Форум историка-любителя

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Форум историка-любителя » Основной форум » «Нахи», Г.Дж.Гумба. Первая часть Третьей главы (кавказские хоны)


«Нахи», Г.Дж.Гумба. Первая часть Третьей главы (кавказские хоны)

Сообщений 1 страница 30 из 50

1

Глава IIІ КАВКАЗСКИЕ ХОНЫ И ЦАНАРЫ 1. Кавказские хоны Согласно грузинской исторической хронике «Мокцевай Картлисай» («Обра- щение Грузии1 »), первоначально на территории Картли проживали бунтурки и прибывшие с юга племена хонов, и лишь затем, после похода Александра Маке- донского (конец IV – начало III в. до н. э.), сюда переселились грузинские (карт- вельские) племена2 . Среди племен Центрального Кавказа хонов упоминают так- же и древнеармянские авторы. 1 «Обращения Грузии» («Мокцевай Картлисай») специалисты относят к V в., а в VII и IХ вв. сочинение было подвергнуто редактированию. В научной литературе высказано мнение, что одним из источников, использованных при написании данной хроники, воз- можно, был письменный памятник начала III в. до н. э. (см.: Обращение Грузии. С. 14–19; Меликишвили Г.А. К истории древней Грузии. С. 23–28). 2 «Когда царь Александр обратил в бегство потомков Лота и оттеснил их в полуноч- ную страну, тогда [он] впервые увидел свирепые племена бунтурков, живших по течению Куры в четырех городах с их предместьями. [Это были]: город Саркине, [город] Каспи, [город] Урбниси и [город] Одзрахе и крепости их: большая крепость Саркине, правитель- ские крепости Каспи, Урбниси, Одзрахе. Удивился Александр и разузнал, что были они потомками иевусеев. Ели все живое и не было у них могил – мертвых пожирали. Будучи [тогда] не в силах бороться с ними, царь удалился. В то время пришли выселенные халдейцами воинственные племена хоннов. Они ис- просили у владыки бунтурков место, под [условием платить] дань, и поселились в Занави. И владели они им [местом], за которое платили подать, поэтому называется он Херки. Спустя некоторое время прибыл Александр, царь всей земли, разрушил эти три города и крепости и поразил хоннов оружием. А с городом Саркине воевал одиннадцать месяцев; рас- положился с западной стороны, насадил виноградник, провел оросительный канал из Ксани и у истока канала поставил людей смотреть [за каналом]; от «стаги» канала это место называет- ся Настагиси. Потом взял Александр Саркине: сами [бунтурки, хонны] оставили и удалились. И держал при себе царь Александр сына царя Арриан-Картли Азо, и дал ему в рези- денцию Мцхета, и назначил ему границами Эрети, Эгрисцкали, Сомхитию и Црольскую гору, и ушел. А этот Азо отправился в Арриан-Картли, к отцу своему, привел [оттуда] восемь домов и десять домов сородичей [своих] и поселился в древней Мцхета, имея при себе богами идолов – Гаци и Гаим. И этот Азо, сын царя Ариан-Картли, был первым царем в Мцхета, и умер он. И после него царем стал Парнабаз. Он воздвиг большой идол на выступе [горы] и дал ему имя Армаз, и обвел [идол] стеной со стороны реки, и называется [это место] Армаз» (Обращение Грузии. С. 23). Кавказские хоны 125 Однако сведениям древнегрузинских и древнеармянских источников о бун- турках и хонах как о древнейшем населении Картли в исследовательской литера- туре до сих пор не уделено должного внимания. Традиционно хонов Леонти Мро- вели и древнеармянских историков современные исследователи отождествляют с тюркоязычными гуннами (хуннами3 ). Известно, что тюркоязычные гунны втор- глись в степи Восточной Европы в 70-е гг. IV в. н. э., и примерно тогда же они появились и на Северном Кавказе4 . С того времени упоминания о северокавказ- ских гуннах появляются в трудах многих восточных и западных историографов, в связи с чем информацию о проживании хонов в Картли в I тыс. до н. э., содер- жащуюся в древнегрузинских и древнеармянских источниках, некоторые ученые считают анахронизмом, а факт проникновения в эти источники термина хон отра- жением периода господства тюркоязычных гуннов на Северо-восточном Кавказе в V–VI вв. н. э.5 Более того, сведения «Обращения Грузии» о хонах (и бунтурках), предшественниках грузинским племенам в Картли, некоторые ученые вообще считают «сказочным и неправдоподобным6 ». Однако, как справедливо отмечает исследователь и издатель «Обращения Грузии» М.С. Чхартишвили, «нет никаких оснований приписывать автору «Обращения Грузии» такую грубую ошибку. На современном этапе исследования вопрос об идентификации данного этнонима (хон. – Г.Г.), видимо, во избежание ошибок, лучше оставить открытым7 ». Вместе с тем, реальность существования хонов на древнем Кавказе до прихода сюда тюркоязычных хуннов (гуннов) не ставили под сомнение такие видные кав- казоведы, как И.А. Орбели, Г.А. Меликишвили, С.Т. Еремян, К.В. Тревер, Е. Моор, Н.Г. Волкова8 . Г.А. Меликишвили, в частности, допускал, что сведения древнегру- зинской исторической литературы о бунтурках и хонах, как о древнейшем населе- нии Картли, могут соответствовать действительности и являются отзвуком каких- то древних преданий. Этническое происхождение хонов и бунтурков он связывал 3 К вопросу о бунтурках мы возвратимся в соответствующем месте ниже. 4 Гунны считаются выходцами из Азии, из районов, расположенных к северу и северо- западу от Китая. Это было азиатское кочевое племя, о чем говорят образ жизни и облик его представителей, известные из описаний современников. Во внешности гуннов явно просматриваются черты монголоидной примеси: малорослые, сухопарые, безбородые, «с дырами вместо глаз» (Иордан. О происхождении и деяниях гетов (Getica). СПб., 1997. С. 84–85). На Кавказ гунны пришли в 60–70 гг. IV в., а уже в конце того же в. они про- рвались через Дербент на Южный Кавказ и, сметая все на своем пути, дошли до Сирии. 5 Артамонов М.И. История хазар. Л., 1962. С. 52; Гадло А.В. Этническая история Се- верного Кавказа... С. 31 и др. 6 Гвасалия Д.Г. Историческая география Восточной Грузии. Тбилиси, 1991. С. 155. 7 Обращение Грузии. С. 60. Комм. 8. 8 Орбели И.А. Город близнецов Διοζκουρας и племя возничих Ήνιοχι. Избранные тру- ды. Ереван, 1963. С. 510; Меликишвили Г.А. К истории древней Грузии... С. 37; Еремян С.Т. Опыт восстановления… С. 269; Тревер К.Н. Очерки по истории и культуре Кав- казской Албании. Л., 1959. С. 192–193; Moor E. Zur Herkunft der Hunnn mit besnderer Berucksichtigung jhres Namenmaferials – «Beitrage zur Namenforschung». Heidelberg, 1963, 93; Волкова Н. Г. Этнонимы и племенные названия Северного Кавказа... С. 128–130. 126 Глава III. Кавказские хоны и цанары с северокавказскими племенами и писал о них как о «воинственном населении северного происхождения9 ». Н.Г. Волкова, например, кавказских хонов напрямую относила к протонахским племенам10. Вышеназванные ученые высказали свои суждения без серьезного обоснования и подробного источниковедческого анализа, однако детальный анализ данных, содержащихся в первоисточниках, показывает, что мнения известных специалистов-кавказоведов не только не лишены основания, но, как увидим ниже, получают реальное подтверждение. В «Ашхарацуйце», например, хоны упомянуты дважды – среди племен, бес- спорно кавказского происхождения, проживавших в центральных районах Кавка- за, так и среди племен, обосновавшихся на северо-западном берегу Каспийского моря, в Дагестане (Хонское царство): «В тех же [Кавказских] горах живут Ардо- зы, а по эту сторону от них – Дачаны, Цихоимы, Дуалы, Цыхои, Пурки, Хоны, Цанары, у которых находится Аланские ворота, как и другие ворота, называемые Цикен, по имени проживающего там племени Цикен, затем туши… Маскуты про- живают в долине Варданеан вплоть до Каспийского моря, куда доходят отроги Кавказского хребта, где находится стена Дербента… К северу от него (Дербент- ские ворота – Г.Г.) у самого моря [находится] царство Хонов от самого моря к западу от него по Кавказским горам; там же Хонам принадлежит город Варачан, а также Чундар и Смындыр» (выделено мной. – Г.Г.11) Здесь следует обратить внимание на одну очень важную деталь: если название Гуннского царства в Прикаспии во всех рукописях «Ашхарацуйца» передается в форме х̔он (hon, հոն), то для обозначения хонов Центрального Кавказа в древ- нейших рукописях, в том числе и в лучше всего сохранившемся списке (№ 582), используется форма хон (xon, խոն12). Данный факт не позволяет считать сообще- ния «Ашхарацуйца» о хонах Центрального Кавказа и Прикаспия ни результатом 9 Меликишвили Г.А. Указ. соч. С. 37. 10 Волкова Н.Г. Этнонимы и племенные названия Северного Кавказа... С. 128, 130. Вместе с тем, К.В. Тревер и Н.Г.Волкова, предполагая, что с тюркоязычными гуннами албанцы и армяне вплотную столкнулись лишь в VI в., к кавказским племенам относят и гуннов, упоминаемых в древнеармянских источниках в Северо-западном Прикаспии, севернее Дербенда (в частности, страна хонов Елише). Однако с этим трудно согласить- ся, поскольку археологические памятники и письменные источники (Приск Панийский, Аммиан Марцеллин) указывают на присутствие тюркоязычных гуннов в этих местах уже с конца IV в. н. э. Некоторые исследователи к тюркским гуннам относят также упомина- емых Дионисием Периегетом в Северо-западном Прикаспии во II в. н. э. туннов//уннов, что, конечно, не исключено, но пока не подтверждено какими-либо материалами, а по- тому трудно доказуемо. 11 Ашхарацуйц. С. 27. «...Եւ ‘ի նոյն լերինն՝ յետ Արդոզեան ազգին բնակեն Դաջանք, Դուալք, Ծըխոյք, Փուրքա, Խոնք, Ծանարքայ, յորում Ալանաց դուռն. Եւ միւս դուռն որ ասի Ծեքեն, համանուն ազգի. Եւ ապա Թուժք... Մասքութան ազգն բնակեալ են, ՝ի Վարդանայ դաշտին, մինչեւ ցԿասպից ծովն, յոր բազուկն Կաւկասայ հպի, յորմե ածեալ է զպարիսպն Դարբանդայ... Իսկ ի հիւսիսոյ նորա Թագաւորութիւն Հոնաց հուպ ի ծով. Եւ ՝ի մտից նորա առ Կաւկասով Վարաջան քաղաք նոցին Հոնաց եւ Չունդարս եւ :» 12 Матенадаран. Институт древних рукописей им. Месропа Маштоца. Рук. №№ 582, 784, 1717, 1883, 1898. Кавказские хоны 127 наслоения разновременных сведений об одном и том же племени, ни случайными повторениями и свидетельствует о том, что армянскому географу были извест- ны на Кавказе два этнически различных племени, которые он называет разными именами – хон (խոն), проживавшие на Центральном Кавказе, и hon (hон, Հոն) – Гуннское царство), населявших северо-западное побережье Каспийского моря. В Северо-Западном Прикаспии в VI–VII в. н. э. тюркоязычными гуннами-са- вирами было образовано на местной, дагестанской, этнокультурной основе гунн- ское царство Сувар. В арабских источниках это царство упоминается под назва- нием Джидан, а в армянских – в данном случае в «Ашхарацуйце» – как hонское царство. Что же касается хонов Центрального Кавказа, то, по «Ашхарацуйцу», они за- нимали территорию с обеих сторон от Главного Кавказского хребта, к востоку от мест проживания дуалов. Историчность кавказских хонов подтверждается тем, что имя этого народа сохранилось до наших дней в топонимах и гидронимах на южной и северной стороне Главного Кавказа, к востоку от Дарьяла (местность Хоной на берегу реки Армхой, притока Терека; местность Хоне в верховьях реки Арагви; гора Хон и местность Хонис-чали в Хевсуретии; также тушины назы- вают именем Хон верховье реки Чанты-Аргун13). Факт проживания в этих ме- стах хонов засвидетельствован и грузинским письменным источником XIII в.: хоны (хунаги) названы при перечислении народов вайнахского происхождения («кисты, хунаги, тушины14»). В слове хунаги – хун-(а)ги, компонент ги является вайнахским послелогом. Несомненно, и в армянском, и в грузинском источнике речь идет об одном и том же народе – хонах. Примечательно, что в грузинском документе хоны названы между кистинами и тушинами, что совпадает с локали- зацией хонов по «Ашхарацуйцу». Кавказских хонов армянского и грузинского источников следует связывать, скорее всего, с многочисленной ингушской родоплеменной группой хоной (хон- ой), проживавшей еще до недавнего времени в верховьях реки Армхи, где и сохранился топоним Хоной. В пользу правомерности связи хонов древних ру- кописей именно с ингушскими хонами (хоной) свидетельствует также и то обсто- ятельство, что, согласно преданиям, главное святилище ингушей (до принятия ислама) находилось на горе Хона в Хевсуретии, а сами хевсуры в прошлом слави- лись среди ингушей как знатоки обычного права15. У вайнахов такое чаще всего происходит в случаях, «когда территория, на которой живут почитаемые «право- веды», осознается самим населением в качестве своей древнейшей прародины, так сказать «земли предков16». 13 Klaproth J. Beschreibung des ostliechen Kaukasus zwischen den Flussen Terek, Aragwi, Kur und dem Kaspischen Meere. «Bibliothek der neusten und wichtigsten Reise beschreibungen». Bd 50, Weimar, 1814; Волкова Н.Г. Указ. соч. С. 65; Гумба Г.Д. Цанары по «Ашхарацуйцу»... С. 37–40. 14 Государственный музей Грузии. Л. 10-В-II ХIII в. 15 Семенов Л.П. К вопросу о культурных связях Грузии и народов Северного Кавказа. МИА, 1951. № 23. С. 123; Кобычев В.П. Историческая интерпретация… С. 178–179. 16 Кобычев В.П. Историческая интерпретация… С. 179. 128 Глава III. Кавказские хоны и цанары Таким образом, сведения письменных источников о хонах в центральных рай- онах Кавказа подтверждаются сохранившейся в этих местах топонимией, а также фактом существования нахской родоплеменной группы хоной, которую не следу- ет путать с пришлыми тюркоязычными гуннами Западного Прикаспия. Помимо «Ашхарацуйца», на различия между кавказскими хонами и тюркоя- зычными гуннами (hуннами) указывают и другие армянские источники, что еще в 1911 г. отметил И.А. Орбели17. Исключительный интерес в этой связи пред- ставляют сведения древнеармянского автора Агатангелоса. В греческой версии «Истории Армении» Агатангелоса говорится, что в начале IV в. Григорий Про- светитель и царь Армении Трдат III (287–330) распространили христианство в Восточном Закавказье «до границ Масаха-хунов, до Каспийских ворот и той части, где сторона алан» (ἒως όίων Μασαχού τών Οϋννων18). В сохранившихся армянских текстах Агатангелоса границы распространения христианства очер- чиваются «от города саталийцев до края Халтик, до Кларджка, до самых преде- лов маскутов, до Аланских ворот, до пределов Каспия, города Пайтакарана в царстве Армянском19». В критическом издании Агатангелоса 1909 г. читаем: «…До самых пределов маскутов, до врат Аланских, до врат Каспийских…20». Как видно, и в армянской, и в греческой версии «Истории Армении» налицо разночтение и путаница. Во всех известных рукописях, за исключением двух греческих, в которых написано «до границ Масаха-хунов», присутствует фраза «до ворот Аланских21», а в рукописях второй, древнейшей, группы списков до- кумента, в том числе и в вышеотмеченных двух греческих, указано: «до ворот Каспийских» (Дербентский проход22). Отсюда, с уверенностью можно сделать вывод, что в оригинале «Истории» Агатангелоса в интересующем нас фрагмен- те присутствовали обе фразы – и «до ворот Аланских», и «до ворот Каспий- ских23». Относительно масахов и хунов (масаха-хуну) греческой версии «Истории Ар- мении», то нельзя согласиться с тем, что они соответствуют маскутам армянской версии, как это предлагает А.В. Гадло24, поскольку греческая версия одновремен- но упоминает как маскутов, так и масаха-хунов, не смешивая их (τών Μασαχού 17 Орбели И.А. Город близнецов… С. 510. 18 Agathange Historie de regne de Tiridate et de la predication de saint Gregoire JJ lluminateur, Langlois - FHG, Paris, 1870, 180 (далее Agathange Historie, 1870); См. также: La version grecgue ancienne du livre armenien d’Agathange edition critigue, par Guay Lafontaine, Institut Orientaliste, Louvain-la-neue, 1973. 19 Агатангелос. С. 842. 20 Агатангелос. С. 95. 21 Agathange Historie, 1870. 180. См. подстрочники: греческий текст – ch. ХIII, § 153; армянский текст – ch. III, CХХ, § 153). 22 Там же см. подстрочники. 23 Подробный сопоставительный анализ сообщений армянских источников о пределах распространения христианства Григорием Просветителем см.: Акопян А.А. Албания- Алуанк… С. 54–55, 124–125. 24 Гадло А.В. Этническая история Северного Кавказа… С. 32–33. Кавказские хоны 129 τών Οϋνων; τών Μασσαγέται25). К тому же если предположить, что в термине ма- саха-хуну отражены маскуты и тюркские хунны (гуннское царство), как это ино- гда представляется в литературе, то данные Агатангелоса вообще теряют смысл, потому что, как известно, царство гуннов было расположено севернее Каспий- ских (Дербентских) ворот, а Маскутк − на юге от этих ворот, и Каспийские ворота являлись границей между ними. В таком случае становится непонятно, как дале- ко было распространено христианство − до границ маскутов или до Каспийских ворот. Если же взять за основу те группы списков «Истории Армении», в которых говорится, что христианство было распространено «до пределов каспов, города Пайтакарана», то и тогда возникает вопросов гораздо больше, чем ответов. Стра- на каспов располагалась на берегу Каспийского моря, возле устья реки Куры, и здесь же, на берегу моря, недалеко от устья Куры локализуется город Пайтакаран, а значит, у Агатангелоса не было необходимости указывать в качестве пределов распространения христианства два ориентира, находившиеся на одной географи- ческой линии, – страну каспов и город Пайтакаран. Кроме того, следует иметь в виду, что в первой половине IV в. Маскутское царство включало в себя всю историческую Албанию, занимавшую левобережье реки Куры. Потому армянские раннесредневековые авторы при описании собы- тий данного периода термин маскутк (Маскутское царство) используют также и для обозначения Албании26. Так, например, Фавст Бузанд пишет, что Албания на- ходится «в пределах маскутских», а в рассказе о нападении маскутского царя Са- несана на Армению (335 г.) сообщает, что «он перешел свою границу, большую реку Куру, и наводнил армянскую страну27». Термин маскут (Маскутский край) для обозначения исторической Албании употребляет также и Агатангелос, напри- мер, правителя (бдешха) граничащей с Албанией восточной провинции Армении именует бдешхом земли, «пограничной с Маскутским краем28». Таким образом, слова о том, что христианство было распространено «до границ маскутов», могли быть восприняты как «до границ Албании», что не соответствовало действитель- ности. Об этом, разумеется, не мог не знать Агатангелос, так как именно он сооб- щил о принятии Албанией христианства в 315 г. и назвал имя первого албанского епископа Фомы. Создается впечатление, что это сообщение сделано человеком, плохо представлявшим себе этнополитическую ситуацию Восточного Закавказья того времени. Однако у нас нет никаких оснований упрекать в неосведомленно- сти Агатангелоса, равно как и большинство других армянских авторов периода раннего средневековья. Ясность в вопрос о том, какой народ скрывается под именем масаха-хонов, до земель которых распространилось в IV в. христианство, можно внести сопо- ставив сведения Агатангелоса с данными «Мокцевай Картлисай». Информация древнегрузинского источника относительно распространения христианства в 25 Agathange Historie, 1870. 109, 180. 26 См.: Арутюнян Б.А. Административное деление… С. 108. 27 Фавст Бузанд. История Армении. Тифлис, 1912. III, 5, 7 (на древнеарм. яз.) – далее Фавст Бузанд. 28 Agathange Historie, 1870. 140; См. также: Агатангелос. II. С. 873. 130 Глава III. Кавказские хоны и цанары Восточном Закавказье не просто совпадает с данными греческой версией Ага- тангелоса, но и дополняет ее. Согласно «Мокцевай Картлисай», горцев, прожи- вавших на территории современной Восточной Грузии, обращала в христианство св. Нино, которая прибыла в Армению во времена царствования Трдата III вместе с Рипсиме и Гаяне, а затем перебралась оттуда в Картлию. Из Мцхета «отправи- лись св. Нино и епископ Иоанн, и вместе с ними царь отправил одного эристава. Они пришли и остановились в Цобене, позвали мтиульцев – звероподобных лю- дей: чарталийцев, пховельцев, гудамакарцев и проповедали им о честном кресте Христовом, ведущем к вечной жизни, но те не захотели принять крещение. Тог- да эристав царский пустил в ход немного оружия и силою сокрушил идолы их. Оттуда они пришли и остановились в Жалете, проповедовали эрцо-тионетцам, которые вняли им и приняли крещение. Между тем, пховельцы оставили свою страну и перебрались в Тушетию. Большая часть других мтиульцев тоже не об- ратились в христианство. Так как они не захотели креститься, царь увеличил им подать. Поэтому и они впали в заблуждение и ушли» (выделено мной. – Г.Г.29). Следовательно, в IV в. христианство распространилось до верховьев Алазани и Иори, где, в предгорьях Главного Кавказского хребта, лежали земли Тушетии и где находили убежище люди, не желавшие принимать крещение. Здесь будет уместно вспомнить, что дагестанцы (аваро-андийцы) тушин (цова-тушины, бац- бийцы) именуют мосох (масах, мосок). Масахов (mazakai) локализовали в этих местах Плиний30 и Помпоний Мела (см. ниже), а непосредственными соседями масахов (цова-тушин) на северо-западе, как отмечено выше, являлись хоны. От- сюда следует, что христианство было распространено до границ мосохов (тушин- бацбийцев) и хонов, то есть масаха-хонов, проживавших бок о бок у подножья Главного Кавказского хребта. Веским подтверждением правильности такой ин- терпретации сообщения Агатангелоса является то, что в пяти рукописях «Исто- рии Армении» второй, древнейшей, группы вместо «до границ Масаха-Хун» на- писано «до гор Масаха-Хун» (выделено мной. – Г.Г.31). Более того, в некоторых списках армянской редакции Агатангелоса древней- шей группы вместо фразы «до самых пределов маскутов» читаем: «до самых пределов мосохов32». В этой связи представляется важным то, что известный специалист по древнеармянской литературе Н. Адонц, анализируя данный текст, 29 Картлис цховреба. С. 47. По другой версии, «Нино отправилась, взяв с собою прибывшего из Греции священ- ника Якова и одного эристава, и остановилась в Цобени. И призвала горцев: чартальцев, пховцев и цилканцев, и проповедала веру Христа, и те не пожелали [принять ее]. И эри- став пустил немного в ход оружие, и [они] со страху выдали на сокрушение свои идолы. И перешла в Эрцо, и остановилась в Жалети, в местечке Эдеми, и просветила эрцо-ти- анетцев; а кварельцы, услыхав об этом, сбежали в Тошети, которых нашли лишь впо- следствии: царь Трдат вернул их и крестил» (выделено мной. – Г.Г.) (Обращение Грузии. С. 27). 30 Plin.VI, 15. 31 Agathange Historie, 1870. 180. См. подстрочники. 32 Матенадаран, рук. № № 3635; 4095. Кавказские хоны 131 считает, что присутствие здесь термина маскут неправомерно и в действитель- ности должно быть мосох33. После прочтения арабской версии Агатангелоса сомнения в верности пред- ложенной выше интерпретации текста развеиваются окончательно. В этом вари- анте в сообщениях о пределах распространения христианства не упоминаются ни маскуты, ни масаха-хоны – вместо них называются дурдзуки («страна Д-р-д- з-к-т34»). Здесь важно отметить, что арабская версия «Истории Армении», отно- симая к IХ в., является переводом с греческой версии, которая, в свою очередь, восходит к не сохранившемуся армянскому оригиналу сочинения Агатангелоса, датируемому первой половиной V в..35 Взамен масаха-хун в греческой рукопи- си переводчик вводит грузинское название вайнахов – дурдзук (дурдзукет), что свидетельствует о том, что он хорошо ориентировался в сложной кавказской эт- нономенклатуре. И действительно, переводчиком был грузин, о чем говорит гру- зинское исчисление на полях рукописи, а также сама форма передачи термина дурдзук – Дурдзукет36. По сообщению «Картлис цховреба», переселившиеся к тушинам жители Эр- цо-Тианети впоследствии возвратились. Основная их часть приняла христиан- ство, и к ним были направлены миссионеры. Об этом есть сообщение в арабской версии «Истории Армении» Агатангелоса, согласно которому, Святой Григорий посылает миссионера в страну Дурдзукет. В данном случае грузинский перепис- чик вместо масаха-хоны греческой версии Агатангелоса вводит грузинское на- звание этого народа – дурдзуки. Отсюда следуют два очень важных вывода: во- первых, в оригинальном тексте Агатангелоса присутствовало именно название масаха-хон, и во-вторых, масаха-хоны – это дурдзуки, т.е. нахи. 33 Адонц Н.А. Армения в эпоху Юстиниана. Ереван, 1971. С. 327. 34 Марр Н.Я. Крещение армян, грузин, абхазов и аланов святым Григорием (арабская версия). СПб., 1905. С. 55. 35 Тер-Гевондян А.Н. Новонайденный полный текст арабской версии Агафангела. ИФЖ, № 2. Ереван, 1973. С. 234. В последнее время высказано мнение, что «История» Агатангелоса первоначально была изложена именно на греческом языке еще в начале IV в. Давидом Римским, секретарем-хронологом армянского происхождения, приглашен- ным царем Великой Армении Тиридатом III из Рима. «Агафангел» (по-греч. Благовеща- тель) – это священный титул Григория Просветителя, данный ему Давидом Римским в своей книге на греческом языке «Екклесиастес». Под заглавием «История Агафангела» Давид Римский подразумевал «Историю об Агатангелосе»», т. е. «Историю о Благовеща- теле Григории». Армянская версия «Истории Агатангелоса» была изложена Католикосом Сааком Партевом в 410-х гг. на основании книги Давида Римского. Однако, в конце V в. армянскими историками «История Агатангелоса» была истолкована как «История, на- писанная Агатангелосом» и этот священный титул Григория из заглавия очутился в древ- нем предисловии, в качестве имени секретаря-хронолога Тиридата III. Отсюда появился и миф, будто не Давид Римский, а Некий Агатангелос был приглашен из Рима в армянский двор Аршакидов (см.:Альберт Мушегян. «История Агафангела»: обстоятельства созда- ния, время написания и вопрос о личности автора // ИФЖ. Ереван, 2012, № 1. С. 220–222 (на арм. яз.). 36 Марр Н.Я. Крещение армян, грузин, абхазов и аланов… С. 165. 132 Глава III. Кавказские хоны и цанары Таким образом, есть все основания для отождествления масаха-хунов Агатан- гелоса с нахскими масахами (бацбийцами) и хонами, до земель которых распро- странялось христианство в IV в. Следовательно, в вышеприведенном фрагменте текста следует читать: «до ворот Алан, до гор Масаха-Хуну и до ворот Каспий- ских». При таком прочтении текст Агатангелоса становится ясным и логичным, т.к. в нем приводится граница Армении в широком культурном значении, т.е. аре- ал армянской церкви раннехристианской традиции. Эти границы включали в себя всю восточную часть Южного Кавказа, в пределах которой было распространено христианство. Благодаря данным многочисленных источников (армянских, грузинских, гре- ко-латинских), хорошо известно, что восточное (сиро-палестинское) христиан- ство распространилось в Восточном Закавказье через Армению, посредством армянских миссионеров. Картлийская (грузинская) и албанская церкви иерархи- чески были подчинены армянской церкви и представляли собой ее составные части37. В процессе обработки и слияния локальных легенд и преданий уже в конце V в. сформировалась официальная концепция трех церквей – армянской, картлийской и албанской, по которой св. Григорий становится единственным христианским просветителем всего Восточного Закавказья38. Именно эта кон- цепция, известная как «Житие Григория», представлена в греческой и арабской версиях «Истории Армении» Агатангелоса. Согласно ей, деятельность св. Гри- гория охватывала всю территорию Восточного Закавказья, в связи с чем раннес- редневековая литературная традиция называет Арменией все Восточное Закавка- зье, отражая таким образом церковно-культурное единство проживавших здесь народов. Именно эти границы христианской Армении (или Армянской церкви), простиравшиеся на северо-западе до Лихского хребта, а на севере – до Аланских (Дарьяльских) ворот, гор Масаха-хонов (подножье Главного Кавказа) и Каспий- ских (Дербентских) ворот, приведены в греческой версии труда Агатангелоса39. Причину такого разночтения сохранившихся версий «Истории Армении» и отсутствия в армянском варианте информации о распространении христиан- ства в Восточном Закавказье (до земель масаха-хонов) следует искать, скорее 37 Кекелидзе К. Этюды истории древнегрузинской литературы (на груз. яз.) Тбилиси, 1945. Т. 1. С. 30; Еремян С.Т. Общность судеб и культурно-политическое содружество на- родов Закавказья в IХ–ХI вв. // «Кавказ и Византия». Ереван, 1979. Вып. 1. С. 68. 38 См.: Мурадян П.М. Кавказский культурный мир и культ Григория Просветителя // «Кавказ и Византия». Ереван, 1982. Вып. 6. С. 11; Марр Н.Я. Крещение армян, грузин, абхазов и аланов… С. 149. 39 Кроме того, согласно административному делению Персии, а затем Арабского ха- лифата, все Восточное Закавказье называлось Арменией (Арминия). Так, Захария Ритор Грузию и Албанию называет находящимися в Армении («Гурзан в стране Армения», «Арран в стране Армения»). Персидский автор Табари (Ат-Табари) также указывает, что при персидском царе Хосрове I Армения включала в себя все Восточное Закавказье, а Сул-Чора (Каспийские ворота) являлись границей Армении – сагр (см.: Новосельцев А.П. К вопросу об отражении истории Армении в сасанидских памятниках // «Кавказ и Византия». Ереван, 1982. Вып. 6. С. 26). Кавказские хоны 133 всего, в произошедшем в начале VII в. расколе между армянской и картлийской церквями. К этому времени в Картли сложились определенные политические и историко-культурные условия, ставшие причиной начала процесса национали- зации церковной жизни, который в 609–620 гг. привел к отделению картлийской (иверской) церкви от армянской. С этого времени картлийская церковь оконча- тельно примкнула к византийской имперской диофизитской церкви и вышла из подчинения армянскому католикосату. После отпадения картлийской церкви от армянской картвельские церковные деятели вступили «в ожесточенную полеми- ку с армянами, которая дошла до того, что грузины начали отрицать какие либо церковно-иерархические отношения с армянами в прошлом и в противовес го- сподствующему мнению даже выдвинули своего собственного, независимого от Григория Просветителя, миссионера в лице св. Нино40». Изменения, произошедшие в церковных отношениях между Арменией и Карт- ли, разумеется, не могли не найти отражения в последующих редакциях сочине- ния Агатангелоса. Оригинал «Истории Армении» был создан в первой половине V в., и тогда интерес для автора наряду с армянской представляла также картлий- ская и албанская церковь, что видно при прочтении греческой и арабской версий «Истории41». Об этом свидетельствует также Мовсес Хоренаци, который сообща- ет, что у Агатангелоса описана история обращения в христианство народов «от Кларджка вдоль Аланских и Каспийских ворот42», т.е. «до гор Масаха-хонов». Однако из дальнейших редакций армянской версии Агатангелоса, сделанных уже после выхода картлийской церкви из подчинения армянской в VII в., информация об обращении грузин в христианство была изъята, поэтому в текстах, сохранив- шихся до наших дней, она отсутствует. В итоге в армянской версии «Истории» Агатангелоса осталась только история возникновения армянской церкви как обособленной национальной церкви43, дополненная лишь общим замечанием о том, что христианство «разлилось по всей Армении от края до края44». Очерчи- вая северные пределы распространения христианства в Восточном Закавказье, редакторы-переписчики первоначальное «до гор Масаха-хон» заменили на «до маскутов», тем самым превратив сообщение в бессмыслицу45. Однако в грече- ской и арабской версиях «Истории» точные данные о северных границах распро- странения христианства – «до гор Масаха-хонов», сохранились. Это произошло благодаря тому, что труд Агатангелоса был переведен с армянского языка на гре- ческий в VI в., еще до отпадения картлийской (грузинской) церкви от армянской 40 Кекелидзе К. Этюды истории древнегрузинской литературы... С. 41. 41 Agathange Historie, 1870. 181; Н.Я. Марр. Крещение армян, грузин, абхазов и ала- нов… С. 35. 42 Мовсес Хоренаци. II. С. 86. 43 Абегян М.Х. История древнеармянской литературы. Ереван, 1975. С. 103. 44 Адонц Н.А. Армения в эпоху Юстиниана... С. 327. 45 Редакционные изменения были внесены не только в первоначальный текст «Исто- рии Армении» Агатангелоса, но и в сочинения других раннесредневековых армянских историков, в том числе и Мовсеса Хоренаци: в соответствующих местах было вставлено до маскутов. 134 Глава III. Кавказские хоны и цанары и до внесения соответствующих изменений в оригинальный армянский текст Агатангелоса46, и именно греческая версия Агатангелоса была в IХ в. переведена на арабский язык. Видимо, у Агатангелоса название масаха-хон отражает политическое объеди- нение масахов (цова-тушин) и хонов. Это подтверждают и данные «Ашхарацуй- ца», согласно которым, термин хоны покрывает северную и южную части Главно- го Кавказа – от верховья Терека до Дагестана (хундзов). Вероятнее всего, в III–IV вв. под контролем хонов (масаха-хонов) находились Аланские (Дарьяльские) во- рота, и в этой связи важное значение приобретает сообщение «Географии» Вар- дана Великого Аревелци, в соответствии с которым, Аланские (Дарьяльские) во- рота называются Хонскими: «…[граница] Армении начинается от Хонских ворот, которые есть Аланские железные ворота, которые построил Александр Македон- ский47». Эти сведения особенно ценны тем, что труд Вардана Аревелци в сред- ние в. и позже использовался как учебник географии. Для того чтобы изучение описываемых территорий (местностей, областей, стран, населенных пунктов и т.д.) было наиболее полным, в сочинении перечисляются различные их названия, под которыми они были известны у разных народов, а также их более древние аналоги. Этим объясняется и то, что в тексте упомянуты два других названия Дарьяльских ворот – Хонские и Аланские. Согласно «Географии» Вардана Аре- велци, границы Армении простираются до Хонских (Аланских) ворот, из чего можно сделать вывод о том, что ее автор пользовался источниками, отражавшими положение дел в регионе в период поздней античности и раннего средневековья, когда Арменией называлось все Восточное Закавказье. Этот период совпадал со временем политического возвышения нахских хонов (масаха-хонов), которые контролировали Дарьяльские ворота, вследствие чего ворота стали называться и Хонскими, и именно поэтому Вардан Аревелци в своем сочинении приводит оба названия ворот: Аланские и Хонские. В армянских источниках Хонскими воротами (пахак хонк) называется также линия оборонительных сооружений, которая шла от Циканских (Цилканских) ворот, расположенных около Жинвали, на северной границе Картли (Иберия), на юго-восток, вдоль северо-западной границы Албании. Эти ворота извест- ны еще как Врата кавкасианов и Дурдзукские ворота (см. выше). По данным арабского историка Ибн ал-Факиха, Врата Дурдзукские (Врата кавкасианов Ле- онти Мровели) состояли из 12 ворот с каменными укреплениями48. По линии 46 Уже в V в. имелись две редакции «Истории» Агатангелоса на армянском языке. Одна из них известна в филологии под названием «Житие Григория», оригинал же, которой датируется началом V в., еще не найден. Армянский оригинал Жития содержал больше фактов, чем дошедший до нас армянский текст Агатангелоса. Дошедшая до нас версия была официально принята церковью, вследствие чего армянский оригинал Жития со вре- менем был забыт (см.: Тер-Гевондян А.Н. Новонайденный полный текст арабской версии Агафангела... С. 237). В VI в. был сделан перевод Жития Агатангелоса на греческий язык, и уже греческий вариант Жития был переведен на арабский язык (IХ–Х вв.). 47 Ашхарацуйц Вардана Вардапета (на древнеарм. яз.). Париж, 1960. С. 44. 48 Караулов Н.А. Сведения арабских географов IХ–Х вв. по Р.Х. о Кавказе, Армении и Кавказские хоны 135 этих ворот проходила южная граница хонского объединения, а потому проход Цор (Цур) на границе с Албанией назывался Хунсвери (перевал хонов). Именно с этими укрепленными воротами отождествляются врата хонов (пахак хонов) древних авторов49. Отсюда становится понятным и сообщение армянского историка Лазаря Пар- пеци (V в.), в котором приведен рассказ армянского спарапета Васака Мамиконя- на об установлении дружеских отношений с вождями хонов: «Когда я был марз- паном Иверии и Албанские (Аланские – Г.Г.) ворота были в моих руках, многие хонские вожди стали моими друзьями посредством договоров и клятв50». Будучи марзпаном Иверии (Грузии), Васак Мамиконян, безусловно, мог контролировать Аланские ворота, и речь здесь, несомненно, идет именно о них. Ряд исследовате- лей ставят под сомнение достоверность сведений Лазаря Парпеци о проживании хонов вблизи Аланских ворот, поскольку все упоминания о хонах (хунах) на Кав- казе традиционно связываются с тюркоязычными хуннами (гуннами), осевшими на побережье Каспия, в Дагестане. Но в данном сообщении речь идет не о тюрко- язычных хуннах (гуннах), а именно о нахских хунах (хонах), действительно про- живавших вблизи Аланских ворот, с вождями которых и установил дружеские отношения Васак Мамиконян. Об этом историческом факте свидетельствует так- же и другой армянский автор V в. Елише, который пишет, что Васак Мамиконян «установил дружеские отношения с hЕранскими51 хонами с помощью Баласакан- ского царя52». Согласно Н. Адонцу, «heran не что иное, как форма Aran, Албания53». Однако, возможно, в данном случае речь идет об исторической области Эрети (hЕрети), расположенной между Кавказской Албанией и Цанарией (или Кахетией). Так или иначе, уточнение «hеранские хоны» понадобилось Елише для того, чтобы было понятно, что имеются в виду кавказские хоны, а не тюркоязычные гунны Западного Прикаспия, о которых ему также было хорошо известно. Совершенно очевидно, что в процитированных сообщениях армянских историков речь идет о нахских хонах. Косвенно подтверждается это тем, что Васак Мамиконян устанав- ливал дружеские связи с хонами через посредничество именно царя баласакан, одного из этнически родственных им горских народов Кавказа54. Главенствующая роль хонов в III–IV вв. признается и современными иссле- дователями. Так, академик С.Т. Еремян отмечал, что термином хон в армянских Азербайджане // Сборник материалов для описания местностей и племен Кавказ. Тифлис, 1908. С. 15. 49 Севда Сулейманова. Транскаспийская дорога и история связей между Центральной Азией и Кавказом // Научные исследования Института Востоковедения им. З.М. Буниято- ва НАН Азербайджана. Баку, 2008. С. 320–325. 50 Лазарь Парпеци. История Армении и Послание к Вагану Мамиконяну. Тифлис, 1904. С. 57. 51 Варианты: hЕр, hЕрин. 52 Елише. VII, 57. 53 Адонц Н.А. Армения в эпоху Юстиниана... С. 423. 54 Елише. VII, 57. 136 Глава III. Кавказские хоны и цанары источниках обозначались горские кавказские народы, часто совершавшие на- шествия на Армению55. Таким образом, если в I–II вв. н. э. племена, вторгавши- еся в Армению с севера через центральнокавказские перевалы, армянские ав- торы называют аланами, то в III–IV вв. н. э. их именуют хонами. По-видимому, в III–IV вв. н. э. произошло политическое возвышение хонов среди других пле- менных групп и народов Центрального Кавказа, и, возможно, именно в этот период им удалось распространить свое политическое влияние на этнически однородное с ними население соседних областей. По данным источников, хоны играли значительную роль в политических событиях того времени, вследствие чего термин хон помимо этнического значения приобрел более широкое поли- тическое. При этом в собирательном смысле термин хон выступил синонимом другого собирательного термина – алан, хотя и не вытеснил его полностью. Такая ситуация нашла в сообщениях древнеармянских авторов о событиях III–IV вв., где вторгавшиеся в Армению горские племена называются то хона- ми, то аланами. В этих военно-политических событиях, согласно сведениям древнеармянских источников, хоны совместно с другими кавказскими народа- ми принимали активное участие. В III–IV вв. между двумя могущественными державами – Римской Импери- ей и Сасанидской Персией, шли непрекращающиеся ожесточенные войны за го- сподство над всем Южным Кавказом. В военные столкновения между Римом и Персией, происходившие с переменным успехом, разумеется, были вовлечены и народы Кавказа, которые в зависимости от складывавшейся военно-политиче- ской ситуации и исходя из своих собственных политических интересов, прини- мали ту или иную сторону. Основные военные действия между двумя империями разворачивались на территории Армении. В результате междоусобной войны за престол, которая продолжалась около двух десятилетий, в апреле 226 г., победив в решающем сражении Артабана V, последнего представителя Аршакидской династии, на персидский престол всту- пает Арташир I Сасанид (226–241). С этого времени ведет отсчет Сасанидский период истории Персии. Стремясь вытеснить Рим из Азии, восстановить былую славу и границы Ахеменидской империи, Сасаниды начинают вести агрессивную внешнюю политику. Но осуществлению великодержавных замыслов Арташира I мешало серьезное препятствие в лице Армении, где правили представители ар- мянской ветви Аршакидской династии, к которым примкнула парфянская знать и сыновья казненного Артабана V. Армянский царь Трдат II Аршакид (216–256), опираясь как на свои войска, так и на силы народов Восточного Кавказа, не только отразил натиск Арташира I, но и, как сообщают Агатангелос, Мовсес Хоренаци и Дион Кассий, совершил ряд успешных вторжений в северные области Персии. По данным Агатангелоса, в 227 (228) г. «царь Армении Хосров56 начал собирать армию и производить на- 55 Еремян С.Т. Армения по «Ашхарацуйцу»... С. 111. 56 Армянский царь Трдат II (216–256), сын Хосрова I (198–216), в армянских источни- ках известен также под именем Хосров (Хосров Великий). Кавказские хоны 137 бор солдат. Собрав войска албанов и картлийцев и открыв Аланские и Чорские ворота, вывел войска хонов и напал на персидскую страну57». Информирует об этом событии и Леонти Мровели: «Царем Армении стал Ко- саро. Косаро сей, царь армян, начал войну с персидским царем Касре. Пособлял ему Аспагур (царь Картли. – Г.Г.), отверз врата кавкасианов и вывел овсов, леков и хазар, и пришли они к царю Армении Косаро воевать против персов…58». Ком- ментируя данное сообщение Леонти Мровели, исследователи отмечают, что из-за несовпадения периодов правления указанных царей (персидский – Касре-Шапур, армянский – Косаро-Хосров, картлийский – Аспагур) точная датировка данного события не представляется возможным59. К тому же Т.А. Габуев ошибочно пола- гает, что Леонти Мровели ведет речь о событиях первой половины IV в.60 Несо- ответствия в сообщении Леонти Мровели вызваны тем, что грузинский историк в свойственной ему манере смешивает события разных времен, объединяет их. В данном случае таковыми являются вторжение в Персию в 227 (228) г. армянского царя Трдата II, которого Леонти Мровели, следуя Агатангелосу, называет Хосро- вым (Косаро), и завоевание Сасанидским царем Шапуром I (241–272) Армении, Кавказской Албании и Картли в 50-х гг. III в., когда царем Картли был Аспагур. На самом же деле картлийцы, албанцы и горцы Восточного Кавказа прини- мали участие в войне против Персии на стороне Армении при царе Трдате II. Об этом походе на Персию 227 (228) г., оказавшемся успешным для объединенных сил Армении и народов Восточного Кавказа, и сообщают Агатангелос и Леонти Мровели. Вне всяких сомнений, грузинский автор использовал данные Агатан- гелоса, но при этом внес в них определенные дополнения. Так, если Агатангелос называет кавказских горцев общим именем хоны61, то Леонти Мровели упомина- ет поименно овсов, леков и хазар. Это объясняется тем, что термин хон у Агатан- гелоса употреблен в собирательном смысле и был использован для обозначения горского населения, проживавшего как в южной (к северу от Картли и Албании), так и в северной части Главного Кавказского хребта. Очевидно, термин хон в своем собирательном значении охватывал нахское население не только к югу от Главного Кавказского хребта (пшавы, масаха-хоны, тушины, гудамакары и др.), но и центральных районов Предкавказья, а также некоторые дагестано-албанские племена Восточного Кавказа. Судя по всему, помимо нахского населения термин хон включал в себя и ирано- язычные племена Предкавказья, которые к тому времени уже, вероятно, рассели- 57 Агатангелос. С. 16–17. 58 Мровели Леонти. С. 37. 59 См.: Мровели Леонти // Комментарии Г.В. Цулая. С. 75. Комм. 130; Габуев Т.А. Ран- няя история алан... С. 48–49. 60 Габуев Т.А. Указ. соч. С. 49. 61 Анализируя данное сообщение Агатангелоса, Т.А. Габуев (см.: Ранняя история алан... С. 48) справедливо замечает, что «нахождение гуннов за Аланскими воротами, т.е. в Центральном Предкавказье в начале IV в. маловероятно». Однако мнение ученого о том, что «под гуннами, скорее всего, подразумевались аланы», вряд ли приемлемо, т.к. в пользу этого мнения нет никаких аргументов. 138 Глава III. Кавказские хоны и цанары лись на подступах к Дарьяльскому ущелью. По-видимому, эти племена в составе хонских войск, принимали участие в походе на Персию, о чем и сообщает Леонти Мровели62, уточняя, что войска горцев прошли не через Дарьяльские ворота, а через «врата кавкасианов». Все это указывает на то, что к моменту описанных грузинским историком событий существовало достаточно сильное самостоятель- ное государственное образование нахов во главе с хонами. Данное политическое объединение, как и занимаемая им территория, в письменных источниках полу- чило название Хон (или Масаха-хон). Подтверждение всему этому находим и в последующих событиях, происходивших в регионе.

0

2

Через 20 лет после описанных выше событий Арташира I сменил на персид- ском троне его сын Шапур I (241–272). Одержав в 250–260 гг. победу в двух во- йнах с Римом, Шапур I установил свое господство над Арменией и всей восточ- ной частью Южного Кавказа. В современной исторической литературе к странам Южного Кавказа, оказавшимися под контролем Персии обычно относят Арме- нию, Картли и Кавказскую Албанию. При этом, почему-то вне поля зрения ис- следователей остается свидетельство о завоевании Шапуром I еще одной страны в восточной части Южного Кавказа. В трехъязычной надписи Кааба-и-Зардушт в Накш-и-Рустаме (SKZ), высеченной примерно в 262 г. на трех языках (пехле- вийском, парфянском, греческом) в память о выдающихся победах Сасанидско- го царя Шапура I, в месте, где перечисляются покоренные Шапуром I страны, по-гречески можно прочесть: «…Я господин Ираншахра и владею следующими шахрами: Парс, Парфия, Хузистан, Месена, Асурестан, Адиабена, Аравия, Атур- патакан, Армения, Иберия, Махелония, Албания (выделено мной. – Г.Г.), Баласа- кан вплоть до гор Кап и Албанских ворот…63». В парфянском варианте надписи в качестве эквивалента греческой Махелонии приводится Сикн (Syk(?)n). По поводу локализации страны Махелонии (Сик-н), упомянутой в надписи Кааба-и-Зардушт, были высказаны различные мнения. Одни ученые отождест- вляют Махелонию с армянской областью Сюник, другие – с царством гениохов и махелонов Арриана на восточном побережье Черного моря. Из-за слабой научной аргументации ни одна из этих версий не получила признания в исторической лите- ратуре. Лишь С.Т. Еремяну в статье, посвященной вопросу локализации Махело- нии надписи Кааба-и-Зардушт, удалось доказать реальности существования наряду с «царством Махелонией и Гениохией» на Черноморском побережье и другой госу- дарственной единицы – Махелония, располагавшейся между Картли и Албанией64. 62 Вместе с тем, ввиду параллельного бытования терминов овсы и хазары использование Леонти Мровели термина овсы для обозначения лишь ираноязычных племен становится не столь однозначным. В вышеприведенном сообщении Леонти Мровели обозначает ирано- язычные племена Предкавказья, скорее всего, термином хазары. Что же касается смысло- вого содержания термина овсы, то этот вопрос, видимо, пока следует оставить открытым. 63 См.: Луконин В.Г. Культура сасанидского Ирана. Иран в III–V вв. Очерки по истории культуры. М., 1969. С. 57. Кап – это Кавказские горы, а под Албанскими воротами в дан- ном случае подразумевается Дербентский проход. 64 Еремян С.Т. Страна «Махелония» надписи Кааба-и-Зардушт. ВДИ. М., 1967. №4. С. 47–79. Кавказские хоны 139 Локализация Махелонии между Картли и Албанией – от устья Алазани на юге до северокавказских долин, прилегавших с севера к Дарьяльскому ущелью на севере, полностью совпадает с территорией, на которой существовало поли- тическое объединение кавказских горцев под главенством хонов. Поэтому надо полагать, что Махелония надписи Кааба-и-Зардушт, Хон армянских источников и Масаха-Хон Агатангелоса являются различными наименованиями одного и того же нахского государственно-территориального образования, тем более что в научной литературе Махелония надписи Кааба-и-Зардушт отождествляется с «осетинским названием Ингушетии, локализуемой по обе стороны Главно- го Кавказского хребта...65». Нет никаких сомнений также и в том, что в имени Махелония всплывает древний нахский этноним махъалон (малхи-махли-махал- махалон). Как уже выше отмечено, в трехъязычной надписи Кааба-и-Зардушт Махело- ния греческого текста соответствует Сикн (Sykn) парфянского текста. Название S’ykn (Сикн) С. Сулейманова соотносит с согдийским словом s’ykn, которое пере- водится как военный лагерь > замок, что аналогично значению названий Хундзах (от персидского гунд – войско), Эрети (от шумерского эри – воин) и др.66 Учи- тывая важное военно-стратегическое значение Махелонии: здесь пролегала ли- ния укрепленных сооружений, упоминаемой в источниках различными названи- ями (Врата кавкасиан, Дурдзукские ворота, Цилканские ворота, Врата хонов (Пахак хонк), ворота Дарубал и т.д.), обозначение ее как военный лагерь, замок (S’ykn) вполне оправдано. Хотя, не исключено, что Сикн парфянской версии над- писи следует читать как Саник (Санар, Цанар) – в пользу этого может говорить и то, что во II в. н. э. Птолемей назвал данную территорию Санарией. Позднее, начиная с V в., Санар (Цанар) вытесняет остальные названия и становится до- минирующим при обозначении указанной территории. В III–IV вв. ключевую роль в этом регионе, по-видимому, играли хоны, а воз- главлявшееся ими политическое объединение принимало активное участие в событиях, происходивших на Южном Кавказе. В 298 г., потерпев поражение от римских войск, Персия на основании заключенного в том же году Мцбинского (Нисибисского) договора признала покровительство Римской империи в отноше- нии Армении и восточной части Южного Кавказа и отказалась от каких-либо активных военно-политических действий. Согласно этому договору, армянский царь Трдат III Великий в 298 г. фактически воцарился над всей объединенной Великой Арменией, распространив свою власть и на Атрпатакан. Одновремен- но Трдат III приступил к выполнению функций контроля и охраны Кавказских проходов – Дарьяльского и Дербентского, традиционно возлагавшихся Римом на армянских царей. Все это неизбежно привело к усилению военно-политического и культурного влияния Армении на царства и княжества региона. Царствование Трдата III ознаменовано не только принятием Арменией христианства в качестве государственной религии, но и распространением христианства на Восточное За- 65 История Дагестана. Махачкала, 1996. С. 126. 66 Севда Сулейманова. Транскаспийская дорога… С. 325. 140 Глава III. Кавказские хоны и цанары кавказье и созданием здесь структурированной церковной иерархии во главе с армянским католикосом (см. выше). Однако период доминирования Римской империи на Южном Кавказе продол- жался недолго. Персидский царь Шапур II (309–379) предпринимает активные шаги с целью восстановления былого могущества Сасанидской империи и при- влечения на свою сторону горских народов Кавказа. После смерти армянского царя Трдата III в 330 г. хоны вместе с другими горскими народами Центрального и Восточного Кавказа в союзе с Сасанидами приняли участие в их борьбе с Рим- ской империей (с 330 г. – Византией) и ее союзником Арменией. В 335 г. отряды горцев Кавказа, объединившись под началом маскутского царя Санесана, по наущению Сасанидского царя Шапура II совершают нападение на Армению: «В то время маскутский царь Санесан, … собрал все войска, – хонов, похов, таваспаров, хечматаков, ижмахов, гатов и глуаров, гугаров, шичбов и чил- бов, и баласичев и егерсуанов и … все множество войск, которым он повелевал. [Он] перешел свою границу, большую реку Куру, пришел и наводнил армянскую страну67». Данному сообщению армянского историка Фавста (Фавстоса) Бузанда в на- учной литературе уделено достаточно много внимания, однако выводы, сформу- лированные некоторыми исследователями на основе извлеченных из этого тек- ста фактов, зиждутся, к сожалению, на источниковедческих и текстологических ошибках. Так, со ссылкой на русскоязычные издания «История Армении» Фавста Бузанда, где в сообщении о битве под Валаршапатом среди многонациональных войск Санесана названы аланы (армянские войска «набросились, били, громили войска аланов и мазкутов, и гуннов, и других племен68»), Ю.С. Гаглойти при- ходит к следующим выводам: «…Во-первых, армянский историк отождествля- ет алан и маскутов (массагетов). Во-вторых, аланы-маскуты, возглавлявшие это вторжение и стоявшие, очевидно, во главе большого племенного объединения, этнически четко отделяются от других кавказских племен, принимавших участие в этом вторжении …У Фавстоса Бузанда племенное название алан не служит со- бирательным термином, а означает этнически определенное племя69». Однако участие алан в войсках маскутского царя Санесана ничем не под- тверждается, и для специалистов-арменоведов нет сомнения, что в данном тек- сте Фавста Бузанда речь идет о кавказских албанцах. В большинстве рукописей «Истории Армении», хранящихся в Матенадаране (Ереван) и в Библиотеках мхитаристов в Венеции и Вене, в процитированном выше отрывке вместо слова аланы использовано слово албаны: «[армянские войска] набросились, били, гро- 67 Фавст Бузанд. III, 7 (Յայնմ ժամանակի թագաւորն Մազքթաց Սանէսան … գումարեաց ժողովեաց զամենային զօրս Հոնաց և Փոխաց, Թաւասպարաց, Հեճմատակաց, Իժմախաց, Գաթաց, և Գղուարաց, Գուգարաց, Շչբաց, և Ճղբաց և Բաղասճաց և Եգերսուանացն և … որում միանգամ ինքն իշխէր զօրացն բազմաց: Եկն անց ըստ իւր սահմանն ընդ գետն մեծ ընդ Կուր, և եկն տարածեցաւ ելից զերկիրն Հայոց աշխարհին). 68 Там же. 69 Гаглойти Ю.С. Аланы и вопросы этногенеза осетин... С. 152–154. Кавказские хоны 141 мили войска албанов и мазкутов и гуннов70». Для арменоведов очевидно, что в данном тексте речь идет о кавказских албанцах, о чем свидетельствует и Мовсес Каланкатваци, называя, вторгшиеся в Армению войска маскутского царя албан- скими. Подтверждает это и источниковедческий анализ текста Фавста Бузанда. Известный арменовед Б.А. Арутюнян пишет в связи с этим: «Фавстос с опре- деленностью отождествляет Албанию со страной мазкутов, значит, мазкутские Аршакиды только в силу традиции называются также албанскими, потому что вся территория Албании составляет часть мазкутского царства Аршакидов. Сане- сан является фактически царем Албании, а воюющие против армян в его войске аланы – в действительности албанцами. Это часто встречающаяся в источниках того периода путаница71». Впрочем, даже если гипотетически допустить, что аланы все же участвовали в нашествии на Армению, то и тогда трудно согласиться с выводами Ю.С. Гаглой- ти. Во всяком случае, к данным источника они не имеют никакого отношения, что уже было отмечено в исследовательской литературе72. Действительно, совершен- но непонятно, из чего исходит Ю.С. Гаглойти, утверждая, что Фавст Бузанд ото- ждествляет аланов и маскутов73, поскольку армянский историк не дает для этого никаких оснований – напротив, он называет эти два народа по отдельности, тем самым показывая, что он их считает разными народами. Не выдерживает критики и утверждение Ю.С. Гаглойти о том, что «у Фавстоса Бузанда племенное назва- ние алан не служит собирательным термином, а означает этнически определен- ное племя», потому что, во-первых, в оригинале источника отсутствует термин алан, а во-вторых, в другом месте своей работы ученый полностью опровергает свое же мнение, отмечая, что у Фавста Бузанда «имя гуннов (арм. хон-к) является … собирательным названием различных по своей этнической принадлежности северокавказских племен, входящих в аланский племенной союз74». Правда, при- ходится только гадать, как хоны Фавста Бузанда оказались в аланском племенном союзе, но если согласиться с таким взглядом, то придется признать, что термин алан был применен автором «Истории Армении» в собирательном значении и 70 Матенадаран. Рук. №№ 1867, 3071, 1482, 3079, 4584; Библиотека Венских Мхитари- стов. Вена, Рук. № 904. 71 Арутюнян Б.А. Когда отсутствует научная добросовестность // К освещению про- блем истории и культуры Кавказской Албании и восточных провинции Армении. Ереван, 1991. Т. I. С. 379. 72 См.: Мизиев И.М. Шаги к истокам этнической истории Центрального Кавказа. Наль- чик, 1986. С. 35–36. 73 Надо полагать, наверное, что Ю.С. Гаглойти априори исходит из ираноязыячности прикаспийских маскутов и северокавказских алан. Однако даже в таком случае вряд ли стоит придумывать новое племя по имени алано-маcкуты, более того – приписывать эту выдумку Фавсту Бузанду, тем более что северокавказские аланы имеют к маскутам При- каспия такое же отношение, как, например, ираноязычные таджики и персы. 74 Аланика. Сведения греко-латинских, византийских, древнерусских и восточных ис- точников об аланах-ясах. Составление и комментарии Ю.С. Гаглойти // «Дарьял». Влади- кавказ. № 1–4, 1999; № 1–3, 2000. С. 90. Комм. 6. 142 Глава III. Кавказские хоны и цанары включал в себя, по словам самого же Ю.С. Гаглойти, этнически различные севе- рокавказские племена. В научной литературе можно встретить еще одно подобное недоразумение. Не- редко в качестве доказательства присутствия алан в войсках маскутского царя Са- несана приводится имя маскутского воина Анариска, будто бы сохранившееся у Мовсеса Каланкатваци и якобы означающее на иранском языке не знающий боли75. В арменоведческой литературе давно уже выявлено, что это ошибочный перевод фразы Агатангелоса Anari hska (Анари ска), которая на древнеармянском означа- ет безобразный (исполин) великан и только в переводе К. Патканяна представлена как имя. Во всех рукописях и печатных изданиях оригинала «Истории Албании» Мовсеса Каланкатваци эта фраза читается как omn anari ska (вомн анари ска – не- кий исполин безобразный76) и соответствует фразе из «Истории Армении» Мовсеса Хоренаци Anari omn ska – некий (чудовищный) безобразный исполин77. Тем не менее, нельзя, разумеется, полностью исключать присутствие в соста- ве войск Санесана ираноязычных племен Центрального Предкавказья. Данные племена могли входить в объединение хонов, но это пока лишь ничем не под- твержденное предположение78. В 336 г. в сражении при Ошакане, недалеко от второй столицы Армении Ва- ларшапата, армянские войска разбили армию маскутского царя Санесана. В «Истории» Мовсеса Хоренаци это событие описано коротко – как нашествие на Армению объединившихся «северных жителей Кавказа», без перечисления уча- ствовавших в этом вторжении народов и без упоминания имени возглавлявшего поход царя79. В свою очередь, Мовсес Каланкатваци, автор «Истории Албании», сообщая об этом нашествии, называет маскутского царя албанским и именует его Санатруком. Основываясь на несовпадениях в приведенных выше сообщениях о нашествии маскутского царя на Армению в 335 г., некоторые исследователи, следуя сложив- 75 Гаглойти Ю.С. Аланы и вопросы этногенеза осетин... С. 154; Габуев Т.А. Ранняя история алан... С. 51. 76 Мовсес Каланкатуаци. История страны Алуанк (на древнеарм. яз). Ереван, 1983. С. 186. Комм. 59 (далее Мовсес Каланкатуаци). 77 Мовсес Хоренаци. III, 9. Возможно, древнеармянское слово hскай (hskai) – исполин, великан, происходит от иранского сак (саки). В армянском языке, как, впрочем, и в любом другом языке, есть много слов, заимствованных из других языков – хуррито-урартских, иранских, семитских и др. Однако вряд ли оправдано через сотни, а то и тысячи лет в но- сителях этих слов в среде армянского этноса видеть представителей того этноса, с языка которого они когда-то были заимствованы. 78 Из-за отсутствия предмета обсуждения (в оригинале источника не упоминаются аланы, и речь идет об албанцах) можно было бы не уделять столько внимания этому во- просу, если на основе сообщения Фавста Бузанда о якобы участии ираноязычных алан в войсках Санесана в исследовательской литературе не делались бы выводы, не имеющие никакого отношения ни к самому источнику, ни к реальной исторической действительно- сти. К сожалению, эти ошибочные положения переходят из одной работы в другую и все чаще появляются в новых исследованиях. 79 Мовсес Хоренаци. III, 9. Кавказские хоны 143 шейся традиции, склонны считать все упоминания армянских источников о хонах до 395 г. анахронизмами, таким образом, ставя под сомнение участие в военных действи- ях как хонов, так и других народов, перечисленных Фавстом Бузандом. По мнению А.В. Гадло, в рассказе Фавста Бузанда речь идет о каком-то другом крупном втор- жении тюркоязычных гуннов в Армению, имевшем место после первого вторжения кочевников Прикаспия 395–396 гг. и не нашедшем отражения в других источниках80. Однако в основе данного предположения лежит ошибочное отождествление маскутского царя Санесана Фавста Бузанда с Аршакидом Санатруком Мовсеса Хоренаци и Мовсеса Каланткатваци. Дело в том, что Аршакид Санатрук не имеет никакого отношения к маскутскому царю Санесану, вторгнувшемуся в Армению. Санатрук Аршакид – это армянский князь, наместник армянского царя в обла- сти Пайтакаран. Подстрекаемый персидским царем, он провозгласил себя царем Армении и выступил против правившего царя. Как сообщает Мовсес Хоренаци, Санатрук с целью распространения своей власти «подстрекал по тайному веле- нию персидского царя Шапуха» маскутского царя Санесана Аршакида напасть на Армению81. Сам же Санатрук находился в это время в Персии, у приютившего его Шапура II, и не участвовал в нашествии на Армению. Хонов, принимавших участие в нападении на Армению в составе войск Сане- сана, нельзя сопоставлять с гуннами, представлявшими гуннское царство в Да- гестане, как это предлагает В.И. Кузнецов82. Дело в том, что у Фавста Бузанда речь идет о событиях, имевших место в 30-х гг. IV в., т.е. гораздо раньше, чем на Кавказе появились тюркоязычные гунны (конец IV в.), и задолго до возникно- вения гуннского царства в Дагестане (VI–VII вв.). Кроме того, следует обратить внимание на одно важное обстоятельство: в этом вторжении хоны играли не глав- ную роль, а наряду с другими кавказскими племенами являлись лишь составной частью войска албанского царя Санесана, что совершенно не вяжется с характе- ром тюркоязычных гуннов, которые, установив свое политическое господство в северо-западной части Прикаспия, должны бы были стать в этой войне основной действующей силой. Если бы тюркоязычные гунны приняли участие в нападении на Армению, то это, безусловно, явилось бы столь значительным событием, что не смогло бы остаться вне поля зрения армянских историков, которые не преми- нули бы указать на роль в нем тюркоязычных гуннов. Напротив, как справедливо отмечает К.В. Тревер, армянские историки, начиная с Фавста Бузанда, «говоря о хонах, никак не выделяют их, а называют в одной связи и наравне, не отмечая особенностей их внешнего облика и быта с племенами несомненно кавказского происхождения, как тавасары, хечматаки, гугары, чилбы, баласичи и др83». Все упоминаемые Фавстом Бузандом кавказские племена известны и из дру- гих источников и находят надежную локализацию. Их перечисление начинается 80 Гадло А.В. Этническая история Северного Кавказа... С. 36–37. 81 Мовсес Хоренаци. III, 9 (подробно см.: Арутюнян Б.А. Когда отсутствует научная добросовестность... С. 379–380; Акопян А.А. Албания-Алуанк… С. 108). 82 Кузнецов В.А. Очерки истории алан... С. 67. 83 Тревер К.В. Очерки по истории и культуре… С. 192. 144 Глава III. Кавказские хоны и цанары с хонов и заканчивается баласичами и егерсванами84, т.е. идет с северо-запада на юго-восток – от Дарьяльского перевала (хоны) до области Баласакан (баласичы) на берегу Каспийского моря. При этом примечательно, что следующими после хонов упомянуты похи, т.е. пшавы (похи – чеченское название пшавов), которые были южными соседями хонов. Данный факт служит еще одним подтверждени- ем того, что в сообщении Фавста Бузанда речь идет именно о кавказских (вай- нахских) хонах, а также о других горских племенах Центрального и Восточного Кавказа, находившихся в то время в союзе с маскутским (албанским) царем Сане- саном или в зависимости от него. Этим и объясняется то, что Мовсес Каланкатва- ци называет горские племена общим, собирательным именем албанцы, а Мовсес Хоренаци – жителями Кавказа, северянами (см. ниже). Разбив в сражении при Ошакане войска албанского (маскутского) царя Сане- сана, Армения, по-видимому, вернула себе верховенство и контроль над южной частью Восточного Кавказа, в том числе и над Хонскими (Аланскими) ворота- ми. Поэтому в середине 50-х гг. IV в. военные отряды кавказских горцев, в том числе и хонов, воевали против персов уже на стороне армянского царя Арша- ка (350–36785). Однако в 60-х гг. IV в. Сасанидскому царю Шапуру II удалось переломить ситуацию в свою пользу: в результате нескольких удачных военных акций, направленных против Византии, он смог отторгнуть и присоединить к Персидской империи ряд областей – Гугарк, часть Утика, Арцах и простирав- шуюся от Арцаха до Каспийского моря провинцию Пайтакаран. Таким обра- зом, Персия вновь установила свое господство над восточной частью Южного Кавказа и существовавшими здесь политическими образованиями (царствами и княжествами), которые уже в качестве союзников Персии приняли участие в войне против Византии. В 371 г. Шапур II объявляет войну Византийской империи и в очередной раз вторгается в Армению. Решающая битва между войсками двух империй и их союзниками произошла весной 371 (или 372) г. в Армении, на поле Дзи- рав, расположенном в области Багреванд, у северного подножья горы Нпат. В армянском агиографическом памятнике V в. «История армянского патриарха св. Нерсеса Партева» среди союзников Персии, принимавших участие в этом сражении, упоминается царь хонов Урнайр, возглавлявший объединенное во- йско горцев Кавказа: 84 Ю.С. Гаглойти, ошибочно отождествляя егерсуанов Фавста Бузанда с егерами (ме- грелами) и сванами Западного Закавказья, приходит к не менее ошибочным выводам о вхождении мегрелов и сванов в Маскутское царство Санесана («в аланский (маскутский) союз» (?! – Г.Г.) и о «распространении влиянии алан на Западную Грузию» (см.: Аланика. Сведения греко-латинских, византийских… С. 91. Комм. 9). В действительности егер- суаны Фавста Бузанда не имеют никакого отношения к егерам (мегрелам) и сванам За- падной Грузии. Егерсуанами Фавст Бузанд называет население, проживавшее в бассейне двух рек Кавказской Албании, впадающих в Каспийское море, – Герр (Джерр) и Соаны, о которых сообщают также Птолемей и автор «Ашхарацуйца» (см.: Еремян С.Т. Страна «Махелония» надписи Кааба-и-Зардушт... С. 63; Акопян А.А. Албания-Алуанк… С. 94). 85 Фавст Бузанд. IV, 25. Кавказские хоны 145 «Персидский царь Шапух призвал с тыла царя хонов Урнайра и открыл Аланские ворота86, и собрались к нему войска хонов и маскутов и агугов и лпинов, товматков и губуров, чмахов, гугаров, улов, чучов87 чилбов, малазчов, hеров, куанов, и другие…88». Описание этой битвы дано в трудах армянских авторов Мовсеса Хоренаци, Фавста Бузанда и Мовсеса Каланкатваци, а также римского историка Аммиана Марцелина89. Однако если в «Истории» св. Нерсеса Партева царь Урнайр, уча- ствовавший в Дзиравской битве на стороне персов, является царем хонов, то Мовсес Хоренаци, Фавст Бузанд и Мовсес Каланкатваци называют его албан- ским царем, современником армянского царя Папа (369–374). При этом ни Мов- сес Хоренаци, ни Фавст Бузанд не уточняют состав войск персидского царя Ша- пура II и не указывают на участие в Дзиравской битве хонов, равно как и других кавказских народов, перечисленных в «Истории» св. Нерсеса Партева. Правда, им известно, что албанский царь Урнайр возглавлял объединенные силы горцев Кавказа, однако сообщают они об этом кратко, в частности, называя среди горцев «храброго Шергира, царя леков90». 86 В переводе на русский язык данный отрывок из «Истории армянского патриарха св. Нерсеса Партева» был опубликован Р.А. Габриелян (Армянские источники об аланах. Ереван, 1985. Вып. 1. С. 47), где в перечень племен включены и аланы. Однако аланы не упоминаются ни в одном из известных текстов «Истории» св. Нерсеса Партева, нет их и в древнеармянском тексте, на который ссылается издатель. К сожалению, эта досадная ошибка перекочевала и в ряд исследовательских работ. 87 Большинство перечисленных в «Истории» св. Нерсеса Партева» восточнокавказ- ских этнических наименований упоминаются и в других средневековых источниках, од- нако некоторые приводятся в данном тексте впервые и не известны из других источников. Среди них название чучи, которое, кажется естественным сопоставить с нахским этно- нимом чечен, тем более что с лингвистической и историко-географической точки зрения такая связь представляется вполне правомерной. Конечно, при этом следует иметь в виду, что в IV в. термин чучи (чечен) обозначал, наверное, одну из нахских родоплеменных групп, и лишь позднее, в иноязычной среде он стал названием сформировавшегося нах- ского народа – чечены. Во всяком случае, перед нами, возможно, наиболее древнее из известных нам упоминаний в письменных источниках этнонима чечен. 88 История армянского патриарха св. Нерсеса Партева (на древнеарм. яз.) Венеция, 1853. С. 70. Вариант Б: «хечматаки, бугоры, ичамахи, чучи, гуа, глуары, магуги, узы, шил- бы, чилбы, мазаваны, гесы, соараны и другие» (История армянского патриарха св. Нер- сеса Партева... С. 85). 89 Мовсес Хоренаци. III, 37; Фавст Бузанд. V, 4; Аммиан Марцелин. ХХIХ, 2–5; Мов- сес Каланкатваци. I, 13. 90 Мовсес Хоренаци. III, 37; Фавст Бузанд. V, 4. «Յետ այսորիկ ‘ի թիկունս կոչեր թագաւորն Պարսից Շապուհ զթագաւորն Հոնաց զՈՒռնայր, և բանայր զդուռն Ալանաց, և ժողովեցան առ նա զորքն Հոնաց և Մազքթաց և Ագուգաց, և Լփնաց, Թաւմատկաց և Գուբուրէից, Ճմահաց, Գուգարաց, ՈՒղաց, Ճուճաց, Շղբաց, Մաղազճաց, Գերաց, Կուանաց, և այլ …» 146 Глава III. Кавказские хоны и цанары Историчность албанского царя Урнайра, принимавшего участие в Дзиравском сражении, не вызывает сомнений. Среди албанских царей под этим именем извест- ны двое: первый – принявший христианство и современник армянского царя Трда- та III, второй – современник вышеупомянутого царя Папа. В то же время нет ни- каких оснований не верить сообщению «Истории» св. Нерсеса Партева, в котором говорится о том, что Урнайр – царь хонов. Данное сообщение ценно еще и тем, что, по-видимому, восходит к самому Нерсесу Партеву, который, будучи католикосом Армении, принимал самое активное участие во всех важных политических собы- тиях того времени. Например, в день Дзиравского сражения он находился вместе с армянским царем Папом и с горы Нпат наблюдал за ходом битвы. О том, что царь хонов Урнайр Нерсеса Партева и царь Албании Урнайр Мов- сеса Хоренаци и Фавста Бузанда – одно и то же лицо, ясно свидетельствуют слова, вложенные в уста Урнайра перечисленными авторами. Так, согласно Фав- сту Бузанду, албанский царь Урнайр обращается к персидскому царю Шапуру с просьбой разрешить ему выступить со своим отрядом против армян: «…Окажи милость и прикажи мне в виде награды самому со своим отрядом выступить про- тив армянского войска царя Папа, ибо персидским войскам подобает выступить против греческих войск, а я со своим отрядом выступлю против армянских кня- зей91». По данным Нерсеса Партеви с аналогичной просьбой обращается к пер- сидскому царю хонский царь Урнайр92. Приведенные выше сообщения древнеармянских авторов кажутся противоре- чивыми из-за того, что в них одно и то же историческое лицо – Урнайр, называ- ется то царем хонов, то царем албанцев. Данное противоречие объяснимо. Дело в том, что в античных и армянских источниках термин Албания (албанцы) имел географический, собирательный, смысл, не нес конкретного этнического содер- жания – употреблялся для обозначения многочисленных племен и народов, оби- тавших на территории исторической Албании. Например, согласно известному сообщению Страбона, в Албании проживали 26 племен. Несомненно, население Албании состояло из этнически близкородственных дагестанских народностей, однако в силу ряда обстоятельств слияния этих народностей не произошло, и тер- мин албанцы, оставшись лишь собирательным этниконом, так и не стал самона- званием единого народа или жителей одной страны. Каждая народность Албании сохраняла свою этническую индивидуальность, свою изолированность и свой эт- ноним93, в связи с чем, древнеармянские авторы для обозначения населения этой страны, помимо собирательного термина албанцы часто используют термины 91 Фавст Бузанд. V, 4. 92 История армянского патриарха св. Нерсеса Партева... С. 71. Стремление хонского (албанского) царя Урнайра непременно выступить против войск армянского царя Папа, возможно, указывает на события, имевшие место раннее и приведшие к разрыву отноше- ний между хонским и армянским царствами, в результате чего эти царства оказались в разных военно-политических лагерях. 93 Такая этнополитическая ситуация существует здесь и по сей день, с той лишь раз- ницей, что древнее собирательное название страны – Албания, сменилось на другое, тоже собирательное – Дагестан (страна гор). Кавказские хоны 147 горные жители Кавказа, множество разношерстных кочевых племен Кавказа, северяне, горцы севера, горцы Кавказа94. Древнеармянские источники независимо друг от друга приводят более двад- цати названий албанских племен и народов, подавляющее большинство которых находят надежную локализацию. Перечисленные армянскими авторами албан- ские этнонимы известны также и более поздним, арабским, авторам и находят свое подтверждение в этнонимии современных народов Дагестана. Все это сви- детельствует об историчности данных названий и о достоверности содержащих- ся в армянских источниках сведений о проживании в Албании их носителей95. Многие албанские племена и народы образовывали свои царства и княжества, которые затем вступали между собой в союзы для совместного отражения внеш- ней угрозы или совершения внешних военных акций. Разумеется, между этими царствами и княжествами разворачивалась борьба за первенство, в ходе которой тот или иной народ (или группа племен) политически возвышался, на какое-то время объединяя под своей властью население всей территории Албании. При этом этническое наименование народа, возглавившего такое объединение, при- обретало политический смысл и применялось для обозначения населения Албан- ского царства, выступая синонимом собирательного термина Албания (албанцы). Изменения, происходившие с указанными терминами, хорошо прослежива- ются в античных и древнеармянских источниках. Так, Страбон для обозначения населения Албании использует термины албанцы и леги (гелы), являющиеся рав- нозначными и взаимозаменяемыми96. В армянских источниках для обозначения Албанского царства, помимо термина Албания использованы также этнические наименования народов, господствовавших в тот или иной период. Среди них и термин гаргар, применявшийся для обозначения Албанского царства, заменяя при этом термин Албания97. А распространение на всю Албанию власти маскут- ского царя привело к тому, что для обозначения Албании стал использоваться термин маскутк. И если, например, Фавст Бузанд просто перечисляет горские племена и народы, объединенные под властью маскутского царя Санесана, то Мовсес Каланкатваци называет эти племена собирательным именем албанцы, а самого маскутского царя – албанским. Мовсес Хоренаци же именует эти племе- на северными жителями Кавказа. И в данном случае тот факт, что царь хонов Урнайр назван албанским царем, следует воспринимать свидетельством установ- ления к тому периоду политического господства хонов над Албанией и объедине- ния албанских царств и княжеств под главенством хонского царя Урнайра. В подтверждение вышесказанного отметим также следующее. На территории Албании всегда проживало множество племен и народов, которые не были этни- чески монолитными, поэтому довольно сложно говорить о внутриполитической 94 Мовсес Хоренаци. II, 84, 85. III, 3, 9; Фавст Бузанд. III, 7. 95 См.: Еремян С.Т. Опыт восстановления … С. 271; Акопян А.А. Албания-Алуанк… С. 75–81. 96 Str. ХI, 5,1. 97 Гумба Г.Д. Кавказская Албания по «Ашхарацуйцу»... С. 35–36. 148 Глава III. Кавказские хоны и цанары стабильности Албанского царства и об устойчивости его границ, которые меня- лись в зависимости от того, насколько могущественным был народ, получавший в тот или иной период верховенство и политическую власть в стране. Если юж- ные и юго-западные рубежи Албании того времени более или менее устойчивы и без труда определяются по данным античных и армянских источников, то устано- вить ее северо-западные и северные границы весьма непросто. Ориентировочно эти границы проводятся в зависимости от локализации племен и народов, назы- ваемых армянскими источниками в составе Албанского царства. Судя по данным этих источников, пределы Албанского царства в различные периоды охватывали не только большую часть горного Дагестана, но и районы Центрального Кавказа, включая области расселения нахских племен. В III – начале IV вв. границы Албании доходили на северо-западе до верховьев Алазани и Иори. Здесь, у излучины Алазани (соврем. Ахметский район Грузии), территория Албании заканчивалась, и начинались земли нахских тушин (масахов) и пшавов. Однако уже в 30-х гг. IV в. пшавы (похи) и их соседи хоны (масаха-хоны), как утверждает Фавст Бузанд, известны среди народов Албанского (маскутского) царства, которым повелевает царь Санесан. Данный факт, безусловно, свидетель- ствует о том, что в тот время политическое влияние маскутского (албанского) царя Санесана распространилось и на нахские племена хонов и похов (пшавов). После поражения персов и гибели маскутского царя Санесана в битве при Ошакане (335/336 г.) письменные источники уже не упоминают о маскутах – надо полагать, они сошли с политической арены Албании. В след за этими события- ми в Албании неизбежно должна была произойти очередная перегруппировка политических сил. Судя по всему, первенство перешло к хонам (масаха-хонам), которые распространили свое политическое влияние на население Албании, т.е, Албанское царство возглавил хонский царь, а термин хон стал применяться в со- бирательном значении для обозначения Албанского царства. Таким образом, становится понятным, почему царь Урнайр, возглавлявший объ- единенные войска Албании (или горцев Восточного Кавказа) в битве при Дзираве (371 г.) в «Истории» св. Нерсеса Партева назван хонским царем, а в сочинениях Мовсеса Хоренаци и Фавста Бузанда – албанским царем. Все дело в том, что в период военно-политического объединения племен и народов, в том числе царств и княжеств Албании под главенством хонского царя, термины хон и албан стали синонимами и использовались для обозначения Албании и ее населения в целом. В свете вышесказанного проясняется также и вопрос о том, почему среди четырех бдешхов, сопровождавших армянского царя Трдата III в его поездке к византийскому императору Константину, Агатангелос называет бдешхом масаха- хонов. В армянской версии Агатангелоса данному титулу соответствует бдешх маскутов98. Титул бдешх (бдеашх) в древней Армении присваивался правителям четырех важнейших пограничных областей царства Великой Армении – Алдзни- ка, Кордука, Нуширакана и Гугарка. Бдешхи были крупнейшими наследствен- ными землевладельцами, стоявшими выше нахараров (князей), которые, однако 98 Agathange Historie, 1870. С. 187. Кавказские хоны 149 (скорее всего, при Тигране II Великом), признали суверенитет армянских царей. В государственной иерархии Армении бдешхи занимали первые четыре места после царя. Главной задачей бдешхов являлась защита границ Армении от внеш- них врагов. Традиционно, еще со времени правления армянского царя Арташеса I (189–160 до н.э.) функции бдешха северной пограничной области возлагались на правителей Гугарка. В обязанность бдешхов Гугарка входила защита север- ных пределов Армении – т.е. охрана Кавказских проходов. В период могущества Армении, при царе Тигране II Великом, была укреплена цепь оборонительных сооружений от Жинвали (Сарматские, Цилканские ворота) вдоль Тианети до ни- зовья Алазани, известная как Дурдзукские врата, Пахак хонов (Врата хонов) (см. выше). В этих укрепленных приграничных местах стояли войско, подчиненные правителю (бдешху) Гугарка. Тогда же территория левобережья реки Арагви – от Цилканских (Циканских) ворот (около Жинвали) до устья Алазани, была включе- на в состав Армении. Присвоение правителю масаха-хонов титула бдешха и возложение на него ох- раны кавказских перевалов имело место, скорее всего, в первые годы царствова- ния Трдата III, который, в свою очередь, нес ответственность за свои действия перед Римской империей. Косвенным подтверждением тому является факт пре- бывания Трдата III у масаха-хонов (Дурдзукети), засвидетельствованный древ- негрузинскими источниками. Так, в «Обращении Грузии» сообщается, что, бу- дучи в этих местах, «царь Трдат вернул и крестил» эрцо-тианетцев, чартальцев, пховцев, цилканов и других горцев, которые раннее ушли в Тушетию, опасаясь крещения99. Пожалование Трдатом III титула бдешха правителю хонов (масаха-хонов) было вызвано, несомненно, главенствующей ролью хонов в регионе и их военно-поли- тическим превосходством. Включение предводителя масаха-хонов в число при- дворных армянского царя следует рассматривать не только как дань традиции, согласно которой Арменией в то время считалась вся восточная часть Южного Кавказа, но и как отражение реальной военно-политической ситуации: нахские хоны (масаха-хоны) тогда контролировали проходы Центрального Кавказа (от- сюда название пахак хонов – ворота хонов). Таким образом, сообщение Агатанге- лоса об участии правителя масаха-хонов в качестве бдешха в визите Трдата III к византийскому императору Константину вполне обосновано. После смерти Трдата III (330 г.) ситуация кардинально меняется – нахские хоны в составе коалиции маскутского царя Санесана вторгаются в Армению. Как показывают последующие события, поражение Маскутского царя в этой войне имело далеко идущие последствия. Победа Армении над объединенными войска- ми маскутов, албанов и хонов (масаха-хонов), а также гибель маскутского царя Санесана Аршакида имела важное военно-стратегическое значение. Благодаря ей изменилась расстановка военно-политических сил в регионе. С одной стороны, пошатнувшаяся было позиция Армении вновь усилилась; с другой стороны, на смену сошедшему с политической арены Маскутскому царству выдвинулось объ- 99 Обращение Грузии. С. 85. 150 Глава III. Кавказские хоны и цанары единение хонов, начавшее устанавливать свое господство и над Албанией, в свя- зи с чем, как было отмечено выше, древнеармянские авторы называют хонского царя также и царем Албании. О политической перегруппировке, произошедшей в Албании после битвы под Валаршапатом в 335/336 г., можно прочесть и в сообщениях Фавста Бузанда. Од- нако при этом следует помнить, что, согласно многих источников, царствовав- шие в Персии, Армении, стране маскутов и стране кушан династии ведут начало от парфянского рода Аршакуни (Аршакиды) и все их представители считались родственниками. Так, Фавст Бузанд маскутского (албанского) царя Санесана на- зывает братом армянского царя Хосрова («армянский царь Хосров уклонился от встречи со своим братом, то есть мазкутским царем Санесаном100»). Когда же по- сле битвы под Валаршапатом Хосрову принесли отрубленную голову Санесана, то он сильно разгневался, а затем «расплакался и сказал: «Братом он был моим, родом Аршакуни101». Совершенно иная ситуация наблюдается в отношениях армянского царя Папа и хонского (албанского) царя Урнайра. Согласно Фавсту Бузанду после битвы при Дзираве (371 г.) царь Пап был разгневан по поводу именно того, что полководец Мушег Мамиконян не убил на поле боя хонского царя Урнайра, а даровал ему жизнь и поэтому обвинил полководца в предательстве. Здесь ничего не сказано о принадлежности хонского царя Урнайра к роду Аршакуни и о его родственных связях с армянским царем. Как сообщает Фавст Бузанд, Мушег Мамиконян лишь говорит: «Я на царя, на человека, носящего венец, не поднимал, не поднимаю и не подниму руки102», т.е. он сохранил Урнайру жизнь лишь потому, что тот был царем и носил венец. А если бы Урнайр принадлежал к роду Аршакуни, т.е. был бы братом армянского царя, то в своем ответе ему непременно привел бы этот веский аргумент в свое оправдании. Вышесказанное свидетельствует о том, что после поражения в Ошакане в 336 г. маскутские Аршакиды потеряли власть над Албанией и на смену им приш- ли нахские хоны (масаха-хоны), которые установили здесь свое господство, а их правители получили титулы царей Албании. Таким образом, в середине IV в. нах- ские хоны, расширив границы своих владений от центральных районов Северно- го Кавказа до устья реки Куры и побережья Каспийского моря, превратили свое царство в одно из ведущих государств Кавказа. Начиная с V в. кавказские хоны (масаха-хоны) больше не упоминаются в пись- менных источниках. На территории, расположенной между Картли и Албанией – от устья Алазани на юге до прилегающих с севера к Дарьяльским воротам об- ластей на севере – термина цанар прочно заменил термин хон (масаха-хон). Это связано с политико-административными изменениями, осуществленные Сасани- дами на Южном Кавказе в конце V в. На подвластных им землях Сасаниды про- вели политико-административную реформу в целях введения прямого правления. 100 Фавст Бузанд. III, 7. 101 Там же. 102 Фавст Бузанд. V, 4. Кавказские хоны 151 В 428 г. было упразднено Армянское Аршакидское царство и вся восточная часть Южного Кавказа вместе с Восточной Арменией была выделена в отдельную ад- министративную единицу Кустак Капкох (Кавказский край), которая, в свою оче- редь, была разделена на области (марзпанства). Албанское царство, возглавляемое хонской династией и включавшее в себя нахские и дагестанские объединения, оказало Персидской империи наиболее упорное и длительное сопротивление. Данное обстоятельство следует, наверное, объяснять тем, что к тому времени Албанское царство представляло собой доста- точно могущественное государственное объединение. Армянский историк Ели- ше сообщает, например, что «одиннадцать горских царей» Кавказа, объединив- шись для защиты своей независимости, подняли восстание против Сасанидов103. Возглавлял объединенное войско горцев Кавказа албанский царь Вачэ, который, судя по всему, являлся представителем хонской династии. Разгромив посланные против них персидские войска, горцы освободили свою страну. После неодно- кратных и безуспешных попыток подавить восстание Сасанидский царь Пероз (459–484) обратился за помощью к тюркоязычным гуннам, отправив им «много сокровища104», после чего в Албанию со стороны Северо-Западного Прикаспия вторглись гунны, а с юга – персы. Горцы во главе с царем Вачэ в течение года противостояли многократно превосходившим их силам противника, нанося им ощутимый урон. Однако около 462 г. Сасанидам с помощью гуннов-хайландуров в конце концов удалось подавить сопротивление горцев105. Одержав победу, Сасанидский царь Пероз упразднил царство хонов (Албан- ское царство) и все одиннадцать горских царств и княжеств Восточного Кавказа, которые воевали против Сасанидов. Во всяком случае, в последующий период об этих царствах источники ничего не сообщают. С этого времени население терри- тории хонов (масаха-хонов) известно как цанары. Цанары продолжают контро- лировать Аланские и Цилканские (Циканские) ворота, а спустя еще некоторое время здесь возникает Цанарское царство. Таким образом, анализ имеющегося материала достаточно убедительно го- ворит о том, что сведения древнеармянских и древнегрузинских источников о кавказских хонах периода до появления на Кавказе тюркоязычных гуннов нельзя трактовать как анахронизм. Эти сведения основаны на исторических реалиях и находят множество подтверждений. Они убеждают в том, что в сообщениях древ- 103 Елише. VII, 198. 104 Там же. 105 Здесь следует привести слова армянского историка Елише, восхищенного героиче- ской борьбой вайнахов и дагестанцев, за свою свободу и независимость, и проявленный при этом единству и силе духа: «[Ваче] объединил одиннадцать царей горских народов и противостоял войною полку Ариев, и великий ущерб причинил войскам царским… И хотя его войско ослабло и силы его истощились, все же покорить его они не смогли. Напротив, множество сильных ударов нанес царь [Вачэ], и они тоже были изнурены и истощены, либо в сражениях, либо от страшных болезней. Война затянулась, большая часть страны была разорена, но никто от него (от Вачэ) не отступился» (Елише. VII, 198; см. также: Мовсес Каланкатваци. I, Х). 152 Глава III. Кавказские хоны и цанары них авторов следует различать кавказских (нахских) хонов Центрального Кавказа и тюркских гуннов (хуннов) Западного Прикаспия. Мнение о том, что информация о хонах могла проникнуть в армянские и гру- зинские источники в период существования в Западном Прикаспии Гуннского царства (V–VI вв. н. э.), не может быть принято и по той причине, что хоны были известны в северо-восточной части Малой Азии за тысячу лет до появления на Кавказе тюркоязычных гуннов, на что обращал внимание еще П.К. Услар106. Так, в одной из персепольских надписей Ахеменидского царя Дария I в перечне наро- дов, плативших дань Ахеменидской Персии, наряду с Арминой (Армения), Кат- патукой (Каппадокия) и Спру (Сперия) называется Хуна («…Армина, Катпатука, Хуна, Спру…107»). Следует отметить, что ряд специалистов Хуна надписи Пер- сеполиса предлагают читать как Иония и подразумевают ионян или вообще гре- ков. Однако, будучи размещенными между Каппадокией, Арменией и Сперией, хоны должны были занимать территорию от Каппадокии до верховья Чороха, т.е. достаточно удаленные от Греции земли. Подтверждением тому могут стать со- хранившиеся в этих местах до настоящего времени топонимы: Хон (Хон-к), Хо- нак – в верховье Чорохи; местность Хона юго-восточнее современного Ахалциха; Хонские горы – другое название Джавахетских гор, тянущихся от Дашидагского плоскогорья на юго-запад; местности Хонис и Хонлур (Хон-лур) в Харбердском районе Ерзрумской области108. Наряду с хонами следует отметить также и племя хои, проживавшее в горах, между верховьями рек Чорохи и Верхнего Евфрата (Кара-су). Об этом племе- ни упоминает в своих сообщениях Гекатей Милетский: «хои, народ вблизи ве- хиров»; «до сих пор живут вехиры, а за ними хои»; «с хоями соседят к востоку дизиры109». Вехиры и дизиры Гекатея в научной литературе отождествляются с бизерами и бехирами, факт проживания которых в этих местах засвидетельство- ван и другими античными авторами. Что касается хои, то на этот счет было вы- сказано предположение, что, возможно, оно является искаженной формой имени племени таохи или хайасса. Однако не исключено, что хои Гекатея Милетского – это искаженное хон110. Приведенные выше свидетельства дают веские основания для того, чтобы при- знать правдивыми сведения армянских и грузинских источников о проживании в древности на территории Картли и центральных районов Кавказа хонов (хунов). При этом следует обратить внимание на то, что, по данным «Макцевай Картли- сай», хоны пришли из Халдеи, а по «Картлис цховреба» – это вообще были хал- дейские племена («Вновь пришли племена халдейские111»). Под названием Хал- дия (Халтик) была известна территория на Юго-восточном Причерноморье, где, 106 Услар П.К. Древнейшие сказания о Кавказе // Сборник сведений о кавказских гор- цах. Вып. X. Тифлис, 1886. С. 265. 107 Риттер К. Землеведение Азии. Иран. СПб., 1874. С. 106. 108 См.: Топонимика Армении и сопредельных стран…, т.. II, 180–181. 109 Гекатей, фр. 190. 110 Ср. также с именем вайнахского тейпа Хой. 111 Мровели Леонти. С. 28. Цанары 153 как видели выше, согласно персидской надписи V в. до н. э., размещались хоны, что подтверждается сохранившимися здесь топонимами. В связи с этим было бы, конечно, предпочтительнее видеть первоначальным местом проживания хонов (до прихода их в Картли) именно Понтийскую Халдику. Однако известно, что в грузинских источниках Халдией обозначалось преимущественно Вавилонское царство и, согласно грузинской исторической традиции, как раз с Халдией (Ва- вилонией) связывается постоянный приток племен в Картли112. Сведения грузин- ских источников перекликаются с данными античных и армянских источников, в которых также содержится множество свидетельств прихода в Картли (Иберию) халдеев, или племен, выселенных халдейским царем Навохудоносором (Вави- лонский царь халдейской династии). В связи со всем вышесказанным привлекает внимание весьма важное сообще- ние о цанарах древнеармянского историка Вардана Великого Аревелци, речь о котором пойдет ниже.

0

3

Согласно грузинской исторической хронике «Мокцевай Картлисай» («Обращение Грузии»), [«Обращения Грузии» («Мокцевай Картлисай») специалисты относят к V в., а в VII и IХ вв. сочинение было подвергнуто редактированию. В научной литературе высказано мнение, что одним из источников, использованных при написании данной хроники, возможно, был письменный памятник начала III в. до н. э. (см.: Обращение Грузии. С. 14–19; Меликишвили Г.А. К истории древней Грузии. С. 23–28).] первоначально на территории Картли проживали бунтурки и прибывшие с юга племена хонов, и лишь затем, после похода Александра Македонского (конец IV – начало III в. до н. э.), сюда переселились грузинские (картвельские) племена. [«Когда царь Александр обратил в бегство потомков Лота и оттеснил их в полуночную страну, тогда [он] впервые увидел свирепые племена бунтурков, живших по течению Куры в четырех городах с их предместьями. [Это были]: город Саркине, [город] Каспи, [город] Урбниси и [город] Одзрахе и крепости их: большая крепость Саркине, правительские крепости Каспи, Урбниси, Одзрахе. Удивился Александр и разузнал, что были они потомками иевусеев. Ели все живое и не было у них могил – мертвых пожирали. Будучи [тогда] не в силах бороться с ними, царь удалился. В то время пришли выселенные халдейцами воинственные племена хоннов. Они испросили у владыки бунтурков место, под [условием платить] дань, и поселились в Занави. И владели они им [местом], за которое платили подать, поэтому называется он Херки. Спустя некоторое время прибыл Александр, царь всей земли, разрушил эти три города и крепости и поразил хоннов оружием. А с городом Саркине воевал одиннадцать месяцев; расположился с западной стороны, насадил виноградник, провел оросительный канал из Ксани и у истока канала поставил людей смотреть [за каналом]; от «стаги» канала это место называется Настагиси. Потом взял Александр Саркине: сами [бунтурки, хонны] оставили и удалились. И держал при себе царь Александр сына царя Арриан-Картли Азо, и дал ему в резиденцию Мцхета, и назначил ему границами Эрети, Эгрисцкали, Сомхитию и Црольскую гору, и ушел. А этот Азо отправился в Арриан-Картли, к отцу своему, привел [оттуда] восемь домов и десять домов сородичей [своих] и поселился в древней Мцхета, имея при себе богами идолов – Гаци и Гаим. И этот Азо, сын царя Ариан-Картли, был первым царем в Мцхета, и умер он. И после него царем стал Парнабаз. Он воздвиг большой идол на выступе [горы] и дал ему имя Армаз, и обвел [идол] стеной со стороны реки, и называется [это место] Армаз» (Обращение Грузии. С. 23).]


Явная ложь. Явная, потому что сразу после лжи, сам автор предоставляет доказательство того, что это ложь. В приведенном, вступительном отрывке "Обращения Грузии", нет ни фразы ни о переселении грузин в Картли, после бунтурков и гуннов, ни вообще о переселении грузин куда-либо, да и в целом, о грузинах в этом отрывке нет ни слова. Причина этого заключается в том, что Мровели, в данном случае, не считал нужным очередной и лишний раз упоминать грузин, как обитателей Картли. Они у него обитают в Картли априори. Другой вопрос, что ко времени Александра Македонского, грузины потеряли перечисленные города, теперь занятые бунтурками и гуннами.

И тут стоит обратить внимание на то, что среди городов, занятых бунтурками и гуннами, не упоминается Мцхета. Зато после их изгнания, Александр Македонский назначает правителем страны Азо, и, как написано, дает ему Мцхету в качестве резиденции. Значит, в рамках данного повествования, город Мцхета все это время существовал, но ни бунтурками, ни гуннами, не контролировался. Тогда кто, какой народ владел Мцхетой, накануне прихода Александра Македонского? Ответ очевиден, это были грузины.

Что касается переселенцев после бунтурков и гуннов, то в "Обращении Грузии" есть, как видим, сообщение о переселении сородичей этого самого Азо, сына царя Ариан-Картли. Однако, ни сам Азо, ни его сородичи, не обозначены как грузины, да и никак этнически они не идентифицированы.

0

4

Среди племен Центрального Кавказа хонов упоминают также и древнеармянские авторы.


Если внимательно читать ранних армянских авторов (IV-VI вв.), то конкретно насчет хонов армянской историографии, можно убедиться лишь в одном: все они под данным термином имеют ввиду исключительно один народ - гуннов. Горские народы Северного Кавказа, если и подразумеваются под хонами армянских источников, то только как подданные гуннов, подобно тому, как до этого они были подданными сармат. Гуннам просто передалось владение Северным Кавказом, что называется, в силу преемственности, как затем, также по преемственности, Северный Кавказ перейдет к хазарам.

Доказывается это очень легко. В повествовании всех армянских источников, хоны появляются и исчезают в один и тот же исторический отрезок времени, который в точности совпадает с периодом активности на Кавказе гуннов, то есть, IV-VI века. Будь хоны коренным кавказским народом, они бы фигурировали в историческом повествовании, хотя бы у того же Хоренаци, и по событиям более ранней эпохи. Но такого нет. Известно, что Хоренаци описывает историю Армении с древнейших времен и вплоть до середины V века. Так вот, хоны на страницах его хроники появляются только ко времени правления царя Трдата Меца (III-IV в.).

Несомненно, фиксация в исторических документах хонов, как народа на Кавказе, напрямую связана с тюрками-гуннами.

0

5

Однако, как справедливо отмечает исследователь и издатель «Обращения Грузии» М.С. Чхартишвили, «нет никаких оснований приписывать автору «Обращения Грузии» такую грубую ошибку. На современном этапе исследования вопрос об идентификации данного этнонима (хон. – Г.Г.), видимо, во избежание ошибок, лучше оставить открытым». [Обращение Грузии. С. 60. Комм. 8.]


Вот и спрашивается, почему Гумба, согласившись с М. Чхартишвили на счет того, что вопрос об идентификации мровелианских хоннов должен оставаться открытым, все равно пытается закрыть его и идентифицировать хоннов как вайнахов. Более того, Гумба даже отказывается признать здесь наличие анахронизма, что видно из его тона.

Мы все прекрасно понимаем, что это не были гунны, что их тогда тут не могло быть. Но также мы понимаем, что этого, в свою очередь, не понимал Мровели, и что под своими хоннами он подразумевал гуннов. Поэтому, бессмысленно цепляться за этноним "хонн" для определения того, какой народ подразумевал Мровели под обитателями Занави и Херки накануне прихода Александра Македонского. Тут следует ухватиться за схожие черты, а не за имя.

Иначе говоря, этот народ должен походить на гуннов, к тому же еще и не в нашем восприятии, но в восприятии средневекового грузина, кем и был Мровели. Не только грузины, но и весь средневековый христианский мир воспринимал гуннов как диких и жестоких варваров, носившихся по земле в поисках добычи. Следовательно, мровелианские хонны времен Александра Македонского, должны соответствовать данному образу.

Короче говоря, это какое-то древнее разбойное племя, неопределенного этнического происхождения, а может быть даже смешанного. Потому Чхартишвили и предлагает оставить вопрос об их этническом происхождении открытым. Но Гумба ведь это не устраивает, ему ведь и здесь надо придумать для вайнахов новую страницу истории. Правда, в данном случае, не сказать что славную, с учетом того, как их описывает Мровели (пожиратели мертвечины).

0

6

На Кавказ гунны пришли в 60–70 гг. IV в., а уже в конце того же в. они прорвались через Дербент на Южный Кавказ и, сметая все на своем пути, дошли до Сирии.


Вот именно. Это случилось до написания "Жития Святой Нино". Не забываем, что первоисточником "Обращения Грузии" является "Житие". В конце концов, само "Обращение" не является этнографическим справочником, за который его ошибочно принимает Гумба, но это монография на тему крещения грузин, или обращения в христианство Грузии. Большая часть повествования посвящена этому, тогда как о бунтурках и гуннах говорится во вступительной главе, где дается сжатый исторический обзор.

Обращение произошло в IV веке, но впервые письменно, как "Житие", оно было изложено несколько веков спустя, анонимным автором, то есть, относительно недалеко по времени после отмеченного Гумба гуннского вторжения. По крайней мере, уж точно недалеко относительно времени Александра Македонского. Следовательно, что было наиболее свежо в памяти, то и напрашивалось на аналогию. И чтобы обозначить те древние, неизвестные и безымянные племена, наполнившие собой долину Куры, выбрали имя гуннов, недавно точно также вторгавшихся на Кавказ, и бунтурков, то есть, тюрок в целом, к которым и относились гунны.

Могу предположить, что термин "бунтурк", по задумке изобретателя данного термина, означало гуннского тюрка, то есть, "бунтурк", это позднее, возможно мровелианское искажение от первоначального "хоннтурк". Этим, анонимный автор "Жития", желал подчеркнуть, что те древние племена имели общее происхождение, что гунн и тюрок в сущности тождественны. Просто одни, хонны, то есть вполне конкретные гунны, а другие, бунтурки, или хоннтурки, группа из разных тюркских племен, близких гуннам. Так, данные термины и попали в "Обращение" Мровели.

То что автор пытается вывести их родословную из иевусеев и халдеев, также легко объяснимо. Он церковный человек, для кого настольной книгой является Священное Писание, где, между прочим, изложена генеалогия всех народов. Не всех конечно, а только яфетитов, семитов и хамитов, что я уже пояснял в других комментариях. Но еще даже до недавнего времени, многие этого не понимали, и любой известный им народ пытались отождествить с каким-нибудь народом библейским. Разумеется, тюркские народы, включая и гуннов, не имеют никакой родственной связи с семитско-хамитскими народами Передней Азии, равно как и с яфетитами-индоевропейцами.

Что касается тех древних племен, то, повторю, вслед за Чхартишвили, что вопрос открыт, и можно лишь гадать кем они были. Из текста ясно лишь то, что они точно не были грузинами. Грузины, все это время, пока те племена господствовали на большей части Картли, должно быть группировались во Мцхете, единственном населенном пункте, который они сумели удержать за собой.

0

7

Вместе с тем, реальность существования хонов на древнем Кавказе до прихода сюда тюркоязычных хуннов (гуннов) не ставили под сомнение такие видные кавказоведы, как И.А. Орбели, Г.А. Меликишвили, С.Т. Еремян, К.В. Тревер, Е. Моор, Н.Г. Волкова. Г.А. Меликишвили, в частности, допускал, что сведения древнегрузинской исторической литературы о бунтурках и хонах, как о древнейшем населении Картли, могут соответствовать действительности и являются отзвуком каких-то древних преданий. Этническое происхождение хонов и бунтурков он связывал с северокавказскими племенами и писал о них как о «воинственном населении северного происхождения». [Меликишвили Г.А. К истории древней Грузии, С. 37]


Я приведу выдержку из труда Меликишвили, где он делится своими соображениями относительно всех этих переселений и заселений в Картли, отмеченных в грузинских источниках, и также заодно убедимся в том, кем он считал этих хоннов.

В наименовании Ариан-Картли нам наиболее естественным кажется объяснение непонятного эпитета «Ариан» как «персидский»; в таком случае название «Ариан-Картли» должно означать «Персидскую Картли» (от древнеперсидского аriуаna «арийский», т. е. «персидский»?) (ср. засвидетельствованные в древних источниках названия «Персидская Армения», «армено-халибы» и т. д.).
Такое наименование получили, по-видимому, в древнегрузинской традиции южнокартские области, прочно входившие в состав Ахеменидской империи и даже после крушения ее следующие во многих отношениях традиции персидской государственности (что, между прочим, можно сказать и о соседнем Понтииском царстве и других политических образованиях, возникших на развалинах Ахеменидской державы). Уже на заре своего возникновения восточногрузинская государственность выявляет очень сильные элементы персидской государственности (в правящей династии доминируют персидские именаа, в частности имена, встречающиеся среди малоазийских наместников персидских царей: Фарнаваз, Митридат и др.) В государственной и социальной сфере начинает превалировать персидская терминология: правители области — питиахши, социальные категории «мона» (иранск. mаniуа = «слуга», «раб») и др., вообще устройство государства «по образцу царства Персидского», как об этом говорит древнегрузинская летопись, и т. д. Все это говорит о том, что возникновение восточногрузинской государственности происходило под сильным влиянием традиций персидской государственности.
Это вполне согласуется с той ролью, которую сыграли, согласно древней армяно-грузинской традиции, в возникновении Картлийского государства южные политические образования, сложившиеся на развалинах Персидской державы и во многом продолжавшие традиции последней (Понт, Ариан-Картли) . В свете этого упомянутое историческое предание приобретает для нас некоторую правдоподобность.
Предание это до нас дошло, очевидно, в неполном виде и с искажениями. Однако нельзя сомневаться в том, что перед нами вовсе не плод позднего творчества, а на самом деле отзвук древнего предания. Обращает на себе внимание в древнегрузинском варианте этого предания наличие ряда реалий и деталей: упоминание древних центров Шида-Картли и Месхети (Саркине, Уплисцихе, Каспи, Одзрахе и др.), предание о поселении в районе Мцхета каких-то пришельцев, упоминание об Ариан-Картли, о приходе во Мцхета Азо вместе с определенным количеством («домами») своих сородичей, сведения о древних божествах Гаци и Га и т. д. Все это убеждает нас в том, что перед нами, очевидно, на самом деле древнее предание, дошедшее до нас не в своем первоначальном виде.
В сборнике древнегрузинских летописей «Картлис цховреба» сказание об Азо дошло в сильно переработанном виде, необходимость чего диктовалась, с одной стороны, явным противоречием сказания (содержавшегося в «Мокцевай») общей концепции автора начальной части «Картлис цховреба» и, с другой стороны, тем, что в этом сочинении к сказанию об Азо присоединено другое сказание о Фарнавазе — первом местном царе, основоположнике династии Фарнавазианов.
Согласно «Мокцевай Картлисай», основателем Мцхетского царства был Азо, а непосредственными предками картвелов являются приведенные им из Ариан-Картли роды («сахли») ариан-картвелов. Согласно Шатбердской рукописи, их было восемнадцать: «восемь домов [кого? возможно, имеется пропуск] и десять домов сородичей». Однако в некоторых вариантах этого памятника, возможно, стояли другие числа. Автор новой редакции «Жития св. Нино» — Арсен Бери (XII в.) говорит, что Азо (у него: Азове) привел из Ариан-Картли тысячу домов «мдабиой, уплисай» (простолюдин) и десять домов «мтавартаган» (княжеских). Здесь же прямо говорится, что «мы, картвелы, являемся потомками этих, вышедших из Ариан-Картли (переселенцев)». Это подчеркивается также и в Шатбердской рукописи «Мокцевай Картлисай»; описывая идолы, стоящие на Армазской горе, Нино говорит об идолах Гаци и Га, «которые были божествами ваших (= картвелов) отцов (= предков) из Ариан-Картли» (Описание, 752). Царь Мириан, обращаясь к Нино называет тех же Гаци и Га «древними божествами наших отцов (предков)» (Описание, 769). Таким образом, «Мокцевай» рассматривает население Картли — картвелов прямыми потомками переселившихся из Ариан-Картли родов («домов»). До этого переселения в Картли жили звероподобные «бунтурки», гунны (хонны) и т. д.
Составители «Картлис цховреба», несомненно, имели перед собой это предание в «Мокцевай Картлисай», которым они вообще очень широко пользовались. Однако предание это не могло быть полностью использовано ими. Ведь у автора начальной части «Картлис цховреба» имеется определенная концепция о происхождении картвелов, исходящая из библейской схемы: картвелы происходят от своего родоначальника, потомка Ноя Картлоса, который вместе с родоначальниками других кавказских народов — таргамосианцев, в глубокой древности пришел и поселился на Кавказе. Его старшим сыном был Мцхетос — эпоним столицы Картли Мцхета. Итак, и картвелы жили в Картли издревле, и Мцхета существовала с древнейших времен. Поэтому была неприемлема мысль о переселении прямых предков картвелов из Ариан-Картли. В самом деле, в «Картлис цховреба» мы не находим упоминания об Ариан-Картли. Однако все, что не так явно противоречило вышеприведенной концепции автора «Картлис цховреба», все же было заимствовано из означенного предания «Мокцевай Картлисай». Правда, звероподобное население Картли здесь называется «картвелами», но несколько ниже поясняется, что это те, «которых мы называем бунтурками и кивчаками» (КЦ, с. 17). Притом отмечается, что при приходе своем в Картли Александр Македонский уничтожил этих чужеземцев, живших на территории Картли, а «картлосианов» оставил, дав им правителем Азо (Азона).
Таким образом, из предания «Мокцевай» был заимствован также и Азо. Но, так как, по концепции автора, он не мог происходить из какой-либо Картли, Азо превратился в македонца, ставленника «греков» и т. д. «Картлис цховреба» сохранила отклик и на то сообщение, что вместе с Азо в Картли пришли его сородичи, но если, по «Мокцевай», это ариан-картвелы, то, согласно «Картлис цховреба», это сто тысяч «римлян» (КЦ, с. 18). В дальнейшем часть этих «римлян» отпала от Азо и перешла на сторону Фарнаваза. От них и происходят «азнауры» (дворяне) (КЦ, с. 25).
(Очерки истории Грузии, Глава XII)

Как видим, хоннов «Обращения Грузии» Меликишвили считал гуннами: «До этого переселения в Картли жили звероподобные «бунтурки», гунны (хонны) и т. д.».

0

8

Н.Г. Волкова, например, кавказских хонов напрямую относила к протонахским племенам. [Волкова Н.Г. Этнонимы и племенные названия Северного Кавказа... С. 128, 130. Вместе с тем, К.В. Тревер и Н.Г.Волкова, предполагая, что с тюркоязычными гуннами албанцы и армяне вплотную столкнулись лишь в VI в., к кавказским племенам относят и гуннов, упоминаемых в древнеармянских источниках в северо-западном Прикаспии, севернее Дербенда (в частности, страна хонов Елише). Однако с этим трудно согласиться, поскольку археологические памятники и письменные источники (Приск Панийский, Аммиан Марцеллин) указывают на присутствие тюркоязычных гуннов в этих местах уже с конца IV в. н. э. Некоторые исследователи к тюркским гуннам относят также упоминаемых Дионисием Периегетом в северо-западном Прикаспии во II в. н. э. туннов//уннов, что, конечно, не исключено, но пока не подтверждено какими-либо материалами, а потому трудно доказуемо.]

В указанной работе Н. Волковой нет ни слова о хонах. Есть хойцы, как составная часть чеберлоевцев. Только непонятно, с чего Гумба взял, что Волкова в хойцах видела хоннов Мровели. В ее работе ни о чем таком даже близко не сказано.

0

9

В «Ашхарацуйце», например, хоны упомянуты дважды – среди племен, бесспорно кавказского происхождения, проживавших в центральных районах Кавказа, так и среди племен, обосновавшихся на северо-западном берегу Каспийского моря, в Дагестане (Хонское царство): «В тех же [Кавказских] горах живут Ардозы, а по эту сторону от них – Дачаны, Цихоимы, Дуалы, Цыхои, Пурки, Хоны, Цанары, у которых находится Аланские ворота, как и другие ворота, называемые Цикен, по имени проживающего там племени Цикен, затем туши… Маскуты проживают в долине Варданеан вплоть до Каспийского моря, куда доходят отроги Кавказского хребта, где находится стена Дербента… К северу от него (Дербентские ворота – Г.Г.) у самого моря [находится] царство Хонов от самого моря к западу от него по Кавказским горам; там же Хонам принадлежит город Варачан, а также Чундар и Смындыр» (выделено мной. – Г.Г.) [Ашхарацуйц. С. 27. «...Եւ ‘ի նոյն լերինն՝ յետ Արդոզեան ազգին բնակեն Դաջանք, Դուալք, Ծըխոյք, Փուրքա, Խոնք, Ծանարքայ, յորում Ալանաց դուռն. Եւ միւս դուռն որ ասի Ծեքեն, համանուն ազգի. Եւ ապա Թուժք... Մասքութան ազգն բնակեալ են, ՝ի Վարդանայ դաշտին, մինչեւ ցԿասպից ծովն, յոր բազուկն Կաւկասայ հպի, յորմե ածեալ է զպարիսպն Դարբանդայ... Իսկ ի հիւսիսոյ նորա Թագաւորութիւն Հոնաց հուպ ի ծով. Եւ ՝ի մտից նորա առ Կաւկասով Վարաջան քաղաք նոցին Հոնաց եւ Չունդարս եւ:»] Здесь следует обратить внимание на одну очень важную деталь: если название Гуннского царства в Прикаспии во всех рукописях «Ашхарацуйца» передается в форме х̔он (hon, հոն), то для обозначения хонов Центрального Кавказа в древнейших рукописях, в том числе и в лучше всего сохранившемся списке (№ 582), используется форма хон (xon, խոն). [Матенадаран. Институт древних рукописей им. Месропа Маштоца. Рук. №№ 582, 784, 1717, 1883, 1898.] Данный факт не позволяет считать сообщения «Ашхарацуйца» о хонах Центрального Кавказа и Прикаспия ни результатом наслоения разновременных сведений об одном и том же племени, ни случайными повторениями и свидетельствует о том, что армянскому географу были известны на Кавказе два этнически различных племени, которые он называет разными именами – хон (խոն), проживавшие на Центральном Кавказе, и hon (hон, Հոն) – Гуннское царство), населявших северо-западное побережье Каспийского моря.

Все так, и в Ашхарацуйц действительно отмечены две различные формы написания, двух разных, указанных в разных местностях, народа. Правда Патканова это нисколько не смущало, и в своем русском переводе Ашхарацуйц, он и этих горских хонов, и других, степных, обозначает как гуннов. Однако, подчеркнув это различие, господин Гумба, что называется, сам себя обманул.

Дело в том, что начальная грузинская буква «хаэ» в слове «хонн» (ჰონნ) «Обращения», фонетически соответствует начальной армянской букве «хо» в слове «хон» (հոն) Ашхарацуйц. В последнем случае, как это сам показал и признал Гумба, эта буква присутствует не в наименовании горских хонов (խոն), а в наименовании вон тех, степных хонов из «Гуннского царства».

Выходит, Гумба сам выявил тождество между гуннами Ашхарацуйц и хоннами «Обращения Грузии». Следовательно, была ли в горах Кавказа такая народность, как хоны, или это ошибка в тексте, все это неважно для нас, так как оно не имеет отношение к хоннам грузинских источников.

0

10

Факт проживания в этих местах хонов засвидетельствован и грузинским письменным источником XIII в.: хоны (хунаги) названы при перечислении народов вайнахского происхождения («кисты, хунаги, тушины»). [Государственный музей Грузии. Л. 10-В-II ХIII в.]


Есть такая заразная болезнь, называется дифтерит. Вот по грузински дифтерит – «хунаги». Ума не приложу, откуда выкопана очередная нелепость о каком-то народе хунагов в грузинском источнике. Видимо, это какая-то техническая ошибка в архиве Гумба, возникшая при переработке собственных рукописей.

Вообще, хунаги упоминается в связи нашествием Мурвана Кру. В его войске, во время пребывания в Абхазии, как раз вспыхнула эпидемия дифтерита. Видимо, отсюда это слово попало в указанный документ, заняв место другого термина, я полагаю, термина «хундзта» (хунзахцы, аварцы).

А Гумба уже начал строить очередные свои вытянутые за ушли концепции («компонент ги является вайнахским послелогом»). Стоило ли смеяться над грузинами с их «лечкопом». Тут не хуже «лечкопа» анекдот получился.

0

11

Исключительный интерес в этой связи представляют сведения древнеармянского автора Агатангелоса. В греческой версии «Истории Армении» Агатангелоса говорится, что в начале IV в. Григорий Просветитель и царь Армении Трдат III (287–330) распространили христианство в Восточном Закавказье «до границ Масаха-хунов, до Каспийских ворот и той части, где сторона алан» (ἒως όίων Μασαχού τών Οϋννων). [Agathange Historie de regne de Tiridate et de la predication de saint Gregoire JJ lluminateur, Langlois - FHG, Paris, 1870, 180 (далее Agathange Historie, 1870); См. также: La version grecgue ancienne du livre armenien d’Agathange edition critigue, par Guay Lafontaine, Institut Orientaliste, Louvain-la-neue, 1973.]


Вот соответствующий отрывок из Agathange: depuis la ville de Satala jusqu’au pays des Chaldik, et depuis Gaghardch près les confins des Massagètes, vers le pays des Alains, jusqu’au pays des Caspiens, à Phaïdagaran, ville du royaume d’Arménie. Как видим, речь шла не о выдуманных Гумба масахунах, но о массагетах, вполне реальном скифском народе, известном еще со времен Геродота, и осевшем на Кавказе. От массагетов и идет название прикаспийской страны Маскут. Конечно, в IV веке нашей эры, никаких ираноязычных массагетов уже не существовало. Осталась лишь страна Маскут, в которой теперь жили тюркоязычные гунны.

0

12

Ясность в вопрос о том, какой народ скрывается под именем масаха-хонов, до земель которых распространилось в IV в. христианство, можно внести сопоставив сведения Агатангелоса с данными «Мокцевай Картлисай». Информация древнегрузинского источника относительно распространения христианства в Восточном Закавказье не просто совпадает с данными греческой версией Агатангелоса, но и дополняет ее. Согласно «Мокцевай Картлисай», горцев, проживавших на территории современной Восточной Грузии, обращала в христианство св. Нино, которая прибыла в Армению во времена царствования Трдата III вместе с Рипсиме и Гаяне, а затем перебралась оттуда в Картлию. Из Мцхета «отправились св. Нино и епископ Иоанн, и вместе с ними царь отправил одного эристава. Они пришли и остановились в Цобене, позвали мтиульцев – звероподобных людей: чарталийцев, пховельцев, гудамакарцев и проповедали им о честном кресте Христовом, ведущем к вечной жизни, но те не захотели принять крещение. Тогда эристав царский пустил в ход немного оружия и силою сокрушил идолы их. Оттуда они пришли и остановились в Жалете, проповедовали эрцо-тионетцам, которые вняли им и приняли крещение. Между тем, пховельцы оставили свою страну и перебрались в Тушетию. Большая часть других мтиульцев тоже не обратились в христианство. Так как они не захотели креститься, царь увеличил им подать. Поэтому и они впали в заблуждение и ушли» (выделено мной. – Г.Г.). [Картлис цховреба. С. 47. По другой версии, «Нино отправилась, взяв с собою прибывшего из Греции священника Якова и одного эристава, и остановилась в Цобени. И призвала горцев: чартальцев, пховцев и цилканцев, и проповедала веру Христа, и те не пожелали [принять ее]. И эристав пустил немного в ход оружие, и [они] со страху выдали на сокрушение свои идолы. И перешла в Эрцо, и остановилась в Жалети, в местечке Эдеми, и просветила эрцо-тианетцев; а кварельцы, услыхав об этом, сбежали в Тошети, которых нашли лишь впоследствии: царь Трдат вернул их и крестил» (выделено мной. – Г.Г.) (Обращение Грузии. С. 27).] Следовательно, в IV в. христианство распространилось до верховьев Алазани и Иори, где, в предгорьях Главного Кавказского хребта, лежали земли Тушетии и где находили убежище люди, не желавшие принимать крещение.


Неверно. Тушетия не расположена ни в "верховьях Иори и Алазани", ни в "предгорьях Главного Кавказского хребта". Верховье Иори, это Эрцо-Тианети; верховье Алазани, это Панкиси. Тушетия же лежит не в предгорьях Кавказского хребта, но за Хребтом, в междуречье Пирикитской Алазани и Тушетской Алазани, при слиянии образующих Андийское Койсу, уходящую в Дагестан. Причину путаницы у Гумба следует искать в одинаковых названиях рек, ведь по сути, имеем три реки с названием Алазани.

Конечно изначально, тушины, будучи грузинами, должны были жить южнее Хребта, наверно как раз в верховье Алазани. Земли на северных склонах Кавказского хребта, тушины могли освоить в период Первого возвышения Иберии (II в.н.э.), при царствовании Фарсмана Квели, расширившего пределы античной грузинской государственности. Тушин в том же веке фиксирует на Северном Кавказе Клавдий Птолемей, по соседству с дидойцами, у которых они видимо и отняли это междуречье.

Утверждение Гумба, что тушины жили у подножья Хребта, справедливо лишь на период до II века. Но сейчас идет описание IV века, а к тому времени тушины уже прочно обосновались за Хребтом. Туда, на свою новую родину, они и перенесли название реки из своей прежней родины. Также можно объяснить и наличие двух селений с одинаковым названием - Омало - в Панкиси и в Тушетии. Очевидно, это название на Северный Кавказ принесли с собой тушинские переселенцы из панкисского Омало.

0

13

Здесь будет уместно вспомнить, что дагестанцы (аваро-андийцы) тушин (цова-тушины, бацбийцы) именуют мосох (масах, мосок).

"Мосох" от "мосх", "месх". Видимо отголосок времен распространения месхетинского влияния на территорию сегодняшней Восточной Грузии. Вообще, предков тушин, как и предков остальных восточных грузин, следует относить к гогарской отрасли, о чем я уже говорил. Но попав, на короткий период, вероятно во второй половине VI по первую половину V веков до нашей эры, в зону активности мосхов (другая отрасль), что находим в "Землеописании" Гекатея Милетского, гогары фигурировали под именем мосхов, что отразилось и на восприятии соседей. Возможно в глубокой древности, предки аварцев называли "мосохами" не только тушин, но и остальных грузин. Примерно как с азербайджанцами, которых аварцы именуют "кажарами", хотя каджары только одна из этнографических групп азербайджанцев.

0

14

Масахов (mazakai) локализовали в этих местах Плиний [Plin.VI, 15.] и Помпоний Мела (см. ниже),


А. Латышевым высказано предположение, что эти мазаки были сарматским племенем, жившим в Предкавказье. Согласно его же отсылке к В. Яйленко, с мазаками связан топоним Моздок. Общеизвестно где расположен данный топоним. Это слишком далеко от Тушетии, чтобы считать мазаков Плиния ее обитателями.

0

15

а непосредственными соседями масахов (цова-тушин) на северо-западе, как отмечено выше, являлись хоны. Отсюда следует, что христианство было распространено до границ мосохов (тушин-бацбийцев) и хонов, то есть масаха-хонов, проживавших бок о бок у подножья Главного Кавказского хребта.


По порядку. Во-первых, цова-тушин во времена распространения крещения грузин еще не существовало. Цова-тушины, или иначе бацбийцы, это группа тушин нахского происхождения. Они потомки вайнахов, переселившихся в Тушетию и влившихся в тушинскую народность в позднее средневековье.

Во-вторых, мосохи, мосхи, это в первую очередь греческое наименование грузинского народа месхов. Впрочем, на более древнем этапе, тушины, как и другие восточные грузины, о которых я говорил, что они именовались гогарами, какой-то период, период усиления месхов, могли носить и имя месхов, как обобщенное имя всех грузин долины Куры. И так это имя могло обосноваться в аварских языках архаического слоя. Это я уже объяснял.

Наконец, в третьих. Если, по Гумба, хоны это ингушский род Хоной, и если, у него же, этот род занимал истоки реки Армхи, то невозможно, чтобы они "проживали у подножья Главного Кавказского хребта" с южной стороны. Ведь Гумба здесь явно имеет ввиду южные склоны, забывая, что сам же выше говорил об Армхи, чьи истоки, как мы знаем, идут из северных склонов. Так что, если эти нахские хоны (не хонны-гунны) и правда существовали, то они в любом случае никак не отмечены в истории с распространением христианства в Грузии. В конце концов, они даже не упомянуты в самой рукописи. Тушины, пховелы, мтиулы и другие, но никаких хонов, масахов и масахонов.

0

16

По сообщению «Картлис цховреба», переселившиеся к тушинам жители Эрцо-Тианети впоследствии возвратились.


Поправлю, не эрцо-тианетцы ушли к тушинам, но пховцы; а эрцо-тианетцы, напротив, сразу приняли крещение.

0

17

Основная их часть приняла христианство, и к ним были направлены миссионеры. Об этом есть сообщение в арабской версии «Истории Армении» Агатангелоса, согласно которому, Святой Григорий посылает миссионера в страну Дурдзукет.


Снова подлог. В "Обращении" об этом сказано следующее: "Многих из них [пховцев] лишь в последнее время обратил Абибос, епископ Некресский, но некоторые остались язычниками до наших дней". Как видим, во-первых, речь не о вайнахах-дурдзуках, а о пховелах-грузинах. Во-вторых, и это главное, Святой Григорий Просветитель и его миссионеры тут не при чем. Пхови крестил епископ Грузинской церкви, и произошло это гораздо позднее. "Последнее время" для "Жития", или, если это "Обращение", может быть VII, VIII, IX веком; короче говоря, это никак не время Святого Григория (IV век).

Таким образом, нет никакой связи между обоими историями. Что до миссионеров Армянской церкви, благовествовавших в IV веке на северно-востоке Кавказа, среди кочевников (гунны) и среди горцев (кавказцы), то такое действительно было. И история с распространением христианства в "стране Дурдзукет" видимо является, образно говоря, одной из глав в истории этой миссии на северо-востоке Кавказа. Но повторю, что история христианства в Горной Грузии к этой истории не относится, что я только что доказал. Сращивание двух историй надо считать подлогом. Задача у подлога все та же: показать, будто Горная Грузия и Дурдзукети равнозначны.

0

18

Благодаря данным многочисленных источников (армянских, грузинских, греко-латинских), хорошо известно, что восточное (сиро-палестинское) христианство распространилось в Восточном Закавказье через Армению, посредством армянских миссионеров.


Про источники, не совсем так. Насчет албан, а также остальных народов Северо-Восточного Кавказа, так. Да, у них были армянские миссионеры. Но насчет грузин, нет.

Грузинский народ был просвещен девой из Каппадокии, скорей всего ассирийкой, но возможно что еврейкой (ее имя, как и имена ее родителей, сугубо семитские). И это, между прочим, уникальный случай в истории христианства, когда апостолом, то есть благовестником и просветителем нации, выступил не мужчина, как положено, но женщина - девушка, которой, кстати, по ее прибытию в Грузию, еще не исполнилось и двадцати лет!

И греко-римские историки, Созомен и другие, сообщают, что Грузию просветила "пленница" (хотя в действительности, в отличии от своих спутниц, она плена избежала), и подробно излагают историю о Св. Нино. Армянский источник - трилогия Мовсеса Хоренаци "История Армении" (написана в V в.) - подтверждает ту же версию, о Сурб Нунэ.

Так что, говоря об "армянских миссионерах, посредством которых в Восточном Закавказье распространилось христианство" и ссылаясь на все известные по данной теме источники, Гумба отчасти прав, а отчасти говорит неправду. Из этого его Восточного Закавказья, в данном случае, полагается исключить Грузию.

0

19

Картлийская (грузинская) и албанская церкви иерархически были подчинены армянской церкви и представляли собой ее составные части. [Кекелидзе К. Этюды истории древнегрузинской литературы (на груз. яз.) Тбилиси, 1945. Т. 1. С. 30; Еремян С.Т. Общность судеб и культурно-политическое содружество народов Закавказья в IХ–ХI вв. // «Кавказ и Византия». Ереван, 1979. Вып. 1. С. 68.]


Согласно армянским источникам, да, владыки Агванской и Грузинской церквей изначально находились в статусе подчинения по отношению владыке (айрапету) Церкви Армянской, который, правда, и сам, в свою очередь, получал ординацию у архиепископа Кесарии Каппадокийской. Но кроме армянских источников, об исконном подчинении духовного владыки Грузии айрапету, ни у кого не сообщается.

В том же "Обращении Грузии" указано, что первым епископом Грузинской церкви был Иоанн, прибывший по распоряжению императора Константина. С ним вместе тогда прибыло двое священников, Просила и Иаков. Последний, с кончиной Иоанна, стал следующим епископом. Рукоположение грузинские епископов происходило в Антиохии.

Думаю, Грузинская церковь попала в зависимое положение от Армянской церкви не сразу, но в период Первого и Второго Двинского Собора (VI в.). Все три завказские Церкви порвали тогда с греками и латинянами, и стали придерживаться монофизитского вероучения. Здесь еще большую роль играла и политика. VI век, это время Сасанидского господства в Закавказье. В идеале для себя, Сасаниды стремились вообще уничтожить христианство в пределах собственной державы. Но видя, что уже третье столетие в этом направлении у них мало успехов, они решили по крайней мере нарушить конфессиональное единство между своими христианами, и христианами Византийской империи, их (Сасанидов) непримиримого соперника.

Так что, завершив покорение центральной и восточной частей Закавказья, Сасаниды практически принудили тамошних христиан официально осудить и проклясть Халкидонский Собор, чье вероучение признавалось большинством греков. И поскольку среди армян диофизитов, напротив, было меньшинство, сасанидские шахи в своей новой политике в Закавказье, стали опираться на армян. Вдобавок, сама Армения, размерами вдвое превосходила Аран и Иверию вместе взятые, и в целом опережала по развитию этих двух. Короче говоря, все способствовало тому, что при новых обстоятельствах, из трех Церквей, лидирующая позиция будет у Армянской.

Или иначе говоря, Сасаниды, используя армян-монофизитов как опору, ввели две другие Церкви, менее надежные, особенно Грузинская, где оставалось много диофизитов, ввели, значит эти Церкви, в зависимость от армянского владыки. Но в следующем столетии, при кратковременном ослаблении Сасанидов, Грузинская церковь, стараниями владыки Кирона, приняла Халкидонский Собор, что само собой вывело ее из постановлений Первого и Второго Двинского Соборов, а также спровоцировало Третий.

Вместе с тем, доктринальный и догматический разрыв с Армянской церковью, привел и к восстановлению самостоятельности Грузинской церкви, которой та добилась еще в период Второго Возрождения Иберии (V в.), при царствовании Вахтанга Горгасали, и которой она лишилась после гибели этого великого царя, поскольку с его гибелью, Грузия оказалась в полном подчинении у Сасанидской державы, со всеми последствиями, включая и потерю церковной самостоятельности.

0

20

В процессе обработки и слияния локальных легенд и преданий уже в конце V в. сформировалась официальная концепция трех церквей – армянской, картлийской и албанской, по которой св. Григорий становится единственным христианским просветителем всего Восточного Закавказья. [См.: Мурадян П.М. Кавказский культурный мир и культ Григория Просветителя // «Кавказ и Византия». Ереван, 1982. Вып. 6. С. 11; Марр Н.Я. Крещение армян, грузин, абхазов и аланов… С. 149.]


Теперь такая концепция у армян есть, это правда. Называют даже имена трех миссионеров, отправленных Святым Григорием в три закавказские страны - Лазику, Иверию и Алванию - Софроний, Иринарх и Фома. Они-то де, под водительством Григория Партева, и просветили и крестили перечисленные страны. Как будто и не жила на свете Сурб Нунэ, как будто и не посвятил ее подвигу отдельную главу своей трилогии, отец армянской истории, честнейший Мовсес Хоренаци.

Нино могла получать содействие от Григория Просветителя, это нельзя конечно исключать. Нино не имела, и будучи женщиной, не могла носить духовного сана (см. Первое послание к Тимофею). Григорий же был епископом, при чем, из всех епископов, что служили кресту поблизости от Грузии, епархия Григория находилась ближе всего. Нино проповедовала и учила; через нее совершались чудеса, как важное сопутствие в деле просвещения язычников еще с апостольских времен; но ей не позволялось совершать обрядов (крещение, причащение, и т.д.).

Я полагаю, дело было так. Мы знаем, что свою миссию в Грузии, Нино начала в 20-е годы и завершила в 30-е. Мы знаем, что приблизительно тогда же скончался Григорий. Вероятно, в тот отрезок времени, когда вокруг проповедницы уже собралась небольшая община мцхетских прозелитов, но пока сам грузинский царь еще не уверовал, а значит и не обращался к императору с просьбой прислать священников, таинства в новообразованной христианской общины Мцхеты, мог выполнять направленный по их просьбе священник из Армении, накануне ставшей христианской страной, и где духовная власть находилась в руках Григория.

Таким образом, можно предполагать, что в промежутке от начала миссии Нино и до возникновения Грузинской церкви – а возникла она когда, по воле царя, христианство было объявлено государственной религией – духовная власть Григория распространялась и на грузинских христиан (грузин и местных евреев). И по видимому, один из упомянутых священников, чьи имена сохранились в армянских преданиях, и был приглашен местными христианами в Мцхета, для совершения таинств, которых нельзя было совершать Нино. В «Обращении» так и сказано об ее «учениках, принявших бремя ее учения, но без крещения, ибо не было здесь священника, который бы крестил их».

Далее, уже, Григорий скончался, а грузинский царь к этому времени, уверовав, решил принять христианство, что было равнозначным принятию христианства Грузией, и обратился к императору Константину Великому, и его матери, Святой Елене, чтобы они дали «священников для крещения». Выходит, что версия об изначально вхождении Грузинской церкви в состав Армянской церкви, возникла на почве имеющегося предания об армянском священнике, служившем в Мцхета до возникновения Грузинской церкви. Поскольку, Главою Армянской церкви был, тогда еще здравствовавший Григорий, то община мцхетских христиан, посредством того священника, оказалась, пусть и не напрямую, но под духовной властью Григория, епископа Армянской церкви. Однако, возникшая затем Грузинская церковь, имела в своем основании не этого священника.

И видимо этим священником, в данной новой концепции, и пытаются заменить Святую Нино. Тогда получится, что христианизировал Грузию обыкновенный армянский священник, направленный армянским епископом. Только вот какая древняя армянская рукопись сообщает о таком, я не нахожу. И нет этого в первую очередь у Агатангелоса, даже в ранних - арабской и греческой - версиях. При том, нельзя исключать и варианта, что мцхетские христиане вообще обходились без обрядов (таинств), и христианами числились лишь "по вере". Полноценное же их принятие в Церковь, произошло уже после прибытия греческих священников. Так, во всяком случае, ясно из "Жития Нино".

0

21

Именно эта концепция, известная как «Житие Григория», представлена в греческой и арабской версиях «Истории Армении» Агатангелоса. Согласно ей, деятельность св. Григория охватывала всю территорию Восточного Закавказья, в связи с чем раннесредневековая литературная традиция называет Арменией все Восточное Закавказье, отражая таким образом церковно-культурное единство проживавших здесь народов. Именно эти границы христианской Армении (или Армянской церкви), простиравшиеся на северо-западе до Лихского хребта, а на севере – до Аланских (Дарьяльских) ворот, гор Масаха-хонов (подножье Главного Кавказа) и Каспийских (Дербентских) ворот, приведены в греческой версии труда Агатангелоса. [Кроме того, согласно административному делению Персии, а затем Арабского халифата, все Восточное Закавказье называлось Арменией (Арминия). Так, Захария Ритор Грузию и Албанию называет находящимися в Армении («Гурзан в стране Армения», «Арран в стране Армения»). Персидский автор Табари (Ат-Табари) также указывает, что при персидском царе Хосрове I Армения включала в себя все Восточное Закавказье, а Сул-Чора (Каспийские ворота) являлись границей Армении]


Можно согласиться, но с условием, что относительно грузин, все это охватывало лишь одно десятилетие, а именно, период середины 20-х по середину 30-х годов IV века. Со смертью Григория и с приходом в Грузию Иоанна, что произошло почти одновременно, Грузия уже вне границ Армянской церкви.

0

22

Причину такого разночтения сохранившихся версий «Истории Армении» и отсутствия в армянском варианте информации о распространении христианства в Восточном Закавказье (до земель масаха-хонов) следует искать, скорее всего, в произошедшем в начале VII в. расколе между армянской и картлийской церквями. К этому времени в Картли сложились определенные политические и историко-культурные условия, ставшие причиной начала процесса национализации церковной жизни, который в 609–620 гг. привел к отделению картлийской (иверской) церкви от армянской. С этого времени картлийская церковь окончательно примкнула к византийской имперской диофизитской церкви и вышла из подчинения армянскому католикосату.


Вообще-то к "византийской имперской диофизитской церкви примкнула" не только Грузинская церковь. Еще раньше грузин, к диофизитам примкнуло немало армян, покинувших монофизитскую Армянскую церковь. Для этой части армян, в пределах Византии, была создана диофизитская Армянская церковь, со своим католикосом. Интересно, как Гумба объяснит данный шаг части армян, не станет же говорить о "национализации церковной жизни"? Если грузин, чья Церковь, официально став монофизитской (нач. VI в.), в течении VI века действительно попала в подчинение армянскому католикосу, он может, и не без удовольствия, обвинить в национализме и сепаратизме, то какое объяснение можно найти для выхода из подчинения собственному же католикосу, части армян? Может быть ими, перешедшими в диофизитство армянами и грузинами, двигало нечто большее, нежели суета мира?

Грузинский католикос Кирон, принявший Халкидонский Символ веры, вел активную и долгую полемику с армянскими католикосами, и демонстрировал достаточные познания в доктринальных и догматических вопросах, чтобы дать нам повод думать, что двигало грузинами, в первую очередь осознание правоверности Халкидона.

При том, отрицать наличие и националистических мотивов, конечно нельзя. Это тоже было, тем более, что оно было не новым явлением в Грузии. Эта гумбовская "национализация церковной жизни" у грузин, на самом деле началась не к VII веку, но гораздо раньше, как я уже говорил, еще во времена Горгасала. Правда, тогда это был сепаратизм не против армянского католикосата, так как в духовную и иерархическую зависимость от него, Грузинская церковь попадет только в следующем веке. Но тогда, в V веке, это было стремление выйти из под прямого подчинения Антиохийскому патриархату, где происходило рукоположение грузинского архиепископа, главы Церкви Грузии. При Вахтанге, и исключительно благодаря его политике, все изменилось. Теперь глава Церкви Грузии стал независимым католикосом, избираемым местным Собором.

Однако сейчас, в истории с Кироном, национальное было второстепенным. Первичным было принятие православного вероучения и желание перейти на него официально. И главным деятелем тут, кто заново стал распространять принципы Халкидона среди грузин, и был Кирон, о чем подробно пишут многие армянские летописцы, объясняющие это тем, что "Кюрион научился у ромеев ереси двуестественников [диофизитов]". Следовательно, вера тут стояла выше суетного национализма.

0

23

После отпадения картлийской церкви от армянской картвельские церковные деятели вступили «в ожесточенную полемику с армянами, которая дошла до того, что грузины начали отрицать какие либо церковно-иерархические отношения с армянами в прошлом и в противовес господствующему мнению даже выдвинули своего собственного, независимого от Григория Просветителя, миссионера в лице св. Нино». [Кекелидзе К. Этюды истории древнегрузинской литературы... С. 41.]


Насчет Святого Григория, как просветителя Грузии, это нонсенс. Он, согласно армянским данным, даже не посещал Грузию, без чего, невозможно считаться ее просветителем.

Теперь насчет того, что грузины, после раскола, начали отрицать исторические церковные связи с армянами. Есть такой момент, не скрою. Но ведь были похожие шаги и с обратной стороны. Я говорю о тенденции в исторических армянских документах, написанных после армяно-грузинского раскола, представлять Грузинскую церковь, как Церковь, всегда находившуюся в составе Армянской церкви.

Таким образом, мы просто наблюдаем две крайности. Одни говорят - мы никогда не были под вашим главенством. Другие отвечают - вы до раскола всегда находились под нашим главенством. На самом деле, истина по середине. Под главенством были, ответим первым, но не всегда, заметим вторым.

0

24

Изменения, произошедшие в церковных отношениях между Арменией и Картли, разумеется, не могли не найти отражения в последующих редакциях сочинения Агатангелоса. Оригинал «Истории Армении» был создан в первой половине V в., и тогда интерес для автора наряду с армянской представляла также картлийская и албанская церковь, что видно при прочтении греческой и арабской версий «Истории». [Agathange Historie, 1870. 181; Н.Я. Марр. Крещение армян, грузин, абхазов и аланов… С. 35.]


Если это утверждение верно, как в таком случае объяснить отсутствие в арабской и греческой версиях информации о том конкретном представителе Армянской церкви, якобы посланном в Грузию с миссией обратить ее в христианство? Именно что обратить язычников, а не совершать таинства для уже обращенных христиан. Где упомянуто имя миссионера для Грузии, где в "Agathange", или где в любом другом армянском источнике?

Его нет, этого имени, и его гипотетического носителя. Потому что дважды не крестят. Единственным апостолом Грузии была Нино, не имевшая отношение к Армянской церкви, и поэтому, ни греческая, ни арабская версии труда Агатангелоса, ничего не сообщают об обращении в христианство грузин, так как труд Агатангелоса посвящен исключительно миссии Григора Партева. И поскольку мы не находим в них, в этих расхваленных Гумба ранних версиях подробностей о принятии христианства грузинами, то не может быть серьезного повода считать Грузию частью данной миссии, имею ввиду миссию Григория по обращению в христианство язычников.

Аргумент же Гумба, выглядит очень слабым. От Халдии до Алании и до Маскута распространилось христианство при Григории, и это, де, означает, что он был духовным владыкой всех христиан обозначенного ареала. Что ж, аргумент имеет право на существование, но все равно выглядит слабым. Хотя, даже принимая данный аргумент,  надо дать оговорку, что Грузия, в очерченный ареал, входила когда в ней появилась христианская община, но сама страна еще не стала христианской.

0

25

Об этом свидетельствует также Мовсес Хоренаци, который сообщает, что у Агатангелоса описана история обращения в христианство народов «от Кларджка вдоль Аланских и Каспийских ворот», [Мовсес Хоренаци. II. С. 86.] т.е. «до гор Масаха-хонов».


И снова грубый подлог, я уже сбился считать какой по счету. Вот полная цитата по указанной ссылке.

Блаженная же Нунэ отправилась поучать своими непорочными устами также другие области Иверии, странствуя без тени роскоши и излишеств, чуждая миру и всему мирскому, или, истиннее сказать, распятая на кресте, упражняя свою жизнь средствами смерти, словом своим свидетельствуя Слово Божье, увенчанная кровавым венком своей готовности. Став, дерзну сказать, апостолом, она (прошла), проповедуя от Кларджка вдоль Аланских и Каспийских ворот и вплоть до пределов мазкутов, как по этому поводу наставляет тебя Агатангелос. (Мовсес Хоренаци, «История Армении», Книга II, Глава 86)

Выходит, опять Гумба сам себя обманул. Сперва заявить, что «от Кларджа до Дарьяла» у Агатангелоса значит благовествование среди язычников очерченного ареала Святым Григорием. А затем добавить, что это же якобы подтверждает и Хоренаци, и дать ссылку на Хоренаци, где как раз дается уточнение, что благовествование среди язычников «от Кларджа до Дарьяла» сотворила Святая Нино.

Так подтверждается мое мнение, что у Агатангелоса данный очерченный ареал, подразумевает под собой не благовествование Григория, но распространение там Благой Вести, без конкретизации кем именно. Хоренаци же конкретизирует, что сделано это Нино.

0

26

Однако из дальнейших редакций армянской версии Агатангелоса, сделанных уже после выхода картлийской церкви из подчинения армянской в VII в., информация об обращении грузин в христианство была изъята, поэтому в текстах, сохранившихся до наших дней, она отсутствует. В итоге в армянской версии «Истории» Агатангелоса осталась только история возникновения армянской церкви как обособленной национальной церкви, [43 Абегян М.Х. История древнеармянской литературы. Ереван, 1975. С. 103.] дополненная лишь общим замечанием о том, что христианство «разлилось по всей Армении от края до края». [Адонц Н.А. Армения в эпоху Юстиниана... С. 327.]


Ничего подобного. Конкретно в труде Агатангелоса, если сравнить позднюю, армянскую и раннюю, арабскую-греческую версии, какое-либо изменение в отношении к грузинам, незаметно.

Но нет и логики в утверждении Гумба. Гумба намекает, что когда грузины вышли из иерархического подчинения айрапету, армяне рассердившись, стали вычеркивать из собственной истории различные свидетельства о былом конфессиональном единстве обоих народов. Но ведь произошло нечто обратное. Именно после армяно-грузинского раскола, армянские авторы активнее заговорили об изначальном верховенстве айрапета над Грузинской церковью. В первую очередь имею ввиду Дасхуранци, Каганкатваци и Драсханакертци.

И вот как раз эта концепция, логически выверена, хоть и в корне ложная. Почему, спросите? Потому что надо было обосновать анафему Третьего Двинского Собора. Сократив, как думает Гумба, долю присутствия грузин в истории Армянской церкви, армяне не сумели ли бы тогда логически обосновать Третий Двин. Ну ушли грузины к халкидонитам, ну подумаешь. Много кто уже окончательно принял Халкидон к тому времени, всех что-ли проклинать. Но грузины оказались единственным народом, кого прокляла Армянская церковь именно как народ. Причина лежала в том, что обе Церкви были, на тот момент, едины, при чем, под главенством Армянской церкви. Только дело в том, что такая ситуация образовалась лишь в VI веке. Как раз тогда, сами армяне и грузины ушли в раскол от большей части христианского мира - греков и латинян, а значит, по канонам, сами заслуживали анафему.

Вот именно такой расклад - что армяне и грузины, а также удины, сперва, будучи, по отдельности и независимо друг от друга, в единстве с другими христианами Кафолической Соборной церкви, вышли затем, с подачи Сасанидов, из этого единства, и создали свое отдельное конфессиональное триединство, под верховенством армян - не казался уже таким ужасным. Если признать это, то выходило, что грузины, порвав с монофизитами (хотя не все, и определенное число грузин осталось тогда в монофизитстве), теперь лишь вернулись обратно в Соборную Кафолическую церковь (несколько веков спустя, она расколется на Католичество и Православие), воспользовавшись началом масштабной и решающей фазы двухвекового ирано-византийского противоборства.

Объективно, позиция Грузии, повторюсь, не выглядела такой уж ужасной, да еще и заслуживающей «персональной» анафемы, которую она все равно получила. Вот по какой причине, более поздние армянские авторы стали изображать иерархические отношения VI века как ситуацию изначальную, установившуюся уже в IV веке. При таком раскладе получалось, что грузины с самого своего крещения и до VII века, подчинялись айрапету, а теперь, бессовестно забыв о преемственности от собственных предков, попрали трехвековую традицию, и предали своих старших братьев. В таком ракурсе, двинская анафема уже приобретала более менее сносное обоснование.

Кекелидзе просто не догонял этого момента. Видя отсутствие в грузинских летописях свидетельства об изначальном духовном подчинении грузинского католикоса католикосу армянскому, и обнаруживая наличие таких свидетельств в летописях армянских, этот грузинский автор (я о Кекелидзе; а что болтал Марразматик, меня не заботит) не нашел всему этому иного объяснения, кроме как обвинений в адрес грузинских летописцев, будто бы те устроили историческую ревизию по армяно-грузинским взаимосвязям, опустив факты об изначальном духовном верховенстве армян над грузинами.

Интересно, что труд Агатангелоса, так удачно (или неудачно) предоставленный Гумба во всех версиях, как раз таки служит доказательствах правоты грузинской стороны. Ведь, по мнению Гумба, более поздняя версия труда была серьезно отредактирована. Если так, то где же в этой последней версии, четкое свидетельство о верховенстве армянского католикоса над грузинским? Такое же четкое, подчеркнутое, какое видим в трудах Драсханакертци (IX-X вв.), Каганкатваци (X в.) и Дасхуранци (VII в.), где этот вопрос раскрыт подробно, в отличии от расплывчатого "распространения христианства оттудато до тудова" у Агатангелоса, в котором Гумба (а до него, видимо Марразматик) усмотрел такое свидетельство.

Замечу, ради объективности, что из ранних армянских авторов, по меньшей мере у Бузанда (V в.) точно можно найти аргументы в пользу данной концепции, об изначальном верховенстве армянского католикоса над Грузинской Церковью. Правда, у него это касается исключительно ранних представителей династии Пахлавуни, то есть, Святого Григория, и его сыновей и внуков, последовательно и непрерывно в течении IV века державших бразды правления над Армянской церковью. И по словам Фавстоса, также и над Агванской и Грузинской.

0

27

Очерчивая северные пределы распространения христианства в Восточном Закавказье, редакторы-переписчики первоначальное «до гор Масаха-хон» заменили на «до маскутов», тем самым превратив сообщение в бессмыслицу. [Редакционные изменения были внесены не только в первоначальный текст «Истории Армении» Агатангелоса, но и в сочинения других раннесредневековых армянских историков, в том числе и Мовсеса Хоренаци: в соответствующих местах было вставлено до маскутов.]


Что называется, сыграл на опережение. Видя маскутов у Хоренаци, Гумба и рукопись Хоренаци объявил отретушированной подменой, наперед обеспечив себе контраргумент.

Но тут непонятно другое. А собственно, почему бессмыслица? Вера распространилась от Халдии (черноморский берег) до Маскута (каспийский берег), чем показаны крайние пределы региона, как раз соответствующие берегам обоих морей. По-моему все осмысленно.

0

28

Это подтверждают и данные «Ашхарацуйца», согласно которым, термин хоны покрывает северную и южную части Главного Кавказа – от верховья Терека до Дагестана (хундзов). Вероятнее всего, в III–IV вв. под контролем хонов (масаха-хонов) находились Аланские (Дарьяльские) ворота, и в этой связи важное значение приобретает сообщение «Географии» Вардана Великого Аревелци, в соответствии с которым, Аланские (Дарьяльские) ворота называются Хонскими: «…[граница] Армении начинается от Хонских ворот, которые есть Аланские железные ворота, которые построил Александр Македонский». [Ашхарацуйц Вардана Вардапета (на древнеарм. яз.). Париж, 1960. С. 44.] Эти сведения особенно ценны тем, что труд Вардана Аревелци в средние века и позже использовался как учебник географии. Для того чтобы изучение описываемых территорий (местностей, областей, стран, населенных пунктов и т.д.) было наиболее полным, в сочинении перечисляются различные их названия, под которыми они были известны у разных народов, а также их более древние аналоги. Этим объясняется и то, что в тексте упомянуты два других названия Дарьяльских ворот – Хонские и Аланские. Согласно «Географии» Вардана Аревелци, границы Армении простираются до Хонских (Аланских) ворот, из чего можно сделать вывод о том, что ее автор пользовался источниками, отражавшими положение дел в регионе в период поздней античности и раннего средневековья, когда Арменией называлось все Восточное Закавказье. Этот период совпадал со временем политического возвышения нахских хонов (масаха-хонов), которые контролировали Дарьяльские ворота, вследствие чего ворота стали называться и Хонскими, и именно поэтому Вардан Аревелци в своем сочинении приводит оба названия ворот: Аланские и Хонские.


Гумба прав. Вот оригинальная цитата из «Географии» Вардана: Իսկ Հայաստան աշխարհս խառն է յԱսիոյ եւ յԵւրոպիոյ, սկսեալ նախ ի դրանէն Հոնաց, որ է դուռն Ալանաց Երկաթի, զոր եդեալ է Աղեքսանդր Մակեդոնացին

Действительно, «дранен Хонац вор е дурн Аланац йеркати» с армянского означает «врата Гуннские, есть врата Аланские Железные».

Единственное объяснение, какое тут можно дать, это ошибка у Вардана, и вместо Аланских (Аланац), надо понимать Албанские (Алуанц). Гуннскими вратами международная историография называла Каспийские ворота, и они же Железные ворота, и они же Албанские, и наконец, Дербентские («Закрытые»), или Дарбанд, что с языка персов переводится как «ворота закрытые» («дар банд»). А вот Аланскими воротами, персы называли Дарьял («Дар-и-Алан»). Короче говоря, Гуннские ворота Вардана это на самом деле не Дарьяльский, но Дербентский проход.

В конце концов, если Гумба не согласится с этим, и продолжит настаивать, что гунны, согласно Аревелци, живут у Дарьяла, то это все равно не обеспечит аргумент для его концепции о кавказских хонах. И я сейчас покажу почему.

Как мы помним, Гумба выше выявил присутствие в «Географии» («Ашхарацуйц») Анании Ширакаци двух разных народов со схожим названием – хонов (Խոն) и hонов (Հոն). Первые, будто бы нахский этнос, а вторые, есть тюрки-гунны. И что же мы видим у Аревелци, в чью честь он назвал Дарьял (раз уж это и правда Дарьял), кого из двух хонов Ширакаци? В приведенной мною оригинальной цитате, мы видим «Հոնաց» («hонац») и не видим «Խոնաց» («хонац»).

Получается, что принимая оба мнения Гумба – что ни Ширакаци (либо кто-то из его многочисленных переписчиков) не ошибся в написании, и имел ввиду два разных народа; и что не ошибся и Аревелци, и имел ввиду Дарьял, а не Дербент – даже, повторяю, принимая это, а также учитывая, что, согласно самому же Гумба, под «Հոն» имеют ввиду гунн, нам придется лишь признать, что у Дарьяла жили гунны. Говоря иначе, «дранен Хонац» Вардана, не значит хонские, в смысле нахские, ворота, но означает гуннские (тюркские). То есть, концепция Гумба о кавказских хонах не работает, как ни крути, и в данном эпизоде.

Кроме того, в одном из мест своей хроники, Вардан Аревелци отождествляет «хонов» армянской историографии с «хипчахами», то есть кипчаками, чья принадлежность к тюркскому этносу не может ставиться под сомнение в принципе.

Вообще, два разных «хон» есть только у Ширакаци, почему я и полагаю, что это банальная опечатка, где вместо буквы «хо» (Հ, հ) была употреблена буква «хе» (Խ, խ). У всех остальных армянских авторов, на кого ссылался Гумба, слово «хон» всегда с буквой «хо». И не взирая на то, что он сам признал, что такой термин используется для обозначения именно что гуннов, он все равно представляет их как «хон» с буквой «хе», по видимому рассчитывая на то, что ни один из его читателей не подумает перепроверить, или просто поленится это сделать.

Таким образом, все это время речь в любом случае шла о гуннах, а не о вымышленных кавказских хонах.

0

29

В армянских источниках Хонскими воротами (пахак хонк) называется также линия оборонительных сооружений, которая шла от Циканских (Цилканских) ворот, расположенных около Жинвали, на северной границе Картли (Иберия), на юго-восток, вдоль северо-западной границы Албании. Эти ворота известны еще как Врата кавкасианов и Дурдзукские ворота (см. выше). По данным арабского историка Ибн ал-Факиха, Врата Дурдзукские (Врата кавкасианов Леонти Мровели) состояли из 12 ворот с каменными укреплениями. [Караулов Н.А. Сведения арабских географов IХ–Х вв. по Р.Х. о Кавказе, Армении и Кавказские хоны] По линии этих ворот проходила южная граница хонского объединения, а потому проход Цор (Цур) на границе с Албанией назывался Хунсвери (перевал хонов). Именно с этими укрепленными воротами отождествляются врата хонов (пахак хонов) древних авторов. [Севда Сулейманова. Транскаспийская дорога и история связей между Центральной Азией и Кавказом // Научные исследования Института Востоковедения им. З.М. Буниятова НАН Азербайджана. Баку, 2008. С. 320–325. Азербайджане // Сборник материалов для описания местностей и племен Кавказ. Тифлис, 1908. С. 15.]


Идиотка Севда Сулейманова, как и положено идиотским историкам, является как раз в числе тех авторов гумбовской коллекции, чьи цитаты даже не стоит серьезно рассматривать. Вообще, число это пока равняется двум, и туда, помимо известного Марразматика, теперь включена и эта Идиотка.

Это только согласно ей, этот Цор, то есть раннесредневековое Джора, или Чола (иногда Джога) армянских авторов, что был подле Дербента, можно выдавать за позднесредневековое Джар, что располагается возле Закаталы. Идиотка так и поступает, в соответствии со своим идиотским методом наслоений и перемешивания времен и местностей. Для нее ничего не стоит объявить события, описываемые у Дербента в раннем средневековье, за события, произошедшие в позднем средневековье у Закаталы.

Это ведь именно эта Идиотка как-то написала, что под грузинским царем Вахтангом, в действительности скрывается албанский царь Вачэ, и биографию первого, надо воспринимать как биографию второго. Как вообще можно серьезно относится к идиотскому мнению азербайджанских историков?

0

30

Об этом историческом факте свидетельствует также и другой армянский автор V в. Елише, который пишет, что Васак Мамиконян «установил дружеские отношения с hЕранскими [Варианты: hЕр, hЕрин.] хонами с помощью Баласаканского царя». [Елише. VII, 57.] Согласно Н. Адонцу, «heran не что иное, как форма Aran, Албания». [Адонц Н.А. Армения в эпоху Юстиниана... С. 423.] Однако, возможно, в данном случае речь идет об исторической области Эрети (hЕрети), расположенной между Кавказской Албанией и Цанарией (или Кахетией). Так или иначе, уточнение «hеранские хоны» понадобилось Елише для того, чтобы было понятно, что имеются в виду кавказские хоны, а не тюркоязычные гунны Западного Прикаспия, о которых ему также было хорошо известно.


Здесь с Гумба случился тот же конфуз, что и в эпизоде с хунаги. Херан у Егише является именем человека, а не названием региона.

И пока все эти обвинения против него нагромождались в течение столь многих дней, выступили и его сородичи, которые еще прежде были его обвинителями перед царем, и начали по порядку показывать и выявлять, что подружился он с хоном Хераном, в согласии с царем Баласакана, в то время как этот Херан истребил в Алвании персидские войска и в нападении своем достиг страны Греческой, и много пленных и добычи увел от ромеев, от армян, от иверов и от алванов, так что сам царь постиг эти замыслы и казнил царя Баласакана. (Егише, «Слово о войне Армянской», Раздел Шестой)

И конечно же Херан являлся гунном, а не «кавказским хоном», поскольку гунны могли позволить себе «напасть на страну Греческую», тогда как «кавказские хоны», какими вымышленными они ни были, никогда бы не собрали сил для подобной военной операции.

0


Вы здесь » Форум историка-любителя » Основной форум » «Нахи», Г.Дж.Гумба. Первая часть Третьей главы (кавказские хоны)