на этот раз, как сообщает Ованес Драсханакертци, против Константина III выступил армянский царь Смбат I вместе с царем Вирка (Грузии) Адернесехом (Адарнасе) (881–923): «…царь Смбат, собрав вместе множество войск, двинул их вперед и, взяв с собой царя Грузии, пошел вместе с ним в набег, навстречу Костандину». [Там же. XLI.] Приводя эти свидетельства, следует подчеркнуть, что, во-первых, для средневековых авторов, в частности для Ованеса Драсханакертци, страна грузин четко отделяется от страны гугаров, известной по другим источникам как Цанария, а во-вторых, к стране гугаров относятся и кавказские долины близ Аланских ворот. Совершенно очевидно, что под кавказскими долинами близ Аланских ворот Ованеса Драсханакертци имеется в виду равнина, примыкавшая с севера к Дарьяльскому перевалу (Аланские ворота), известная в настоящее время как Владикавказская равнина. В другой части своего труда, повествуя о войне армянского царевича Ашота, сына царя Смбата I, с владетелем Ути (Утик) князем Мовсесом, Ованес Драсханакертци сообщает, что на помощь Ашоту «подоспел с большим войском … великий корепископ, который господствовал над той частью Гугарка, что примыкала к Аланским воротам». Далее, рассказывая о ходе боевых действий, того же корепископа он называет уже «великим корепископом цанаров». [Ованес Драсханакертци. LIX.] Из процитированных сообщений следует, что армянские историки не различают гугаров и цанаров, т.е. для них это один и тот же народ и страна гугаров (Гугарк) это есть страна цанаров (Цанария). При этом следует отметить довольно любопытную особенность, проявляющуюся при описании древними авторами гугаров и цанов, да и вообще кавказских народов: с одной стороны, мы видим восхищение мужеством и свободолюбием этих народов, бесстрашием в борьбе за независимость, их предпочтением рабству смерти; с другой стороны, эти же народы, когда ведут войну (неважно, защищаются или нападают) со страной, жителем которой является летописец, тотчас же превращаются из объекта восхищения в разбойников, дикарей и варваров, говорящих на грубом и непонятном языке и т.д. и т.п. Так, например, Ованес Драсханакертци в своей «Истории Армении», оправдывая военные действия армянского царя Ашота Багратуни I [Ашот I Багратуни (884–890) – основоположник армянской царской династии Багратуни.] против утийцев и гугаров, характеризует последних как грубых, звероподобных людей, живущих разбоем, вероломных и непокорных и т.д. Но в то же самое время в другой части своего труда рассказывает о том, как, спасаясь от арабских войск остикана Юсуфа, сам нашел надежное убежище в Гугарке и поселился там, у гостеприимных, благородных и отзывчивых гугаров, среди которых чувствовал себя защищенным, ибо знал, что они его не выдадут. [Ованес Драсханакертци. XXIX, XLIV.]


И это еще не все отрывки о гугарах, какие можно привести из объемистого труда Ованнеса Драсханакертци, свидетельствующие о принципиальном различии между иверами и гугарами. Если Хоренаци не признает гугар, то Драсханакертци настаивает на существовании и самобытности такого народа. Гугары у этого летописца действительно отдельны от ивер. Поэтому здесь приходится признать полную правоту автора.

0

38

К Гугарку относилась и территория на левобережье Куры – Эрети, в связи с чем, древнегрузинские источники именуют бдешха Гугарка также эриставом Рани. [Меликишвили Г.А. К истории древней Грузии... С. 461.]


Это был уникальный (единичный) случай, когда "мтавару Сомхити Васкену" ("Жизнь Вахтанга" Джуаншериани), то есть питиахшу Варскену, в награду за вероотступничество и переход в маздеизм, Ормизд (Кавад) пожаловал должность "эристава Рана", то есть, передал ему под контроль Аран. Это не означает, что Аран вошел тогда в состав питиахшества, но лишь указывает на совмещение сомхитским питиахшем должности аранского марзпана. После убийства Варскена царем Бакуром, Ормизд (Кавад) назначил в Аран другого марзпана, по имени Дарел. Значит, следующим аранским марзпаном был не сомхитский питиахш, и значит, Аранское марзпанство не входило в состав Сомхитского питиахшества (Гугарское бдешхство).

Нет точной информации о том, как далеко распространялась власть бдешха Гугарка к северу от Эрети, в верховьях Алазани и Иори.


Нет информации, потому что власть питиахша туда никогда и не распространялась. Например, Мровели сообщает, что царь Мириан отдал "сыну своему вотчиной Кахети и Кухети". Еще за век до того, в период правления царя Амазаспа, упоминается "эристав Кахети". Можно пойти еще назад, и там Кахетия и Кухети каждый раз будут представлены как отдельные от питиахшества субъекты, не имеющие к нему никакого отношения, и при том, никогда не выходившие за пределы политических границ Картли.

Помимо бдешхов Гугарка функции наместника (бдешха) Варджана в те или иные периоды Сасаниды возлагали в силу различных причин также на князей Сюника, царей Картли или же присылали для их исполнения чиновников из Персии.


Ага, забыли еще упомянуть цыганских баронов, багдадских калифов и китайских императоров.

0

39

Еще одним важным свидетельством в пользу присутствия в рассматриваемом регионе нахских племен являются данные языка. Так, в мегрело-чанском (занском) языке обнаруживаются прямые заимствования из нахского языка (минуя картлийский). Одним из таких заимствований является, например, слово латта//лэтта, употребляющееся в мегрело-чанском для обозначения земли как почвы. [Кантариа М. Познание мира у вайнахов // Международная научная конференция «Археология, этнология, фольклористика Кавказа», 25–27 июня 2009 г. Тбилиси, 2010. С. 447. Дальнейшие исследования по выявлению нахско-мегрельских, нахско-сванских, и особенно нахско-армянских параллелей в языке, фольклоре и т.д., несомненно, значительно расширили бы наши знания о древней истории этих народов и обогатили бы кавказоведческую науку.] Здесь важно отметить, что это слово в аналогичном смысле используют панкисские кисты и цова-тушины. [Там же.] В свое время Н.Я. Марр и А. Чикобава предположили, что мегрело-чанское бурт происходит от нахского (или, по Н.Я. Марру, цова-тушинского) [Марр Н.Я. К истории передвижения яфетических народов… С. 1397.] бер – дитя. Однако эту версию поставил под сомнение В.М. Иллич-Свитыч, который писал: «Едва ли правдоподобно предположение Чикобава А. о заимствовании занской формы из вайнахских языков (ср. чеч. ber, инг. ber, бацбийск. bader – дитя.) Против этой гипотезы говорит как ареал, так и реликтовый характер основы ber в мегрел». [Иллич-Свитыч В.М. Опыт сравнения ностратических языков. Сравнительный словарь b-K. М., 1971. С. 195.] В.М. Иллич-Свитыч исходил, вероятно, из версии о том, что вайнахи и мегрело-чаны никогда не соприкасались территориально и, следовательно, не имели прямых этнических и культурных контактов. Однако, как выше было отмечено, контакты, причем довольно продолжительные, между нахскими, точнее сказать, южнонахскими (цаны-макероны) и мегрело-чанскими племенами в I тысячелетии до н.э. могли иметь место в районах Юго-Восточного Причерноморья. Именно здесь, как представляется, между нахами и мегрело-чанами и происходили непосредственные этноязыковые контакты, в результате которых в мегрело-чанском языке отложились слова, напрямую заимствованные из нахских языков.


Короче говоря, при нахско-мегрельских контактах, мегрелы заимствовали у вайнахов слова, и никак не наоборот. И при том при всем, раз заимствовали, то значит до встречи с вайнахами, о вещах, эти слова обозначающих, мегрелы не имели представлений. Это почва и дитя.

У мегрел видимо не было детей, они рождались уже взрослыми; а почвы под ногами они не чувствовали, так как всю жизнь проводили на деревьях. И только при первых контактах с вайнахами, они спустились на землю, тут же научившись нахскому слову почва (латта/лэтта); после чего, у них начали рождаться нормальные младенцы, которых, как пояснили мегрелам их нахские соседи, надо называть детьми (бурт/бер).

Страна Гугарк, а вместе с ней и территория левобережья Куры, были выделены в северный округ (бдешхство) Армянского государства, а главные перевалы Центрального Кавказа оказались под охраной и контролем бдешха (правителя) Гугарка. Такая ситуация имела место на протяжении длительного времени. В связи с этим можно было бы предположить, что именно со II в. до н.э. термин Гугарк начинает употребляться в собирательном смысле для обозначения уже не только собственно Гугарка, но и территории от устья Алазани до Дарьяльского прохода (Цанария армянских, Кахети грузинских источников) и не несет в себе более этнической нагрузки.


Я могу объяснить почему Драсханакертци иногда называет Кахетинское хорепископство Гугарком. Дело в том, что после Цанарской династии, титулом хорепископа на какой-то период завладела Гардабанская династия. А Гардабани, по разумению армян, считался основной частью Гугарка. Вообще, о Гардабани я собирался подробнее поговорить в конце, и потому еще вернусь к этому вопросу ниже.

0

40

Любопытно, что, по сведениям средневековых источников, Абхазия и Цанария чаще выступают союзниками в борьбе против объединенных сил Армении и Грузии. Так, например, в «Летописи Картли» сообщается, что абхазский царь Константин III и правитель (хорепископ) Цанарии Квирике I (893–918) являются союзниками и ведут войну против Эрети, союзника Армении: «…Хорепископ Квирике призвал царя абхазов Константина; вступили [они] в Эрети и осадили крепость Вежини. Царь абхазов подступил с верхней стороны, а Квирике – с нижней стороны…» (Летопись Картли. С. 52). Данные источников позволяют предположить, что в то время существовали союзы (военно-политические блоки), которые вели между собой борьбу за главенство на Южном Кавказе, где с одной стороны выступали Абхазия и Цанария, а с другой – Армения и Грузия.


Слишком упрощенно и во многом неверно. Вот смотрите. Абхазский царь Феодосий I и куропалат Картли Ашот Багратион, были союзниками, даже породнились, и вместе воевали против цанарского хорепископа Григола и его союзника, тифлисского эмира. Уже видим, что Абхазское царство и Цанарское хорепископство не просто не союзники, но они находятся во враждующих лагерях.

В принципе, после этого, Цанарское хорепископство трансформируется в Кахетинское, в силу ухода Цанарской династии с арены. Это середина IX века.

Что до процитированного отрывка о Константине и Квирике, то это уже иной период, когда Абхазское царство и Кахетинское хорепископство действительно находились в дружественных, союзнических отношениях.

Но зато при сыне царя Константина, царе Георгии II, Абхазское царство снова враждует с Кахетией, во время правления там Квирике, внука того Квирике, союзника Константина. Георгий вторгся в Кахетию, "сжег селения и вырезал людей".

Следующий абхазский царь, Леон III, сын Георгия, также "стремился разорить Кахети". С его смертью, начинается быстрый закат Абхазского царства, чем сразу попытался воспользоваться Квирике, решившийся, правда безрезультатно, завладеть Картли.

Итого, что имеем? Если суммировать взаимоотношения Абхазского царства и Цанарско-Кахетинского хорепископства, длившиеся на протяжении IX-X веков, то имеем один этап дружбы, против трех этапов вражды. Автор же, из четырех этапов, для примера выбрал именно этап дружбы, и попытался представить, будто так было всегда.

0

41

По мере завоевания и присоединения к абхазскому царству новых царств и княжеств Южного Кавказа менялась и титулатура абхазских царей; к титулу царь абхазов (Апсха) добавлялись названия завоеванных царств и народов. Полная титулатура абхазских царей выглядела так: царь абхазов, грузин, ранов, кахов, армян, нахншахов и ширваншахов (Какабадзе С. Грамота царицы Тамар Великой на имя Гелати от 1193 г. // Известия Кавказского историко-археологического института в Тифлисе. Т. III, 1925. С. 113).


Здесь по порядку. Первое. Нет фактов, что за два столетия существования Абхазского царства, когда-либо и как-либо менялся титул его царей. Похоже, титул Леонидов "царь абхазов" вплоть до пресечения династии, остался неизменным.

Второе. Невообразимо, как абхазские цари могли носить титул "апсха", будучи "царями абхазов". Как мы знаем, абазги и апсилы являлись двумя основными, наиболее крупными народностями раннесредневековой Абхазии, и вопрос, под чьим главенством произойдет объединение страны, предстояло определять им двум. И как мы знаем, победили в итоге абазги, отчего и образованное княжество (а позднее, царство) было названо Абазгией (Абхазией).

Добровольно ли подчинились апсилы, или абазгам пришлось приводить их в покорность силой, это доподлинно неизвестно. Факт, что главной народностью стали абазги, а их область, Абазгия, с крупнейшей в Абхазии крепостью Анакопией, считавшейся столицей, стала собирательницей остальных абхазских областей, западных и горных, и конечно же, расположенной на востоке Апсилии.

Разве Леон II, объявляя себя царем, взял бы себе титул "царь апсил", "апсха", когда сам принадлежал к абазгам? Ведь, раз в византийских источниках царство именуется Абазгией, равно как и в источниках армянских и арабских, оно известно как Абхаз, это означает, что правящая династия была абазгийской, и поскольку правящей династией стали Леониды, то Леониды должны были быть абазгами, и потому, не могли носить титул апсха, царь апсил.

Третье. Титул "царь абхазов, картвелов, кахов, ранов и сомехов" был титулом грузинских царей из династии Багратиони. Абхазские цари Леониды никогда подобный титул не носили. Нет фактов.

0

42

Но при этом наука располагает свидетельством позднеантичного периода касающиися Джавахка (Джавахети): в 326 г. по пути из Армении в Картли св. Нино в Джавахке изьяснялась с местными жителями на армянском языке. [Мелконян А.А. Джавахк в XIX – первой четверти XX вв. Ереван, 2003. С. 12.]


Не совсем верное толкование текста. В принципе, это известная цитата, нередко интерпретируемая армянами в свою пользу. Святая Нино якобы общалась в Джавахетии на армянском, и раз так, то Джавахетию населяли армяне.

А вот соответствующий отрывок из "Обращения Картли": И пошла святая Нино и достигла Орбанту, на границе Армении, и там перезимовала, терпя множество лишений. И в месяц четвертый, который называется июнь, направилась она и достигла гор Джавахети, где она встретила большое сточное озеро, называемое Паравна. Когда же она взглянула на север, то увидела горы, которые даже в те летние дни были покрыты снегом и воздухом суровым. Поддалась тогда святая Нино испугу и сказала: «Господи, господи, прими душу мою от меня». Оставалась она там два дня и просила пищу у рыбаков, охотящихся на этом озере. Были в тех местностях и пастухи. Стерегли они паству свою по ночам и, взывая к богам своим, Армазу и Задену, давали им обет жертвоприношения, если вернутся с миром домой. Святая Нино была немного сведуща в армянском языке, ибо она раньше училась ему у ниафоры. Нашла она среди пастухов говорящего по-армянски и спросила его: «Из каких вы краев?», а тот ответил ей, что они «из селений Эларбини, Сапурцле, Киндзара, из рабатов, великого града Мцхета, где владычествуют боги и царствуют цари». Тогда спросила она: «А где находится Мцхета?». Пастух сообщил ей, что река, берущая начало из этого озера, течет в Мцхета. Святая Нино, положив камень у изголовья, легла и заснула у стока того озера.

Святой Нино, еще не овладевшей грузинским, пришлось искать знающих армянский язык, что указывает на то, что встретившиеся ей рыбаки и пастухи, армянами не были, и даже тот единственный, кто нашелся, оказался не армянином, но он всего лишь "говорил по армянски". Будь он и остальные пастухи и рыбаки армянами, не понадобилось бы специально уточнять насчет владения ими армянским языком, ведь принадлежность к этносу в любом случае подразумевает под собой знание языка этого этноса, и потому, хватило бы и простого указания на то, что они, или он, были армянами, если бы были.

Напомню, что в отличии от Ташира, главной области Сомхитского питиахшества, до конца IV века остававшегося в составе Армении, Джавахетия вернулась в Картли еще в начале эры. Поэтому, в противоположность Таширу, в Джавахетии не проводилось столь интенсивного и продолжительного армянского культурного влияния, и не возникло билингвизма.

Хотя, некоторые из общавшихся с Нино пастухов, судя по всему, были не местными, не джавахами, но однако и по оставшимся пастухам, как и по рыбакам, не скажешь, что это грузинские армяне, или хотя бы арменизированные грузины, поскольку никто из них так и не продемонстрировал познаний в армянском языке, кроме того единственного пастуха.

0

43

Впрочем, наша задача существенно упрощается, поскольку подробный анализ всех армянских терминов, применявшихся ранее и ныне использующихся для обозначения грузин и Грузии, проведен в двух статьях Е. Цагарейшвили, опубликованных, кстати, в том же сборнике, что и цитируемая работа Д.Л. Мусхелишвили (см. Цагарейшвили Е. К вопросу о значении термина «враци азгав» в армянских письменных памятниках // «Некоторые вопросы истории Грузии в армянской историографии». Тбилиси, 2009. С. 389–430; Ее же. К вопросу о значении терминов «Вериа» и «вериаци» в армянских письменных источниках // «Некоторые вопросы истории Грузии в армянской историографии». Тбилиси, 2009. С. 431–444). В полном перечне терминов, приведенных и проанализированных в указанных работах Е. Цагарейшвили и обозначавших в армянских источниках Грузию и грузин, нет названий Гугарк и гугары. Странно, что Д.Л. Мусхелишвили не обратил на это внимание.


Так этих названий и не должно быть там, потому что статьи Елены Цагарейшвили посвящены разбору терминов «враци азгав» («нация ивер»), «кавкедонак» («халкидонит») и «еркабнак» («диофизит»), а также терминам, какими армяне обозначали грузин в целом.

Что касается гугар, то я не вижу где бы Давид Мусхелишвили выдвигал тезис об обозначении грузин (в целом) словом «гугараци». По мнению Мусхелишвили, как я его понимаю, гугары в целом грузины, но грузины в целом не гугары. Или так: всякий гугар врац, но не всякий врац гугар.

Короче говоря, это армянское название этнической группы из Нижней Картли грузинского происхождения, у грузин известной как сомхитары, а не название грузинской нации, и потому в указанных статьях Цагарейшвили, термину «гугарац» не могло быть найдено места, поскольку те статьи были посвящены иной теме.

В конце концов, месхов и джавахов в этом «полном перечне» армянских названий грузин, в статье тоже нет, хотя как минимум у Асохика (Степанос Таронеци) есть упоминания об этих двух грузинских народностях, и что, ведь мы теперь не станем думать, будто Мусхелишвили и Цагарейшвили не считают месхов и джавахов грузинами.

Не говоря уже об игнорировании ими Ашхарацуйц, с его обилием наименований картвельских народностей, как северо-восточных, так и северо-западных. Еще раз, тема исследования была иной.

0

44

С сожалением приходиться заметить, что в качестве примера вольного обращения с первоисточниками и произвольного истолкования содержащих в них сведений, непозволительного для исследователей, служит использование историками Д. Мусхелишвили и Б. Арвеладзе сообщения о Гугарке Фавста Бузанда. Так, для доказательства тезиса о тождественности гугаров и грузин (иверов) армянских источников названные ученые приводят отрывок из сообщении Фавста Бузанда о военных действиях армянского военачальника Мушега Мамиконяна, происходивших в 70-х гг. IV в.: «Мушег пошел в поход против грузинского царя... нанес ему поражение и покорил всю страну грузин. Взял в плен питиахша Гугарка, который ранее был подвластен армянскому царю, и отрубил ему голову... занял земли до старой границы между Арменией и Грузией, то есть до великой реки Куры» (Мусхелишвили Д., Арвеладзе Б. История требует объективности // Некоторые вопросы истории Грузии в армянской историографии. Тбилиси, 2009. С. 123–124). Из приведенного в таком изложении Д. Мусхелишвили и Б. Арвеладзе текста Фавста Бузанда у читателя действительно складывается впечатление, что грузинский (иберийский) царь и питиашх (бдешх) Гугарка – одно и то же лицо. А теперь приведем текст Фавста Бузанда полностью: «…Потом спарапет Мушег пошел на грузинского [иберийского] царя, жестоко притеснил и разгромил его, покорил всю страну грузин, предал мечу всех азатов и все нахарарские роды, которых нашел. В Грузинской стране спарапет Мушег приказал распять на кресте Парнавазеана, а бдэшха Гугарка, который ранее был подвластен армянскому царю и под конец восставшего, схватил и обезглавил… Заняв территорию до старой границы, которая была между Арменией и Грузией, то есть до великой реки Куры, вернулся оттуда» (Фавст Бузанд. IV, 15) (выделено мной – Г.Г.). Как видно, у Фавста Бузанда речь идет о двух лицах – о грузинском (иберском) царе из рода Парнавазианов, которого армянский военачальник Мушег Мамиконян распял, и о бдешхе страны Гугарк, подчинявшемся армянскому царю, но восставшем и перешедшем на сторону грузинского царя, а потому схваченным и обезглавленным. Страна же Гугарк вновь вернулась в состав Армении, и граница между Арменией и Грузией была восстановлена по реке Куре. Думается, что комментарии тут излишни.


Уж кто бы говорил, кто бы грустно пел о «вольном обращении с первоисточниками и произвольном истолкования содержащих в них сведений», только не тот, чья добрая половина книги представляет собой эпическую сагу из вольных и произвольных толкований, притягиваний за уши и вырываний из контекстов, и наконец откровенных подлогов.

Далее, не надо наговарить, нет такого у Мусхелишвили и Бондо Арвеладзе. Их работа «История требует объективности» посвящена не поиску «доказательства тезиса о тождественности гугаров и грузин (иверов) армянских источников», но обзору претензий армянских и татарских историков относительно восточной и юго-восточной границы Иберии.

Как аргумент, приведу тот отрывок: Фавстос Бузанд рассказывает, что к середине IV века «питиахш Гугарка» (правитель Квемо Картли) восстал против армянского царя, и, надо полагать, присоединился к Картлийскому царству. И действительно, первого грузинского христианского царя Мириана, который правил в 30-60-е годы IV века, Мовсес Хоренаци называет «предводителем иберов и питиахшем Гугарка». Стало быть, к тому времени Квемо Картли была частью Иберии. По другому свидетельству Фавстоса Бузанда, в 70-е годы IV века армянский военачальник «Мушег пошел в поход против иберийского царя... нанес ему поражение и покорил всю страну иберов. Взяв в плен питиахша Гугарка, который ранее был подвластен армянскому царю, и отрубил ему голову... занял земли до старой границы между Арменией и Грузией, то есть до великой реки Куры». Если это сведение хоть в какой-то мере соответствует действительности, то покорение Гугарка армянским царем было временным: в 387 году, как известно, эта провинция вновь и окончательно отошла к Картлийскому (Иберийскому) царству.

Как видим, Мусхелишвили и Арвеладзе даже и не намереваются убедить читателя в том, что в этой истории со вторжением Мушеха Мамиконяна, гугарский бдешх и иверский царь у Фавстоса Бузанда выступают как одно и то же лицо. Одним и тем же лицом он, по их мнению, выступает у Мовсеса Хоренаци, в описании периода правления царя Мириана.

И тут они правы, если конечно толковать текст Хоренаци буквально. Хотя не могу с ними согласиться, так как не забываю собственного тезиса о двойственном и даже тройственном значении термина бидахш.

Итак, намерение у них было иное, а именно, показать, на основе косвенных указаний Фавстоса, что отделившийся от Армении гугарский бдешх, скорей всего присоединился тогда к Иверии, так как позже, когда Мушех взялся возвращать под власть армянского царя всех сепаратистов, включая и гугарских, вторгся именно в Иверское царство.

Непонятно, где здесь можно было усмотреть подвох с их стороны, разве только лишь для того, чтобы с мнимо победоносным тоном заключить: «комментарии тут излишни».

0

45

Теперь попробую дать собственный краткий обзор по тому региону, что известен в армянской историографии как Гугарк.

В VI-IV веках земли собственно грузин делились на две половины. Одна, в бассейнах рек Лиахвы, Арагвы, Иори, Алазани, представляла собою половину, свободную от Ахеменидов.

Другая, в долине Чороха, в верховье Куры, а также в бассейнах Алгеты, Храма, Дзорагета, Дебеды, представляла собою половину, подвластную Ахеменидам. Земли этой половины, известной как Ариан Картли, или Персогрузия, были распределены между тремя ахеменидскими сатрапиями, что можно выяснить из труда Геродота.

Чорохская долина, под названием Страна саспир, входила в 19-ю сатрапию; верховье Куры, под названием Страны мосхов, входило в 18-ю сатрапию; а среднее течение Куры, по обеим берегам, как Страна утиев, входило в 13-ю сатрапию.

Замечу, что в каждую из трех этих сатрапий, помимо упомянутых (Саспирской, Мосхийской, Утийской), входили и другие, и во всех случаях этнически разнородные. Такая политика административного разделения родственных этносов, видимо отвечала интересам Ахеменидов.

Если саспиры и мосхи безусловно грузины, то утии, далекие предки современных удин, это не грузинский этнос. Но Страна утиев в ахеменидской сатрапии, в свою очередь включала в себя два грузинских края (правобережье), помимо собственно удинских областей (левобережье), в «шахматном» порядке смешанных с областями поселившихся здесь скифов, известных под двумя именами, как саки и как массагеты.

При чем, область распространения скифов охватывала и свободную половину Грузии, что выше по Куре, где они также были перемешаны с грузинами, как здесь с удинами. Никаких вайнахов, нигде поблизости, разумеется не было и быть не могло. Но вернемся к тем двум грузинским краям, что входили в состав Ути, в свою очередь входящей в ахеменидскую сатрапию.

Если вооружиться современной топонимикой, то внешние границы этих краев следует описать так. На севере горы Триалети, а на востоке река Кура. Южная граница по впадающей в Куру реке Акстафе, а затем по Гугарскому и Базумскому хребтам. Западная границам по Кечутскому и Самсарскому хребтам.

Это и есть историческая Квемо Картли, Нижняя Грузия, довольно обширное пространство, охватывающее территории современных Грузии, Армении и Атропатены. Если посередине этого пространства провести с севера на юг черту, то она послужит внутренней границей между указанными грузинскими краями.

Их названия и границы известны из мровелианской географии, это Гачиани и Гардабани, где, последняя охватывала пространство от Куры до той самой "черты", а пространство от "черты" и на запад к джавахским горам, охватывала Гачиани. Значит, первоначально, Квемо Картли подразделялась на два субрегиона, на Гачиани и Гардабани.

Если по восточной (Кура), северной (Триалети) и западной (Джавахети) границам все четко и неизменно, то с южной границей немного непонятно. Возможно, что изначально это была река Шамкирчай (древ. Шамхор) и хребет Шахдаг, то есть гораздо южнее. Но несомненно, что удины быстро потеснили здесь грузин, и новая этническая граница установилась на Акстафачай (древ. Агстев).

Данная река возможно соответствует мровелианской Бердудже, пограничной грузинской реке. Хотя возможно, что Бердуджой первоначально называлась река Шамхор, но со сдвигом этнической границы к Агстеву, и поскольку пограничной рекой по привычке считалась Бердуджа, название Бердуджи с Шамхора было перенесено на Агстев.

Значит, в этот ахеменидский период, грузины потеряли участок от Шамхора до Агстева, и участок этот, освоенный удинами, в дальнейшем станет известен как Гардман, что этимологически справедливо связывают с Гардабани.

С III века, когда к тому времени Ахеменидская держава распалась и ее сатрапии перестали существовать, а грузины создали собственное государство, то почти все разрозненные земли, то есть собственно Картли, Эгриси-Колхида и Ариан-Картли, в свою очередь разделенная по трем сатрапиям, оказались едином царстве, за исключением Эрети.

Первый царь Картли Фарнаваз, разделил страну на восемь эриставств и одно спаспетство. На землях Нижней Картли было создано два эриставства, Хунанское и Самшвилдское. Самшвилдское охватывало север и северо-восток, запад и юго-запад, а значительно меньшее по размеру, Хунанское эриставство, занимало лишь юго-восток нашего пространства.

В II веке, Армения отняла у Грузии пять эриставств, включая и Хунани с Самшвилде, хотя хроника Мровели обо всем этом молчит. На землях этих пяти эриставств, армянский царь, предварительно упразднив их, провел новое, собственное административно-территориальное деление, и часть их свел в единый субъект, бдешхство, названный Гугарком, по армянскому названию местности в Гардабани, или, возможно, армянского названия всего Гардабани.

В I веке нашей эры, большая часть территории Гугарского бдешхства была возвращена грузинам римским императором Нероном. От бдешхства с той поры осталась лишь южные половины Гачиани и Гардабани, то есть, Хунанское эриставство целиком, и наверно треть от эриставства Самшвилде, известное как Ташир. В конце IV века и эти оставшиеся участки вернутся в Грузию, где получат название Сомхити.

Зато земли между реками Агстев и Шамхор, в скором времени превратятся в независимое и довольно крепкое княжество Гардман, многонациональное по составу (удины, армяне, персы). По этой причине, иногда возникает путаница, когда этот раннесредневековый Гардман принимают за грузинский Гардабани.

Теперь еще немного соображений относительно термина гугары у армян, ибо это, еще раз подчеркну, термин сугубо армянский. Ясно, что Гугарские горы были так названы в честь условной границы, за которой начиналась земля гугар. В этих же горах берет свой исток и река Агстев, ставшая границей как раз ко времени, когда сюда распространится власть армянских Арташесидов.

Иными словами, когда более древняя граница пролегала по Шамхору и Шахдагу (и наверно Памбаку), армян здесь еще не было, и к моменту их прихода, граница уже была сдвинута к северу, к Агстеву и тому хребту, какой армяне обозначат как Гугарац, потому что за тем хребтом начинался край пещерных жилищ, чьих обитателей армяне и называли гугарами-троглодитами.

Я полагаю, с самого начала этой Троглодитией армяне считали участок между реками Дебедой, впадающей в Храм, в свою очередь впадающий в Куру; и так до устья Акстафы; ну а с юга, его, само собой, закрывали те самые, Гугарские горы.

Впрочем, возможно я немного ошибаюсь, и Гугарские горы не прикрывали этот регион с юга, но находились в самом его центре, тогда как с юга он был прикрыт секцией Памбакского хребта, где возвышается гора Теж.

С грузинского обзора, этот первоначальный Гугарк являлся половиной Гардабани. Но Гардабани, как и к примеру Камбечани, никогда не обладал административным статусом. В отличии от Хунанского эриставства. И вот Хунанское эриставство как раз аккурат ложится в границы того первоначального армянского Гугарка.

Но зато уже с армянского обзора, административным статусом не обладал этот первоначальный Гугарк. Его территория состояла из трех уездов, это Дзор, Кохб, Цоб. Вместо этого, армяне обозначили Гугарком куда более значительный и обширный субъект, бдешхство.

Вот с того времени, я думаю, этот первоначальный Гугарк, равный Хунанскому эриставству, затерялся в истории. С той поры, Гугарк у армян, это в первую очередь Гугарское бдешхство, а во вторую, вся Нижняя Картли. Гугарское бдешхство и Нижняя Картли сначала друг другу не соответствовали, так как в бдешхство входили еще и Кларджети, Артаани, Джавахети, Абоци.

Но после первого века, от бдешхства осталась только Нижняя Картли, да и та, не целиком, но без Триалети. И это значит, что бдешхство уже не выходило за границы Нижней Картли, и потому, Нижняя Картли у армян стала равнозначна Гугарку.

Итого, первоначально, Гугарк у армян лишь одна из местностей Нижней Картли. Но впоследствии, это название у них распространяется на всю Нижнюю Картли. И соответственно, гугары, это сперва троглодиты первоначального Гугарка, а после, грузины из Нижней Картли.

Да, мой оппонент глубоко заблуждается, когда причисляет гугар к нахскому этносу. Нет, они принадлежали к этносу картвельскому, и для доказательства этого, пущу в ход последний аргумент, тяжелую кавалерию, в виде лапидарных надписей на храмах того края (Квемо Картли), где в это время, согласно армянским источникам, обитали гугары.

Хорошая работа в этом плане проведена в высшей степени беспристрастным, замечательным исследователем-любителем, Алексеем Мухрановым. Вот что он пишет:

Болнисский Сион. Один из четырех или пяти построенных в Грузии Сионских храмов, при этом болнисский – хронологически самый первый и с него начинается история храмовой архитектуры Грузии. Это вообще первое сохранившееся архитектурное сооружение в Грузии, самый первый храм, на стене которого находится самая первая надпись на грузинском языке. Храм довольно прост, почти примитивен, но с него все началось, тем он и ценен. Болниский Сион - памятник эпохе, которая называется "начало грузинской культуры" (V-VI века). Это первая архитектура, первая надпись, через несколько лет - первый литературный текст. Если что-то было и раньше, то оно не сохранилось и для науки как бы не существует.

Самшвилдский Сион. Интересный, но плохо сохранившийся архитектурный памятник. Это редчайший случай храма VIII века и при этом он самый большой для своего времени. От храма сохранилось восточная стена с апсидами и надпись на её внешней стороне, что особенно ценно. С восточной стороны на стене имеется надпись шрифтом асомтаврули.

Акауртский Сион. В селе Акаурта находится храм, который иногда называют Акауртинский Сион. Датирован V-VI веком, из чего следует, что это один из первых храмов в Грузии вообще, опасный конкурент Болнисскому Сиону. Выглядит как скромная зальная церковь с граненой апсидой. На храме была найдена надпись шрифтом асомтаврули, всего 14 букв. Но это, опять же, одна из самых старых сохранившихся надписей.

В это самое время, на территории, где, по мнению армян, живут гугары, строятся грузинские храмы. Кем еще, кроме как грузинами, должны быть гугары, построившие грузинские храмы?

Мнение Драсханакертци, четко отделяющего гугар от ивер, здесь не годится в качестве аргумента отсутствия родства гугар с грузинами, так как, если на то пошло, он и егер отделяет от ивер, но мы-то прекрасно знаем, что егеры и иверы одна этническая семья.

Я видел у разных армянских летописцев отрывки, где они употребляли термины «сюнийцы», «ширакцы», «васпураканцы» и т.п. По логике нашего автора, их следует с этой поры считать отдельными от армян этносами.

У того же Драсханакертци, есть места, где ту или иную армянскую область, он перечисляет в одной строке с собственно Арменией. Нам теперь надо думать, что он не признавал ту область частью Армении? Нет конечно.

Вот поэтому, отделение Гугарка от Вирка у ряда армянских летописцев, не свидетельтвует еще о взаимной чужеродности ивер и гугар.

0

46

Субъекты Кавказского кустака согласно франкоязычной версии Ашхарацуйц: Kousti Kapkoh, cesta-a-dire le cote du Caucase, ou sont treize pays: Aderbadagan, Armen, Vardgian, Rhan, Balasagan, Sisaganare, Ghelan, Schandjan, les Difoums, Dembavend, Tapsdan, Rouan, Amel, dont nous allons parler.
Предположительно, это деление с конца IV по начало VII веков.
А вот субъекты Иверии в расширенной версии Ашхарацуйц: Тайк, Клардж, Шавшет, Артаган, Ког, Джавах, Самцхе, Горротисхев, Тунисхев, Декицхе, Манглеацпор, Богнопор, Парвар, Тпхис, Тар, Аргвет, Дван, Ачеветисхев, Кордитирикосхев, Сацхумет, Харрнисхев, Цхрасдзма, Арагвет, Ахалцихе, Мцхита, Цопопор, Когбопор, Дзоропор, Хнаракерт, Тррехк, Ташир, Ганкарк, Хвет, Херк, Ерцвой, Тианет, Цобенор.
Опять же, не совсем понятно, какой век, хотя ясно, что после IV века. Может царство (V-VI вв.), или марзпанство (VI-VII вв.).

0

47

Так вот, где-то в каком-то историческом грузинском документе, я правда не могу определить в каком и где, описывающем ситуацию в связи с образованием кустака Капкох, автор вероятно обнаружил фразу о подчинении Армении, Албании и Иверии питиахшу Персии. С ловкостью бывалого напёрсточника вырвав из контекста Иверию и ее подчинение питиахшу, автор и выстроил свою очередную дутую концепцию, где питиахш Капкоха был превращен в гугарского бдешха. Персы парфянский термин бдеашх/питиахш игнорировали, и сасанидский наместник кустака не мог носить такой титул. Об этом однако, не ведал грузинский летописец, да его это и не заботило. Он лишь стремился передать свою мысль, что армянский, албанский и иверийский цари оказались тогда под администрацией сасанидского наместника, и подобрал для его характеристики подобающий, как ему казалось, термин, питиахш. Мог бы назвать эриставом, но на радость кое-кому, назвал питиахшем. В других грузинских документах, этот сановник, управляющий кустаком, назван эриставом. Вот что на мой взгляд послужило источником для фальсификации. Этим объясняется и отсутствие прямой ссылки, чтобы не было видно, что речь шла не об одной Иверии, но обо всем регионе, ведь так любой бы догадался, что этот питиахш не может быть тем бдешхом Гугарка.


Нашел: И тогда Крам Хуар Бор Зад, питиахш персидского царя, вступил в город Тбилиси — в крепость, и Грузия стала его данником, и [также] Армения, и Сивниети, и Гуаспураган. ("Обращение Грузии")

0


Вы здесь » Форум историка-любителя » Основной форум » «Нахи», Г.Дж.Гумба. Четвертая часть Пятой главы (гугары)