Форум историка-любителя

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Форум историка-любителя » Основной форум » «Нахи», Г.Дж.Гумба. Пятая часть Четвертой главы (мушки-мосхи)


«Нахи», Г.Дж.Гумба. Пятая часть Четвертой главы (мушки-мосхи)

Сообщений 1 страница 30 из 48

1

5. Мушки//мосхи В горных районах Южного Кавказа, начиная с V в. до н. э., античными авто- рами упоминается народ мосхи (масахи//месхи). С этнонимом мосхи//месхи со- поставляются названия нескольких объектов: Мосхийских гор – горного хребта к северу от долины реки Чороха, области Самцхе (Са-месхети) и поселения Мцхета (Месхе-та), расположенного у впадения реки Арагви в Куру. В научной литературе кавказские мосхи (месхи) связываются с малоазиатски- ми мушками (mušku), известными с конца II тыс. до н. э. Согласно надписи асси- рийского царя Тиглатпаласара I (1115–1077 гг. до н. э.), около 1165 г. до н. э. муш- ки захватили страны Алзи и Пурулумзи (Пурукузи), располагавшиеся у верховье Тигра и на сопредельных территориях, в долине Арацани и на склонах Сасунских гор. Около 1115 г. мушки, уже вместе с касками (и абешлами) и урумейцами, спу- стились с гор и захватили страну Кадмухи (Катмухи) – область к северу от гор Кашийари (Тур-Абдин) в северной Месопотамии. 20-тысячное войско абешлов, кашков, мушков и урумейцев возглавляли 5 царей71. Предполагается, что затем мушки осели в этих местах. Позднее, в IХ в. до н. э., они упоминаются здесь уже как земледельцы72. В IХ (VIII?) – VII вв. до н. э. в центре Малой Азии, к западу от Киликийского Тавра, формируется Фригийское царство, именуемое в ассирийских и урартских источниках Мушку, а в древнееврейских – Мосох, Мошок. Столицей этого цар- ства был город Гордион, названный по имени его основателя, первого царя Гор- дия. Помимо этого, известно имя фригийских (мушкских) царей Мита (Мидас), причем имена Гордий и Мита (Мида) поочередно носили несколько фригийских царей. Позднее, согласно Геродоту, мосхи локализуются также на северо-востоке Малой Азии, рядом с тибаренами, макронами, моссиниками и марами, и вместе с перечисленными народами они входят в 19-й округ Ахеменидской Персии73. Проблема происхождения мушков//мосхов и их этнической идентификации в исторической науке до сих пор считается неразрешенной. По мнению ряда иссле- дователей, исходным местом проживания мушков, из которого они после падения Хеттского царства, примерно в конце ХII в. до н. э., в составе фрако-фригий- 71 АВИИУ, 10 (I, 62); АВИИУ, 23 (I, 69); УКН, 278, стк. 2–4. 72 Дьяконов И.М. Предыстория армянского народа... С. 209. 73 Геродот. III, 94. Мушки//мосхи//масахи 189 ских племен пришли в Малую Азию, являются Балканы (область Моесиа). Часть мушков (мосхов), продвинувшись до нижнего течения Арацани, осела в областях Алзи и Пурулумзи, и эти восточные мушки отождествляются с протоармянскими племенами74. Другая часть ученых предполагают, что миграция мушков происходила с вос- тока на запад, а не в обратном направлении75. А. Хачатрян и С.Т. Еремян, напри- мер, считают, что название мушки следует связывать с именем страны Мок(к), упоминаемой древнеармянскими письменными источниками на юге от озера Ван, и с проживавшими в этой стране племенами, которые позднее переселились на северо-запад (в долину Верхнего Евфрата) и в центральные районы Малой Азии, во Фригию76. В соответствии с еще одной точкой зрения, мушки – это древнегрузинские племена, которые в составе древнеабхазских и древнеадыгских племен (абешлов и кашков) переместились в ХII в. до н. э. с Южного Кавказа (с поздних Мосхий- ских гор) на юг и поселились в долине Арацани и верхнего течения Тигра, а спу- стя четыре столетия, в 70-х гг. VII в. до н. э., возвратились обратно, в центральные области Южного Кавказа77. На основании внешнего сходства терминов А. Гётц сопоставлял мушков// мосхов с касками (косоги//адыги78), а Н.Я. Марр – с абазгами (абаски//абхазы79). А.В. Косян же предлагал отделять восточных мушков от западных (фригийцев), поскольку первые, по его мнению, автохтонны, и первоначальными местами их обитания являются северо-западные и западные районы Армянского нагорья, откуда они вместе с кашками и абешлами продвинулись на юг, в Алзи и Пуру- лумзи80. Однако приведенные выше версии, на мой взгляд, недостаточно обоснованы исторически и не исчерпывают проблему. Благодаря совокупному анализу име- ющегося материала, посвященного мушкам//мосхам, есть возможность дать этой проблеме иное освещение. Прежде всего, отметим, что в грузинской историографии довольно часто происходит отождествление мушков с мосхами и месхами античных авторов, 74 Дьяконов И.М. Хетты, фригийцы и армяне // «Переднеазиатский сборник». М., 1961. Вып. 1. С. 223–225; Его же: Предыстория армянского народа... С. 78. 75 Маккуйн Дж. Г. Хетты и их современники в Малой Азии. М., 1983. С. 55–57; Еремян С.Т. Историческая среда формирования армянского народа (на арм. языке) // «Наука и техника». Ереван, 1985. № 4. С. 31–33. 76 Хачатрян А. История Армении в клинописный период (на арм. языке). Ереван, 1933. С. 44–48; Еремян С.Т. Историческая среда формирования армянского народа... С. 31–33. 77 Меликишвили Г.А. Наири-Урарту. С. 410–411; Его же: К истории древней Грузии. С. 111–112; Хазарадзе Н.В. К вопросу о расселении мосхов в VI–V вв. до н. э. // «Пробле- мы истории Закавказья». Тбилиси, 1991. С. 89–90. 78 Goetze A. Kleinasien. 2. Ausg., Munchen, 1957, p. 179. 79 Марр Н.Я. О языке и истории абхазов... С. 68. 80 Косян А.В. Проблема восточных и западных мушков. ИФЖ, № 1–2. Ереван, 1996. С. 205–219. 190 Глава IV. Общая этноязыковая ситуация на Кавказе и в Передней Азии... а последних – с древнегрузинскими племенами. При этом мушки выступают в литературе то картлийскими81, то мегрело-чанскими82, то южногрузинскими племенами, проживавшими к юго-западу от оз. Ван83. Несмотря на то, что гипо- теза о грузинской принадлежности мосхов в научной литературе была подвер- гнута вполне обоснованной критике, в историографии мушков//мосхов a priori причисляют к грузинским племенам. Парадоксально, но сторонники принадлежности мушков к древнегрузинским племенам для обоснования своего мнения почему-то приводят именно те аргументы, которые не только не имеют никакого отношения к грузинскому этносу, но и, напро- тив, свидетельствуют как раз о противоположном, подтверждая, что мушки (мосхи) никак не могут относиться к грузинским племенам. Так, одним из основных доказа- тельств принадлежности мушков//мосхов к грузинским народностям считается да- гестанское (аварско-андийское) название проживающих в современной Восточной Грузии тушин – мосок//мосох84. Но ведь это явное недоразумение, ибо тушины отно- сятся к нахскому (чечено-ингушско-бацбийскому) этническому миру. Еще в начале ХХ в. Н.Я. Марр, совершивший научную экспедицию в Тушетию, отмечал, что ту- шины все еще сохраняют свой родной язык – бацбийский (южная подгруппа нахских языков), но находятся при этом на стадии перехода на грузинский язык и слияния с грузинами85. Кстати, процесс ассимиляции нахских тушин в грузинской этнической среде по-прежнему не завершен и продолжается по сей день86. Свою этническую индивидуальность и родной язык до сих пор сохраняют цова-тушины (цу-бацой), а представители тушин, ассимилированные с грузинами, хотя и осознают уже себя в национальном отношении грузинами, но все еще сохраняют собственный культур- ный облик, указывающий на генетическое родство их с чеченцами и ингушами87. Дагестанский исследователь Т.М. Айтберов в своем специальном исследо- вании определил, что термин «мосох являлся аварским названием именно на- хоязычного населения современной Грузии – Цова-Тушети», в то время как на- 81 Меликишвили Г.А. К истории древней Грузии. С. 96, 150; Его же: К изучению древ- ней восточномалоазийской этнонимики. ВДИ, 1962. № 1. С. 145; Лордкипанидзе О.Д. Наследие древней Грузии... С. 48. 82 Микеладзе Т.К. Исследования по истории древнейшего населения Колхиды и Юго- Восточного Причерноморья. Тбилиси, 1974. С. 35. 83 Мусхелишвили Д.Л. К вопросу о связях центрального Закавказья с Передним Вос- током в раннеантичную эпоху // «Вопросы археологии Грузии». Т. 1. Тбилиси, С. 17–30. 84 Меликишвили Г.А. К истории древней Грузии... С. 72. 85 Марр Н.Я. К истории передвижения яфетических народов… С. 1383, 1388. 86 См.: Дешериев Ю.Д. Сравнительно-историческая грамматика нахских языков… С. 35. 87 Известный грузинский этнограф 30-х гг. ХХ в. С. Макалатия отмечал: «Цова-ту- шины говорят на цовском языке. По происхождению их язык галгайский и родственен кистинскому. Но в этом цовском языке много укоренившихся, заимствованных из гру- зинского языка слов. Цовцы любят свой родной язык и дома и вне его между собой раз- говаривают на нем. В их семьях цовский знают все – не знать язык просто стыдно. Дети цова-тушин начинают говорить на цовском и уже потом учат грузинский.» (Макалатия С.И. Тушети. Тбилиси, 1933. С. 109). Мушки//мосхи//масахи 191 хов-бацбийцев, ассимилировавшихся с грузинами, аварцы-андийцы называют тушинами (туш), что говорит о том, что они четко различают нахоязычных мосо- хов-тушин и грузиноязычных тушин88. Кстати, Г.А. Меликишвили именно на основе сопоставления названия урарт- ской области Цупа (Цова) с нахским этнонимом цова (цова-тушины), т.е. мосо- хами, приходит к выводу о связи племен этой урартской области с чечено-ин- гушским (кистино-бацбийским) населением Кавказа89. Вторая часть термина цова-тушины – туш, в основе которой лежит имя нахского божества Тушоли, так- же связывается с урартским божеством Теишуба и с названием столицы Урарт- ского царства Тушпа (Туш-па)90. Для доказательства принадлежности мушков к древнегрузинским племенам была предпринята также попытка связать происхождение имен Картли (наиме- нование страны) и картвел (самоназвание грузин) с Гордиенскими, или Кордуен- скими, горами (совр. Курдистанские горы) и с племенем кардухи, а также с име- нем царей Фригии (Мушку) Гордий и названием фригийской столицы Гордион. И хотя Г.А. Меликишвили оговаривает, что «отождествление северомесопотам- ских мушков с поздними кардухами – гордиями, и вместе с тем с картвельскими племенами все еще, конечно, является гипотезой91», в современной грузинской историографии кардухи, как и мушки, причисляются к древнегрузинским племе- нам без какого-либо научного обоснования. Сопоставление наименований Кордухи и Гордиен ассирийских и урартских источников с названием Карт(ли) и самоназванием грузин – картвелы, было бы правомерным в том случае, если бы было достоверно известно происхождение са- мого термина кард, горд, карт, а также если бы начиная с конца II – начала I тыс. до н. э. этот термин являлся бы самоназванием древнегрузинских племен или обо- значением этих племен в иной языковой среде в процессе их продвижения из рай- она Кордухских гор в центральные области Южного Кавказа. Но напротив, древ- негрузинская историческая традиция говорит о том, что название страны Карт-ли происходит от имени вершины горы Карт, расположенной у слияния рек Арагви и Куры92. Как отмечает Г.А. Меликишвили, в географическом названии Картли ко- ренным является слово Карт (Карти), поскольку именно так первоначально име- новалась вершина горы, на которой были построены крепостные сооружения и которая являлась центром окружающих ее земель; затем по названию центра была названа и страна. Отсюда же происходит и самоназвание грузин – картвел93. 88 Айтберов Т.М. Нахоязычный район Мосок в XVI – начале XIX в. (Локализация и по- литические связи) // «Вопросы исторической географии Чечено-Ингушетии в дореволю- ционном прошлом». Грозный, 1984. С. 56; См. также: Услар П.К. Древнейшие сказания о Кавказе... С. 85. 89 Меликишвили Г.А. Наири-Урарту... С. 175; Его же: К истории древней Грузии... С. 150. 90 Дешериев Ю.Д. Сравнительно-историческая грамматика нахских языков… С. 37; Алироев И.Ю. Язык, история и культура вайнахов... С. 140. 91 Меликишвили Г.А. К истории древней Грузии... С. 109. 92 Картлис цховреба. С. 35. 93 Меликишвили Г.А. К истории древней Грузии... С. 95.; См. также: Бердзенишвили 192 Глава IV. Общая этноязыковая ситуация на Кавказе и в Передней Азии... По поводу этимологии термина карт существуют различные точки зрения, но ни одна из них пока не признана удовлетворительной. Согласно А. Шанидзе, например, Картли – это Партни, т.е. жители Парфии и сама Парфия94, другие же ищут корни этого термина в индоевропейских языках. Г.А. Меликишвили, С.Н. Какабадзе связывают его с мегрельским корти – место, стойло для скотины95, в связи с чем в северную Месопотамию, в соседние районы, где жили корду- хи, переселяют и мегрело-чанские племена96. Однако все эти предположения представляются лишенными основания хотя бы по той причине, что в мегрело- чанском языке слово корти не является исконным словом, а заимствованным из абхазо-адыгского языка, где а-гуарт-а (gyarta) – место скучиванья скота97. Про- никновение же абхазо-адыгского гуарта в мегрело-чанский язык могло произой- ти лишь в тот период, когда мегрело-чаны были расселены в районах Южного Кавказа, но отнюдь не тогда, когда они жили в Северной Месопотамии (если хотя бы гипотетически и допустить возможность их пребывания там). Впрочем, если согласиться с тем, что мегрело-чанские племена в конце II и начале I тыс. до н. э. жили на севере Месопотамии, то в таком случае, их, разумеется, нельзя уже со- поставлять с носителями колхидской культуры. В свое время еще Н.Я. Марр отмечал, что термин карт не имеет объяснения в грузинской языковой среде, а «самоназвание грузин образовано не от чистой основы термина ķarţ, а от абхазской формы а-карт-уа, a-kartw-a», где уа (wa) означает люди98, то есть люди (местности) Карт. Как известно, первона- чально абхазские и картлийские (картвельские) племена находились в длитель- ном этническом контакте в районе Лихского хребта, а позже с юга между ними вклинились мегрело-чанские племена. Об этом свидетельствует древнейший пласт абхазской топонимии, выявленный в этих местах, а также значительное влияние абхазского языка на картлийский – минуя мегрело-чанский, как в обла- сти лексики, так и морфологии99. К сказанному следует и то, что этноним картуел (картвел) помимо самих грузин известен только лишь абхазам. С учетом всего этого предположение Н.Я. Марра выглядит весьма убедительным. Что касается самой основы карт термина картвел, то еще в начале ХХ в. К.М. Туманов предложил, на мой взгляд, довольно убедительную этимологию Н.А. Вопросы истории Грузии (на груз. языке). Т. VIII. Тбилиси, 1975. С. 208 и далее. 94 Шанидзе А.Г. Этимологические замечания: Картли, картвели (на груз. языке) // Тру- ды кафедры древнегрузинского языка. Тбилиси, 1980. Т. 23. С. 11. 95 Меликишвили Г.А. Указ. соч. С. 95; Какабадзе С.Н. К вопросу о столице Древней Картли (Иберии) Армази-Мцхета //«Эллинистический Ближний Восток: Византия и Иран». М., 1967. С. 194. 96 Меликишвили Г.А. Указ. соч. С. 108. 97 Гублиа Р.К. Об абхазских лексических заимствованиях в картвельских языках. Су- хум, 2002. С. 30–31. 98 Марр Н.Я. К истории передвижения яфетических народов… С. 1407; Его же: О язы- ке и истории абхазов... С. 14. 99 Чикобава А.С. Введение в языкознание... С. 149–168; Ломтатидзе К.В. О некоторых вопросах происхождения и локализации абхазов... С. 139. Мушки//мосхи//масахи 193 этого слова на базе нахских языков, но данный факт странным образом выпадает из поля зрения исследователей. В вайнахских языках (чеченском, ингушском и бацбийском) вершина горы называется куорт (корт), оно, т.е. название, широко распространено в географической номенклатуре Чечни и Ингушетии (например, Арч Корт, Барт-Корт, Цхоар Корт и др). Если учесть, что вайнахский дифтонг уо соответствует грузинскому (картлийскому) а и мегрело-чанскому о (например: вайнахское куотам – курица, и грузинское катами; вайнахское хуох – лук, и гру- зинское хахви; вайнахское луом – лев, и грузинское лом и т.д.), то становится оче- видным, что название Карт происходит от вайнахского куорт (куорт → карт) – вершина, голова100. Как уже отмечено, название страны Карт(ли) и производный от него этноним картвел происходят от географического наименования вершины горы Карт (< Куорт), находящейся у слияния рек Арагви и Куры, где было построено крепост- ное сооружение, вокруг которого затем стали объединяться близлежащие земли. Впоследствии, как уже было отмечено выше, название центральной части страны – Карт, распространилось на окружающие территории и их население. По сви- детельствам древнегрузинских источников, которые подтверждаются и данными археологии, в середине I тыс. до н. э. этнический состав Картли был смешанным (согласно «Картлис цховреба», здесь говорили на шести языках). Поэтому, надо полагать, разнородное население не имело общего самоназвания, не существова- ло также, видимо, и единого, общепринятого этнонима, которым бы именовали жителей данной территории их соседи, вследствие чего последние и стали на- зывать жителей этой страны по названию ее центра – Карт – карт-уаа – карт-уел – карт-вел – люди (местности) Карт. И именно оно впоследствии стало само- названием грузинского (картвельского) народа, сформировавшегося в процессе слияния проживавших на территории Картли различных этнических групп. Правомерность предложенной К.М. Тумановым этимологии слова карт (вер- шина горы) может быть подтверждена и тем, что практически все топонимы с корнем горд//гард, корт//карт – как древних источников, так и ныне существую- щих на вышеуказанной территории являются горными вершинами или хребтами. Топонимы с основой горд//гард, корт//карт в древности были распространены от верховьев Большого Заба на юге до центральных и восточных районов Север- ного Кавказа на севере. Примеры таких топонимов: Гордиенские (Кордуенские) горы в верховьях Большого Заба; хребет Карт(евин) на северо-западе от Ванского озера; горы Кордук (Кортук), ущелье Карт (Картдзор) в верховьях Чороха; высо- кие пики Сурамского хребта – Кортохи, Карт(чхали); Гордиенские горы Плиния в районе Дарьяльского ущелья; названия вершин гор и хребтов с основой на ку- орт//корт в горной полосе Чечни, Ингушетии и Осетии101. Тот факт, что все эти топонимы, разбросанные по территории от Северной Месопотамии до Северного Кавказа, имеют формальное сходство, естественно, 100 Подробно см.: Туманов К.М. О доисторическом языке Закавказья... С. 54–62. 101 Там же. С. 56–58; Сулейманов А.С. Топонимия Чечено-Ингушетии. Ч. 1, 1976; Ч. 2, 1978; Ч. 3, 1980; Ч. 4, 1985; Алироев И.Ю. Язык, история и культура вайнахов... С. 132. 194 Глава IV. Общая этноязыковая ситуация на Кавказе и в Передней Азии... еще не означает, что своим происхождением они обязаны лишь нахскому языку, и, разумеется, северо-месопотамское кард (горд) и кавказское карт (корт), кроме схожести в произношении, могут не иметь больше ничего общего. Но в то же вре- мя нельзя не учитывать, что названия с основой горд//гард, корт//корт распро- странены в местах, где раннее проживали племена, говорившие именно на род- ственных языках – хуррито-урартском и нахско-дагестанском, и поэтому, можно предположить, что слово горд//корт (вершина, голова) принадлежит к общему словарному фонду этих языков. При этом следует учесть, что в Передней Азии, помимо топонима горд//корт, зафиксировано множество других древних этнотопонимических образований, сходных с этногеографической номенклатурой Ингушетии и Чечни и имеющих надежное объяснение в нахских языках. Одновременно привлекает внимание тот факт, что скопление похожих этнотопонимических наименований находится именно в тех местах, где засвидетельствованы восточные мушки, а именно – в нижнем течении Арацани (области Алзи и Пурулумзи), в Сасунских, а также Гор- диенских горах, в верховьях Тигра (Аранцахи). Среди них особое внимание за- служивает название страны Мокк, располагавшейся между Гордиенскими горами и озером Ван. Еще К.М. Туманов связывал это название с нахским словом мохк – страна102. Принимая во внимание существующее в научной литературе мнение о том, что страна Мокк являлась исходной точкой миграции мушков на север и северо-запад, такое сопоставление представляется вполне оправданным103. Но как бы ни решился вопрос происхождения названий Гордиенских, Кордух- ских гор Северной Месопотамии, упоминаемых ассирийскими и урартскими ис- точниками, учитывая всю совокупность имеющихся на сегодняшний день матери- алов, делает более чем вероятным, что топоним Карт(ли), как и производный от него этноним картвелы восходит именно к нахскому названию вершины горы у слияния Арагви и Куры: Карт (← Куорт) – вершина, голова. Доказательством это- му служит, как уже отмечено, и абхазское название страны Картли (Карт-тьыла) и ее столицы Тбилиси – Карт, а также этноним акартуа, обозначающий букв. люди (местности) Карт. Несомненно, так могло называться только племя (или группа племен), селившие место, которое уже было известно как Карт, а потому примене- ние термина а-карт-уа (картвел) как этнонима – явление вторичное. Таким образом, как видим, из всех аргументов, приводимых в защиту гипо- тезы о возможной связи мушков, а через них кардухов Большого Заба, а также имени фригийского (мушского) царя Гордиона и названия Карт(ли) с грузински- ми племенами, не остается ни одного. И если все же прослеживается связующая нить между переднеазиатскими мушками и кордухами, кавказскими мосхами (мосохами) и названием Карт, то это свидетельствует скорее о вероятности связи мушков-мосохов именно с нахскими племенами. 102 Туманов К.М. О доисторическом языке Закавказья... С. 30–31. 103 Страна Мокк (арм. у греко-римских авторов – Моксоэна) располагалась к югу от озера Ван, в горах Армянского Тавра. Ее центром был город под тем же названием – Мокк. Согласно древнеармянским источникам, горцы-мокцы пользовались среди армян репутацией храбрых воинов. Мушки//мосхи//масахи 195 В следствие вышеизложенного могут предстать в новом свете и причины происхождения тех поразительных фригийско-нахских параллелей, которые изумляли многих исследователей. Л.П. Семенов, посвятивший этой теме спе- циальное исследование («Фригийские мотивы в древнеингушской культуре»), выявил свидетельства непосредственных контактов древних ингушей с фри- гийцами104. Во избежание повторений отметим лишь головной убор фригий- цев, сохранившийся до сих пор у вайнахов и известный в литературе как фри- гийский колпак. Хотя, характеризовать данный головной убор как фригийский, возможно, не совсем правильно, поскольку подобные головные уборы были известны в Малой Азии за тысячу лет до появления там фрако-фригийских племен. Высокие колпаки были популярны у хурритов еще в первой половине II тыс. до н. э. (например, материалы из Арапхи), а у ингушских женщин т.н. фригийский колпак, именуемый на нахских языках курхарс, был широко рас- пространен вплоть до недавнего времени105. Такие головные уборы найдены в древних поселениях и могильниках VI–IV вв. до н. э. (Нестеревское, Исти- Су, Луговые, Урус-Мартановские и др.), в том числе и в древних горных сол- нечных могильниках мальх-каш, а также в средневековых захоронениях ХIV– ХVIII вв.106 Как справедливо отмечают исследователи, такое единообразие древних, средневековых и современных нахских головных уборов, несомнен- но, указывает на преемственность материальной культуры. При этом следует подчеркнуть такой существенный факт: характерные фригийские мотивы при- сутствуют только лишь у ингушей, у других кавказских народов они не выяв- лены. Безусловно, столь полное сходство памятников материальной культуры, хорошо прослеживаемое на протяжении тысячелетий, не может объясняться случайным совпадением. Нельзя оставлять в стороне также и тот факт, что имена фригийских (муш- ских) царей Мита (Мида) и Гордион (ГIорда) широко распространены среди нах- ских мужских имен. А поскольку выявлено, что имя Мита (Мида) было извест- но в Малой Азии задолго до появления фригийцев, этот факт не кажется столь уж невероятным. Так, в хеттском договоре ХIII в. до н. э. с царствами Верхнего Евфрата упоминается царь страны Пахува Мита. Возможно, что это случайное совпадение, однако оно становится более вероятным, если, наряду с вышеобозна- ченными параллелями, принять во внимание следующие весьма важные обстоя- тельства: во-первых, встречающееся в летописи хеттского царя Мурсили II (ХIV в. до н.э.) название Пахува сопоставляется и с именами нахских похов (пшавы и хевсуры), и с самоназванием убыхов – пёкх, а восточно-малоазийское имя Мита идентично как нахскому Мита (Мида), так и абхазско-адыгскому Мыта107. Поми- мо этого, у нахских народов – чеченцев, ингушей и бацбийцев (цова-тушин), до 104 Семенов Л.П. Фригийские мотивы в древней ингушской культуре // Известия ЧИ- НИИИЯЛ. История. Грозный, 1959. Т. 2. С. 120–125. 105 См.: Базоркин М.М. История происхождения ингушей. Нальчик, 2002. С. 251–254. 106 Крупнов Е.И. Древнейшая культура Кавказа… С. 73–74. 107 Меликишвили Г.А. К изучению древней восточномалоазийской этнонимики... С. 62–63; Инал-ипа Ш.Д. Вопросы этнокультурной истории абхазов... С. 140. 196 Глава IV. Общая этноязыковая ситуация на Кавказе и в Передней Азии... сих пор сохранилось множество имен собственных, обнаруживающих, как не раз отмечали исследователи, поразительное сходство с древними переднеазиатскими именами. Фригийско-нахские параллели можно объяснить только в том случае, если признать, что малоазиатские фригийцы и древние нахи имели непосредствен- ные этнические контакты. Поскольку следов присутствия фригийских племен на Кавказе совершенно не обнаруживается, остается лишь предположить, что контакты фригийцев с древневайнахскими племенами могли иметь место в Ма- лой Азии. Фригийское (Мушское) царство представляло собой сильное политическое об- разование в Малой Азии, неоднородное по этническому составу. В истории воз- никновения и дальнейшего развития этого крупного государства большую роль сыграли малоазиатские этнические группы, населявшие восточные провинции Фригии. В период наивысшего могущества Мушского царства, в VIII–VII в. до н. э., его владения достигали правобережья Евфрата, а также области Цова (Цоба), расположенной у слияния Арацани с Евфратом, и сопредельных местностей, где, по-видимому, проживали родственные племена. Эти племена, входившие в состав Мушского (Фригийского) царства, есте- ственно, своим соседям должны были быть известны под названием мушки (мосохи), соответствующим названию царства. В 676–675 гг. до н. э., после по- хода урартского царя Русы II на «Мушки, Хате и Халиту», царство Мушку пре- кратило свое существование108. В связи с этим, как предполагают исследовате- ли, часть племен, проживавших в восточных провинциях Мушкского царства, переселяются на север, к Кавказским горам. С V в. до н. э. в источниках – сна- чала античных, а затем и средневековых, мушки – мосох//мосх/месх, а также цова (цова-тушины) упоминаются уже в предгорьях центральной части Юж- ного Кавказа. Как уже отметили выше, термином мосох дагестанцы называют именно нахских цова-тушин, четко отличая их от уже ассимилировавшихся с грузинами тушин. Все это дает основание предположить, что племена, пересе- лившиеся из восточных провинций Мушского царства имеют этническую связь с нахскими племенами. Следует также отметить, что в местах, где, по данным письменных источни- ков, локализованы мушки (мосхи, мосохи, месхи), выявляются повторяющиеся топонимы, объясняемые на нахских языках. Так, в нахских языках для обозна- чения оголенных гор употребляется лам//лом – оголенная (скалистая) гора (в отличие от названия лесистых гор – арц//арс). Специалисты давно обратили внимание на нахские топонимы с основой лам//лом в верховьях Евфрата, в Мес- хети (юго-запад современной Грузии)109: местность Ломиан на юго-востоке от Арцианского хребта, в северо-западной части исторической Армении, и село Ломанаури на западе от того же хребта, в Аджарии. В Месхетии, недалеко от соврем. Ахалцихе, расположена гора Ломсиа, на которой возвышается древ- 108 УКН, 278. 109 См.: Туманов К.М. О доисторическом языке Закавказья... С. 34–37. Мушки//мосхи//масахи 197 няя крепость, упоминаемая в «Географии» Вахушти как крепость Ломсиа. Еще Н.Я. Марр обратил внимание на нахский этнический термин посх, отложив- шийся в топонимии Месхети в форме поцх, с закономерным для грузинского языка переходом с в ц: именно так именуется ущелье и река, впадающая в Ахал- цихскую речку в Месхети110. Нахские топонимы с основой лам//лом прослеживаются к северу и северо- востоку по обеим сторонам Лихского хребта и в предгорьях Центрального Кавка- за: Леманаури, Лемсиа, Лемзагори, Лами в Раче и Лечхуме, Лемискана, Ломиси, Ломисхеви, Лами и др. в Южной Осетии, Горийском и Душетском районах Вос- точной Грузии и более десятка топонимов, зафиксированных в горах Чечни и Ин- гушетии. Примечательно, что все эти горные местности соответствуют нахскому названию лам//лом, т.е. скалистые и оголенные. Другой топоним, который привлекает внимание, это Арг (Арг-ос) – мест- ность и гора в восточной Анатолии, области, входившей в состав Фригийского (Мушского) царства111, причем начиная с античного периода находим этот то- поним уже в названии области на северо-западе от Лихского хребта – Аргвети. Кроме того, на Северном Кавказе «Ашхарацуйцем» засвидетельствован народ арги (аргвелы), относимый исследователями к нахским племенам и тоже оста- вивший след в топонимии земель, расположенных между современными горо- дами Нальчиком и Грозным, а также в фольклоре народов, ныне населяющих эти места112. Здесь же важно отметить, что нахские топонимы, обнаруживаемые на северо- востоке Армении и юго-западе Грузии, не могли возникнуть позднее I тысячеле- тия до н. э., т. к. начиная с середины I тыс. н. э., согласно различных письменных источников, этнический состав данного региона определяется достаточно хоро- шо и исследователи не находят здесь каких-либо следов присутствия нахских племен. Вся вышеприведенная информация подтверждается данными археологии. В восточной части Малой Азии – от ее центра до верхней долины Евфрата – складывается т.н. старофригийская археологическая культура: «керамика, рас- писанная концентрическими кругами, лучами и стилизованными силуэтами де- ревьев и оленей113». Эта культура находит достаточно выразительные параллели в археологических памятниках Центрального Кавказа, относящихся к кобанской культуре114. В памятниках материальной культуры VIII–V вв. до н. э. Боржомско- го ущелья (особенно в могильнике Борнигели), расположенного на Мосхийском хребте и являющегося одним из двух выходов на юг из Внутренней Картлийской долины, в погребальном обряде и в инвентаре довольно четко прослеживается 110 Марр Н. Я. Кавказские племенные названия и их местные параллели... С. 6. 111 Ашхарацуйц. С. 35. 112 Кузнецов В.А. Очерки истории алан... С. 71–72. 113 Дьяконов И.М. Предыстория армянского народа... С. 131. 114 См.: Уварова П.С. Могильники Северного Кавказа // МАК. М., 1900. Вып. VIII. Табл. ХVI–ХХ, ХХIII–ХХV; Крупнов Е.И. Древнейшая культура Кавказа… С. 369–370. 198 Глава IV. Общая этноязыковая ситуация на Кавказе и в Передней Азии... сходство с археологическими материалами Юго-Осетии (Ожора, Ахалгори), вер- ховий Терека (Казбеги), Ичкерии в Чечне. Аналогия с северокавказскими памят- никами обнаруживается также в бронзовых скульптурах из Борнигели115. Таким образом, появляются достаточно веские аргументы для предположения о возможной этнической связи между мигрировавшими из восточной части Ма- лой Азии на Кавказ древними мушками (мосохами, мосхами) и древневайнахски- ми племенами. Отсутствие же в вайнахской этнической номенклатуре термина мушк (мосох), скорее всего, свидетельствует о том, что он не являлся самоназва- нием каких-либо нахских племен. По-видимому, следует считать правомерным мнение М.И. Дьяконова, согласно которому, термин мушки//мосхи являлся не самоназванием, а собирательным именем, и племена, входившие в состав Муш- ского (Фригийского) царства, могли быть известны своим соседям под общим именем мушки (мошок, мосох116). Однако здесь возникает вопрос: если термин мушк//мосх//мосох не являлся самоназванием племен, пришедших на Кавказ с юга, а лишь иноназванием, кото- рое дали им соседи Мушского царства, тогда почему после переселения мушков на Кавказ новые соседи – дагестанцы, начали называть их тем же собиратель- ным именем, под которым они были известны в Восточной Анатолии, и почему именно дагестанцам-андийцам стало известно, как называли жителей Мушского царства народы Малой Азии. Чтобы ответить на этот вопрос, вспомним, какие народы и племена населяли территории, соседствующие с восточными провинциями Мушкского (Фригий- ского) царства. Названия этих народов и племен зафиксированы в надписях, соз- данных после военных походов ассирийских и урартских царей. По данным урартских и ассирийских источников, между оз. Урмия и средним течением Аракса, достигая на востоке берегов Каспийского моря, лежала страна Андия (KUR||URUAndia117), населенная народом анди. В научной литературе и страну Анди, и населявший ее народ анди обоснованно сопоставляют с дагестанскими андиями (андийцы-аварцы). На юго-востоке от Андии, в пределах современного Ирана, располагалась область Табаристан или Табасаран (современный Мазан- деран), и это название соотносится с областью Табасаран (Табарсаран), которая была размещена в бассейне р. Рубас к юго-западу от Дербента, и с проживающим там дагестанским народом табасаран, относящимся к лезгинской группе118. К северо-западу от древней Андии, на обширной территории Южного Кавказа были расположены объединения Диаухи и Этиуни. Ряд древних названий областей и племен, входивших в эти объединения, как уже отмечено выше, находит надеж- ные параллели в современной этнотопонимии нахских и дагестанских народов. 115 Гамбашидзе О.С., Гамбашидзе И.О. Работы Месхет-Джавахетской экспедиции // Полевые археологические исследования в 1983 г. Тбилиси, 1986. С. 22–27; Козенкова В.И. Культурно-исторические процессы на Северном Кавказе… С. 134–135. 116 Дьяконов И. М. Предыстория армянского народа... С. 77. 117 АВИИУ, 46 (178). 118 Новосельцев А.П. Хазарское государство и его роль в истории Восточной Европы и Кавказа. М., 1990. С. 85. Мушки//мосхи//масахи 199 К юго-востоку от Мушского царства, южнее области Цоба (Цова), лежала страна Тумме (KURTumme119), название которой сопоставляется с андийским име- нем дагестанского народа лакцев – тумме, которое, как и название области про- живания этого народа – Тум(м)ана, зафиксировано на территории Дагестана еще средневековыми письменными источниками: лакская местность Тумана упоми- нается среди земель Дагестана, занятых арабским полководцем Мирваном ибн- Мухаммадом во время похода на Дагестан в 30-х гг. VIII в. (аварское царство Се- рир, Туман, Зарикакар, Хамзин, Синдан120). Свою страну лакцы называли Куммух (Кази-Куммух), и это название, возможно, также следует связывать с областью Куммух ассирийских и урартских источников (KUE||URUKum(m)uh – Qumaha, антич- ная Коммагена), располагавшейся на побережье верхнего Евфрата, по соседству с Хате, Мелиду-Мелитеа (соврем. Малатия). Таким образом, территории к северо-востоку, востоку и юго-востоку от Муш- ского царства заселяли племена и народности, которые можно идентифицировать с современными восточнокавказскими народами. Они упоминаются не только урартским и ассирийским, но также античным и средневековым источникам. Античным авторам и авторам периода раннего средневековья – армянским, араб- ским и грузинским, эти народы (мосхи, эры, анди, ути (этив), дидои, цудала, тум- ме, табасаран и др.) известны уже к северу от прежнего места проживания – на побережьях Куры и Алазани, в районах Центрального и Восточного Кавказа. Бла- годаря письменным источникам можно проследить не только места компактного проживания перечисленных племен в урартский период, но и пути их переме- щения на Кавказ (как во времени, так и в пространстве). Перемещение происхо- дило медленно, постепенно, на протяжении длительного времени, и в процессе движения племена оставляли в местах своего пребывания топонимы, многие из которых сохранились до сегодняшних дней. Сведения письменных источников подтверждаются не только данными топонимики, но и археологическими мате- риалами, свидетельствами языка, антропологии и фольклора. В настоящее время все эти родственные народы проживают на Кавказе и яв- ляются соседями. Они по сей день сохраняют те же этнические имена, которыми называли друг друга в древности, когда соседствовали на территории Восточной Анатолии, долинах Куры и Аракса. Отсюда становится понятным, почему да- гестанцы-андийцы продолжают называть племена, переселившиеся когда-то из восточных провинций Мушского царства на Кавказ, мосохами. Здесь следует еще раз отметить, что дагестанцы-андийцы называют мосохами именно цова-тушин, четко отделяя их от той части нахских тушин, которая уже ассимилировалась с грузинами. Данный факт достаточно определенно свидетельствует в пользу нах- ской этнической принадлежности племен, мигрировавших из восточной Анато- лии на Кавказ и известных под общим именем мосох//масах. Подтверждением правомерности предлагаемой гипотезы служит и определя- емый по данным античных источников ареал расселения мосхов на Кавказе в 119 АВИИУ, 10 (IV, 43). 120 Баладзори. Книга завоевания стран / пер. С арабского П. К. Жузе. Баку, 1927. С. 56. 200 Глава IV. Общая этноязыковая ситуация на Кавказе и в Передней Азии... древности. Как уже отмечено выше, с именем мосхи связываются названия Мос- хийского хребта, области Самцхе (Самесхети), поселения у слияния реки Араг- ви с рекой Кура – Мцхета (Месхе-та), а также территории расселения мосохов (цова-тушины) – Масахии. Однако еще Н.Я. Марр отмечал, что проживавшие в верховьях Риони и Ингури сваны свои земли тоже называли страной мосохов и что именно мосохи стали основным этническим субстратом для переселившихся с юга в эти места сванов121. О проживании мосхов в предгорьях и горных районах центральной части Главного Кавказского хребта сообщают античные авторы Геланик Милитенский (V в. до н. э.) и Палефат Абидосский (IV в. до н. э.), а также историки, писав- шие о Митридатовых войнах. Кроме того, современные исследователи вполне обоснованно говорят о существовании в античной литературе довольно продол- жительной исторической традиции локализации мосхов в предгорной и горной зоне Главного Кавказа в V–I вв. до н. э.122 Однако предлагаемая Д.Л. Мусхелиш- вили и М.П. Инадзе123 локализация мосхов//мосохов на северо-западе Колхиды, в горных областях Западного Кавказа и на южном склоне Главного Кавказского хребта (от верховья р. Бзыбь до г. Туапсе) представляется произвольной и, как увидим ниже, не соответствует данным античных источников. Такая локализа- ция вызвана скорее тем, что в своих выводах указанные исследователи опира- ются лишь на сообщения отдельных античных авторов, не привлекая и не ком- ментируя все известные на сегодняшний день материалы древних источников, посвященные мосхам на Кавказе. Вместе с тем, совокупный анализ сведений античных письменных источников дает совершенно иную картину расселения мосхов на Кавказе. Прежде всего, привлекает внимание тот факт, что в сообщениях античных ав- торов мосхи Западного Кавказа неизменно выступают соседями керкетов: «выше же керкетов живут мосхи и хариматы, ниже же гениохи, выше же кораксы124»; «к керкетам примыкают мосхи и хариматы владеют Парфением до Эквсинского Понта125». Страбон приводит две точки зрения по локализации интересующих нас керкетов: «После Бат (поселение к востоку от Синдской гавани. – Г.Г.) Арте- мидор называет побережье керкетов…; затем побережье ахейцев…; потом берег гениохов… Историки Митридатовых войн, которые заслуживают больше до- верия, напротив, называют сперва ахейцев, затем зигов, потом гениохов, далее керкетов, мосхов, колхов…126». Как видно, Страбон отдает предпочтение именно сообщениям историков Митридатовых войн, что вполне правомерно, поскольку 121 Марр Н.Я. К истории передвижения яфетических народов… С. 1689. 122 См.: Инадзе М.П. Вопросы этнополитической истории древней Абхазии // «Ра- зыскания по истории Грузии и Абхазии». Тбилиси, 2000. С. 66–67; Мусхелишвили Д.Л. Исторический статус Абхазии в грузинской государственности // «Разыскания по истории Грузии и Абхазии». Тбилиси, 2000. С. 117. 123 Мусхелишвили Д.Л. Указ. соч. С. 117; Инадзе М.П. Указ. соч. С. 67. 124 Гелланик, фр. 109. 125 Палефат, VII, фр. 1. 126 Str. XI, II, 14. Мушки//мосхи//масахи 201 они лично побывали в этих местах вместе с Митридатом VI Евпатором и соглас- но их сведениям, керкеты и мосхи располагаются между гениохами и колхами. Но, в то же время, многочисленные свидетельства древних авторов, призна- ваемые и современными исследователями, говорят о том, что гениохи и колхи проживали по соседству на берегах Черного моря, чего не отрицает и Страбон, указывая, что «за гениохами находится Колхида127». Более того, по данным неко- торых античных авторов, термины гениохи и колхи часто выступают синонимами и являются взаимозаменяемыми. Страбон, перечисляя в своем труде страны и на- роды Кавказа от Синдики на восток, уточняет, какие народы живут на побережье Черного моря: «После Синдской области и Горгипии, что на море, следует побе- режье ахейцев, зигов и гениохов, лишенное большей частью гаваней и гористое, так как оно является частью Кавказа…128». Сообщая затем, что «за гениохами на- ходится Колхида», греческий географ таким образом прямо указывает на то, что для керкетов и мосхов не остается места не только между гениохами и колхами, но и на всем Черноморском побережье. Следовательно, керкеты и мосхи должны быть локализованы не на побережье Черного моря, а в горах и предгорьях Кавка- за, над колхами и гениохами. Действительно, в греко-латинских источниках населявшие Причерноморье племена – древнеадыгские ахеи и зиги и древнеабхазские гениохи, неразрывно связаны с морем и представлены искусными мореплавателями, однако керкеты, наряду с другими древнеадыгскими племенами, довольно часто упоминаются в предгорьях Северо-Западного Кавказа. По мнению специалистов-языковедов, этническое название керкеты, встречающееся у античных авторов и черкеней более поздних авторов, сохранилось в видоизмененной форме в имени черкес, а также в названии одной из адыгских родоплеменных групп (бжедугов) – чер- кеней. Впервые керкетов упоминает Скилак Кариандский (IV в. до н. э.), который размещает их за меотами и синдами, в предгорьях Северо-Западного Кавказа, хотя более поздние авторы (Псевдо-Арриан, V в. н. э.) локализуют керкетов уже на побережье Черного моря и характеризует их, как и ахейцев, зигов и гениохов, искусными мореплавателями. Тем не менее, в интересующий нас период (середи- на и вторая половина I тыс. до н. э.) керкетов, скорее всего, следует локализовать в предгорьях Северо-Западного Кавказа. Нужно также иметь в виду, что упомина- ние керкетов в разных местах – то на черноморском берегу, то в предгорьях Севе- ро-Западного Кавказа, может быть связано не с перемещениями этого племени, а с тем, что в те или иные периоды термин керкет мог употребляться в собиратель- ном значении. Например, вполне возможно, что Псевдо-Арриан в собирательным смысле керкетами называет тех же ахейцев и зигов (зихов). Так или иначе, учиты- вая, что на территории Абхазии и на западе от нее, на побережье Черного моря до р. Ахеунта (р. Шахе, вблизи нынешнего Туапсе), раннеантичные авторы керкетов не упоминают, более чем вероятно, что в термине керкеты античных источников 127 Str. XI, II, 1. 128 Str. XI, II, 12. 202 Глава IV. Общая этноязыковая ситуация на Кавказе и в Передней Азии... отражено одно из названий древнеадыгского населения предгорий Северо-Запад- ного Кавказа. В таком случае мосхи могли граничить с керкетами если они про- живали в западных районах Центрального Кавказа, а значит, указанные античные авторы обозначали мосхами население горных и предгорных районов западной части Центрального Кавказа. При такой локализации мосхов становятся понятными и приобретают боль- шую значимость восходящие к ионийским географам сообщения Марка Аннея Лукана о проживании мосхов между сарматами и колхами («сармат, сосед сви- репых мосхов, живущих там, где Фасис рассекает богатейшие нивы колхов129»), а также уточнения, содержащиеся в схолиях к Лукану («соседние между собой… сарматы и мосхи вели продолжительные войны [между собой130]»). Совершенно очевидно, что мосхи могли одновременно соседствовать с кол- хами, расселенными в Восточном Причерноморье, и с сарматами, населявши- ми степные районы Северного Кавказа, между Доном и Волгой, лишь только в том случае, если проживали на южном (к северу от Эгрисского и Рачинско- го хребтов, т.е. в верховьях Фасиса) и северном склонах Главного Кавказского хребта, т.е. в центральных районах Кавказа. При этом следует учитывать, что в представлении античных авторов Главный Кавказский хребет вовсе не был линией этнического и политического размежевания населения Кавказа. Как уже выше отмечалось, такой линией, отделявшей Колхиду от Кавказской Сарматии, во времена античности являлись Эгрисский и Рачинский хребты. По данным античных источников, территория к северу от Эгрисского и Рачинского хребтов до Главного Кавказского хребта, не входила в пределы Колхиды. Поэтому пред- ставляется более чем вероятным, что в сообщениях историков Митридатовых войн и Лукана отражена раннеантичная историческая традиция, согласно кото- рой, мосхи жили в горных и предгорных зонах Центрального Кавказа, по обеим его сторонам, являясь одновременно соседями как сарматов на севере и керкетов на западе, так и колхов на юге. В трудах Страбона нашли отражение весьма важные сведения еще одного античного автора – Феофана Митиленского, сопровождавшего Помпея во вре- мя походов в страны Южного Кавказа. Эти сведения подтверждают локализа- цию мосхов в районах Центрального Кавказа. Страбон пишет, что через Колхиду «протекает большая река Фасис, берущая начало в Армении и принимающая в себя реки Главка и Гиппа (Конь), низвергающихся с соседних гор. Фасис судохо- ден вверх до крепости Сарапан (современный Шорапани. – Г.Г.), могущей вме- стить в себя население целого города, а отсюда до Кира (р. Кура. – Г.Г.) четыре дня сухого пути по проезжей дороге… Выше названных рек, в стране мосхов, находится святилище Левкотей, построенное Фриксом…131». Согласно греческо- му географу, река Фасис является судоходной на отрезке до крепости Сарапан 129 Лукан, III, 266–283; См.: Латышев В.В. Известия древних писателей… 1949, № 2. С. 322. 130 Лукан, III, 270; См.: Латышев В.В. Указ. соч. С. 332. 131 Str., ХII, II, 17. Мушки//мосхи//масахи 203 (Шорапани), следовательно, в данном сообщении передается, как справедливо полагают специалисты, распространенное в древности заблуждение, в соответ- ствии с которым за Фасис принималась река Квирила, а затем, после ее слияния с рекой Риони, ее среднее и нижнее течение. Впадающие же в Фасис реки Главк и Гипп путали с верховьями Риона и Цхенисцкали132. Однако истоки как Риона, так и Квирилы, как известно, находятся не на территории Армении. Ошибоч- ное указание Страбона на истоки Фасиса (Квирилы) в Армении объясняется тем, что южная часть области проживания мосхов//месхов (Месхети) во II–I вв. до н. э. входила в состав Армении133. Но даже такое объяснение не снимает вопрос полностью, так как исток Квирилы, расположенный в северо-западном предгорье Сурамского (Лихского) хребта) находится на довольно большом расстоянии от Месхети. Вряд ли стоит приписывать Страбону столь грубую ошибку. Действительно, далее Страбон уточняет, что «река Фасис берет начало в лежащих над Иберией горах, пополняясь многими ключами, а в равнинах принимает в себя и другие реки, в том числе Главк и Гипп134» (выделено мной. – Г.Г.). Река Фасис (Кви- рила) берет начало на северо-западной окраине Лихского (Сурамского) хребта, за которым далее уже тянутся отроги Главного Кавказского хребта. Реки Главк (верхнее течение Риона) и Гипп (Цхенисцкали) берут начало с южных отро- гов Главного Кавказа. Выше верховьев названных рек, по Страбону, находится страна мосхов. В данном сообщении Страбона о «горах, возвышающихся над Иберией», следует иметь в виду, что речь идет не о Лихском хребте (или север- ной части Мосхийского хребта), поскольку Лихский хребет вместе с областью Аргвети, располагавшейся на левобережье Квирилы (Фасиса) и включавшей в себя крепость Шорапани, входил в состав Иберии (Картли). Т.е. эти горы на- ходились внутри Иберии, а значит, никак не могли восприниматься как возвы- шавшиеся над Иберией. Если учесть, что исток Квирилы (Фасиса) находится на северо-западной окра- ине Сурамского хребта, над областью Аргвети, т.е. Иберии, а за ним уже начи- наются отроги главного Кавказского хребта, становится ясным, что в сообщении Страбона о «горах над Иберией» имеются в виду предгорья Главного Кавказского хребта. Следовательно, говоря об истоке Фасиса (Квирила) в горах над Иберией, греческий географ передает реальную этнополитическую ситуацию: во-первых, выше названных рек – Квирилы (Фасиса) и ее притоков Главка (верхнее течение Риони) и Гиппа (Цхенисцкали), к северу от Эгрисского, Рачинского и Лихского хребтов, в предгорьях центральной части Главного Кавказа размещалась страна мосхов; во-вторых, здесь же, т.е. не по Главному Кавказскому хребту, а по линии, включающей в себя северные отроги Лихского хребта, Жинвали и Квел-Даба (со- временный Ахметский район Грузии), где, по представлению античных истори- ков и географов, проходила северная граница Иберии (Картли). Таким образом, 132 См.: Меликишвили Г.А. К истории древней Грузии... С. 75. 133 Str., ХI, IV, 5; См. также: Меликишвили Г.А. Указ. соч. С. 159. 134 Str., ХII, III, 4. 204 Глава IV. Общая этноязыковая ситуация на Кавказе и в Передней Азии... приведенные Страбоном историко-географические ориентиры достаточно опре- деленно указывают на то, что во второй половине I тыс. до н. э. мосхи проживали не только между Колхидой и Иберией – в Мосхийских горах, но и на севере этих стран, в горных и предгорных районах Главного Кавказского хребта. Выше Колхиды и Иберии локализует мосхов и Плиний Старший: «…Самая прославленная [из рек] Понта – Фасис… берет начало [на территории] мосхов, судоходен для наиболее крупных судов на 38,5 мили [от устья], затем на значи- тельном расстоянии для малых [судов]. Далее переправу [через Фасис обеспечи- вают] 120 мостов. На его берегах было множество городов… Сейчас он обладает только [городом] Сурий, который сам назван по реке, впадающей [в Фасис] там, где он, как мы сказали, судоходен для больших кораблей…135». Плиний, как и Страбон, называет Фасисом реку Квирила, а город Сурий, расположенный на берегу Фасиса, отождествляет с современным Вани (Ванское городище136). По Плинию, Фасис (Квирила) также берет начало на территории мосхов, т.е. Пли- ний, как и Страбон, локализует мосхов на территории соврем. Рача-Лечхуми и Южной Осетии. По-видимому, и Страбон, и Плиний Старший черпали инфор- мацию из одного источника. Таким источником, как считают исследователи, скорее всего, был уже упомянутый выше Феофан Митиленский, друг Помпея, сопровождавший его в походах в страны Южного Кавказа, в том числе в Кол- хиду и Иберию, и описавший его деяния. Именно поэтому сведения Страбона и Плиния заслуживают доверия как исходящие от человека, лично побывавшего на землях мосхов. Раннеантичная историческая традиция, согласно которой мосхи населяли гор- ные и предгорные зоны Центрального Кавказа, прослеживается и в позднеан- тичных источниках. К примеру, на т.н. Певтингеровой карте мосхи размещены в предгорьях Центрального Кавказа137. Прокопий Кесарийский также сообщает о проживании мосхов//месхов в предгорьях Центрального Кавказа между сванами и иберами138. Аутентичность сведений древних авторов о локализации мосхов се- годня признается многими учеными. В ряду античных авторов, традиционно локализующих мосхов в предго- рьях западной части Центрального Кавказа, особняком стоит Помпоний Мела. Он размещает мосхов юго-восточнее Центрального Кавказа, рядом с албанами: «…У Каспийского залива живут каспии и амазонки, называемые савроматидами, у Гирканского – албаны, мосхи, гирканы139». Свидетельство Помпония Мелы яв- ляется весьма важным и тем, что оно восходит к ионийским географам (Гекатей, Геродот и др.), данными которых римский ученый пользовался в своей работе. Согласно сообщениям Помпония Мелы, мосхи располагались между албана- ми и гирканами. Известно, что термином Гиркания античные авторы, опять-таки 135 Plin. VI, 15,16. 136 Воронов Ю.Н. Научные труды... Т. I. С. 156. 137 Itineraria Romana, Romische Reisewege an der Hand der tabula Peutingeriana. Stuttgart,1916. 138 Прокопий Кесарийский, VIII, 2. 139 Помпоний Мела, III, 38–39. Мушки//мосхи//масахи 205 следуя ранней традиции, часто называли Иберию. Кавказская Албания грани- чила с Иберией (Картли) по реке Кура и впадающей в нее реке Иори. Отсюда следует, что мосхов Мелы, размещенных им между гирканами (иберами) и ал- банами, нужно локализовать северо-западнее Албании и северо-восточнее Ибе- рии, в горных районах современной Восточной Грузии, т.е. в местах проживания нахских тушин, известных дагестанцам как мосохи//мосхи. В этих же местах, по соседству с албанами и иберами, размещают мосохов//мосхов (мазака, масаха- хон), отождествляемых с нахскими цова-тушинами, также Плиний и Агатанге- лос (см. выше). Как видим, ареал расселения на Кавказе племен, известных как мосхи//масахи второй половины I тыс. до н. э., довольно обширен. Сведения античных авторов об этих племенах на первый взгляд кажутся весьма противоречивыми. Создается впечатление, что в сообщениях древних авторов о кавказских мосхах присутству- ет какая-то путаница или же речь идет об отдельных этнических группах мосхов, мигрировавших из восточных регионов Малой Азии и проживавших изолиро- ванно друг от друга в различных областях Кавказа. На самом же деле здесь нет никакого противоречия – все становится ясным, если учитывать то, что древние авторы черпали сведения о мосхах//масахах в разных частях Кавказа, в каждой из которых сосредотачивалась информация только о ближайших районах, и по этой информации, конечно же, нельзя было составить представление обо всем ареале расселения мосхов. Сказанное относится также и к двум якобы разнящимися сведениями о мосхах у Страбона: в одном случае упоминания их среди перечня народов Западного Кавказа, а в другом – на севере Иберии и Колхиды. Все объяснимо тем, что эти сообщения взяты из различных источников, причем информация в первом со- общении исходит от историков Митридата, а потому мосхи названы в перечне на- родов Западного Кавказа, как их соседи, проживавшие рядом с керкетами (у Лу- кана – между колхами и сарматами). Во втором сообщении Страбон располагает страну мосхов выше Колхиды и Иберии, и в этом случае он использует сведения участника похода Помпея, лично побывавшего в Иберии и Колхиде. Если суммировать данные античных авторов о географическом расположении мосхов на Кавказе и нанести на карту, то можно будет увидеть, что на западе мосхи граничили с древнеадыгскими племенами – керкетами, на востоке – с ал- банами, на севере – с сарматами, на юге – с колхами и иберами. В таком случае становится ясным, что древние авторы употребляли термин мосхи//мосохи для обозначения всего населения горной и предгорной зоны Центрального Кавказа второй половины I тыс. до н. э. Таким образом, согласно данным античных ис- точников, во второй половине I тыс. до н. э. мосхи проживали по обеим сторонам центральной части Главного Кавказского хребта. На юге мосхи//масахи граничи- ли с Колхидой и Иберией (Картли) по линии: верховье реки Ингур – Эгрисский и Рачинский хребты – северные склоны Лихского хребта – Жинвали – Квел-Даба – междуречье Алазани и Иори. Из-за недостаточности материалов весьма сложно говорить о северных пределах проживания мосхов – можно лишь утверждать, что с сарматскими племенами мосхи граничили в северокавказских степях. 206 Глава IV. Общая этноязыковая ситуация на Кавказе и в Передней Азии... Античная традиция локализации мосхов на Центральном Кавказе второй по- ловины I тыс. до н. э. полностью совпадает с ареалом расселения в тот же период нахских племен, называемых древнеармянскими источниками нахаматеаны, а древнегрузинскими – кавкасиани, а также малхов (махли, махьалон), упоминае- мых в античных источниках и нашедших место в абхазском, адыгском и осетин- ском эпосах. Судя по тому, что термин мосох//мосх как наименование нахов со- хранился лишь у дагестанцев, остается предположить, что этноним мосх (мосох), применявшийся античными авторами для обозначения населения Центрального Кавказа, является отражением именно дагестанского, точнее – албано-дагестан- ского, общего названия древних вайнахов. Таким образом, имеющийся материал позволяет считать, что переселившиеся на Кавказ из восточных провинций Муш- ского царства племена, известные под именем мушки//мосхи//мосохи, являлись этнически близкородственными нахам. В качестве общенахского термин мосхи использовался и раннесредневековы- ми авторами. Так, историк VI в. Менандр Византиец (Протиктор) при описании маршрута византийского вельможи Зимарха, возвращавшегося в 569 г. с Восто- ка в Константинополь через Северный Кавказ, при прохождении вдоль верховья реки Кумы, упоминает кавказский народ оро-мусхи, опасаясь которого, делега- ция продвигалась «в страхе и трепете140». Представляется вполне допустимым сопоставление этнонима оро-мусхи Менандра с дагестанским названием нахов мосхи (масахи), а народ оро-мусхи – с нахами, тем более что, судя по контексту Менандра, оро-мусхи проживали в восточной части Центрального Кавказа, зани- мая, по-видимому, территории нынешних Чеченской, Ингушской и Северо-Осе- тинской республик. Позднее содержание термина мосхи//мусхи//масахи меняется. Согласно на- блюдению П.К. Услара, если ранее дагестанцы употребляли слово мосох для обо- значения всего нахского населения горной части современной Восточной Грузии, то в конце ХIХ в. мосхами назывались уже только нахские цова-тушины141. Здесь нельзя не отметить и тот примечательный факт, что в истории существования термина мосх (мосох) выявляется общая закономерность, присущая и другим нахским этнонимам – нахаматеан и малхи (махли, махал-он). Если в середине и во второй половине I тыс. до н. э. термин нахаматеан обозначал население всей территории Центрального Кавказа, то позднее он стал применяться для обозна- чения нахских народов – чеченцев и ингушей. Термин махли//малхи, употребляв- шийся в древности абхазами, адыгами и ираноязычными племенами как общее наименование нахов, сохранился позднее в названии одного из нахских народов – ингушей (махьалон), а также нахской родоплеменной группы – малхи (малхий- цы). Подобную трансформацию претерпевает и термин мосх//мосох: во второй половине I тыс. до н. э. он использовался для обозначения нахского населения всего Центрального Кавказа, в раннесредневековый период обозначал нахские 140 Менандр Византиец. История. СПб., 1860. Фрагмент 21. 141 Услар П.К. Древнейшие сказания о Кавказе... С. 85; См. также: Айтберов Т.М. На- хоязычный район Мосок… С. 57. Мушки//мосхи//масахи 207 народы восточной части Центрального Кавказа, позднее – нахских жителей гор- ной части современной Восточной Грузии, и, наконец, стал названием одного из подразделений нахского этноса – цова-тушин. Причины отмеченной трансформации нахских этнических наименований бу- дут объяснены ниже. Здесь же следует подчеркнуть, что все приведенные нах- ские этнонимы – нахаматеан, кавкасиани, малхи//махли, мосхи//масахи, во вто- рой половине I тыс. до н. э. охватывают всю территорию Центрального Кавказа по обе стороны Главного Кавказского хребта. Несомненно, указанные термины помимо этнического употреблялись и в собирательном, политическом смысле и использовались для обозначения всех племен, населявших Центральный Кавказ во второй половине I тыс. до н.э. На рубеже новой эры письменные источники упоминают на указанной территории уже ряд племен, а во втором слое «Ашха- рацуйца», отражающем картину расселения народов Кавказа в раннем средне- вековье, сообщается о проживании на Центральном Кавказе более 20 племен и народов142. Безусловно, факт употребления терминов в собирательном, политическом значении трудно объяснить, если только не признать наличие во второй поло- вине I тыс. до н.э. на Центральном Кавказе политического объединения нахских племен. Все термины – нахаматеан, кавкасиани, малхи//махли, мосхи//масахи – употреблялись параллельно и одновременно,т.е. одно и то же политическое объ- единение имело несколько названий, данных ему соседями. В этом нет, конечно, ничего удивительного, особенно если учесть, что нахское объединение было рас- положено в центре Кавказа. Как видно, рассмотренные выше этнотопонимы при всем желании довольно сложно отнести к грузинским. Следовательно, существующее в научной литера- туре мнение о том, что грузинские племена проживали на территории Южного Кавказа во II и в начале I тыс. до н. э., не может быть научно доказано и останется гипотезой до тех пор, пока не будут найдены и подкреплены серьезной научной аргументацией более достоверные данные. Впрочем, тот факт, что в древних ис- точниках не упоминаются племена, которые с той или иной долей вероятности можно бы было сопоставить с древнегрузинскими, конечно, еще не означает, что в вышеуказанный период в описываемом регионе грузинский этнос вообще от- сутствовал. Среди такого исключительно пестрого по этническому составу на- селения, вероятно, были и древнегрузинские племена, но их названия, будучи покрытыми именами более крупных этнополитических образований, могли не отразиться в древних источниках, поскольку в то время эти племена, скорее всего, никак не выделялись среди своих соседей и еще не играли в регионе сколько-ни- будь значительной роли. Вопрос о том, какие из известных к настоящему времени древних племен являлись грузинскими, все еще остается открытым и требует, как уже выше отмечалось, более внимательного и обстоятельного изучения. Анализ ономастики центральной и восточной частей Южного Кавказа и Вос- точной Анатолии урартского периода все более определенно выявляет ее хуррито- 142 Ашхарацуйц. С. 28–29. 208 Глава IV. Общая этноязыковая ситуация на Кавказе и в Передней Азии... урартско-нахско-дагестанский облик. В свете постоянного притока нового факти- ческого материала, свидетельствующего не только о родстве хуррито-урартских и нахско-дагестанских племен, но и существовании между ними многосторонних связей, вряд ли это покажется неожиданным, а потому может считаться вполне закономерным. К сожалению, нахско-дагестанские и хуррито-урартские связи еще не были предметом специальных изысканий и все еще ждут своих исследо- вателей. В данной монографии будут затронуты лишь вопросы, связанные с уже упомянутыми выше хонами, цанарами (цанами) и терками (турками) на общем фоне уже известных нахско-переднеазиатских параллелей.

0

2

В научной литературе кавказские мосхи (месхи) связываются с малоазиатскими мушками (mušku), известными с конца II тыс. до н. э.


Ряд исследователей связывает мушков с засвидетельствованным греческими источниками племенем мосхов и с грузинским племенем месхов. Надо заметить, что если ассирийцы, урарты и древние евреи, несомненно, называли мушками фригийцев, то греки различали фригийцев от мосхов. Данные античных авторов о мосхах весьма противоречивы. Гекатей говорит о них, как о «колхском», т.е, очевидно грузиноязычном народе, жившем по соседству с матиенами, иначе говоря, хурритами, а Геродот (III, 91; VII, 78) перечисляет их в составе народов XIX сатрапии Ахеменидской державы, т.е. Понта, соединяя их с тибаренами, которые жили около Котиоры (совр. Орду; см. Ксенофонт. Анаб. V, I сл.); из этого следует, что они жили западнее колхов и, во всяком случае, не восточнее верхнеевфратской долины. Однако полутысячелетием позже Страбон помещает мосхов в двух разных местах, но в обоих случаях далеко от Понта: во-первых, где-то в совр. Абхазии (XI, 2. 12 сл.; там же помещает их и Стефан Византийский, ссылаясь на писателя VI в. до н.э. Гелланика, — возможно ошибочно, как полагает Г. А. Меликишвили, опираясь на Кисслинга); и, во-вторых, в горах на стыке Колхиды, Иберии и Армении (XI, 2, 18). Последние мосхи — это, очевидно, месхи позднейших писателей, как византийских, так и грузинских, и, возможно, здесь простое смешение двух сходных терминов, или же попытка, отождествления позднейшего термина с известным от древних авторов. Г. А. Меликишвили считает термин месх как название грузиноязычного племени этого района поздними, по-видимому, чужеродным. Урартские источники не знают в этой области ни мосхов, ни месхов. Наконец, следует отметить, что термин мосок распространен в аварском языке как название грузинского народа в целом. Все это заставляет подозревать, что термин мосхи — вообще не этноним, а скорее какое-то прозвище, котороe могло применяться к разным племенам. Таково же положение и с халибами; греки, видимо, называли халибами не только халибов-халдайцев, но и всех жителей Понта, торговавших железной рудой (см. Раuly s.v. Chalybes); в ряде случаев можно подозревать, что понтийские мосхи — другое обозначение халибов-халдайцев, которые, действительно, жили между тибаренами на западе, мосинойками на севере и матиенами на юге — юго-востоке. Выдвигалось предположение о том, что в мушках древневосточных текстов следует видеть грузиноязычное племя; точно так же область Табал в Киликийском Тавре сопоставляется с понтийскими тибаренами, якобы переселившимися сюда из Табала (или наоборот, отсюда в Табал), а сами тибарены, на основе довольно сомнительного сходства в звучании термина, — с иберами, то есть восточными грузинами. Более осторожно высказывается Г. А. Меликишвили, который лишь допускает присутствие в Киликийском Тавре начала I тыс. до н.э. (Табале) грузиноязычных племен. Но в племенах «мушки», по мнению Г. А. Меликишвили следует видеть грузинские племена. Он полагает, что в ассирийских источниках речь идет о по крайней мере двух разных вторжениях этих племен в район Армянского Тавра: первое засвидетельствовано Тиглатпаласаром I для времени около 1165 г. до н. э., а со вторым связано упоминание мушков в том же районе в IX в. до н.э. При этом он сопоставляет имя царей Фригии — Гордий  — и название их столицы — Гордион  — с названием горного племени восточной части Армянского Тавра и Гордиенских, или Кордуенских (совр. Курдистанских), гор — кардухи, а это последнее название — с самообозначением картвелов. Все это, однако, представляется весьма натянутым. Лингвистически едва ли допустимо сопоставление отдаленно похоже звучащих имен, без объяснения закономерности переходов (к ||г , т ||д  и т.д.). К тому же, по замечанию самого Г. А. Меликишвили, суффикс кардухи в имени кардухов указывает скорее на их хуррито-урартскую принадлежность. Место обитания кардухов (долина р. Кентрит-Бохтан и горы вокруг верховьев Большого Заба, то есть районы, где и ассирийскими источниками засвидетельствованы хурритские горные племена, подобно кардухам V—IV вв. до н.э. державшие в страхе окрестные долнны), не имеет контакта ни с местожительством несомненных грузинских племен, ни с местожительством восточных мушков (даже если помещать их, по Г. А. Меликишвили в северомесопотамских горах Кашияри — Тур-Абдин, что, с нашей точки зрении, неправильно). И наконец, совершенно незакономерно сопоставлять имя племени с именем лица, жившего на 1000 км западнее, и названным по этому лицу городом. Таким образом, из всей аргументации не остаётся ничего, кроме сходства названий мушков с названием мосхов и грузинского племени месхов. Г. А. Меликишвили пишет: «Среди ассирийцев название «табалы» могло употребляться (подобно названию «мушки») в собирательном смысле и обозначать племена разного происхождения; однако среди них (в качестве, по крайней мере, одной составной части) следует, очевидно, предполагать присутствие и картвельских (в частности, западно-грузинских) племен». Здесь надо внести одну поправку: ассирийские источники не знают племени  «табалов», а только область  Табал, по-видимому, с лувийским населением (хотя возможны здесь и другие этнические группы). Что касается термина мушки, то собирательное его значение вероятно. Однако потому ли ассирийцы, урарты и древние евреи обозначали фрако-фригийские племена и государственные образования термином мушки, что вместе с ними и среди них жили и грузиноязычные племена мосхов, как полагают Г. А. Меликишвили, 3. Кавеньяк, Н. В. Хазарадзе и др. или, наоборот, некоторые грузинские племена назывались мосхами потому, что когда-то жили на подвластной Фригии территории, как предложили считать мы, пока не может быть установлено. Нет ничего невозможного в том, что в период, когда нашествие фрако-фригийцев разливалось по Малой Азии, отдельные их племена могли попасть и в Понт и даже в Закавказье и впоследствии стать грузиноязычными, или что отдельные грузинские племена, в течение какого-то времени подчиненные Фригии, впоследствии могли получить прозвище «фригийцев» (мушки), или, наконец, что это прозвище по каким-либо историко-культурным признакам и ассоциациям могло широко применяться впоследствии к разным  племенам и народам. Однако остается несомненным то обстоятельство, что в наиболее ранних источниках термином мушки во всяком случае обозначалась Фригия и фригийцы, в индоевропейской языковой принадлежности которых никто не сомневается, а следовательно, так могли обозначаться и вообще фрако-фригийские, в том числе и протоармянские племена.
(И. Дьяконов, "Предыстория армянского народа")

0

3

Несмотря на то, что гипотеза о грузинской принадлежности мосхов в научной литературе была подвергнута вполне обоснованной критике, в историографии мушков//мосхов a priori причисляют к грузинским племенам.


Двойная ложь от Гумба. Во-первых, не является "гипотезой грузинская принадлежность мосхов в научной литературе". Это общепризнанный факт. Для Гумба тут достаточным будет и мнение Кирилла Туманова, удостоенного им, в третьей части третьей главы, эпитета "крупнейшего востоковеда". Так вот, крупнейший востоковед Туманов считал мосхов одним из "протогрузинских племен".

И во-вторых, никакой критике, тем паче обоснованной, данное утверждение не подвергалось, что, опровергая самого себя, признает и Гумба, в том же предложении отмечающий, что "в историографии мосхов априори причисляют к грузинским племенам".

Другое дело мушки. Вот тут в научной литературе имеем и гипотезу об их связи с мосхами, а значит грузинами, и также и вполне обоснованную критику данной гипотезы.

0

4

Так, одним из основных доказательств принадлежности мушков//мосхов к грузинским народностям считается дагестанское (аварско-андийское) название проживающих в современной Восточной Грузии тушин – мосок//мосох. [Меликишвили Г.А. К истории древней Грузии... С. 72.]


Снова неправда. Никогда это не числилось среди "основных доказательств принадлежности мосхов грузинским народностям". Вот, к примеру, известная цитата древнегреческого географа, Гекатея Милетского (VI в. до н. э.), о мосхах, как о "племени колхов", в качестве основного доказательства выбрана давно и надолго. А по аварцам и андийцам мы понятия не имеем кого и как обозначали их далекие предки, поскольку своего Гекатея, оставившего нам документы, где хранилась бы информация о мосхах, у тех не было.

Тем не менее, положим на минуту, что нам точно известно, что термин "мосок" в аварско-андийских языках имеет древние корни. Даже при подобном раскладе, Гумба здесь ничего не светит. На протяжении всей пятой части четвертой главы, Гумба многажды повторяет свое утверждение о термине "мосок", как о термине, которым дагестанцы обозначают цова-тушин. Это один из его аргументов по тезису о связи мосхов с вайнахами. Тут все просто. Цова-тушины это вайнахи, что несомненно. Мосоки и мосхи, с большой долей вероятности, взаимосвязаны. Следовательно, раз мосоками у дагестанцев принято называть нахскую народность бацбийцев, то, во-первых, по отношению к ней допустимо применять и термин мосх; и во-вторых, там где одна нахская народность носит имя мосок-мосх, там мосоками-мосхами следует считать и всех вайнахов. Либо так, либо, в крайнем случае, надо считать мосхов одной из нахских народностей. Все это было бы интересно, если бы не одно обстоятельство. Гумба говорит неправду. Дагестанцы, или точнее аварцы, не называют термином "мосок" одних лишь цова-тушин. Вот что об этом у Дьяконова: "следует отметить, что термин мосок распространен в аварском языке как название грузинского народа в целом".

0

5

Но ведь это явное недоразумение, ибо тушины относятся к нахскому (чечено-ингушско-бацбийскому) этническому миру. Еще в начале ХХ в. Н.Я. Марр, совершивший научную экспедицию в Тушетию, отмечал, что тушины все еще сохраняют свой родной язык – бацбийский (южная подгруппа нахских языков), но находятся при этом на стадии перехода на грузинский язык и слияния с грузинами. [Марр Н.Я. К истории передвижения яфетических народов… С. 1383, 1388.]


Сам Марр, это сказал Нико Марр? Ну тогда все, сдаюсь!

0

6

Кстати, процесс ассимиляции нахских тушин в грузинской этнической среде по-прежнему не завершен и продолжается по сей день. [См.: Дешериев Ю.Д. Сравнительно-историческая грамматика нахских языков… С. 35.]


Это в любом случае не насильственная ассимиляция, это был их добровольный выбор. Порвав, в следствии конфликта, с соплеменниками и оставив родину, они пришли в Тушетию чтобы объединиться с местными грузинами, что конечно чревато возможным  растворением в грузинской нации, но что, как видим, так и не произошло.

К слову, согласно чеченским преданиям, изложенным в книге Лаудаева, ряд чеченских фамилий по происхождению были грузинами, гуржий.

грузины и соседние с ними горские племена зашли в нынешнюю Чечню и, поселясь в ней, смешались с туземцами; смешение это и теперь очевидно на порубежных землях чеченского племени: например, жители аулов Мааста, Малги и др. составляют нечто среднее между чеченцами и хевсурами (У. Лаудаев, "Чеченское племя", Глава IV)

много чеченских фамилий приписывают себе происхождение от грузин (там же, Глава XVI)

От грузин у них, тем не менее, ничего не осталось, так давно и окончательно они ассимилированы чеченцами. Но мы не печалимся об участи этих грузин, в силу понимания того, что они пошли на такой шаг осознанно. Переселились в Чечню, чтобы очечениться - их выбор.

Равно как и те из ингушей, а если более детально, то группа фяппинцев кажется, что переселились в Тушетию, чтобы составить затем половину тушинской народности, уже не могут восприниматься ингушами и чеченцами как свои ("вей нах"). Можно лишь говорить об их нахским корнях.

0

7

Свою этническую индивидуальность и родной язык до сих пор сохраняют цова-тушины (цу-бацой), а представители тушин, ассимилированные с грузинами, хотя и осознают уже себя в национальном отношении грузинами, но все еще сохраняют собственный культурный облик, указывающий на генетическое родство их с чеченцами и ингушами. [Известный грузинский этнограф 30-х гг. ХХ в. С. Макалатия отмечал: «Цова-тушины говорят на цовском языке. По происхождению их язык галгайский и родственен кистинскому. Но в этом цовском языке много укоренившихся, заимствованных из грузинского языка слов. Цовцы любят свой родной язык и дома и вне его между собой разговаривают на нем. В их семьях цовский знают все – не знать язык просто стыдно. Дети цова-тушин начинают говорить на цовском и уже потом учат грузинский.» (Макалатия С.И. Тушети. Тбилиси, 1933. С. 109).]


Давайте разберемся. Гумба сперва показывает нам цова-тушин и объясняет, что они являют собой негрузинизированный сегмент тушин, сохранивший нахский ингушский язык. Далее, добавляет он, имеется и другой сегмент, "представляющий тушин, ассимилированных грузинами". Этим Гумба подводит нас к мысли, что в принципе, все тушины это исконные вайнахи, просто одни "все еще", а другие "уже нет". В качестве довода к своим словам, он обращается к "известному грузинскому этнографу С. Макалатия".

Но что мы видим и не видим в приведенном тексте Макалатия? Мы видим, что грузинский этнограф действительно представляет бацбийцев, или цова-тушин, не коренными грузинами, но народом галгайского происхождения. Тут ладно, тут не спорим. Я скорее сам поспорю с любым, кто попробует отнять у цова-тушин их нахские, ингушские корни.

Теперь, что не видим. В приведенном тексте нигде не обнаруживается, чтобы Макалатия хоть словом упомянул о тех других, выдуманных Гумба тушинах, имеющих "при грузинском самосознании, культурный облик" вайнахов. Так что непонятно, как при помощи Макалатия можно подтвердить липовый гумбовский тезис про тушин, как о сугубо нахском этносе, наполовину огрузиненном, наполовину сохранившимся.

Объясню иначе: все бацбийцы тушины, но не каждый тушин - бацбиец; изначально тушины картвелы, впоследствии объединившиеся с вайнахами.

0

8

Дагестанский исследователь Т.М. Айтберов в своем специальном исследовании определил, что термин «мосох являлся аварским названием именно нахоязычного населения современной Грузии – Цова-Тушети», в то время как нахов-бацбийцев, ассимилировавшихся с грузинами, аварцы-андийцы называют тушинами (туш), что говорит о том, что они четко различают нахоязычных мосохов-тушин и грузиноязычных тушин. [Айтберов Т.М. Нахоязычный район Мосок в XVI – начале XIX в. (Локализация и политические связи) // «Вопросы исторической географии Чечено-Ингушетии в дореволюционном прошлом». Грозный, 1984. С. 56; См. также: Услар П.К. Древнейшие сказания о Кавказе... С. 85.]


Интересно, а почему остальных вайнахов аварцы и андийцы не называют термином "мосох"? Почему мосохи у них только те вайнахи, что непосредственно связаны с Грузией? И это еще с условием, что Гумба говорит правду, и что мосохи у дагестанцев действительно бацбийцы, а не грузины в целом, о чем нам уже известно из дьяконовской работы. И все же, и при такой картине, странно, почему непременно бацбийцы, почему не все вайнахи.

0

9

Но напротив, древнегрузинская историческая традиция говорит о том, что название страны Картли происходит от имени вершины горы Карт, расположенной у слияния рек Арагви и Куры. [Картлис цховреба. С. 35.] Как отмечает Г.А. Меликишвили, в географическом названии Картли коренным является слово Карт (Карти), поскольку именно так первоначально именовалась вершина горы, на которой были построены крепостные сооружения и которая являлась центром окружающих ее земель; затем по названию центра была названа и страна. Отсюда же происходит и самоназвание грузин – картвел. [Меликишвили Г.А. К истории древней Грузии... С. 95.; См. также: Бердзенишвили]


Для начала, гора была названа не "Карт", а "Картли". И с этим, возможно, связано и название Картлийского хребта, находящегося поблизости от места слияния Арагвы и Куры. Далее, главное.

Да, согласно Картлис Цховреба "была вся страна, протяженностью от Хунани и до моря Спери, названа Картли" потому что "та гора называлась Картли", все так, и мысль Меликишвили верна. При том, Мровели еще поясняет, что все это происходило еще до того времени, когда гора станет называться Армази. Получается, гору Картли позже переименовали на Армази. И ниже, дойдя до времени первого царя Фарнаваза, Мровели сообщает нам, что горе Картли ее новое имя Армази дал Фарнаваз, воздвигший там истукана божеству Армаз. Сообщение немаловажное, сейчас увидим почему.

Сперва вернемся назад, но только не к моменту когда страна от Хунани до Спери получила название в честь горы Картли, а еще немного выше, к моменту, когда Картлос "построил себе дом и назвал ту гору своим именем - Картли". Вот в чью честь получила свое наименование страна Картли и ее народ, картвелы. Сперва так называлась местность у слияния Арагвы и Куры, или "гора Картли", а затем, по мере роста численности картвел и освоения ими безлюдных просторов (так в КЦ!) от Хунани, что крайняя юго-восточная оконечность, до Спери, что оконечность крайне юго-западная, название Картли распространялось и по обозначенной площади.

Вот и выходит, будто по имени горы была названа вся страна. Нет, так изначально называлась обжитая часть страны, у слияния Арагвы и Куры, где и возвышалась гора, в свою очередь получившая такое имя в честь поселившегося здесь легендарного первопредка грузин - Картлоса. Хотя, предположительно, он был лишь предводителем тогда еще небольшого народа, собирательным именем пока не обладавшего. Личность видимо была настолько харизматичная, разумеется в кругу собственного народа, что после его смерти, место где он жил и был погребен ("погребли его на вершине"), назвали его именем - Картлос/Картли.

Несомненно, что до введения Фарнавазом культа первого официального божества, Армаза, это место занимал культ обожествленного Картлоса. Мровели пишет, что "нерушимой и главной клятвой у них была клятва во имя могилы Картлоса". Итого получается, что маленький и безымянный народ, предводительствуемый Картлосом, занял местность у слияния Арагвы и Куры. После смерти Картлоса, личность его была обожествлена, что было довольно частым явлением у язычников древности. А местонахождение его могилы превратилось в культовое место, получившее свое название по имени новоявленного божества Картлоса - Картли.

Наступит момент, когда какое-то поколение разрастающегося народа, станет именовать себя в честь культа, подчеркивая этим свою самость и причастность к культу Картли. Этому явлению надлежало стать ключевым признаком отличия данного народа, от народов соседних. Картвел (архаич. картлосион) только тот, кто верит в идол Картли, погребенный на вершине горы, или иначе, кто молится идолу Картли, что на горе, тот и есть картвел. По мере же освоения новых просторов, носители культа Картли несли с собой и это имя, распространив его от Хунани до Спери.

Разумеется, я должен предупредить, что вышесказанное не выходит у меня за рамки Картлис Цховреба. Данный период в указанном источнике, я считаю во многом сказочным, не имеющим подтверждения в независимых, иностранных источниках. Значит, историю Картлоса и всего с ним связанного, следует воспринимать в качестве мифа, а отсюда и вывод, что факт существования горы Картли, от которой получила свое наименование страна Картли, настоящим фактом не является. Если Картлос сказочен, то сказочна и гумбовская гора Карт. Что до Картлийского хребта, то неизвестно как давно возникло это название, и что первично - название хребта, или название страны Картли.

0

10

Однако все эти предположения представляются лишенными основания хотя бы по той причине, что в мегрело-чанском языке слово корти не является исконным словом, а заимствованным из абхазо-адыгского языка, где а-гуарт-а (gyarta) – место скучиванья скота. [Гублиа Р.К. Об абхазских лексических заимствованиях в картвельских языках. Сухум, 2002. С. 30–31.]


Гублиа, как и до того Дзидзариа, является абхазским автором, и потому и его работа об абхазской терминологии в грузинском языке, как и работа Дзидзариа, должна расцениваться как тенденциозная, и по этой причине неприемлемы аргументы, почерпнутые из нее. Да и как языки (адыго-абхазские), до самого XX века остававшиеся бесписьменными, могли оказывать влияние на языки соседних народов?

0

11

Проникновение же абхазо-адыгского гуарта в мегрело-чанский язык могло произойти лишь в тот период, когда мегрело-чаны были расселены в районах Южного Кавказа, но отнюдь не тогда, когда они жили в Северной Месопотамии (если хотя бы гипотетически и допустить возможность их пребывания там). Впрочем, если согласиться с тем, что мегрело-чанские племена в конце II и начале I тыс. до н. э. жили на севере Месопотамии, то в таком случае, их, разумеется, нельзя уже сопоставлять с носителями колхидской культуры. В свое время еще Н.Я. Марр отмечал, что термин карт не имеет объяснения в грузинской языковой среде, а «самоназвание грузин образовано не от чистой основы термина ķarţ, а от абхазской формы а-карт-уа, a-kartw-a», где уа (wa) означает люди, [Марр Н.Я. К истории передвижения яфетических народов… С. 1407; Его же: О языке и истории абхазов... С. 14.] то есть люди (местности) Карт.


Значит тем более не стоит производить этноним "картвели" из абхазского языка, раз это предлагает делать Марразматик. Марразматические тезисы следует воспринимать как тезисы антинаучные, то есть, вывернутые наизнанку, что мною тут показано неоднократно. И поскольку он связывает самоназвание грузин с абхазским языком, связывать его (самоназвание грузин) с абхазским языком не стоит.

И то правда, что даже взявшись определить то, что здесь хотел сказать Марр (а значит Гумба устами Марра), мы успеха не добьемся. Сначала нас заверяют, что "карт" в грузинском необъяснимо, и обещают объяснить его при помощи абхазского, но в конце мы видим абхазское "людей местности Карт". И всего-то? Ну и при чем тут абхазы, если и с абхазского языка не получается перевести корень "карт"?

0

12

Как известно, первоначально абхазские и картлийские (картвельские) племена находились в длительном этническом контакте в районе Лихского хребта, а позже с юга между ними вклинились мегрело-чанские племена. Об этом свидетельствует древнейший пласт абхазской топонимии, выявленный в этих местах, а также значительное влияние абхазского языка на картлийский – минуя мегрело-чанский, как в области лексики, так и морфологии. [Чикобава А.С. Введение в языкознание... С. 149–168; Ломтатидзе К.В. О некоторых вопросах происхождения и локализации абхазов... С. 139.]


Повторю, что нельзя считать, будто язык, веками остававшийся бесписьменным, первые произведения и учебные пособия на котором стали появляться от силы век тому назад, способен оказать "значительное влияние" на язык, который издает литературу уже полторы тысячи лет. Это просто смешно.

0

13

К сказанному следует и то, что этноним картуел (картвел) помимо самих грузин известен только лишь абхазам. С учетом всего этого предположение Н.Я. Марра выглядит весьма убедительным.


Так-то оно так, да только мы понятия не имеем, как давно абхазам знаком данный этноним. Самые ранние слова на абхазском языке записаны в XVII веке. Это сделал оттоманский чиновник Эвлия Челеби, составивший перевод нескольких фраз на абхазском языке. Короче говоря, тут идентичная проблема, что и с дагестанским названием тушин. Как бы сегодня ни называли дагестанцы тушин, а абхазы грузин, это приносит мало пользы в изучении древней истории.

0

14

Что касается самой основы карт термина картвел, то еще в начале ХХ в. К.М. Туманов предложил, на мой взгляд, довольно убедительную этимологию этого слова на базе нахских языков, но данный факт странным образом выпадает из поля зрения исследователей.


Вначале я с Гумба абсолютно согласен. Работа Туманова "О доисторическом языке Закавказья" дельная, и некоторые тезисы, предложенные в ней автором, просто завораживают своими неожиданными, оригинальными и интересными выводами. Не все в трудах Туманова мне нравится и отношение у меня к нему неоднозначное. Конечно, такой подход с моей стороны немного нечестен из-за своей непоследовательности.

К сожалению, дальше наши с Гумба пути расходятся (см. ниже), потому что он начинает свою заезжую пластинку о нахской первооснове в регионе - лингвистической и топографической - топорно заменяя понятием нахский понятие урарто-хурритский. И в этом он входит в противоречие с самим Тумановым, для которого эти понятия немного разнятся. Все вайнахи - урарто-хурриты, но не все урарто-хурриты - вайнахи. По видимому, такого принципа придерживался Туманов, и я с ним целиком солидарен. К тому же, Туманов использует для обозначения народов Урарто-Хурритской семьи своеобразный, и на мой взгляд очень удачно подобранный термин - торгомосцы, "раса Торгома", мровелианский по своему духу термин.

Но так как в современной исторической науке существует течение, которое рассматривает родоначальников и царей отдалённых времён под иным углом зрения, видя в них лишь эпонимы разных племён, рас, то мы вправе разобраться со своей стороны в том списке имён героев древности, который имеется в преданиях закавказских народов. Общим родоначальником этих народов предания называют Торгому или Торгомоса, который, разумеется, известен только по имени. В этом Торгоме мы видим эпоним доисторического населения Закавказья, многочисленного, распадавшегося на множество колен и отпрысков. Оно было издавна пришлое и занимало всё древнее Закавказье вплоть до малой Азии. Будущие археологические изыскания, есть надежда, выяснят более точно вопрос об этой первоначальной основной расе Закавказья, впоследствии мало-помалу исчезнувшей или, лучше сказать, слившейся в исторических переворотах с другими расами древности, теперь же мы возвратимся к нашей теме. Урартийцы, говорившие на ванском языке, сохранившемся в клинописи, в наших понятиях должны быть отождествлены с торгомосцами, так как первые, по общему мнению, были давними поселенцами древнего Закавказья и господствующей доисторической расой, то есть таким элементом, каким является Торгома с его многочисленными коленами... ...Переходя к вопросу о расселении многочисленных колен и отпрысков расы Торгомы, мы должны признаться, что у нас нет и тех скудных сведений, какие имеются относительно мидян и персов. Нам неизвестно, сколько было племён и как они назывались, так как мы не знаем языка Торгомы, этой первоначальной расы древнего Закавказья. Геродот впервые упоминает об одном главнейшем племени этой расы, об алародийцах или урартийцах (по ассирийским надписям). Но это наименование географическое и только. Ванские надписи называют их поклонниками бога Халди, но и это не доказывает, что они сами себя называли халдитами. Те же ванские надписи перечисляют множество стран в пределах Урарту, которые могли свои названия получить по имени родов или племён, их населявших, но подобными исследованиями ещё никто не занимался... ...Позднее, когда по ходу новых исторических событий топографические названия превратились в географические и этнические, наименование карталус’ов осталось за северным отпрыском расы Торгомы... ...Имя Торгомы – эпоним доисторического населения Закавказья; населения, делящегося на множество колен и отпрысков, и говорившего на своём особом языке, памятники которого остались в клинообразных надписях Ванской системы. Население это со своим языком, с течением времени, распалось от натиска других рас и на этой основе, путём смешения, создались новые индивидуальности – народы христианской эры... ...Чеченский язык имеет особое значение для распознавания характера и смысла ванских клинообразных надписей, так как означенный язык либо отразил на себе влияние ванского языка, либо был родственен ему в доисторические времена, входя в особую группу языков Передней Азии...

Таким образом, мы видим, что в Урарто-Хурритской семье, Туманов видел не одних вайнахов, но целое созвездие родственных народов, где вайнахи были "одними из". Я полагаю, уже упоминавшиеся мною гогары (входили в Этиуни), а также таохи (основа Диаоха), были в числе этих торгомосианских народов, каждый со своим языком, но в предела Урарто-Хурритской семьи. Слившись с частью протокартвел (сасперы?), которые к Урарто-Хурритской семье отношения не имели, они (гогары и таохи) перешли на язык последних, но при том внеся свой нескромный вклад в языковой фонд новообразованного народа картвел, народа, произошедшего в результате синтеза двух разных этносов - протокартвел и части урарто-хурритов. Отсюда "нахские" термины в грузинском языке. Это в действительности торгомосианские термины, урарто-хурритские, общие как для вайнахов, так и для половины грузин, той половины, что представляет собой урарто-хурритский сегмент в грузинах, принесший с собой эти термины в грузинский язык.

Я, в отличии от Гумба, в данном вопросе последователен. Напротив, Гумба регулярно на протяжении своей книги переходит от одной концепции к другой, и обратно. Имею ввиду его явную неопределенность относительно языковых семей. Иногда, нахско-дагестанские языки у него входят в одну общность с языками адыго-абхазскими, и данную общность он именует исконнокавказскими языками. В другие моменты, Гумба роднит нахско-дагестанские языки с урарто-хурритскими.

0

15

В вайнахских языках (чеченском, ингушском и бацбийском) вершина горы называется куорт (корт), оно, т.е. название, широко распространено в географической номенклатуре Чечни и Ингушетии (например, Арч Корт, Барт-Корт, Цхоар Корт и др). Если учесть, что вайнахский дифтонг уо соответствует грузинскому (картлийскому) а и мегрело-чанскому о (например: вайнахское куотам – курица, и грузинское катами; вайнахское хуох – лук, и грузинское хахви; вайнахское луом – лев, и грузинское лом и т.д.), то становится очевидным, что название Карт происходит от вайнахского куорт (куорт → карт) – вершина, голова. [Подробно см.: Туманов К.М. О доисторическом языке Закавказья... С. 54–62.]


Туманов обращается к чеченскому языку для сопоставления с грузинскими параллелями, и таким путем выявляет торгомосианскую (Урарто-Хурритская семья) базу в обоих языках, вот что делает Туманов.

Как будто специально для моего комментария у него имеется и соответственная цитата: "Путём применения чеченского языка мы выше старались раскрыть некоторые слова доисторического языка. К таковым отнесли: корт и ц’и. Но есть ещё слово, которое безошибочно можно считать принадлежащим нашему доисторическому языку. Это слово арс".

Термин, употребляемый Тумановым - "доисторический язык" - тоже весьма примечательный. Это праязык для половины армян, половины грузин, и большинства вайнахов, впоследствии распавшийся на ряд самостоятельных языков. Туманов в своей работе все это детально показывает.

Гумба же все переворачивает и представляет так, будто общие лексические и топонимические термины в чеченском и грузинском, на самом деле являются чеченскими заимствованием в грузинском языке: "название Карт происходит от вайнахского куорт" резюмирует Гумба. Взглянем, что об этом думает сам Туманов.

Некоторые племена в древности были известны как кардухи и куртии. К этой группе нужно причислить и карт-алус’ов (картлосидов). Но что эти названия? П. Услар собрал чуть ли не все видоизменения слова кард, но не разъяснил их надлежащим образом. Он полагает, что слово кард восходит к еврейскому касд, которое в греческом переводе значится как калд, забывая, что племенные названия создаются на месте, без дальних филологических соображений, как характеристика того или иного другого слоя населения. Нам следует разобрать предполагаемое нами обозначение карталуси, которое попутно выяснит значение всех названий, в состав которых входит слово карт. Карталуси состоит из двух слов: карт и алуси. Слово ал (al) в ванских клинообразных надписях означает глагол жить; в форме причастия – алуси – оно встречается в конце любой подписи, где те или другие урартийские цари сообщают своё местожительство. Значение этого слова уже твёрдо установлено дешифраторами этих надписей. Для надлежащего объяснения другого слова – карт – сошлёмся на чеченский язык. Куорта по-чеченски означает голову, вершину. Слово это сплошь и рядом имеет применение в обозначении макушки гор. В географической номенклатуре Чечни можно встретить очень часто название горы, с добавлением корт. Это означает: вершина такой-то горы. В слове куорта дифтонг уо можно заменить простым гласным. Подобный дифтонг чеченских слов вообще соответствует в закавказских языках о или а... ...Точно так же чеченское куорта: по-туш. – корт, по-груз. – корти или карти (возможно допустить, что уо переходит в грузинском языке и в у, так как существует на грузинском и третья форма данного слова – курти; помимо того, чеченскому простому о может соответствовать в закавказских языках у, например, чеч. готан – по-груз. гут’ани, по-арм. гут’ан). Все эти три формы одного и того же слова имеют широкое распространение как в географической номенклатуре Грузии, так и вообще в грузинской речи. Всякое горное возвышение западные грузины и поднесь называют корти, аналогично как восточные грузины называют гора, хотя последнее тоже известно у западных грузин. Отсюда ясно, почему у последних гребень Сурамских гор носит название Кортохи, а высокие пики гор (в Батумской области) – Большой и Малый Кар(т)чхали. Существовали ли эти три формы одного и того же слова одновременно? По нашему мнению, это не может быть вопросом. Они были обусловлены различным говором племён, населявших Грузию, что можно наглядно видеть и сейчас, так как грузины и до сих пор носят различные названия. Сами себя они называют ќарт’вели, сваны называют их мќддт’, мингрельцы ќорт’у, осетины гурдзиаг, мусульмане гурджи. Есть вероятие, что грузины первоначально называли себя курти. Этот корень слышится и в тюркском произношении (гурджи) и в русском (грузины). В грузинской речи тоже отмечается важность этой формы названия. Грузинское слово курт’хева (первоначально, может быть, курт’ т’хвева) не просто обряд освящения, а грузинский (горский) обряд освящения. Таким образом, карт алуси в точном переводе с доисторического языка означает: «живущие на высотах гор». В те далёкие времена, по-видимому, не существовало понятия о народах и население различалось, как выше говорили, топографически или по некоторым бытовым своим чертам. О том, что занимавшие высокие горные местности называли себя куртами или картами, то есть горцами, свидетельствуют и другие аналогичные примеры. Стоит вспомнить, например, аварцев, которые сами себя называют маарулал (то есть горцами), затем андийцев, известных под названием тавлинцев (тау – гора). Грузины, живущие в кавказских горах, называются мтиулами или мтиулетинцами (от мта – гора). На доисторическом языке не было слова мта (оно родственно тюркскому тау) и потому для обозначения древних грузин подошло более древнее название курти или карти... ...Было позднее ещё племя куртии, едва ли родственное кардухам. Но каково бы ни было происхождение этих племён, они получили своё имя от той области, которая была известна под названием Кордук или Кардук и от того слова, которое было в обращении на языке торгомосцев в трёх формах. Таким образом, кардухи, кордийцы, куртии, куртины, куртатинцы, курды – все эти названия являются лишь обозначением горцев очень высоких и малодоступных местностей... ...С именем Картлос произошло нечто интересное. По нашему мнению, это имя возникло в переходное время от доисторического языка из двух слов карт и алуси, первоначальный смысл которых начал теряться в новом языке, превращаясь в имя родоначальника.

0

16

По свидетельствам древнегрузинских источников, которые подтверждаются и данными археологии, в середине I тыс. до н. э. этнический состав Картли был смешанным (согласно «Картлис цховреба», здесь говорили на шести языках). Поэтому, надо полагать, разнородное население не имело общего самоназвания, не существовало также, видимо, и единого, общепринятого этнонима, которым бы именовали жителей данной территории их соседи, вследствие чего последние и стали называть жителей этой страны по названию ее центра – Карт – карт-уаа – карт-уел – карт-вел – люди (местности) Карт. И именно оно впоследствии стало самоназванием грузинского (картвельского) народа, сформировавшегося в процессе слияния проживавших на территории Картли различных этнических групп.


Неверная, и я подозреваю что намеренно неверная, интерпретация изложения Картлис Цховреба. И взяв этот документ, я с легкостью продемонстрирую в чем неверность гумбовской интерпретации.

Сперва Гумба, его интерпретация. В Картли жило несколько различных и разрозненных народов, говоривших на шести языках и не имевших общего самоназвания. Постепенно они слились в единый народ - картвелов - получивший такое название по имени своей центральной местности, Карт.

Теперь моя интерпретация, при том, строго в рамках КЦ, рамках, установленных Гумба. Картлос приходит в безлюдный и бесхозный край, это факт из КЦ. Далее, обжив "первоначально место, где Арагви впадает в Куру", он затем обустроил и ряд соседних местностей вниз по течению Куры. Картлос "жил долгие годы, и преумножилось племя его". Это первая фиксация демографического роста племени Картлоса, или картлосиан, или картвелов. Ни о каких разношерстных и разрозненных народах пока речи нет; здесь один этнос, картвелы-грузины.

Далее, старший и главный из пятерых сыновей Картлоса - Мцхетос, жил "многие годы и долгие времена, и преумножились род и племена его многие". Второй всплеск демографического роста, при том по прежнему в моноэтнической среде. Далее, после периода раздробленности и усобиц, Картли подвергается нашествию хазар и попадает под хазарское иго.

Прямо об этом не говорится, но одно косвенное указание, говорит о том, что в Картли в это время появилось незначительное число хазар. Я имею ввиду эпизод "уничтожения Ардамом в Картли всех хазар, каких только мог обнаружить". Тогда, хазарское иго сменилось игом персов, что видимо повлекло за собой и появления персидского населения, позже "выловленного и уничтоженного осетинами и грузинами".

Затем персидское иго возвращается и начинается череда восстаний армян и грузин, и установления персидского ига. Так что в Картли все еще преобладало коренное картвельское население.

Наконец, подходим к моменту, когда в Картли появляются турки, принятые грузинами. Мровели поясняет, что за этим союзом стояло стремление совместно противостоять персам. И следом идет важная, для текущей темы, фраза: "в ту пору откуда бы ни являлись гонимые, будь то из Греции или Сирии или Хазарии - все они вступали в дружбу с грузинами с целью помочь им в борьбе против персов". Здесь видим прямое свидетельство об изменении этнической картины. Группы четырех чужеродных этносов - турок, греков, сирийцев и хазар - осели в Грузии. Позже к ним добавились евреи, "бежавшие из Иерусалима от Навуходоносора, и попросившие у мцхетского домовладыки земельный надел".

Ключевое тут то, что все эти чужеземные народы прибывали не в безлюдную и бесхозную Грузию. Здесь, на момент их прибытия, уже давным давно обитает один народ, самый первый насельник этой земли - картвелы. У картвел все эти пришельцы просят разрешения поселиться.

Следом, мровелианский Ардашир, царь Персии, в очередной раз водворил персидское иго в Картли. И здесь мы подходим к рассматриваемой фразе, затронутой Гумба. "И были в Картли", пишет Мровели, "таким образом, смешаны все эти племена и говорили здесь на шести языках: армянском, грузинском, хазарском, сирийском, еврейском и греческом. Языки эти знали все цари картлийские, все мужи и женщины". Гумба, как это свойственно определенной категории историков, просто вырвал из текста фразу и нарисовал на ней картину, полностью противоположную той, какую предоставил нам сам автор труда - Леонти Мровели.

Помимо остального, Гумба умудрился переврать даже и ту, вырванную из текста фразу. Говоря о разнородном населении тогдашней Картли, и апеллируя к фразе о шести языках, Гумба замечает, что общего имени у них не было, "вследствие чего соседи стали называть жителей этой страны по названию ее центра – Карт". У Гумба получается, что картвел еще не существовало, и картвелы появились лишь тогда, когда эти разные народы слились воедино вокруг названия Карт, и что картвел и есть результат этого слияния. Однако, даже в самой рассматриваемой фразе видно насколько это противоречит выводам Гумба, ведь среди шести перечисленных языков, упомянут и грузинский язык, картули эна. Значит, грузины уже существуют, уже давно сформированы как этнос.

Дальнейшее описание хроники свидетельствует, что и утверждение Гумба что Карт "впоследствии стало самоназванием грузинского (картвельского) народа, сформировавшегося в процессе слияния проживавших на территории Картли различных этнических групп" также является совершенно ложным. Согласно Мровели, Александр "сокрушил все пребывавшие в Картли смешанные племена, перебил и полонил всех иноплеменников, женщин и отроков-несмышленышей моложе пятнадцати лет; пощадил он лишь племена картлосианов и поставил над ними патрикия по имени Азон, сына Иаредоса, уроженца своей же страны Македонии". Из текста не получается сделать гумбовский вывод, будто грузины-картвелы являлись результатом слияния перечисленных народов. Ведь при таком раскладе, Александр Македонский не сумел бы выделить из этой этнической каши картвельский компонент, который он резне подвергать не собирался. Да и не было, по Гумба, этого компонента. Видимо, по мысли Гумба, если смешать армянский, греческий, персидский, арамейский, тюркский, и еще какие иные языки, то в результате получится грузинский язык.

Однако, не так у Мровели. Картвелы, по его сценарию, появились до прихода всех этих инородцев, и продолжали существовать и в период их водворения в Картли, и наконец, после погромов Александра, когда инородцы подверглись поголовному истреблению, картвелы на данном этапе остались единственным этносом в Картли.

0

17

Но в то же время нельзя не учитывать, что названия с основой горд//гард, корт//карт распространены в местах, где раннее проживали племена, говорившие именно на родственных языках – хуррито-урартском и нахско-дагестанском, и поэтому, можно предположить, что слово горд//корт (вершина, голова) принадлежит к общему словарному фонду этих языков.


Вот именно! Это общий словарный фонд древних народов Урарто-Хурритской языковой семьи. Народов эта семья в себя включала в себя много, это, полагаю, известные из древнегреческих источников алародии (урарты), матиены (митанни), кардухи, таохи (диаоха), хои (хайосы), басианы, утии (удины), мюки (моваканы), гаргареи. Это лишь те, что известны, и что в той или иной степени идентифицированы как хурритоязычные народы.

Можно ли искать в термине "Картли" урарто-хурритскую этимологию? Можно, смело. Означает ли это, что термин "Картли" несет в себе нахское происхождение? Нет, конечно. Есть множество родственных слов среди языков Индоевропейской семьи, к примеру онома, ном, нэйм, имя. Неужели это дает мне повод считать, будто персидское "ном" обязано своим образованием греческой "ономе"?

Был какой-то общий термин у предков персов и предков греков и предков остальных индоевропейцев, для обозначения слова "имя" когда они вместе составляли единый народ. Потом они разошлись в разных направлениях, и так из индоевропейцев образовались отдельные народы, чья, некогда единая речь, постепенно развилась в относительно независимые друг от друга языки. Ну, или точнее будет сказать, что наоборот, отдельный язык считался атрибутом независимого народа.

Предки греков пошли своим путем, предки персов - своим. Общий термин, каким обозначали слово "имя", со временем видоизменился у каждого по своему, в силу того, что они и жили отныне раздельно. И изменение это и являлось признаком возникновения нового народа. Одни говорили "онома", и были греками, другие "ном", и являлись персами. Так с какой стати я должен думать, будто перс перенял этот термин от грека, и исказил его на собственный лад?

Так называемая (называемая Гурамом Гумба) нахская лексика в грузинском (в частн. "корти") и нахская топонимика в Грузии (в частн. "картли") является в действительности урарто-хурритской. Все это попало в грузинский язык и осталось в исторической Грузии от тех хурритских народов (таохов и гогар), что приняли участие в этногенезе грузин. В предложенном мною примере, вайнахи это греки, а персы это таохи и гогары. Индоевропейцы, соответственно, урарто-хурриты. Почему Гумба не понимает таких элементарных вещей? Вообще-то еще как понимает. Задача просто у него такая поставлена: переписать все грузинское на счет вайнахов.

0

18

Но как бы ни решился вопрос происхождения названий Гордиенских, Кордухских гор Северной Месопотамии, упоминаемых ассирийскими и урартскими источниками, учитывая всю совокупность имеющихся на сегодняшний день материалов, делает более чем вероятным, что топоним Карт(ли), как и производный от него этноним картвелы восходит именно к нахскому названию вершины горы у слияния Арагви и Куры: Карт (← Куорт) – вершина, голова. Доказательством этому служит, как уже отмечено, и абхазское название страны Картли (Карт-тьыла) и ее столицы Тбилиси – Карт, а также этноним акартуа, обозначающий букв. люди (местности) Карт.


Всем этим терминам абхазов научили мегрелы.

0

19

В связи с этим, как предполагают исследователи, часть племен, проживавших в восточных провинциях Мушкского царства, переселяются на север, к Кавказским горам.


Какие исследователи?

0

20

Следует также отметить, что в местах, где, по данным письменных источников, локализованы мушки (мосхи, мосохи, месхи), выявляются повторяющиеся топонимы, объясняемые на нахских языках. Так, в нахских языках для обозначения оголенных гор употребляется лам//лом – оголенная (скалистая) гора (в отличие от названия лесистых гор – арц//арс). Специалисты давно обратили внимание на нахские топонимы с основой лам//лом в верховьях Евфрата, в Месхети (юго-запад современной Грузии): местность Ломиан на юго-востоке от Арцианского хребта, в северо-западной части исторической Армении, и село Ломанаури на западе от того же хребта, в Аджарии. В Месхетии, недалеко от соврем. Ахалцихе, расположена гора Ломсиа, на которой возвышается древняя крепость, упоминаемая в «Географии» Вахушти как крепость Ломсиа. Еще Н.Я. Марр обратил внимание на нахский этнический термин посх, отложившийся в топонимии Месхети в форме поцх, с закономерным для грузинского языка переходом с в ц: именно так именуется ущелье и река, впадающая в Ахалцихскую речку в Месхети. Нахские топонимы с основой лам//лом прослеживаются к северу и северо-востоку по обеим сторонам Лихского хребта и в предгорьях Центрального Кавказа: Леманаури, Лемсиа, Лемзагори, Лами в Раче и Лечхуме, Лемискана, Ломиси, Ломисхеви, Лами и др. в Южной Осетии, Горийском и Душетском районах Восточной Грузии и более десятка топонимов, зафиксированных в горах Чечни и Ингушетии. Примечательно, что все эти горные местности соответствуют нахскому названию лам//лом, т.е. скалистые и оголенные.


Замечательная игра. Любимая игра Гумба. Игра, к которой он время от времени, из главы в главу, любит возвращаться. В нее также любят играть многие фольк-хисторики на Кавказе в частности, и в мире вообще. Любил в нее поиграть и, ныне покойный, российский юморист Михаил Задорнов. Ищешь и находишь идентичные конфигурации из нескольких букв в разных словах различных языков, и выводишь из этого нужные себе итоги. Игра эта была изобретена, как мне кажется, еще Марразматиком. Я в нее играть пока не пробовал, и потому сейчас попробую сыграть один кон. Новичкам, говорят везет, так что поглядим, чего у меня получится. Главное, что у меня есть великолепный учитель - Гурам Джотович Гумба. Итак.

Гумба все рассказывает нам о нахах, и даже саму книгу назвал в их честь. И этимологии часто выводит в связи с термином "нах". Однако, самоназвание чеченцев, ведущего и крупнейшего нахского этноса, звучит иначе. Они нохчи, и в истории они впервые зафиксированы именно под этой формой имени (нахчаматеан), а не как нахи. Вообще, и ингушские историки подтвердят мои слова, понятия "нахи" и "вайнахи" в качестве этноса, являются искусственными. Так что, остановимся на термине нохчи и попробуем проследить его происхождение.

В языке лопарей, есть очень похожее слово - нюхча, что в переводе с их языка, означает "лебедь". Там же, на Севере России, в местах обитания карел и поморов, распространены и топонимы и гидронимы с названием нюхча. Короче говоря, термин сугубо финнский. Это первый факт.

Финно-Угорская языковая группа подразделяется, как это ясно из ее наименования, на подгруппы финнских и угорских языков. В составе последних - венгерский язык. Это второй факт.

Гунны очевидно не были полностью однородной ордой, и в их составе, помимо тюрок, которые преобладали количеством и занимали ведущую роль, были и представители угорских народов. Это третий факт.

Гунны, в ходе своей экспансии, наведывались и на Кавказ, где с IV по VI века у них имелась собственная государственность, о чем поведал нам и Гумба. Это четвертый факт.

Примерно в это же время впервые зафиксирован этноним "нахчаматеан", и как раз на Кавказе, и общепризнанно, что этноним этот непосредственно касается самоназвания чеченцев - нохчи. Это пятый факт.

Наконец, в том источнике, где указаны нахчаматеаны, присутствуют и кусты с дурцуками, или кисты и дзурдзуки, этнически родственные нахчаматеанам, и видимо представляющие собой другие группы вайнахов, в частности ингушей. Это шестой факт.

Теперь, собрав воедино данные факты, построим, в соответствии с правилами игры, новую концепцию. Нюхча были финно-угорским племенем в составе гуннской орды. Обосновались на Кавказе, на земле ингушей, в период гуннской активности в регионе. Век или два спустя, финно-угры нюхча перешли на язык ингушей и стали вайнахами нохчи.

0

21

Другой топоним, который привлекает внимание, это Арг (Арг-ос) – местность и гора в восточной Анатолии, области, входившей в состав Фригийского (Мушского) царства, причем начиная с античного периода находим этот топоним уже в названии области на северо-западе от Лихского хребта – Аргвети. Кроме того, на Северном Кавказе «Ашхарацуйцем» засвидетельствован народ арги (аргвелы), относимый исследователями к нахским племенам и тоже оставивший след в топонимии земель, расположенных между современными городами Нальчиком и Грозным, а также в фольклоре народов, ныне населяющих эти места. [112 Кузнецов В.А. Очерки истории алан... С. 71–72.]


Упомянутые аргвелы, надо думать, по мысли авторов Ашхарацуйц, должны обозначать жителей вот этой самой "области на северо-западе от Лихского хребта - Аргвети". Гумба, видя что аргвелы указаны в составе Каганата, решил, что они обитали на Северном Кавказе, позабыв, как в первой главе доказывал, что, во-первых, в Ашхарацуйц границы Сарматии располагались на юг от Кавказского хребта, то есть уходили в Закавказье, и во-вторых, документ собрал наслоения сведений из различных эпох. Исходя из этих утверждений Гумба, можно правильно истолковать почему в документе один и тот же край фигурирует под разными названиями и в составе разных стран.

В описании Эгриси-Колхиды это "провинция Егревика"; в описании Сарматии - "народ аргвелы", или в другой версии "народ аргаветы". Егревика соответствует Маргви и Аргвети. Маргви термин ранний и исконный, это мегрельский термин. Аргвети зато, более поздняя, картвелизированная форма. Также надо понимать и термин аргаветы, то есть аргветцы. Аргвелы, выходит более раннее наслоение, когда местные жители - жители Маргви - еще говорили по мегрельски и назывались маргвелами.

Большую часть своей истории Маргви-Аргвети не покидала границ того или иного грузинского государственного образования. Но по-видимому были краткие периоды, когда Маргви, вместе с другими областями Эгриси входила в состав Сарматии, а позже, в составе Хазарии оказывалась Аргвети. Это и сообщает нам Ашхарацуйц.

Итого, нет никаких оснований считать аргвелов-аргаветцев уроженцами Северного Кавказа. Что до темы о каких-то северокавказских аргов, то мне нет дела до этого.

0

22

Таким образом, появляются достаточно веские аргументы для предположения о возможной этнической связи между мигрировавшими из восточной части Малой Азии на Кавказ древними мушками (мосохами, мосхами) и древневайнахскими племенами. Отсутствие же в вайнахской этнической номенклатуре термина мушк (мосох), скорее всего, свидетельствует о том, что он не являлся самоназванием каких-либо нахских племен. По-видимому, следует считать правомерным мнение М.И. Дьяконова, согласно которому, термин мушки//мосхи являлся не самоназванием, а собирательным именем, и племена, входившие в состав Мушского (Фригийского) царства, могли быть известны своим соседям под общим именем мушки (мошок, мосох). [Дьяконов И. М. Предыстория армянского народа... С. 77.]


У Дьяконова такого предположения - о связи мушков и вайнахов - даже близко нет. Да, он, вслед за Меликишвили, соглашается, что предполагать, что термин мушки был собирательным, можно, но собирательным он, у Дьяконова, в любом случае был в рамках "фрако-фригийских племен", которых он однозначно определяет как протоармян и индоевропейцев.

Далее, ученый допускает, хоть и с большой натяжкой, что инородные (неиндоевропейские) этнические элементы присутствовать среди мушков могли, и называет какие именно, и они не нахские, они у него грузинские.

0

23

Здесь следует еще раз отметить, что дагестанцы-андийцы называют мосохами именно цова-тушин, четко отделяя их от той части нахских тушин, которая уже ассимилировалась с грузинами. Данный факт достаточно определенно свидетельствует в пользу нахской этнической принадлежности племен, мигрировавших из восточной Анатолии на Кавказ и известных под общим именем мосох//масах.


В таком случае, и я еще раз повторю, что это гумбовская ложь, и что мосоками андийцы и аварцы называют в целом грузин, включая и всех тушин

0

24

Страбон, перечисляя в своем труде страны и народы Кавказа от Синдики на восток, уточняет, какие народы живут на побережье Черного моря: «После Синдской области и Горгипии, что на море, следует побережье ахейцев, зигов и гениохов, лишенное большей частью гаваней и гористое, так как оно является частью Кавказа…». [Str. XI, II, 12.] Сообщая затем, что «за гениохами находится Колхида», греческий географ таким образом прямо указывает на то, что для керкетов и мосхов не остается места не только между гениохами и колхами, но и на всем Черноморском побережье. Следовательно, керкеты и мосхи должны быть локализованы не на побережье Черного моря, а в горах и предгорьях Кавказа, над колхами и гениохами.


Все вроде бы верно. В 12-й части 2-й главы именно так, с ахейцами, зигами и гениохами на побережье, и без керкетов. Однако, если мы спустимся ниже, к 14-й части той же 2-й главы, то наткнемся на "побережье керкетов", "затем побережье ахейцев", "потом берег гениохов". Трудно сказать, почему Страбон пропустил керкетов в первом случае, но факт, что ниже, ссылаясь на Артемидора, он упоминает их на побережье, и они у него живут западнее ахейцев.

0

25

Действительно, в греко-латинских источниках населявшие Причерноморье племена – древнеадыгские ахеи и зиги и древнеабхазские гениохи, неразрывно связаны с морем и представлены искусными мореплавателями, однако керкеты, наряду с другими древнеадыгскими племенами, довольно часто упоминаются в предгорьях Северо-Западного Кавказа.


Мы хорошо помним как тщательно Гумба придирался к концепциям грузинского научно-исторического сообщества по тем или иным вопросам. И тут недостаточно фактов для утверждение того-то, и там искажение имеющихся фактов при утверждении этого, и т.д. и т.п. Все, буквально все без исключения известные племена древности, что когда-либо и кем-либо были причислены к картвелам, Гумба в своей книге исступленно от них отчисляет. В каждом случае он утверждает, что не находит достаточно веских аргументов для причисления их к картвелам.

Что мы видим здесь? Вы видим, что не подкрепив свои слова ни одним, веским ли, или каким иным аргументом, Гумба уверенно называет гениохов древнеабхазским племенем, а ахейцев, зигов и керкетов племенами древнеадыгскими. Ладно еще по зигам и керкетам, очень похоже, что зиги это более поздние зихи, народ определенно адыгский, равно как и керкеты, давшие свое имя еще более поздним черкесам. Сам Страбон ничего о происхождении зигов и керкетов вроде бы не сообщает, это, повторю, еще ладно. Но зато античный географ оставил нам сведения о происхождении черноморских ахейцев и гениохов.

После Синдской области и Горгипии, что на море, следует побережье ахейцев, зигов и гениохов, лишенное большей частью гаваней и гористое, так как оно является частью Кавказа. Эти народности живут морским разбоем, для чего у них есть небольшие, узкие и легкие лодки вместимостью приблизительно до 25 человек, редко — до 30; у греков они называются «камарами». Как говорят, эту Ахею заселили фтиотийские ахейцы из войска Иасона, а лаконцы поселились в Гениохии; предводителями последних были Крекас и Амфистрат — возницы Диоскуров; по всей вероятности, гениохи получили свое имя от них. ("География", Глава II)

Выходит, по Страбону, причерноморские ахейцы и гениохи относятся к греческим этносам - собственно ахейцам и дорийцам; потому что они лаконцы, а лаконцы этнос дорический. И все вместе это эллины. Никаких адыгов и никаких абхазов.

0

26

При такой локализации мосхов становятся понятными и приобретают большую значимость восходящие к ионийским географам сообщения Марка Аннея Лукана о проживании мосхов между сарматами и колхами («сармат, сосед свирепых мосхов, живущих там, где Фасис рассекает богатейшие нивы колхов»), [Лукан, III, 266–283; См.: Латышев В.В. Известия древних писателей… 1949, № 2. С. 322.] а также уточнения, содержащиеся в схолиях к Лукану («соседние между собой… сарматы и мосхи вели продолжительные войны [между собой]»). [Лукан, III, 270; См.: Латышев В.В. Указ. соч. С. 332.] Совершенно очевидно, что мосхи могли одновременно соседствовать с колхами, расселенными в Восточном Причерноморье, и с сарматами, населявшими степные районы Северного Кавказа, между Доном и Волгой, лишь только в том случае, если проживали на южном (к северу от Эгрисского и Рачинского хребтов, т.е. в верховьях Фасиса) и северном склонах Главного Кавказского хребта, т.е. в центральных районах Кавказа.


Подлог. Нет у Лукана мосхов "живущих там, где Фасис". В действительности так: "вот и сармат, сосед жестокого мосха; Фасис, который течет по полям изобильным колхидян". Так что Лукан даже не намекает об обитании мосхов в "верховьях Фасиса".

При том, при всем, Лукан не пишет исторический труд. У него поэма, в которой допустимы вольные художественные интерпретации. Одна из таковых, это соседство мосхов и сармат, в реальности никогда не существовавшее.

С другой стороны, беря во внимание мнение Дьяконова, предположившего, что мосхи это не этническое имя, а скорее прозвище, можно думать, что Лукан под мосхами понимает ибер, и в таком случае, о соседстве с сарматами говорить можно. Потому как, во-первых, как раз иберы соседствовали с сарматами, и во-вторых, в другом месте своей поэмы, автор употребляет фразу "сильный грозит тебе враг - иберы". Значит и иберам должно быть найдено здесь место. Учитывая, что для мосхов он подбирает эпитет "жестокий", что родственно по смыслу с "сильным" и "грозным", тождество ибер и мосхов выявляется отчетливее.

0

27

При этом следует учитывать, что в представлении античных авторов Главный Кавказский хребет вовсе не был линией этнического и политического размежевания населения Кавказа. Как уже выше отмечалось, такой линией, отделявшей Колхиду от Кавказской Сарматии, во времена античности являлись Эгрисский и Рачинский хребты. По данным античных источников, территория к северу от Эгрисского и Рачинского хребтов до Главного Кавказского хребта, не входила в пределы Колхиды.


Я не буду уходить далеко, я обращусь к той же книге, на какую только что указывал Гумба, это 11-я книга Географии Страбона: "Колхида, лежащая у подошвы Кавказских и Мосхийских гор" (II гл.). Можно и дальше пойти, к V главе, где есть сообщения, что "Кавказские горы возвышаются на Колхидой", и что "южные части Кавказа у Страны колхов". Так что, "территория к северу от Эгрисского и Рачинского хребтов" вплоть до южных склонов Кавказского хребта, согласно данному "античному источнику", в "пределы Колхиды" входила.

0

28

Поэтому представляется более чем вероятным, что в сообщениях историков Митридатовых войн и Лукана отражена раннеантичная историческая традиция, согласно которой, мосхи жили в горных и предгорных зонах Центрального Кавказа, по обеим его сторонам, являясь одновременно соседями как сарматов на севере и керкетов на западе, так и колхов на юге.


Мы уже выяснили, что по Лукану, мосхи тождественны иберам, и только в таком случае позволительно говорить об их соседстве с сарматами, тем более что это соседство подтверждает и Страбон, только у него "в горных и предгорных зонах Центрального Кавказа" фигурируют иберы. Это первое.

И второе. Продолжая опираться на данные Страбона, мы и думать не смеем о соседстве с "керкетами на западе", даже допуская, что вместо ибер в центре Кавказа у нас мосхи. Там в любом случае до керкетов еще указаны другие народы, что на побережье, что в горах. Предвзятость Гумба проявляется даже тут. Самый могущественный, по мнению Страбона, тамошний народ - соаны, проигнорированы Гурамом Гумба абсолютно. Соанов у него попросту нет. У Страбона они есть, а у Гумба вместо страны соанов, территория, где сходятся границы керкетов, сармат и мосхов.

0

29

В трудах Страбона нашли отражение весьма важные сведения еще одного античного автора – Феофана Митиленского, сопровождавшего Помпея во время походов в страны Южного Кавказа. Эти сведения подтверждают локализацию мосхов в районах Центрального Кавказа. Страбон пишет, что через Колхиду «протекает большая река Фасис, берущая начало в Армении и принимающая в себя реки Главка и Гиппа (Конь), низвергающихся с соседних гор. Фасис судоходен вверх до крепости Сарапан (современный Шорапани. – Г.Г.), могущей вместить в себя население целого города, а отсюда до Кира (р. Кура. – Г.Г.) четыре дня сухого пути по проезжей дороге… Выше названных рек, в стране мосхов, находится святилище Левкотей, построенное Фриксом…». [Str., ХII, II, 17.] Согласно греческому географу, река Фасис является судоходной на отрезке до крепости Сарапан (Шорапани), следовательно, в данном сообщении передается, как справедливо полагают специалисты, распространенное в древности заблуждение, в соответствии с которым за Фасис принималась река Квирила, а затем, после ее слияния с рекой Риони, ее среднее и нижнее течение. Впадающие же в Фасис реки Главк и Гипп путали с верховьями Риона и Цхенисцкали. [См.: Меликишвили Г.А. К истории древней Грузии... С. 75.] Однако истоки как Риона, так и Квирилы, как известно, находятся не на территории Армении. Ошибочное указание Страбона на истоки Фасиса (Квирилы) в Армении объясняется тем, что южная часть области проживания мосхов//месхов (Месхети) во II–I вв. до н. э. входила в состав Армении. [Str., ХI, IV, 5; См. также: Меликишвили Г.А. Указ. соч. С. 159.] Но даже такое объяснение не снимает вопрос полностью, так как исток Квирилы, расположенный в северо-западном предгорье Сурамского (Лихского) хребта находится на довольно большом расстоянии от Месхети. Вряд ли стоит приписывать Страбону столь грубую ошибку. Действительно, далее Страбон уточняет, что «река Фасис берет начало в лежащих над Иберией горах, пополняясь многими ключами, а в равнинах принимает в себя и другие реки, в том числе Главк и Гипп». [Str., ХII, III, 4.] Река Фасис (Квирила) берет начало на северо-западной окраине Лихского (Сурамского) хребта, за которым далее уже тянутся отроги Главного Кавказского хребта. Реки Главк (верхнее течение Риона) и Гипп (Цхенисцкали) берут начало с южных отрогов Главного Кавказа. Выше верховьев названных рек, по Страбону, находится страна мосхов. В данном сообщении Страбона о «горах, возвышающихся над Иберией», следует иметь в виду, что речь идет не о Лихском хребте (или северной части Мосхийского хребта), поскольку Лихский хребет вместе с областью Аргвети, располагавшейся на левобережье Квирилы (Фасиса) и включавшей в себя крепость Шорапани, входил в состав Иберии (Картли). Т.е. эти горы находились внутри Иберии, а значит, никак не могли восприниматься как возвышавшиеся над Иберией. Если учесть, что исток Квирилы (Фасиса) находится на северо-западной окраине Сурамского хребта, над областью Аргвети, т.е. Иберии, а за ним уже начинаются отроги главного Кавказского хребта, становится ясным, что в сообщении Страбона о «горах над Иберией» имеются в виду предгорья Главного Кавказского хребта. Следовательно, говоря об истоке Фасиса (Квирила) в горах над Иберией, греческий географ передает реальную этнополитическую ситуацию: во-первых, выше названных рек – Квирилы (Фасиса) и ее притоков Главка (верхнее течение Риони) и Гиппа (Цхенисцкали), к северу от Эгрисского, Рачинского и Лихского хребтов, в предгорьях центральной части Главного Кавказа размещалась страна мосхов; во-вторых, здесь же, т.е. не по Главному Кавказскому хребту, а по линии, включающей в себя северные отроги Лихского хребта, Жинвали и Квел-Даба (современный Ахметский район Грузии), где, по представлению античных историков и географов, проходила северная граница Иберии (Картли). Таким образом, приведенные Страбоном историко-географические ориентиры достаточно определенно указывают на то, что во второй половине I тыс. до н. э. мосхи проживали не только между Колхидой и Иберией – в Мосхийских горах, но и на севере этих стран, в горных и предгорных районах Главного Кавказского хребта.


Попробую изобразить эту картину своими словами, основываясь на данных, приведенных Гумба, но в его запутанной интерпретации. Я делаю это, чтобы наглядно продемонстрировать его ошибки. Начну я с конца, то есть с вывода Гумба о локализации Страны мосхов. Гумба ведь стремиться доказать, что мосхи имеют прямое отношение к вайнахам.

Вообще, я нашел образ, в точности характеризующий гумбовскую концепцию об историческом нахском этническом массиве на Кавказе. Это электрические гирлянды. Нарядив под Новый год такими электрогирляндой елочку, мы любуемся их свечением в ночи. Но они не просто светятся - они мигают, при чем, каждая лампочка мигает в соответствии с установленной для нее последовательностью - расчетом. Так, по всем ветвям елки, то тут то там, беспрерывно зажигаются и гаснут разноцветные огоньки. Также и у Гумба с нахскими племенами и царствами. В этом веке у него вот в данной части Кавказа присутствует какое-нибудь нахское государство, или народность нахская, под определенным именем (лампочка с одним цветом зажглась). В следующем веке, здесь уже эти вайнахи под этим именем отсутствуют (погасла). Но зато они в это время появляются в другой части Кавказа и уже под другим именем (зажглась другая, с другим цветом). Хотя иногда бывает, что и под тем же именем, но в другом месте (зажглась другая, с тем же цветом). И так из века в век, от Нальчика до Нахичевани, от Чанети до Чечни, светится беспрестанно гумбовская нахская ель. Моя мысль думаю понятна.

На текущий момент (II-I вв. до н.э.) у Гумба в роли очередной нахской страны выступает Страна мосхов. Разумеется, и я к этому уже привык, вайнахи у Гумба никогда не бывают в тени, у них просто нет периодов упадка в истории. Для сравнения, грузины у Гумба прозябают большую часть своей истории. В противовес им, вайнахи всегда где-то да что-то имеют солидное и значительное, и это что-то раздувается Гумба до немыслимых размеров. То есть, это уже не крошечные лампочки для гирлянд, а лампочки на 100 Ватт.

Вот и Страну мосхов, он помимо того что объявил нахской, еще и решил расширить, и опять, как обычно, за счет грузин (мосхи, впрочем, все равно картвелы). Не удовлетворившись территорией традиционной исторической Месхетии вдоль Куры, Гумба доводит ее северную границу до самых южных склонов Кавказского хребта. Как минимум Рача точно целиком оказывается в составе Страны мосхов и населена мосхами. По промежуточному участку, между Самцхе и Рачей - непонятно. Вроде бы это у Гумба "входит в состав Иберии", но тогда у нас получаются две страны мосхов. И в конце он это признает: "во второй половине I тыс. до н. э. мосхи проживали не только между Колхидой и Иберией – в Мосхийских горах, но и на севере этих стран, в горных и предгорных районах Главного Кавказского хребта". Получается у нас две страны мосхов - одна там, где мы знали ее всегда, а другая на месте нынешней Рачи. Так вот, я сейчас, опираясь на тот же источник, на который опирался Гумба, то есть на "Географию" Страбона, без труда опровергну теорию Гумба о северных мосхах.

Взглянем на его аргументы. Он отмечает известное заблуждение Страбона о Фасисе (Рион), как о "берущем начало в Армении" (2 гл, 17 абз), и другое сообщение античного географа об истоках Фасиса "в горах над Иберией" (3 гл, 4 абз). Страна мосхов, по Страбону, поделена между Колхидой, Иберией и Арменией (2 гл, 18 абз). Гумба в этом видит источник заблуждения у Страбона, и мнимо сокрушается, что выдающемуся географу могут приписать такую грубую ошибку, а именно, что он выводил истоки Фасиса из Армении с учетом информации о том троичном разделе, тогда как его настоящие истоки там (Рача), куда границы Армении никогда не доходили.

Гумба замечает, что ошибки об истоках Риона были и у других авторов, и до и после Страбона, что за его исток часто принимали исток Квирилы. Но Страбон, что называется, отличился больше остальных. Ведь границы Армении не доходили и до этой (Аргвети) территории. Но на самом деле, сокрушение, как я и сказал, было мнимым. Потому как Гумба очень выгодно использовал это заблуждение Страбона. Его в сущности мало заботило кто и откуда выводил исток Риона, для Гумба важнее была еще одна фраза в абзаце о Фасисе берущем начало в Армении, и это фраза о мосхах. На этом он и выдумал своих северных мосхов, то есть других мосхов, помимо мосхов канонических.

В том 17 абзаце 2 главы, говорится, что Страна мосхов расположена над реками, впадающими в Фасис. Гумба поясняет, что одна из этих рек, это Гипп, Лошадиная река, или Цхенисцкали по грузински. Другая - Главк, является верховьем Риона, но по ошибке, ее принимали за отдельную реку, а верховьем Фасиса считали как раз отдельную реку, впадающую в Рион - Квирилу. Если исток Квирилы, находящийся в Лихских горах, прямо связанных с горами Мосхскими, еще можно, пусть и с большой натяжкой, считать Страной мосхов, то верховье Риона и верховье Цхенисцкали, никак.

Гумба все это объясняет и с притворным недоумением разводит руками, дескать, что я могу поделать, ведь Страбон четко написал, что Страна мосхов расположена над Цхенисцкали и над Риони, значит мосхи жили в Раче и в Лечхуме. Так он использует первое (2 гл, 17 абз) сообщение Страбона об истоке Риона. Но ведь есть и второе (3 гл, 4 абз) сообщение, там где о горах над Иберией. Гумба его помнит и дает по нему свое толкование. По его мнению, Лихские гори, заодно с верховьем Квирилы, входили тогда в состав Иберии в виде края Аргвети. Далее, поскольку верховье Риона-Фасиса у Страбона не являлось таковым, но таковым считалась Квирила, а верховье Риона-Фасиса считалось отдельной рекой, обозначенной как Главк, то все сходится. Главк и Гипп в горах над Иберией, ведь западная граница Иберии не там за Лихскими горами, а тут, в глубине Имеретии, под самыми Рачинскими горами, над которыми обитают мосхи, из чьей страны и проистекают Главк и Гипп. Все сходится, все прекрасно. Но нет, в действительности не сходится, и я сейчас по пунктам изложу ошибки и недочеты Гумба.

Первое. Напрасно Гумба выказывает такое высокое мнение о стробоновой гидротопонимике, говоря, что "вряд ли стоит приписывать Страбону столь грубую ошибку". Еще как стоит, и я покажу почему. Итак, у нас сообщение из его 11-й книги: "Через Колхиду протекает Фасис — большая река, берущая начало в Армении", во 2 главе в 17 абзаце. Как видим, Гумба объясняет это "распространенным в древности заблуждением, в соответствии с которым, за Фасис принималась река Квирила". Сейчас я покажу другое сообщение Страбона, в той же 11-й книги, но уже из 14 главы (абзац 7), посвященной описанию Армении: "В Армении течет несколько рек. Самые известные из них — Фасис и Лик — впадают в Понтийское море". Тут Фасис уже не только берет начало в Армении, но и дальнейшее его течение проходит по армянской земле. Что это, если не грубейшая ошибка, и какое здесь может быть заблуждение, когда у подавляющего большинства историков и географов мы не обнаруживаем Фасис в Армении.

Возможно "Фасис в Армении" есть только у Эратосфена (III в. до н.э.), от кого это и попало к Страбону. Наверно сведения о Фасисе-Рионе, собранные нашим географом, спутанные, противоречивые и ненадежные. Можно и другое предположить, что "Фасис в Армении" у Страбона пошло от народа фасиан, отмеченного в долине Аракса Ксенофонтом. Это уже был огрех Ксенофонта, или, что скорей всего, его переписчиков, перепутавших басиан - Басиани как раз располагалась в верховьях Аракса - с фасианами (Колхида). Как бы там ни было, но Страбон, после этих сообщений, теряет свою компетентность по вопросу реки Фасис как минимум. Следовательно, раз его слова об истоках Фасиса и его русле, крайне сомнительны, то тем более не может быть уверенности относительно его информации по притокам Фасиса - Гиппу и Главку.

Второе. Раз речь снова зашла о Гиппе и Главке, то немаловажным делом будет привести и информацию от крупного исследователя античных документов, Льва Ельницкого, содержащуюся в его книге «Великие путешествия Античного мира». Вот что он об этом пишет:
Из населенных мест Колхиды Страбон называет три прибрежных пункта: Фасис, Диоскуриаду и Питиунт, известные ему из Артемидора и более древних источников. Они же назвали ему реки Колхиды: Фасис, Гипп и Главк. Эти имена в качестве названий рек встречаются у различных авторов, причем вместо последней чаще фигурирует Кианей — название, выражающее, однако, этимологически почти синонимическое понятие. Реки Гипп и Кианей (Главк) более поздними авторами локализуются обычно на побережье между Диоскуриадой и Фасисом не как притоки последнего, а как реки, впадающие непосредственно в Черное море.
Значит, согласно информации из работ других географов, никаким образом не получается отождествлять обозначенные реки ни с одним из притоков Фасиса, так как они впадают в море и потому не относятся к Рионскому бассейну. Может быть у Страбона, Гипп и Главк и соответствуют Цхенисцкали и верховью Риона, но надо понимать, что это только у него так, и велика вероятность, что это еще одна ошибка у него, попавшая в его труд от Теофана Митиленского, или кого другого.

По Гиппу. Да, Гипп это Конь, а Цхенисцкали - Лошадиная река, тождество явное. Тогда предположим, что Страбон, опираясь на множество разных данных, попробовал остановиться на чем-то среднем. Поэтому получилась полуправда-полуложь: Гипп впадает в Фасис (правда); истоки Гиппа из Страны мосхов (ложь). Здесь еще одна важная ошибка у Гумба. Вместо того, чтобы перенести исток Гиппа из Кавказского хребта на юг, к Мосхийским горам, к Стране мосхов, и предположить, что тут очевидно очередное заблуждение Страбона, а именно, что Страбон назвал Гиппом не ту реку, Гумба наоборот, переносит саму Страну мосхов на север, к истокам Гиппа. Да, этим он доказывает, что Страбон не ошибся относительно истока Гиппа, но зато получается еще большая чепуха. Мы получаем вторую Страну мосхов, в горах Кавказского хребта. Но эта чепуха очень выгодна Гумба и он хватается за нее, и почему в этом случае, он готов приписать такую грубую ошибку античному географу.

Страбон тем временем, нигде не говорит о Кавказских горах, как о месте, откуда проистекают Гипп и Главк. Он вообще никак конкретно не называет горы, где находятся истоки обеих рек. Они у него "соседние горы" (гл 2 абз 17) и "горы над Иберией" (гл 3 абз 4), и это, по его разумению, и есть Мосхийские горы - Аджаро-Месхетинский хребет, плавно переходящий в хребет Лихи-Сурами. Эти горы и возвышаются над Иберией. Другой аргумент Гумба, насчет вхождения Лихских гор в состав Иберии, я рассмотрю в следующем пункте, а пока пару слов о другом страбоновском притоке Фасиса.

По Главку. Здесь неопределенности еще больше, учитывая информацию от Ельницкого. Совершенно точно им подмечено, что Кианей и Главк синонимы. Значение термина "кианей" в греческом языке: Κυανή Ακτή Лазурный берег, κυανικό άλας цианат, κυανό голубой, голубой цвет, синий, κύανος лазурит. Значение термина "главк" по гречески: Γλαῦκος - «голубой, сизый»; «зеленоватый»; «блистающий»; «светлоглазый». Как видим, это скорее эпитет, при том в греческом оригинале, а не имя собственное какого-то местного гидронима. Следовательно, у нас неоднозначность и по Главку Страбона. Это запросто могла быть и Ханисцкали, левый приток Риона, чей исток как раз в Мосхийских горах.

Третье. Для перемещения мосхов к Кавказскому хребту, Гумба надо было переместить и саму Иберию, или точнее, передвинуть ее западную границу так, чтобы уже знакомые нам страбоновские цитаты, соединились в гумбовскую концепцию о мосхах у Кавказского хребта. Я имею ввиду данные цитаты: "воды Главка и Гиппа, текущие с соседних гор (гл 2 абз 17); "в стране мосхов над вышеупомянутыми реками" (гл 2 абз 17); "истоки Фасиса в горах, лежащих над Иберией, где он наполняется водами множества источников (гл 3 абз 4).
Если считать Лихские горы, или область Аргвети входящей в состав Иберии, то горами, возвышающимися над Иберией, будут уже не Лихские горы, но горы Рачинские. И следовательно, раз водные источники, образующие наши реки, рождаются в горах, возвышающихся над Иберией, и раз там же обитают и мосхи, то по логике, Рачинские горы и есть место обитания мосхов, тех вторых, северных мосхов.

Я пишу "если считать Аргвети в Иберии", но для Гумба тут нет "если". Он, с непонятно откуда взявшейся уверенностью сообщает, что Лихские горы целиком в Иберии. Возможно тут он исходит из ситуации III века до нашей эры, когда, согласно Картлис Цховреба, Аргвети (Маргви) находилась в составе Картли и там сидел эристав Фарнавазидов. Но сейчас мы не в III веке, сейчас мы в I веке - веке Митридата Евпатора и Гнея Помпея. Напомню, что II-I века до нашей эры, это период политического бессилия Иберии и ее территориальной ущербности, когда она значительно сократилась в размерах. Среди ее потерь, была и Аргвети.

Однако, я обещал, что опровергну Гумба при помощи Страбона, так как сейчас мы находимся в рамках страбоновской "Географии". И я это сделаю запросто. Я всего лишь приведу ne цитату полностью.
Существует четыре прохода в страну [Иберию]. Один ведет через колхское укрепление Сарапаны и ущелье вблизи него. Через это ущелье Фасис бурным и стремительным потоком низвергается в Колхиду. Истоки Фасиса в горах, лежащих над Иберией, где он наполняется водами множества источников, а на равнинах он принимает еще и другие реки, среди них Главк и Гипп. Наполнившись водами притоков и став судоходной, эта река впадает в Понт; при устье ее находится одноименный город и поблизости от него озеро. Таков проход из Колхиды в Иберию, прегражденный скалами, крепостями и бурными реками (гл 3 абз 4).

А вот что сказал Гумба: "Лихский хребет вместе с областью Аргвети, располагавшейся на левобережье Квирилы (Фасиса) и включавшей в себя крепость Шорапани, входил в состав Иберии (Картли)". Как видим, грубейшее противоречие со Страбоном, и особенно наглядно по Шорапани-Сарапанам, которые у Гумба в Иберии, а у Страбона в Колхиде. И раз так, то Иберия времен Страбона не включала в себя хребет Лихи. Напротив, Лихи, здесь и сейчас, служит границей между Иберией и Колхидой. Отсюда вывод, что Рачинский хребет не мог тогда "вызвышаться на Иберией". Возвышался над ней хребет Лихский. Ну, следовательно, мосхов мы не обнаружим в Раче. В лучше случае, мосхи на севере могли занимать Боржомское ущелье. Так что, не было никаких северных мосхов у подножья Кавказа.

Боржомское ущелье, эта та часть Страны мосхов, о которой Страбон заявляет, что она находилась у ибер. Во второй части, той что у колхов, я вижу ущелье Аджары. И наконец остальной, третьей частью их страны - Хорзеной - владели армяне. Впрочем, я могу заблуждаться насчет иберийской доли Страны мосхов. Возможно, ее размеры были больше, а армянской меньше. Дело в том, что в армянской исторической географии, край Самцхе не известен как уезд Великой Армении.

0

30

Выше Колхиды и Иберии локализует мосхов и Плиний Старший: «…Самая прославленная [из рек] Понта – Фасис… берет начало [на территории] мосхов, судоходен для наиболее крупных судов на 38,5 мили [от устья], затем на значительном расстоянии для малых [судов]. Далее переправу [через Фасис обеспечивают] 120 мостов. На его берегах было множество городов… Сейчас он обладает только [городом] Сурий, который сам назван по реке, впадающей [в Фасис] там, где он, как мы сказали, судоходен для больших кораблей…». [135 Plin. VI, 15,16.] Плиний, как и Страбон, называет Фасисом реку Квирила, а город Сурий, расположенный на берегу Фасиса, отождествляет с современным Вани (Ванское городище). [ 136 Воронов Ю.Н. Научные труды... Т. I. С. 156.] По Плинию, Фасис (Квирила) также берет начало на территории мосхов, т.е. Плиний, как и Страбон, локализует мосхов на территории соврем. Рача-Лечхуми и Южной Осетии. По-видимому, и Страбон, и Плиний Старший черпали информацию из одного источника. Таким источником, как считают исследователи, скорее всего, был уже упомянутый выше Феофан Митиленский, друг Помпея, сопровождавший его в походах в страны Южного Кавказа, в том числе в Колхиду и Иберию, и описавший его деяния. Именно поэтому сведения Страбона и Плиния заслуживают доверия как исходящие от человека, лично побывавшего на землях мосхов.


Здесь я не стану повторять уже приведенную аргументацию. Я здесь воспользуюсь словами академика Латышева, из его комментариев на труд Плиния, и в частности про ту фразу о "Фасисе берущем начало в стране мосхов".

Мнение о том, что Фасис брал начало на территории мосхов, встречается не только у Плиния. Аналогично истоки Фасиса определял Страбон, указывая то на Армению (XI, 2, 17), то на Иберию (XI, 9, 4). Эти представления основаны на том, что за верховья Фасиса принимались русла ее притоков — совр. Квирилы и Ханисцхали, берущих начало в Мосхийских (Мосхетских) горах.

Как видим, ни тебе Рачи, ни тебе Лечхума. Латышев не считал, что Плиний мог отнести Страну мосхов к Кавказскому хребту. Скорее наоборот, это с гидротопонимикой там какая-то путаница.

Так что, северные пределы Страны мосхов у Плиния Старшего, это в лучшем случае Лихские горы. Лихские горы конечно расположены севернее Боржомского ущелья, назначенного мною крайним пределом Страны мосхов, но и "территорией современной Рача-Лечхуми и Южной Осетии" это точно не является.

И да, все же, вместо (XI, 9, 4) должно быть (XI, 3, 4).

0


Вы здесь » Форум историка-любителя » Основной форум » «Нахи», Г.Дж.Гумба. Пятая часть Четвертой главы (мушки-мосхи)